солнце во тьме.

            мацури вновь просыпается от писка ужасно-надоевшего будильника, вновь чувствует эту усталость и задолбанность жизнью, вновь не понимает, зачем проснулась, и для чего ей солнце со светлым небом, крыша над головой. зачем радоваться, что дышишь, если можно не дышать?             медленно встаёт с постели, просовывает ноги в мягкие, уютные, поднадоевшие за это время тапки. направляется в ванную, быстро, трепетно умывает лицо, смотрит в зеркало — лучше не стала. чуть покривившись от собственного отображения, девушка берёт в руки старенькую зубную щётку и пасту, чистит зубы, сплёвывает.             пройдя на кухню, шатенка заваривает себе слабый сладкий чай, ставит его на стол и осторожно присаживается на стул рядом, задрав ноги и прижав колени к груди, поёжившись от холода, пробежавшегося по телу.             все мысли забиты не скорым походом в колледж, или, чем-то ещё нужным, нет, — мацури сама не имеет понятия, где блуждает её запутанная в край голова. она тихо отпивает чай, ставит кружку обратно, и утыкается носом в колени, опуская взгляд. важно ведь то, что есть сейчас, правда? но зачем. ей не важно совершенно ничего, не нужно, и, наверное, не будет нужно. она придерживается одного: «всем на тебя насрать, у тебя есть только ты сама.». эта фраза неосознанно вбилась в её голову, создав там кавардак. девушка изменила своё восприятие мира ещё лет в четырнадцать. а для чего нужна реальность, когда существует свой маленький мир? комацу никогда не принимала реальность такой, какая она есть, считав это несерьёзным. она могла в любой и самый простой момент погрузиться в отчаяние, без на то причин.             светловолосая, допивая последние глотки чуть тёплого чая, встаёт, лёгкой походкой плетется в спальню, берёт телефон с прикроватной тумбочки, включает —

08:14.

