Я всегда буду с тобой

✨ И кричишь ему вслед — больно нужен, а на самом деле и больно, и нужен✨…

*****

Кареглазый паренёк в дурном отвратительном настроении и с выступающими на глазах слезами, в спешке покидал студию после очередных съёмок, на которых он читал фанфики вместе со своими друзьями. Он двигался с неимоверной скоростью, иногда спотыкался, поднимался наверх по лестнице всё выше и выше, и корил себя обзывая разными плохими словами, которые он только знал в этом жестоком мире, за то что уговорил любимого на эти дурацкие съёмки, и за то что вообще когда-то посмел влюбиться в него, в своего тогда ещё лучшего друга, наставника, учителя. Он без остановки преодолевал пролёт за пролётом, совершенно ни о чём не думая. В эти тяжёлые для него моменты ему не хотелось совсем ничего, никого ни видеть, ни слышать, а просто тихо побыть одному… И вот… Ещё одно мгновенье… И он уже сам не понимая того, оказался наверху многоэтажного здания, стоя у самого края пропасти… Он стоял и смотрел вдаль, а его сердце разрывалось на кусочки, от того что в голове всплывали фрагменты совсем недавно происходящих событий. Ему было плохо, потому что к его любимому прикасался другой, совершенно чужой человек, обнимал его, прижимался к нему, улыбался и даже дышал с ним одним воздухом, и хуже всего, что всё это было взаимно с его стороны. Да — он жутко ревновал, а ещё у него очень болела душа, от того что он не может быть просто счастливым как все, потому что он вынужден врать почти всем кого знает и прятать свою любовь ото всего окружающего мира, демонстрируя при этом другую, ненастоящую, с девушкой, которая в своё время была его лучшей подружкой. Ему хотелось выть и кричать от жгучей удушающей боли, и горькие слёзы градом катились по его щекам. Ему уже давно и неоднократно хотелось прекратить всё раз и навсегда, и теперь, у него появилась единственная возможность сделать это. И это будет так просто. Ступить в бездну и ждать, ждать когда смерть придёт и заберёт его с собой… Он с глубоким вздохом сомкнул свои мокрые от слёз ресницы, в последний раз вспоминая его красивые серые глаза, тёмно-русые волосы и ласковые тёплые объятия, нежные сладкие губы, которые так любил целовать, и такой всегда приятный аромат его кожи. Всё это, всегда заставляло трепетно биться его сердце и когда-то давно, не оставило совсем ни единого шанса на спасение от несчастной любви. «Я люблю тебя, Эми», — всплывало в его голове, а в ответ. — «Я тоже люблю тебя, Дим». — Я люблю тебя, Дим… Прощай… — Эми! Эмиль! Эмилька, остановись! — откуда не возьмись, раздался до боли знакомый, взволнованный бархатистый голос. — Что ж ты такое творишь, глупый?! Ты чего это надумал?! — запыхавшись выбежал на встречу ему Масленников. — Ты совсем с ума сошёл?! Ну какого чёрта, а?! — Что ты здесь делаешь?! — завопил он. — Стой там и даже не вздумай приближаться ко мне! — Эми, солнышко, — замирая на месте, говорил его любимый. — Зачем всё это? — Зачем? — холодно и равнодушно произнёс паренёк, стирая слёзы со своих щёк. — Это ты у меня спрашиваешь, зачем? Дим, да ты охуел! Это я тебе должен задавать такой вопрос! Зачем ты так со мной, а? Сначала ты мне признаёшься в любви, приходишь ко мне трахаться когда тебе удобно, а потом, у меня же на глазах, ты позволяешь себе обжиматься со всеми подряд, не думая о моих чувствах. Это у нас с тобой такая любовь, да? Это теперь так называется? — возмущался Эмиль без остановки. — Можно делать мне больно совсем не задумываясь об этом, да? Ну да, конечно, у меня нет сердца, я же каменный, бесчувственный чурбан. Так вот, Димочка, — поглядел он на Масленникова полными отчаяния и боли глазами. — Знаешь, что я сейчас тебе скажу? — сделал он шаг приближаясь к пустоте. — Иди, и обнимайся со своим Егоркой дальше, а меня оставь в покое. Я не хочу тебя больше видеть. Я вообще жить не хочу. — Эми, погоди, — произнёс дрожащим голосом Дима, и стал двигаться вперёд к кудрявому парнишке. — Пожалуйста, послушай меня. — Не подходи ко мне! — закричал Эмиль. — Стой где стоишь! Ещё один твой шаг, и я не задумываясь сброшусь вниз! — Эми, не делай этого, любимый мой, — испуганно выпалил Дмитрий, снова замирая на месте. — Я ради тебя всё что угодно сделаю. Малыш, прости меня идиота, за то что я заставил тебя страдать, прости меня за всю ту боль, которую я тебе причинил. Обещаю тебе, что пересмотрю своё поведение и, больше никогда не обижу тебя, — горячие слезинки скатывались из его глаз. — Только прекрати это всё, я тебя умоляю. — Ну это уже неплохо, — ехидно усмехнулся Иманов. — А что ещё ты мне можешь пообещать? — пронзительно сверлил он своим взглядом Масленникова. — Радость, счастливую жизнь без пряток, лжи и фальши, ты можешь мне пообещать, а? — Эми, ты это сейчас о чём? — в непонятках произнёс