Под контролем

⠀       ⠀ ⠀ Паста из близлежащего ресторана была отвратной. Нет, дело не в качестве еды, а в качестве жизни Кристины за последнюю неделю. Все вгоняло в негатив. Каждая мысль о происходящем заставляла непроизвольно хмурится и концентрировать себя хоть на чем то. Все проблемы начались, когда девушка застала Соколову на полу у той дома. Вроде как, ничего такого, Саша - просто какая то девушка, приехавшая работать в Америку. По сути то, нет ничего необычного в том, что нужно залатать человека. Но сердце мучила непрерывная тахикардия, когда она смотрела на тяжело вздымающиеся ребра. Она не могла вспомнить момент, когда вся жизнь Соколовой начала ее так волновать. С каких это пор, она вообще думает о ком то, кроме себя? Она помнит. Помнит с каким безразличием пришивала руку отцу обратно к плечу. Ей было все равно на то - выживет он или нет, ведь она могла сама себя по жизни содержать. Назревает вопрос. По каким таким пунктам Кристина зависит о той же Алекс? Тупой вопрос. Настолько тупой что Кристина, действительно не знает, что на это ответить. Она вспоминает, как мать ее учила делать прочные стежки, чтобы кожа не разошлась при первом же телодвижении. Ее уроки медицины были суровыми, Джейн больно била девочку по рукам, когда та в очередной раз путала хинидин и адреналин, хотя ей нужно было ориентироваться лишь только по запаху. Вспоминает, как Нол уже третий час подряд рассказывал ей о различиях пистолетов, револьверов и карабинов. Давал пощечины, если та отвлекалась. Заставлял бегать по десять кругов, когда Кристина очередной раз, дрожащими от усталости руками, не могла собрать винтовку в слепую. Из нее, красивой девченки, имеющей перспективы в биологии и ИТ - пытались взрастить солдата на помощь отцу. Прекрасное оружие или по крайней мере блестящий "план Б" на случай поражения Нолана. Причем и мать и отец старались прийти к одному результату. Джейн просто так не обучала бы дочь такой ерунде, как медицина. Она ведь видела болезненно острый интерес Кристины к технологиям и чему то, что женщина не могла никак назвать избитым “как раз для девочки”. Не то, чтобы Кристину смущал патриархальный настрой матери, но ведь она просто была очень заинтересована в этом и вообще какая разница, что думают родители? Мать - хирург самоучка, а отец большой авторитет Америки? Такие родители вообще что то людимое дали бы ей? Она так не думает. Но так или иначе, она сейчас сидит в дорого обустроенной квартире и имеет доход, пользуясь уроками и мамы и папы. Защивала человека, который с какого то перепуга - стал чем то важны и стреляла из пистолета не хуже него самого. Кристину переполняла нелепая гордость за себя, что мол, она вот такая вот классная и все умеет благодаря маме, с которой не общается и папе, которого уже нет. Но, не стоит забывать, какими бы навыками она не владела и как давно им не была обучена - использовать свой потенциал, она начала неделю назад. И факт того, что все это из за этой, блять, уже изрядно надоевшей Соколовой - ее злил. Злил так, что некогда любимая чашка, полетела в стену и даже звон осколков не заглушил нарастающую агрессию. Хотелось кричать, прибежать к Соколовой домой, выбить дверь и рассказать, что она о той думает и вообще, что заебала она ее своими заморочками. - Не может она видетели… - Сделав глоток ликера, Кристина сушила волосы и собиралась в клуб. Ей хотелось отвлечься. - Не хочет делать мне больно…. - Натягивала чулок на вторую ногу. - Уезжает говорит… Девушка говорила с таким укором и напускным гонором, что самой едва не становилось смешно от того, как ее это злит. - Да пропади ты пропадом! Слышала! - Кристина, что есть силы дернула дверцы шкафа и забегала глазами по вешалкам, в поисках белого пиджака. Хотелось быть красивой. Нет, не так. Неотразимой! Приспустив свое коктейльное платье ниже, перекрывая кружевную полосу на чулках, Кристина направилась в ванную комнату за косметичкой. Подведя губы, верно будет сказать - очень вызывающей черной помадой, она ухмыльнулась, оголяя белоснежный ряд зубов. Она мысленно сделала себе пометку, что розовые локоны так хорошо сочетаются с нарядом, что даже в ней самой вызывают восторг. Было непреодолимое желание напиться и танцевать, пока ноги не откажутся держать ее изящное тело. Непонятно, что и кому она хотела доказать. Наверное себе - что вокруг есть что то кроме человека, который сам же и отказался от нее. - Ну и катись лесом, уж больно, гордая и независимая... - Девушка провернула ключ в замке и последовала прочь из здания.