            девушка выключает экран, безразлично садится на колени, открывает небольшую дверцу и ящик одновременно, хватает чёрную сумку из угла и начинает её собирать. складывает туда нужные бумаги, толстые тетради, пенал, не проверяя его, кладёт в передний карман телефон и резко встаёт. взяв свой перекус на день с кухни, мацури пихает в боковой карман контейнер с двумя бутербродами с сыром, предварительно приготовленными вчера вечером и коробочку яблочного сока. готово.             сегодня шатенка хотела выглядеть красиво, потому, причесав и уложив светлые пряди волос утюжком, вытаскивает из шкафа одежду попрестижней, натягивает её на себя, красит ресницы хорошей тушью из косметички, наносит немного тональника, блеск на губы, и снова встаёт с кровати, накидывает на одно плечо сумку и уходит в коридор. она выбирает чёрные туфли на невысоком каблуке, обувает и выходит из дома. «ну и ну. четыре пары впереди.» — от одной такой мысли, и вообще, о мыслях об учёбе, голова шла кругом, хотелось развернуться и пойти домой, обратно, в уже остывшую, но до чего уютную постель.             зайдя в свой кабинет, мацури окинула ненавистным взглядом однокурсников, которые уже пришли, недовольно фыркнула и села на своё место. она расположила свои вещи на столе и стала оглядывать ребят: её единственной подруги не оказалось среди них. ясно. день будет совсем скучным.             в кабинет заходит парень, ещё один, а за ними и учитель. начинается первая пара — экономика.                   — и так, здравствуйте. поскольку у вас должно быть четыре пары, но сегодня фудзи кацума не сможет подойти на занятие, вместо философии я проведу ещё одну пару по экономике. плюс, из-за внеплановых каникул мы немножко отстали от программы, так что это пойдет нам на пользу, — заявляет преподаватель и по кабинету слышится недовольный гул из уст учащихся, в том числе и от мацури.             после мучительно долгих двух полных пар, ещё и без перемены, ребята идут в столовую, взяв свою еду из сумок. мацури взяла с собой только сок.                   — а ты чего это так вырядилась? — к ней вдруг подходит хороший знакомый. он знает её манеры, и то, что одеваться прилично просто так она бы не стала, ну, наверное.                   — да захотелось, — постаралась весёлым тоном ответить девушка, потягивая сок из трубочки.                   — но ты ведь всегда в одной рубашке была, — брюнет присаживается на свободный стул рядом и кладёт одну руку на стол, — а тут. платье, и с белой обшивкой, — продолжает он, осматривая ее образ.                   — а что, нельзя? — дружеский смешок слетает с уст шатенки.                   — нет-нет, что ты. я к тому, что это довольно необычно с твоей стороны, тебе идёт, — слегка растерявшись, произносит изаму, — а ты не ешь сегодня?                   — спасибо, — улыбается она, — да, не хочу.                   — нужно кушать, сил не будет.                   — а на что мне силы?                   — ну, как знаешь, — парень на секунду отворачивается, потом поворачивается обратно, — слушай, мы с друзьями в бар планируем сходить на выходных, ты не против сходить с нами?                   — ты же знаешь, что я не пью и не буду составлять вам компанию в подобных местах. прости, — комацу притягивает сок ко рту и снова похлёбывает его, чтобы уйти от разговора и запивает свои нервы, засовывая их всё глубже.                   — хорошо, я понимаю, — говорит брюнет и встаёт.                   — не обижайся, ладно?                   — и не собирался, — поворачивая к ней голову и натягивая на лицо улыбку, проговаривает он и уходит, скрываясь за пределами столовой.             мацури залпом допивает оставшийся напиток, тоже встаёт, и подойдя к мусорному ведру, кидает в него пустую коробочку и направляется в кабинет. осознание того, что от неё теперь разит яблоком, а не едкой мятой — радует.             по окончанию всех пар, светловолосая, вся уставшая и растерянная, собрав сумку, кое-как становится на ноги и отправляется вон из колледжа. сегодня для неё день закончен, это радует.             когда комацу выходит из здания, то осознаёт, что идёт дождь. её это волнует не так, как то, что может намокнуть телефон.                   — твою. — не успевает девушка договорить в этом монологе, как и понять что-либо: она падает. осознание этого приходит уже тогда, когда шатенка рухнула на жёсткий, холодный асфальт, прямо в лужу и грязь. тормознутая — так говорили про неё бывшие друзья, и от части это было правдой.             мацури хотела было разрыдаться от жуткой боли во всём теле, но услышала быстрые шаги в свою сторону: нельзя. не сейчас. она не понимала, с какой они были стороны, ибо шаги смешались с громким ливнем, который успел разбушеваться буквально за минуту, и со стуком собственного сердца. всё это дополнял шум в голове, а в глазах начала расплываться картинка.             перед её лицом предвстал образ какого-то парня, нервно говорящего ей что-то, но не расслышать что, не разглядеть его она не могла, то-ли от случившегося шока и паники, то-ли ещё от чего. он быстро схватил комацу за руку и поднял с земли. она вся дрожала от холода и мокроты. конечно, лёгкая кофточка на замке поверх учебного платья, колготки и туфли. хотя, утром и в первой половине дня было тепло и солнечно, кто бы мог подумать, что погода так резко испортится.                   — девушка, что с вами? вы здоровы? — наконец смогла разобратбь она его слова. по ней было видно, что она какая-то не такая, помимо испуганности от сильного удара о землю, в ней было что-то ещё.                   — с-спасибо. спасибо… — пробормотала она, и это всё, что она смогла выдавить из себя.             мацури была в шоке от того, что незнакомый человек как с неба спустился и вызвался ей на помощь. обычно, о ней никто не заботился, и она была «сама себе прислуга», но сейчас шатенка впервые почувствовала заботу со стороны. это было что-то новое, совершенно новое, до боли приятное чувство, и она поняла, насколько в её жизни не хватает этого.             блондин наклонился и собрал бумаги, которые выпали из её чёрной сумки, что предательски раскрылась, и листы уже насквозь промокли, а она стояла в сторонке, молчала.                   — куда вас проводить? — спросил тот, аккуратно взяв её под руку.             восприняв слова парня и более менее установив всё в своей голове по полочкам, мацури назвала свой адрес. он кивнул и повел её в сторону дома. на того, кто обманет он был не похож. она доверилась ему с первой встречи, хотя никогда не видела его прежде. такого ещё не было: она всегда принимала и привыкала к людям очень долго.                   — а.. как те.. вас зовут? — на полпути сообразила спросить светловолосая.                   — можно на ты? сейшу инуи.                                — конечно. я мацури комацу.                   — очень приятно, мацури, — проговорил сейшу, искренне улыбнувшись. его улыбка, такая солнечная, не была как все, и она засмотрелась на неё.                   - угу.. а давай обменяемся номерами? так, на всякий, - неуверенно сказала комацу.             парень без лишних слов дал ей свой номер, она - свой. они добавили друг друга в контакты.                   - ну, пока.. - что-то потянуло обнять его, а он обнял в ответ.                   - пока. до встречи, - инуи легко похлопал её по макушке и отпустил.             шатенка прошла в свой подъезд, и когда тяжёлая, металлическая дверь вот-вот должна была захлопнуться, она помахала ему рукой, и он тоже, чуть оступившись, ибо включил заднюю передачу и пошёл задом. «до встречи?» - промелькнуло у неё в голове.