Обещание

— Твою мать, твою мать, твою ма-а-ать! Когда всё полетело в задницу? — Мия бежала внутри здания порта, чтобы занять позицию.       План Армина провалился. Флок заподозрил неладное, «Йегеристы» открыли огонь, ранив Арлерта. Райнер и Энни трансформировались в титанов, начав раскидывать солдат, разрушая порт. Микаса, Жан, Ханджи и Магат смогли увести Азумабито в подвал, подальше от гремевшего боя. Мия же бежала к верхним этажам, чтобы скрыться за оконным проёмом и открыть огонь по «Йегеристам». Забежав в очередную комнату, девушка столкнулась с солдатом, направившим в неё пистолет. Мия тут же вскинула винтовку. — Мия? Ты? — парень тоже направил оружие на девушку. — Гилберт, не надо. Уходи. — Не могу, у меня приказ. — Как и у меня. Бросай оружие и беги отсюда подальше. — Нет, — он чуть сместил дуло винтовки в сторону. — В тебя стрелять приказа не было. Флок хотел взять тебя живой, поэтому прошу не оказывать мне сопротивление…       Не предупреждая, Мия выстрелила в бывшего товарища, размозжив коленную чашечку, от чего солдат тут же рухнул на пол, хватаясь за ногу. Пистолет, который он выронил из рук, Мия пинком загнала под стол, чтобы парень не смог дотянуться. Девушка понимала, что оставлять Гилберта в живых опасно не только для неё, но убивать безоружного она не могла. Поэтому оставила его корчиться от боли, а сама побежала дальше.       Заняв нужную позицию, Мия открыла прицельный огонь по врагам. В открытом окне мелькали бронированный и женская особь, Конни, Микаса и Ханджи, которые достигали врага, используя приводы и лезвия. Сосредоточившись на целях, Мия потеряла счёт времени, количеству убитых, абсолютно абстрагировавшись от окружающего мира. И когда на её плечо легла чья-то ладонь, девушка вздрогнула: — Жан, ты идиот, напугал меня. — Извини. Надо уходить, — парень дёрнул Мию за ремень. — Механики Азумабито смогли запустить лодку? — Нет. Возникли трудности. Расскажу потом. За мной.       Когда Кирштайн вывел Мию через окно на верхнем этаже, девушка увидела Райнера и Энни, что привело её в дикий ужас. Их титаны держались из последних сил. Некоторые конечности отсутствовали, не успевая регенерировать. «Йегеристы» одерживали победу. — Жан, я слышала грохот, что это было? — спросила девушка, стараясь не сбивать дыхание в ноль. — Поезд с подкреплением подорвался на рельсах, — объяснил Кирштайн. — Без понятия, кто это сделал, но спасибо ему. Я уже нашёл Пик с остальными и передал им информацию. Отходим к кораблю, к которому привязана летающая лодка и отправляемся в город Одиха, что на Южном побережье. — Мне что делать? — Давай к кораблю, помоги Армину и остальным подняться на борт и держи оборону там. А мы подтянемся как только механики Азумабито доберутся до судна. — Поняла. Удачи!       Добравшись до корабля, Мия встретила Армина, чья челюсть была раздроблена выстрелом. Парень тяжело стоял на ногах, но благодаря силе титана мог регенерировать. К этому моменту Пик доставила детей, «добровольцев» и капитана по воде. Мия помогала всем взойти на борт. Особенно тяжело ей пришлось с Леви и Армином, но тут ей помог Оньянкопон. Когда девушка помогала Габи подняться на корабль, она окинула девчушку взглядом, будто ища то, чего не хватало. И её осенило: — Эй, а где Фалько? — Он побежал помогать остальным, — Габи нервно вцепилась в ладонь Мии. — Решил трансформироваться. — Нельзя же, что за дурной мальчишка! — Знаю, мы пытались его остановить, но не вышло.       Пока Мия оглядывалась, Магат привёл механиков и госпожу Киёми. Их быстро подняли на борт, чтобы они начали готовить корабль к отплытию. Девушка взглянула на творящийся хаос, пытаясь мысленно заглушить крики «Йегеристов». Райнер и Энни практически были мертвы, их титаны не успевали восстанавливать тела. Как раз в этот момент враги решили нанести по ним финальный удар громовыми копьями. Но Конни успел пресечь эту попытку, кромсая «Йегеристов» прямо в воздухе. Внезапно между зданиями порта появилась яркая вспышка от трансформации. Габи закричала: — Неужели, Фалько! — Габи, живо на борт, — вскрикнула Лайт. — Бери винтовку!       Мия скинула с себя оружие передавая девочке и сама поднялась на корабль. Пока девушка пыталась в сотый раз осознать происходящее, глядя на то, как Фалько, трансформировавшийся в титана-челюсти разносит порт вместе с «Йегеристами», она упустила из вида одного солдата, который летел прямо на них, целясь громовым копьем в судно: — Я стану спасителем Элдии! — Флок, остановись!.. — с ужасом прокричала Мия.       