Обещание

— Капитан, зачем вы так поступили? Как я теперь буду смотреть им в глаза? Если вообще смогу посмотреть, если их не сожрут! — Леви спокойно наблюдал, как Мия заламывает руки. Девушка не находила себе места, то и дело зло поглядывая на капитана. — Может, если я прямо сейчас прыгну на коня, я смогу их нагнать? Они ведь поехали по стене. Строем они не смогут развить большую скорость. А я одна, налегке, я смогу их… — Хватит, — устало бросил Леви. — Если бы так хотела, ты бы не стала меня слушать, а сразу бы поехала с ними. Ты сама приняла решение остаться.       Девушка остановилась, как вкопанная. Ей так хотелось переложить вину с одних плеч на другие, что она не могла трезво мыслить: «А ведь это правда… В прошлый раз я просто сказала ему «нет» и он смирился. Разрешил выйти за стену со всеми. Почему? Почему сейчас я поступила, как бесхребетная мразь? Что мной двигало? Так ли я хотела помочь им? Или я хотела быть в безопасности? Я же сама во всем виновата, получается…».       Мия сползла по стене на пол и вцепилась в свои волосы. В этот момент она ненавидела себя за принятое решение. Леви продолжал смотреть на неё, затем подошёл и опустился на пол рядом с ней, вытянув больную ногу и облокотившись на стену: — Сижу на грязном полу. Докатился. — Так не сидите. — Ты стала слишком много себе позволять в общении со старшим по званию. Нужно научить тебя соблюдать субординацию. Применять свои методы воспитания к тебе мне не хочется, по той простой причине, что ты женщина. Но, если будешь себя плохо вести, мне придётся тебя наказать. — Капитан? — краска отлила от лица девушки, а в голове загудели неприличные мысли. — Что ты смотришь на меня? Нет здесь никакого пошлого подтекста и скрытого смысла. Я просто не возьму тебя в свой отряд. Будешь с Ханджи с титанами нянчиться. А не убивать их, как и положено.       Мия оторвалась от стены и переместилась напротив Леви, глянув на него. Капитан спросил: — Ну что смотришь? Пойдёшь ко мне в отряд? Остальных я, конечно, спрашивать как тебя не буду. — Так точно, — тихо ответила Мия, пытаясь справиться с нахлынувшим волнением. — Какая умница, — Леви довольно хмыкнул.       Нервозность схлынула, оставив истеричное послевкусие. Мия отдышалась, взяла себя в руки. Ещё немного посидев, спросила: — Так что, капитан, мы так и будем тут сидеть? — Ты имеешь в виду на полу или в комнате? — уточнил Леви. — Второе. — Да, пока не вернутся Эрвин и остальные. — Может хотите чай? — Да, было бы неплохо.       Девушка встала и вышла в коридор. Вернулась уже с подносом, на котором стояли две чашки и чайник. Леви уже пересел с пола на стул и следил за тем, как Мия разливает горячий напиток по чашкам. — Капитан, почему вы так странно держите кружку? — поинтересовалась девушка, глядя на тонкие пальцы капитана, сжимающие края бортиков. — Однажды мне подарили красивый сервиз. Я взял чашку за ручку, но она отломилась, и чашка разбилась. Не хочу, чтобы это повторилось. — Я думала вы не ответите, — Мия удивлённо взглянула на невозмутивого капитана. — Вы не очень разговорчивы. — Я люблю поговорить, если есть о чём. — Тогда, наверное, нам стоит найти какую-то тему, — предложила девушка. — Не сидеть же в тишине. — У меня уже есть одна на уме, — Леви отставил чашку в сторону. — Расскажи мне какие у вас взаимоотношения в отряде? Я про вашу небольшую компанию. — Мы дружим. И слажено работаем. — Я имел в виду другое, — он слегка сощурил глаза. — Есть ли среди вас парочки? Мне бы не хотелось, чтобы у меня в отряде выясняли отношения два подростка. И зажимались по углам. — А, такого нет, — на секунду девушка задумалась. — Хотя