***

Иссиня-зеленый огонек, струящийся над рюмкой, говорил о высоком градусе алкоголя. Взяв трубочку из высокого стакана, наполненного водой, Кристина окунула ее в содержимое шота и быстро опустошила его. Приятное жжение обволакивало желудок, на языке застыл привкус кофе с цитрусом. Буквально облизнувшись от наслаждения, Крис крикнула бармену: - Молодой человек! Повторите! Истома окутала блондинку и та, чтобы совсем не уснуть здесь, решила выйти в толпу и насладится порывом танца. Музыка на удивление начала ее привлекать, хотя обычно ей не нравятся дискотеки. Когда в детстве, Кристина сидела на лавочке на медляках, потому как фаворитов среди мальчиков она, логично, не имела, она только на исключительно обожаемые песни выходила подвигаться в такт музыке. При этом все еще презирала дискотеки. Она не была человеком-вспышкой, который будет плясать или петь в толпе, сумасшедшие танцы и песни. Кристина это вино на 6 этаже заброшки с видом на алый закат. Она - это скейт парк и грязные конверсы. Сейчас Кристина это байкерша в кожаной куртке с черной помадой и львиным взглядом. Циник смотрящий вверх, на пасмурное небо. Она никогда не чувствовала, что живет жизнь которую хочет, но по факту она так еще оторва. Просто без расстановки ценностей ты не имеешь дна, и душа никогда не будет насыщена, не будет полна до краев. И это чувство ненасыщенности порождает зверей в нашем мире. Таких как Крис. Но сейчас ей нравилось все. И музыка и обстановка, нисколько ей не присущие. Тогда на встрече с друзьями и первой неформальной встрече с Алекс, Кристина он нервов напилась и пошла плясать просто от пьянства. Всем ее противоречивым эмоциям нужно было куда то выплеснуться. Может сейчас снова так подействовало опьянение или еще что, но ее движения становились плавными и ей самой казалось, что возможно - у нее неплохо получается. Стараясь не думать о том, как на самом деле это со стороны смотрится, она отдалась последним аккордам и изогнулась, подобно болезненно согнутой фигуре. Ощущая испарину на лбу, девушка поспешила ее смахнуть и разогреться перед следующей песней, но с первых нот ее охватило болезненное дежавю. Композиция Blinding lights рождала в недрах Кристины волнение и даже, наверное, тревогу. Ведь в те, постоянные их с Алекс совместные поездки - играла фоном именно эта песня. Хотелось закрыть глаза и увидеть слева от себя сосредоточенно следящую за дорогой пару глаз и мягкие руки, обвивающие кожу руля. Кристина скучала. Она признает это. Буквально вечером, когда она виделась с Сашей последний раз, она видела точно такую же картину, но музыка не играла. Играла лишь Алекс, на нервах у Крис. От понимания того, что даже сейчас, она не может избавится от таких тошнотворно назойливых мыслей которые ее преследуют, Крис последовала к барной стойке и цедя слова сквозь зубы, заказала еще два шота. Опустошая свой заказ, Кристина думала как же себя развлечь. Как же сделать это так, чтобы не было желания думать в принципе. Завидев за другим концом стола парня, который явно скучал, Кристина решила немного понаблюдать за ним. Оказалось, что он пришел сюда со своим другом и его девушкой и похоже, оказался третьим лишним. Это выглядело, как минимум, забавно. Девушку охватили сомнения по поводу того, что этот “самец неписаной красоты” сидит один и даже никого не ищет. Неужели никого достойного найти не может? Если это так, то какой то он слишком самовлюбленный… Но по нему так не скажешь.. Серьезно пришел чисто с другом и его девушкой посидеть? Придурок какой то. Кристине это напомнило взаимоотношения в треугольнике Алекс-Макс-Кристина, где Кристина играла роль бэкграунда. Мыслей о том, что между Сашей с Максом есть какие то отношения - Кристина не допускала. И все было бы достаточно хорошо, если бы Кристина не выругалась на очередную вспышку мыслей об Алекс. - Да твою ж мать….Кристина! - Девушка встала и без задних мыслей последовала в сторону скучающего, который сегодня станет ей мальчиком на вечер, добавив: - Хватит думать вообще о чем либо! - Выпьешь со мной, - поднимая на уровень глаз свой шот, она обратилась к тому парню,- неохота в одиночку, как то. Ее ослепляющая и обезоруживающая улыбка не могла не подействовать на стильно одетого и молодо выглядящего парня. Перекинувшись парой интригующих, с явным намеком на продолжение в более тихом месте, фразами - они поспешили удалится на этаж выше, где расположился отель для посетителей. Он тут был явно для людей, схожих интересами с Кристиной и ее спутником.