Выстрел Габи попал парню в грудь, от чего его отбросило назад, а выпущенное копье прошло в паре метров от корабля. Флок полетел вниз, и Лайт оставалось лишь смотреть, как море поглощает его тело.       Оньянкопон оповестил, что судно готово к отплытию. Отряд начал стягиваться на борт. Разбушевавшегося после первого превращения Фалько удалось утихомирить с помощью Пик и маршала. Мальчишка был без сознания. Райнеру и Энни также требовалась помощь. Магат передал Фалько в руки Оньянкопону: — Уходите, я прикрою.       Корабль стал набирать скорость. Палуба заполнилась людьми. Мия смотрела на разрушенный порт, среди обломков которого мелькала одинокая фигура маршала Магата: — Почему он не ушёл с нами? — Думаю, он решил взорвать захваченный марлийский корабль, на котором нас могут догнать оставшиеся «Йегеристы», — Ханджи вскинула руку и приставила ко лбу «козырьком», чтобы лучи солнца не слепили глаза. Ей было грустно прощаться с Тео, но она его понимала.       Мия не могла больше находиться на палубе, поэтому решила уйти в каюту, в которой разместили Леви. По дороге, у встретившегося ей механика Азумабито, она попросила чистые бинты. Прежде чем войти в каюту капитана, Мия, по традиции, постучала. — Входила бы без стука, — послышался шелестящий голос с кровати. — Должна же меня жизнь хоть чему-то научить, — девушка улыбнулась, вспоминая все свои промахи с чужими дверьми. Подойдя к постели, на которой лежал Леви и присев на край, строгим, почти менторским тоном протянула: — Так, пациент, поднимаемся. Вам необходимо сменить бинты. Давайте, отрывайте затылок от подушки, не притворяйтесь беспомощным. — Пусть это сделает Ханджи. — С какой это радости? А я что? Без рук? — Нет. Я просто хочу, чтобы этим занялась она. — Я тоже много чего хочу. Но не всему дано исполниться. Так что не капризничайте.       Мия аккуратно схватила Леви за ворот рубашки и потянула вверх. Капитан поддался, но был всё также недоволен действиями девушки, которая уже начала разматывать бинты на его лице. Повязки прилипли к запекшейся крови, что усложняло задачу по их снятию. Местами приходилось смачивать водой, чтобы случайно не повредить швы. Когда последний виток бинта спал с лица капитана, Мие открылось зрелище, которое она одновременно хотела увидеть и боялась. Мысленно поблагодарив Ханджи за столь аккуратные швы, девушка невольно скривилась. Но не от внешнего вида Леви, а точно почувствовав эту боль, что испытывал раненый. Капитан, увидев выражение лица девушки, горько усмехнулся: — Настолько всё плохо? — Могло быть и хуже. Но Ханджи зашила превосходно. Прям ювелирно. Так что вам повезло с доктором. — Только не говори, что шрамы украшают мужчин. — Шрамы никого не украшают. Но и не портят, — продолжая рассматривать лицо Леви, сказала Мия. — Это просто шрамы. Часть нашего тела, нашей жизни, истории. Не стоит их стыдиться и думать о мнении окружающих. — У самой шрам прикрыт всегда одеждой. — А вы хотите, чтобы я с голым пузом постоянно ходила? Холодно, знаете ли. И к тому же, вы реально думаете, что это единственный шрам на моём теле? Взгляните сюда, — девушка повернулась к Леви левой стороной лица, демонстрируя грубый рубец на ухе, пересекающий раковину. — В детстве упала с сарая. Удар головой о землю был такой сильный, что ухо просто лопнуло. Отец сам зашивал, поэтому и шрам такой неаккуратный. И вот ещё, — протянув левую ладонь, показала её тыльную сторону. Бегло Леви успел насчитать шесть небольших шрамов. — Это от собачьих укусов. Мне повезло тогда. Мать говорит, что псина почти добралась до горла. Ещё бы чуть-чуть. Мне было всего три года. У меня ещё шрам на стопе, но показывать не буду. Это я наступила на разбитую бутылку в траве.       Леви был слегка ошарашен. Он ведь знал Мию как свои пять пальцев. Каждый сантиметр её тела был ему знаком. Он столько раз держал её за руку, столько раз заправлял непослушные прядки волос за уши, что и не сосчитать. И сейчас он не понимал, почему не видел эти шрамы: — Я даже не замечал их. — Конечно. Потому что я их не замечаю. Если не заострять внимание, то никому и дела не будет. Важно лишь наше отношение к собственному телу. — Значит, тебя это не пугает? Не отталкивает? — Леви указал на своё лицо.       Мия искренне улыбнулась мужчине: — Нисколько. Вы всё также прекрасны. — А с этим что будем делать?       