Новая жизнь Татьяны Викторовны

Лена на несколько секунд погрузилась в размышления. Татьяна Викторовна немного нервно посматривала на неё, не желая о чём-то спрашивать. Лена была довольно решительной девочкой, и влиять на её мнение не было смысла. Наконец ученица сказала: - Ну а если я зайду к Вам сегодня немного позже? Татьяна Викторовна не совсем поняла, что значило это утверждение и как к этому относиться, но кивнула. Как ни удивительно, перед окончанием рабочего дня она снова увидела эту Лену. Разговаривая с учениками, она довела их до длинной раздевалки, в которой сейчас по причине ясной погоды мало что происходило. Пока ученики выходили из школы, она зачем-то заглянула в раздевалку. А там... В самом конце её, хотя из-за отсутствия многочисленных пальто всё было видно, она увидела, как выпускник зажимает какую-то девчонку пониже со спины. Он прижал её грудью к стенке, одну руку просунул под юбку и там явно гладил её между ног. Девчонка не относилась к этому благожелательно, более того, через минуту или две она вырвалась и зашагала прочь. И тогда Татьяна Викторовна узнала Лену. Она не знала, как к этому отнестись, поэтому быстро вышла из раздевалки. Придя домой, она немного попереживала, поразмышляла, что ей делать, если Лена захочет осудить её: пригрозить в ответ увиденной сценой? Подговорить ли Лену-вторую при случае сказать, что Лена Забородько соврала? Но потом решила ничего не предпринимать, пока не поймёт, какую позу она примет. В конце концов, была вероятность того, что она не имеет желания ославить Татьяну Викторовну на всю школу. Да и нравилась Лена Татьяне Викторовне – не хотелось с ней воевать, а хотелось заняться чем-то другим. Так она волновалась, пока не услышала звонок. Когда Лена вошла, женщина внезапно успокоилась. Во-первых, дома она чувствовала себя уверенней, во-вторых, Лена не выглядела, как обвинитель. Напротив, казалось, ей хотелось поговорить с кем-то. Так что учительница предложила ей чай, а потом, за столом, даже решила сама начать разговор: - Лен, скажи, а разве ты девочками и женщинами интересуешься? Я думала, нет. - Не то, чтобы интересуюсь. Просто недавно произошёл один случай... Татьяна Викторовна деликатно промолчала, позой показывая, что внимательно слушает. И Лена заоткровенничала: - Так случилось. В общем, у меня брат старший, у него есть девушка, Даша, ей 22. И вот за два дня до того, как я – ну, Вас с Леной увидела, – Даша зашла к нему, когда его дома не было. Мы разговорились, и она вдруг решила мне показать, как прикольно в отношениях, что-то такое болтала. И полезла целоваться. Я хотела отбиться, а она вдруг – представляете? – связала мне руки, у неё ещё в сумочке коньяк оказался, она мне выпить дала. Ну и потом целовала, грудь достала, тоже целовала и гладила. В тот раз на этом и закончила, но я теперь думаю... Татьяна Викторовна кивнула. - Может, с девушками мне и не так нравится, но безопасней? Парни какие-то дикие, не подумают, всунут и хоп, потом ты беременна. Да и Дашка, дикая, порвать может. Я и подумала – может, с Вами надёжней? Татьяна Викторовна была поражена. - Но... - Татьянвикторна, вы не стесняйтесь... У нас знаете какой двор? Пацаны, ничего не скажу, хорошие, от чужих всегда защитят, всё нормально тут. И девчонок не насилуют. Но когда у них груди уже появляются, по вечерам бывает, на посиделках в гаражах тискают, и тут отбиться сложно. Так что и меня, и Таньку, и сестру её, нас всех уже полапали, как могли. Татьяна Викторовна протянула руку и легко потянула эту привлекательную девчонку к себе на колени – и та охотно скользнула к ней, по ходу расстёгивая пуговички блузки. И в следующий момент мечта женщины осуществилась – её «самая лучшая Леночка» сидела, прижимаясь к ней, как Лена-вторая раньше, и целовалась куда увереннее девственницы. И сердце учительницы таяло всё сильнее от каждого поцелуя. Всё-таки наши желания иногда исполняются – даже невысказанные! Лена была смелее своих одноклассниц – она гладила волосы женщины, пока та освободила обе её полные груди и поочерёдно облизывала их. Тот факт, что она поимела эти груди только после какой-то Дарьи, её смущал мало, она больше была увлечена поглаживаниями их, мягкими и нежными, в отличие от требовательного языка. И Лена была не в джинсах, а в своей обычной школьной юбке, «почти длинной», но которая идеально подчинилась пальцам учительницы. Нежная, гладкая кожа внутренних сторон бёдер – воплощение мечтаний Татьяны Викторовны – была в её распоряжении. Затем белые трусики, с уже наметившимся пятном. Чувствуя себя ужасной развратницей, Татьяна собрала на палец прозрачную влагу и сунула палец себе в рот. Там оказалось мало – надо повторить с большим количеством! Чуть дрогнувшим голосом она сказала: - Пойдём в спальню? Лена грациозным движением поднялась с её колен, тут же положила руку на молнию юбки, движение пальцами – и юбка плавно соскользнула с её бёдер вниз. Она сразу разобралась и с последними пуговицами блузки, оставив верхнюю одежду на кухонной табуретке, в прекрасной полунаготе двинулась в сторону спальни. Там и лифчик исчез, и Лена легла на постель, стягивая последнюю тряпочку. - Только пока лишать девственности тебя не будем? Только языком там? – уточнила Татьяна Викторовна в приступе последней стеснительности. - Ну да, пока так... А Вы тоже разденетесь? Кивнув, женщина начала снимать свою юбку. Да, с Леной всё было иначе... - А Вас в школе никто из... женщин не ласкал? Ну или подружка? - Э-э... нет, я только с мальчиками... – призналась Татьяна. - Интересно, что бы было, если бы приласкали, - вдруг задумалась школьница. – Как меня. И женщина на секунду замерла: а правда, интересно, потеряла она опыт или ей это было не нужно? Но на это вопрос ответа не нашлось – а её ждал новый опыт с самой лучшей девочкой её класса! Она перестала думать и наконец сняла с себя одежду.