***

Откинув голову и почесав затылком по подушкам, она подставляла смуглую, нежную шею под беспорядочные поцелуи парня. Она умоляла себя сконцентрироваться на том, что происходит с ней в данную секунду, а не на бесконечных флешбеках. Тот оказался на удачу нежным и неторопливым, хотя эти прелюдии, сейчас только раздражали. Номер был будто бы содран с самых пошлых и классических клише отелей. Красная подсветка вдоль линии плинтуса, роскошная и просто гигантская кровать с белоснежным постельным бельем. Запах ополаскивателя с ароматом терпкой клубники. Смесь первоклассного мужского одеколона и ее собственных духов, пробуждала в ней желание. Все тело настолько дрожало от предвкушения и жажды быть желанной и любимой, что когда язык рыжеволосого, наконец заскользил меж ее бедер, смакуя жажду той - Кристина рассыпалась тягучим звучанием, оставляя оскому своих стонов на стенах. Растворяясь в ощущениях, она почувствовала как звенящая пустота в ее душе наполняется чем то жарким, даже, возможно, похожим на чувства. Правда, на деле, все это оставалось все таким же безвкусным сахарозаменителем. Все движения были механическими, такими как с любым парнем или девушкой ранее. Морган любила проводить ночи с заинтересовавшими ее спутниками. Нет, она редко выгоняла их под утро или той же ночью, хотя могла. Иногда могла даже согласиться на эту смешную и стыдливо-жалостную модель “мы могли бы составить друг другу компанию по жизни”. Она составляла, но буквально через неделю постельных “компаний” - вышвыривала всех. Она не любила долго играться одной игрушкой потому как можно и привыкнуть. А такое счастье никому не надо. Взъерошивая влажные волосы на затылке, девушка сводила колени над головой парня, в надежде наконец получить желаемое. Но в минуту “до”, когда за закрытыми веками стало особенно темно и напряженно - какой то острый блеск прошелся перед глазами. Перед Кристиной предстало лицо со шрамом над бровей и болезненно искусанными губами. В ушах застыла мутная череда слов: “Не могу запретить себе чувствовать к тебе что то.” Перед ней оказалась Алекс и тут же повалила ее на пол. Жадно сжимала пальцами запястья над головой. Как когда то делала сама Кристина. Вторая рука забралась под футболку и сжала сердце в кулаке, стало так невыносимо больно в груди, что девушка не сдержала громкого вскрика. “Ты не боишься проиграть?” Мгновением позже в ребрах красовался стилет и возможно это выглядело бы красиво, если бы яркая боль не оседала на стенках ее мозга. Это что то невероятное, хуже чем просто воспоминание или сон. Это нечто в голове, но так же необъяснимо реальное. Возможно это была паническая атака, или же она просто перепила, но этот сюр был настолько реалистичен, что это ввело ее в какой то немой ужас. Холодный пот скатился по вискам и девушка в панике отстранила этого...Вильям его кажется зовут? Прижав руки к груди, пытаясь унять ноющую боль, она с маниакальной настойчивостью прокручивала эти слова еще раз сто, прежде чем что то внутри не оборвалось. Она слышала только стук своего сердца и его скорость пугала девушку. Небывалая ясность ума посетила Кристину, и перед ней, как в учебнике разложились три фразы: “У Алекс есть ко мне чувства. Она солгала, отказавшись. Снова. ” Наткнувшись на недоумение мальчишки, Кристина много раз извинилась и спустив платье, задранное выше пояса - пулей вылетела на улицу, садясь в первое попавшееся такси.