Капитан поднял правую руку, на которой отсутствовали два пальцы и помахал ей в воздухе. Девушка вздохнула: — Нда-а, печально, конечно, что рабочая рука пострадала. Но три пальца ещё на месте, так что бытовым инвалидом вам не быть. Не надейтесь, что я всё буду за вас делать. Нет уж. Меня больше интересует ваш глаз. Открыть можете? — Да, но больно. — Ясно, значит пока мы не узнаем, что со зрением. Ладно, не страшно. Сейчас сидите спокойно, я обработаю раны, чтобы не загноились и наложу чистые бинты.       Леви попросил не заматывать всё лицо, потому что ему было тяжело дышать. Мия сделала всё максимально аккуратно и на совесть. Капитан был доволен уверенными движениями девушки. Руку Леви перебинтовать так и не дал, ссылаясь на боль и слишком ужасное зрелище. Мия решила не настаивать. К тому же, столь сложная перевязка вряд ли бы далась ей просто. Капитан всё сделал сам, методично, с предельной точностью и вниманием. Девушка не смотрела на руку. Её внимание было приковано к лицу капитана. Не видя его месяц, она так ждала их встречу, предвкушая тёплые объятия, переходящие в жаркие поцелуи. Перед сном, утыкаясь носом в подушку, которую обнимала, она думала о нём. А затем он догонял её во снах. И каждое утро тяготило пустотой. Единственное, что не давало сойти ей с ума, это общение с Жаном и Конни. Но, конечно, им не заменить Леви. — Я закончил. Почему ты так смотришь на меня? — он поднял тёмно-синие глаза и посмотрел на мечтательно улыбающуюся девушку. — Только сейчас поняла, насколько сильно я соскучилась по вам.       Капитан протянул руку и нежно коснулся щеки Мии, поглаживая. Девушка прикрыла глаза, наслаждаясь прикосновением: — Можно я полежу с вами, пока вы не уснёте?       Леви не ответил. Он молча лёг на бок, откидывая одеяло. Девушка нырнула под тёплый полог, утыкаясь носом в родную грудь, подпирая макушкой подбородок капитана. Ей хотелось касаться его, трогать, ощущать каждой клеточкой своего тела. Вжиматься в него, пока они не станут едины. Внутренняя паника разгоралась сильнее с осознанием того, что она могла потерять Леви. Поэтому так отчаянно сейчас желала вцепиться в него и никогда не отпускать.       Мия даже не поняла, как уснула в объятиях капитана. Из приятной дремоты её вырвал стук в дверь. Резко подскочив, она отругала себя за это, боясь разбудить Леви. Но сон капитана был крепок и спокоен, наверное впервые за последний месяц. Распахнув дверь каюты, она увидела Конни: — Я помешал? — Нет. Я просто уснула, — девушка потёрла глаза. — Случилось что? — Да у нас всю жизнь что-то случается, особенно сейчас. — Точно, — Лайт зевнула, выходя за дверь. — Ладно, давай уйдём, пусть капитан спит. До вечера ещё далеко? — Не особо. Хочешь есть?       Спрингер протянул Мие булку, немного зачерствевшую, но девушка благодарно приняла и такое угощение. Вдвоём они вышли на палубу. Если бы не сложившаяся ситуацию, Мия могла бы наслаждаться лучами закатного солнца и морским бризом. Облокотившись на перила, девушка устремила взгляд вдаль за горизонт. К ним подошёл Жан: — К ночи прибудем в Одиху. Райнер и Энни приходят в себя, Армин тоже. — Парни, вы так и не рассказали, что случилось, когда я убежала. Как всё-таки Зик и Эрен соприкоснулись? Я знаю лишь краткий пересказ со слов маршала, однако мне нужны подробности. — Точно, ты же не в курсе, — Жан перегнулся через перила и вгляделся в тёмные воды. — Габби, эта маленькая чертовка, выстрелила в Эрена из противотитанического ружья и снесла ему голову. Но прежде чем он испустил дух окончательно, Зик успел поймать его голову. И буквально через секунду, там, где стоял Эрен, всё вспыхнуло. Я даже не знаю, как это обозвать-то вообще. Сама увидишь.       Пальцы Мии сильнее вцепились в перила. Было страшно. Даже страшнее, чем в её первый поход за стену. С таким врагом ей сражаться не приходилось. Она взглянула на лица друзей и по их выражению лица поняла, что им тоже не по себе, но они мужественно принимают происходящее.       «Трусиха, ох, трусиха! А ну соберись, тряпка! Давай, настало время выложиться на все сто процентов. Без этого никак. Ох, напьюсь, когда всё закончится…»       День близился к концу, солнце клонилось к горизонту, море становилось темнее. Всех душила тревога, в ожидании чего-то ужасного. И хоть каждый был занят своим делом, всех их объединял страх неизведанного. На их плечи легло бремя спасения всего мира.