мне кажется, что Жану нравится Микаса. А Микаса тайно влюблена в Эрена, хоть и не признаётся в этом. Наверно поэтому она вечно несётся спасать его сломя голову, даже если это убьёт её саму. Армин рассказывал, что это у неё с детства. — Я думал Жану нравишься ты. После ваших посиделок на закате, у меня сложилось такое впечатление. — Что? — рассмеялась Мия. — Нет, капитан. Это вряд ли. Я не думаю, что мы вообще воспринимаем друг друга в этом плане. Мы слишком долгое время живем под одной крышей все вместе. Мы уже передружили. Хотя признаюсь, что раньше мне нравились Эрен и Жан. Однако дальше лёгкой симпатии дело не пошло. А потом мы сдружились и стали сплочённой командой. Надеюсь, что так дальше и будет.       Мия взглянула через окно на виднеющуюся стену. Она вновь вернулась к мыслям о жизни своих товарищей. Чувство стыда за свою трусость и ком переживаний вновь накрыли Мию. — Ну а сейчас? — шершавый голос выдернул девушку из раздумий. — Что? — Сейчас тебе кто-то нравится? — Вы задаёте ненужный вопрос, капитан, — обидчиво процедила Мия. — Ведь вы уже знаете ответ. Прошу, перестаньте играться мной. Я слишком чувствительна к подобному отношению, — девушка отодвинулась от стола, пытаясь сдержаться и не ляпнуть лишнего, но эмоции звонко гудели в голове, от чего Мия перестала себя контролировать, и слова полились, точно бурная река. — Вы будто даёте ложную надежду — то просите остаться с вами и обнимаете ночью, то внезапно целуете, а на следующий день холодны. Это изводит меня! Вы постоянно пытаетесь отстранить меня от миссий и я не понимаю: вы хотите защитить меня или думаете, что я конченная бездарность, которая ни на что не способна? Мне бы хотелось узнать ответы на все мои вопросы, но я знаю, что вы найдёте причины на них не отвечать. Я стараюсь не попадаться вам на глаза, не быть назойливой, ведь я помню, что вы говорили о женщинах, но я не могу заставить себя перестать думать и… И фантазировать о вас с тех пор, как увидела ваш обнажённый торс когда вы… — Мия замолчала, думая, стоит ли продолжать говорить. Слова застряли во рту и отчаянно хотели выйти наружу. Леви продолжал пить чай, как ни в чём не бывало. Казалось, что ему абсолютно плевать на слова девушки. И Мия решила договорить: — Я уже начала кормить себя надеждами, но когда увидела вас с Петрой, моё сердце просто разлетелось вдребезги. Я не могла простить себе свою наивность. Ненавидела вас, потому что вы «выбрали» её, а не меня, хотя никакого выбора никогда не было. Я ненавидела Петру, потому что это её тело ласкали ваши руки. А потом она погибла и я не почувствовала облегчения — я ощутила боль разбитого сердца, вашего сердца, капитан. И я так отчаянно хотела заглушить её, заполнить образовавшуюся пустоту, что совершенно наплевала на собственное достоинство и позволила втянуть себя в ваши грязные игры. Я идиотка!       Девушка вцепилась в чашку напряжёнными пальцами. Ещё чуть-чуть и чашка могла треснуть. Леви аккуратно взял её руки и убрал их с горячей кружки. Затем нежно, почти невесомо, заправил за ухо упавшую на лицо прядь волос. От прикосновений капитана у Мии побежали мурашки. — Ты не идиотка. Не говори так о себе, — спокойно и почти ласково сказал Леви. — Я и не собирался с тобой, как ты выразилась, играть. Я ведь уже говорил, что мне нужно со всем разобраться. К тому же, ты ведь не думаешь, что я при всех начну проявлять к тебе свой интерес. Это, как минимум, не этично: я старше тебя и не только по званию. Наберись терпения. Если ты захочешь, я всё прекращу и больше никогда тебя не трону. Хочешь? — Нет, — и пальцы её дрогнули, когда Леви лишь сильнее сжал их.