***

      Ей правда хотелось думать, что переспав с первым попавшимся красавцем из клуба - ей станет легче. Окей, может не легче, но она точно что то докажет Алекс. Что? То что и без нее, Кристина может жить полноценной жизнью, как и двумя неделями ранее? Так Кристина понимала, что во-первых это какой то детский сад, а во-вторых наглое вранье. Может, что она и вправду считает это просто игрой? В таком случае, она конечно так и считает, но глубоко в душе, ее желания расходятся с тем, на что она согласилась. В конечном итоге стоит признать поражение, ведь она хотела чего то искусственного, в итоге получив неконтролируемые настоящие эмоции. Но сейчас, сокрушаясь о дверь, ведущую в квартиру Алекс и сдирая кожу на костяшках, она наконец пыталась доказать человеку, что находился по ту сторону двери, что ее желание быть рядом не временное и самое что нинаесть серьезное. - Алекс! Впусти! Прошу… - Устало и пьяно взрывалась Кристина, съезжая по холодному металлу вниз и ловила себя на мысли, что Алекс ей, все таки, не откроет. Возможно, не будь она пьяной, она бы продолжала со свойственным ей болезненным безразличием жить и вытирать Алекс из памяти, как нечто нарисованное карандашом. Жаль только, что такие как Соколова врываются в чужую жизнь, выплескивая целую банку краски на чей то аккуратно раскрашенный лист. Такая нездоровая неизбежность будто бы веселила девушку. - Прошу, Саш. Я не собираюсь выяснять с тобой отношения. Я просто… Кристина подняла глаза на потолок, высушивая неожиданную влагу, скопившуюся на ресницах. Просидев так непонятное количество времени, она заметила еле слышное шуршание о дверь. Поняв, что Алекс у двери, Кристина почувствовала такое назойливое и до безобразия детское желание обнять девушку, что хотелось зареветь сейчас же. - Знаешь. Я конечно, не гуру психологии и у меня нет коллекционных ручек в рабочем столе, нет пафосных очков для зрения, нет наград, нет кресла и столика, нет блюдца с леденцами для пациентов…. Нет ничего такого, что могло бы говорить о моей компетентности в раскопках чужих голов, но я точно могу сказать, что скучаю по тебе. И что бы ты там не думала, что бы с тобой не произошло, я…. Кристина встала на ноги и уперлась лбом в дверь. - Я клянусь своими дурацкими чувствами к такой дурацкой тебе, что низачто не дам в обиду и буду с тобой до конца. Пускай это и будет тебе не нужно. Этого хочу в первую очередь, я. Слова сами слетали с языка, она не репетировала речей, не готовилась. Все было до смешного спонтанным и от того искренним, хотя немного горьким, учитывая, что Кристина не была до конца уверена в истинных желаниях Саши. И, уже неприлично долго, ничего не происходило за дверью. Кристина с какой то обреченностью и досадой, хотела уйти и больше не существовать в этом бытие, лишь бы не помнить все это, но неожиданно для нее - щелкнул дверной замок. Дверь открывалась долго, и когда за ней блондинка увидела до боли знакомую челку, за которой пряталось лицо Саши - сердце пропустило пару болезненных ударов. На нее смотрела Соколова с абсолютно безразличными глазами. Нет она не плакала, нет и намека на слезы, но что то скрипуче-пустое преобладало над эмоциями. В одной руке была бутылка родного Мартини, в другой - сигарета. Домашние шорты и безразмерная футболка не портили ее вид, лишь добавили шарма. Алекс выглядела хорошо, как всегда впрочем. Но Кристина сделал вывод, что та не просто пьяна. Помимо прозрачного взгляда, она заметила не многозначные белые полосы на столе в гостинной. Блондинка думала, что это может помешать их разговору или что либо еще, но поток мыслей прервался, когда Алекс допила последний глоток из бутылки, бросила в нее окурок и поставила сию инсталляцию напол. Алекс подошла к девушке, заставляя ту вжиматься в стену, в надежде оставить хотя бы миллиметр между их телами. Возможно, уже пожалев, что пришла сюда, Крис посталась сделаться немного серьезней, ведь она не для безвкусных прелюдий приехала. Пристальный и грустный взгляд Саши выжидающе, будто ища ответы, на свои бесчисленные вопросы поедал каждый миллиметр между их глазами. В немой перепалке взглядов было столько сокрушительно-интимного, что Кристина с трудом подавила желание сказать девушке - насколько она рада что снова видит ту перед собой. Насколько Соколова красива. Крис влюбилась далеко не в красоту Саши. Ее влек несгибаемый характер, неописуемая харизма, которую излучала девушка всем своим естеством. Такая строптивая Алекс, какой она была первые пару дней. Такая по родному упрекающая Саша в домашних шортах у плиты утром после клуба. Такая неизбежная Соколова, которая сейчас кровожадным монстром, вторгается в океан за прозрачными хрусталиками. И