Новая жизнь Татьяны Викторовны

Свою вторую девочку Татьяна Викторовна тоже не стала держать долго. Первые поцелуи не запомнятся, слишком сильные они пробуждают эмоции. Девочка будет только помнить, что целовалась в первый раз, а подробности будут словно в розовом тумане. Пусть первый раз станет коротким: ей захочется повторить процедуру, чтобы лучше помнить, чтобы начать отвечать, чтобы стать чуть опытнее. Ну а пока Лена-вторая зреет... Для Тони у неё был план. Она заглянула к своей старой школьной подруге – кстати, её тоже звали Лена, она тоже в своё время не вылезала из коротких юбок. И да, у неё хранился дома старый запас, уже не надеваемый, и они вместе подобрали школьнице малопоношенную короткую юбочку – подарок новому поколению, не смущающемуся показать ножки. Об этом Татьяна Викторовна сообщила Тоне, добавив, что юбка у неё дома – пусть зайдёт, когда хочет, и заберёт. От её поколения. Сама решила: всё будет зависеть от того, когда она зайдёт. Самый плохой вариант был – поздно вечером, потому что в это время задерживать у себя девочку будет выглядеть неприлично. Ну а если она придёт после школы или ранним вечерком, значит, не стоит отпускать её без более близкого знакомства с её телом! Тоня прилетела часа в четыре дня – очевидно, после послеурочной прогулки со своим пареньком, подумала Татьяна Викторовна. Хоть и целующаяся с женщиной, Тоня явно была гетеро и жаждала в первую очередь мужского внимания, уступая ей либо по молодости, из интереса, а скорее даже просто потому, что учительнице и помощнице отказывать ей не хотелось. Вот с Леной-русоволосой ситуация была хитрее. После повтора поцелуев на следующий день она призналась, что ей нравится один мальчик из параллельного, но она с ним не контактировала. Они только могли вяло попереписываться в Контакте о школьных вопросах, но ничего более близкого между ними не было. И, хотя она отзывалась о своём предпочитаемом парне с большим энтузиазмом в голосе, она пока не делала никаких шагов к сближению. Зато с учительницей целовалась охотно, долго, не смущалась её руки на своём боку или талии. Она вполне могла быть и лесби. Татьяна Викторовна с печалью думала, что Лена-первая, которая нравилась ей больше всего, тоже явно интересовалась парнями. Она была одной из тех, кому на уроке одноклассники могли погладить коленку или завести руку за спину, очевидно, кладя ладонь на попку. Куда многообещающе выглядела её подруга Танечка. Она, хоть и предпочитала, подобно большинству одноклассниц, короткие подолы, была скромнее, мягче, не такая общительная. Даже если такие девочки были гетеро, они обладали женским качеством уступчивости, так что при определённых условиях могли уступить женским приставаниям, расслабиться, как говорят, и получать удовольствие. Но лидером среди подруг была, конечно, Лена; она точно узнает о том, что Таня отдалась женщине, и тут важно, чтобы она сама относилась к этому – ну хотя бы с пониманием, не стала отчитывать Танечку и поднимать шум. В общем, жизнь у лесбиянок не самая простая, канеш... Но не сегодня – было ещё рано, они с Тоней были одни в квартире, и девочка была уже зацелованная, почти наверняка готовая к развитию отношений. Увидев юбку, она издала радостное восклицание и тут же принялась снимать свою, без стеснения демонстрируя старшей длинные ноги и трусы в светло-голубую полосочку. Подарок оказался как раз, Тоня прошлась в новой юбке, подошла к зеркалу, осмотрела себя стоящей, потом сидящей, и – довольная подошла к Татьяне Викторовне с приоткрытыми губками. Вот тут-то и сделалась женщина лесбиянкой. Возможно, Тоня рассчитывала только на пару нежных поцелуйчиков благодарности, но и долгие, страстные поцелуи спокойно приняла. Она отвечала на них. Сама, правда, просто стояла, не трогая учительницу, но руки той скоро вовсю гладили спину девочки, затем и попку. Но Татьяна Викторовна скоро перешла в решительное наступление – приподняв сзади подол, она уже неприкрыто ласкала ученицу через трусики. Скоро девочка оказалась на постели, на спине, а Татьяна Викторовна нависла над ней. Та уже тяжело дышала. Поцелуи продолжились, иногда переходя на шею девочки, под ушко, около ключиц. Опускаясь на кровать целиком, Тоня слегка раздвинула ноги, этого было достаточно, чтобы юбка полностью отползла к тазу, открывая трусики почти целиком. И пальцы женщины легли на промежность, уже влажную под тонкой тканью. Целуя Тоню за ухом, Татьяна Викторовна начала разминать её половые губки, скоро ещё сильнее, так бы выпрашивая постанывания, которых она скоро добилась. Тогда она резко просунула руку в трусы девочке. Там уже было всё мокро, и кончик среднего пальца почти сам нашёл щёлку и принялся нажимать на неё. Татьяна Викторовна стала самым кончиком входить в ученицу, заставляя её стонать уже громче и мотать головой. Приподнявшись, она, сама возбуждённая собственной смелостью и податливостью нежного тела, второй рукой задрала на школьнице водолазку, затем подцепила пальцем лифчик в самом тонком месте и потянула его вверх. Груди Тони были не большие, круглые, с крупными розовыми сосками, и уже не задумываясь, Татьяна Викторовна взяла один в рот. Она сосала, как ребёнок в желании молока. Тоня продолжала мотать головой, она уже совсем растрепалась, по щекам стекали бисеринки пота. Перейдя ко второй груди, женщина сперва широкими движениями языка начала проводить по груди и соску. Но уже на втором заходе Тоня издала слабый вскрик, её тело словно встряхнули, и она обмякла. Хватит пока, поняла Татьяна Викторовна, чувствуя немного так, словно она в полёте врезалась – ну, не в скалу, а в дерево, не смертельно. Тоня лежала с закрытыми глазами. Женщина поправила на ней лифчик, опустила немного помявшуюся водолазку, пригладила юбку, прикрыв мокрые трусы. Надо же – минутка, и девочка выглядела так, словно задремала, уморившись от учёбы. Татьяна Викторовна посмотрела на неё, полюбовалась, и пошла в кухню поставить кофе и подогреть картошку. Через минут пятнадцать Тоня появилась, проводя рукой по волосам. - Ой, Татьянвикна, как это было! Что, каждый раз так здорово? - Ну... Говорят, когда человек тебе нравится, то всегда... - Тогда я Вам нравлюсь? Татьяна Викторовна только улыбнулась в ответ. Не говорить же, что на самом деле она... - Значит, у меня сегодня два подарка? - Значит, два...