Хочешь, сыграю тебе ноктюрн?

Шел мелкий дождь. Такая погода у большинства вызывает хандру, несмотря на летнее тепло. Дима шёл из бу­лоч­ной, спрятав хлеб под промокшей насквозь джинсовкой. Буханка размокла и вряд ли дед будет ее есть в таком состоянии, а значит, всыплет по первое число, но Диму это не сильно волновало. На улице было сквер­но. Прохожие стремительно шли мимо, стараясь спастись от влаги и наконец просохнуть. Но Дима никуда не спешил. Он раз­гу­ли­вал под ок­на­ми му­зы­кально­го учи­ли­ща. Парень искал скрип­ку. Она зву­ча­ла в окне первого этажа, прямо под балконом, на котором уютно разместились горшки с вереском, колокольчиками и фиалками. Он при­слу­шал­ся. Скрип­ка пе­ла и стенала. Кидалась с обрыва и взлетала в высь. Боролась и побеждала. Он не слышал других звуков. Все мысли его были заняты в тот момент музыкой и тем, кто эту музыку изливал в данный момент. Дин. Дорогой, невероятный Дин, о котром Дима мечтал уже целых два года. Тот, кто вечно вроде и держит дистанцию, игнорирует, но нет-нет да и снизойдет до легкой улыбки. И улыбка эта была желаннее всех улыбок мира. Было поздно, на улице зажигались фонари и в здании светилось только одно окно. Дима стоял, подставляя щеки струям дождя, льющего с двойной силой. Не­ожи­дан­но кто-то позвал его по имени. Дима резко обернулся... Рядом с ним стоял невысокий парень с длиннцми светлыми волосами. Он аккуратно поставил на землю свой футляр с виолончелью. – Все еще сохнешь по Дину?- Меланхолично, но с живым интересом спросил Женя. Его голос на секунду заглушил музыку и это ударило по Диме, как раскат враждебного грома. – Ни­чего подобного – А вот и нет. Я же вижу. Женя участливо посмотрел на Диму, с которым быо знаком еще с начальной школы. Они были лучшими друзьями, но Дима после перевода в другую школу как-то замял это общение. – Дед послал за хлебом,- Дима сам не понял, пытался он оправдаться перед Женей или перед собой за мысли о Дине. – Пойдем? Ты весь промок. Заболеешь, а этого только тебе и не хватало. Дима прикинул и кивнул. Неплохо было бы согреться, да и он давно не видел бабушку Жени. Ведь он, как и Дима жил без родителей и рано познал, что такое запретная любовь. Родственная душа и все такое. Он попытался представить, что было бы, если бы вместо Жен тут стоял Дин. В начале в голову полезли мысли о поцелуях, но их быстро вытиснул голос рациональности. Кто он Дину? Очередной поклонник, держащий в себе надежды, которым никогда не сбыться. – Ты чего? Может пойдем уже?-- С некоторой досадой Жкня выудил Диму из грустных мыслей. – Да, давай, – ска­зал он. – Вот и славно! Женя улыбался до ушей, но в его глазах таилась добрая теплая грусть понимания. Они молча пошли по тротуару. Дождь не про­хо­дил. Телефон во всю трещал, звонки от деда сыпались как кортечь, но Дима старательно игнорировал их. Он думал о том, что привело его под фиалковые окна училища, о том, почему он преследует Дина, почему ждет его благоволения. Представил, как он пробегает мимо, даже не посмотрев в его сторону. Ему все равно, любит Дима его, или нет и есть ли он вообще. А Женя всегда готов помочь, ждет его, зовет пить чай. И ведь если подумать, то виолончель тоже неплохой инструмент. Да и Женя вполне красивый парень. Но вдруг он запнулся. Картинка разбилась вдребезги. Ничто уже не казалось сказочно хорошим, скрипка отдалялась с каждым шагом на километры, не оставляя после себя никаких следов. Больше нет Дина, Дима бтльше не любит его и не мечтает быть с ним. Стало обжигаюче больно. Голова закрудилась, навернулись слезы. Дима посмотрел в лицо Жени невидящим от слез взглядом. Замешкался на секунду. А потом с силой рванулся вперед, хватая руками за шею, щеки, волосы, впечатываясь губами в его губы. От поцелуя снесло голову, языки переплетались, парни стояли, впечатавшись друг в друга. Было неважно, что подумают прохожие, дед и бабушка Жени. Были только они двое, было только это мгновение. Оторвавшись, Дима ощутил прилив сил, на душе улеглссь бупя и засияло солнце. Голова шла кругом. Дтма обнял Женю как можно крепчею шепча ему слова извинений, признаний и прочего милого лепета и слушал то же от "друга". Они засмеялись и обняли друг друга. Дождь закончился.