не будь Крис так сильно околдовала ее ведёмством, она бы сочла все происходящее за дикость. Но сейчас неосторожная и близкая Алекс не казалась ей чем то, уму непостижимым. Не была слишком резкой или грубой. Она была ничьей. Возможно от того родной..? Она не язвила, не морозила взглядом, в ее глазах плескался дождь и сырость. Было не страшно сделать что либо не так и сорватся в прорву, потому что Саша не допустила бы этого. Им не нужно ничего говорить, объясняться, просить прощения или еще чего, что называют угловатым словом "раскаянье". Нет. В неуловимом мгновении они сказали все, что хотели, прекрасно понимая чувства друг друга. Обе начали понимать серьезность намерений. Обе абсолютно не хотели, просто тупо развлекаться. Да, на принятие этой истины, им просто жутко необходимо было потратить несколько десятков часов, что они провели карабкаясь на стену, сдавливая себе глотку в приступах стыда и доказывать какие они гордые и независимые, но так было нужно. Все это прошло, сейчас и только лишь сейчас, единственный вопрос, который волнует Алекс это: - Ты пьяна? Хриплый, словно надломленный голос действовал умиротворяюще. - Есть немного. Немного это мягко сказано, но Саша, возможно, делает вид, но верит. - А ты? Кристина старалась подавить заинтересованность в голосе, потому как Алекс уже щекотала носом у нее за ухом, вызывая бесстыдное и однозначное чувство спокойствия. - Я нет, - усмехнувшись в шею Кристине, будто в бреду, она добавила: - Но один из препаратов, что рассыпаны на столе. - Саша слабо махнула ладонью в сторону гостиной. - Не поверишь, какое совпадение - называется твоим именем. Это необъяснимо сильно подействовало на нее. И хотя у Кристины нигде не екнуло от такого банального флирта, но влажный поцелуй уже окутывал сухие губы Алекс. В ее ментолово-табачном вкусе хотелось тонуть так же храбро как Джек в ледяном океане. Не желая отрываться от девушки, Крис начинала млеть от алкоголя, но когда ее руки стали бегать по телу Саши настойчивей, та подхватила блондинку на руки и понесла вглубь квартиры. Хотелось разорваться от приливщих чувств и пускай они ограничивались лишь жаром между бедер и тахикардией, но ей определенно хотелось отдаться им полностью. Приземлившись на мягкую ткань, Крис нехотя открыла глаза и обнаружила, что они добрались до спальни. В почти полной темноте можно было разобрать непривычные полки на стенах и стало ясно, что это комната Алекс, но было уже так плевать.... Целовать пьяную Алекс было чем то настолько недосягаемым, что девушка регулярно теряла связь с миром. Кожа, подобно пластилину плавилась и податливо сминалась в чужих руках. Саша была напористой, но не грубой и от осознания взаимности становилось тяжело дышать. Она могла вечность наблюдать за тем, как взволновано Алекс вела ладонями, поднимая платье вверх. Сколько обожания и нежности было в прикосновениях и глазах, и как сильно это контрастировало с тем, что она говорила блондинке пару дней назад. Но об этом больше думать не хотелось. Оставляя влажные следы на темном капроне, Саша смотрела на девушку исподлобья, прямо в глаза, не отрываясь не на секунду. Кристина в свою очередь отвечала на этот взгляд своим - полным смятения и восхищения. Еле уловимо слышался ветер из непрочно закрытых окон. Громче него конечно же было дыхание их обеих и сладкий звук соприкосновения мокрых губ с нежной кожей. Отчетливо казалось желание, но в какой то момент, оно внезапно стало таким томным и нежным.. Кратко дотронувшись дрожащими пальцами к нависшему над ней лицу, Крис окликнула девушку. - Стой, - хрипло произнесла она, наблюдая за тем, как горячие губы обхватывают ее палец. - Сними футболку. И Алекс привстала на колени, стряхивая головой от нахлынувших чувств, приподняла ткань за края. При виде обнаженной Алекс появлялось желание подчиниться, повиноваться и вообще раствориться к чертям. В темном блеске карих глаз было столько этих "ты невероятна", что Алекс ничего не оставалось, кроме как принять эти неизбежные чувства Морган. Оставив несколько настойчивых поцелуев на груди Саши, Крис подняла руки к верху, позволяя снять с себя платье. Напряжение, было настолько плотным, что казалось, оно затмевало остатки разума. Оно было гуще воздуха. Оценивающий взгляд Алекс волнующе смущал, напоминая о временах, когда ей было 17 и ее преподавательница настойчиво стягивала с нее мокрые трусики, приговаривая какая же она хорошая девочка. Волнующим ей казалось и то, как возмущенно Алекс смотрела на ее перевязанное плечо и ногу. И если о бедре Алекс знала, то плечо было новостью. - Что это... - Хотела, было спросить Саша, но Крис притянула ее к себе, прижимаясь влажно к чужим губам. - Потом. ⠀ ⠀ ⠀