его любимый. — Какого хера, Дим? — со злостью фыркнул кареглазый парень. — Не надо изображать передо мной неведение. Ты прекрасно знаешь, о чём я. Это ведь ты, придумал весь этот цирк и заставил меня принимать в нём участие, — продолжал изъясняться Эмиль. — Видите ли, я же так палевно смотрю на тебя влюблённым взглядом, так, что даже в каждом видеоролике и на каждом углу, каждому человеку это заметно. Я же чувств своих не умею держать при себе. Права была моя мама, когда говорила что любовь никогда и ничем не скрыть, чем дальше и больше любишь, тем сильнее это становится видно. Мне уже так надоело вечно прятаться ото всех и без конца всем врать. — Ну ребята же наши всё знают о нас, почти вся наша команда, — отрезал Масленников. — Ну да, — вздохнул Эмиль, бесцеремонно решая выложить всё как на духу, всё что нагорело и наболело, всё что копилось у него в душе многие месяцы, ему больше ни о чём не хотелось молчать. — Конечно они всё знают. И то, если ты помнишь, дорогой мой, это только потому, что Сударь случайно застал нас с тобой за очень интересным занятием, возвращаясь за своим мобильником обратно в студию, а потом, разболтал всем об этом, — выдавил он из себя кривую усмешку. — Тогда у нас другого выбора не было, потому что смысла отпираться не было. Я устал Дим, ото всего этого. Я обманываю всех — многих наших друзей, своих родителей, родителей Али и её саму, бедная девочка уже давно могла бы быть счастливой, а не мучиться со мной, жить во лжи и быть пешкой в нашей с тобой никчёмной, бессмысленной игре. Знаешь, Дим, — продолжал говорить парнишка. — А ведь мне давно уже наплевать на всё. Мне надоело быть блогером. Я хочу быть обычным и счастливым человеком, хочу любить тебя, ходить с тобой за ручку, обнимать тебя и целовать ни от кого не прячась, засыпать и просыпаться каждый день в одной постели с тобой, а не с Алей, ведь это же такие простые и выполнимые желания. И да, я не боюсь осуждений людей в нашем жестоком мире. Ради тебя, я готов буквально на всё. На всё, мой любимый, — нежно смотрел он в глаза Димы. — Если ты готов дать мне это прямо сейчас, тогда я откажусь от этой дурацкой затеи спрыгнуть вниз. А иначе, — нервно сглотнул он слюну. — Моя жизнь не имеет смысла. Дмитрий стоял молча, глядя на расстоянии в любимые карие глаза и, в ответ не проронил не единого слова, обдумывая всё только что вышесказанное кудрявым парнишкой. Ведь он же знает, прекрасно знает, что мать его ети, этот смелый мальчишка во всём прав, прав как никогда раньше! И каждое его слово, цепляло Масленникова за самое сердце, заставляя его больно сжиматься. Его самого достала эта противная ложь, ему надоело постоянно выкручиваться и втихомолку искать встреч с любимым, ему тоже безумно хочется быть счастливым ни смотря ни на что. И он уже готов переступить через себя, через всё и всех, чтобы разделить с ним его желания. — Ну что же ты молчишь, а, Дима? — не отводил паренёк свой взгляд от Масленникова, но тот дальше продолжал играть в гляделки не решаясь начать разговор. — Правильно, — продолжил свою мысль Иманов. — Ты не готов к этому, да и никогда ты не пойдёшь на такое. Поэтому нам надо всё это закончить. И я не буду затягивать, — отвёл он свой взгляд в сторону бездны, собираясь сделать в неё шаг. — Эмиль, не надо! Постой, не делай глупостей, — спохватился Масленников, подаваясь к нему вперёд. — Жизнь она одна у человека, не играй с ней в такие жестокие игры. Всего лишь одно неверное движение и ты полетишь вниз. Дай мне руку, я помогу тебе, — протянул он парню свою большую ладонь. — А потом, я сделаю всё как ты захочешь, обещаю! — Я же говорил не подходить ко мне! — заверещал паренёк. — Быстро отойди назад! — толкнул он Диму в грудь. Он пошатнулся… Его нога сдвинулась вниз… Резкий глубокий вздох… Отчаянный крик… И казалось бы всё… Всё… Его такой короткий жизненный путь на Земле был окончен…

*****

Бесстрашный охотник за привидениями, в паническом страхе за жизнь своего любимого мальчика, во мгновенье ока бросился вперёд, чтобы спасти его от такой неминуемой гибели… А если он не успеет, значит сбросится во тьму и умрёт вместе с ним, ведь в этот жуткий момент, он осознал всю ценность своей жизни рядом с этим нежным, кудрявым кареглазым чудом, любящим его всем своим большим сердцем. Для него он как свет в окошке, как ласковый лучик солнышка, как тёплый пушистый котёнок. Для него он весь мир и без него он будет никем, без него он не сможет… Его просто не будет… — О Господи, Эми! Родной мой, нет! Крепкие мужские руки потянули парня назад и сильно прижали к могучей груди, не давая сорваться в леденящую душу, жуткую пучину. Он успел! Он не отдал своего любимого кудряшку в кошмарные лапы страшной адской смерти, ждущей его внизу! — Зачем ты меня спас? — стал извиваться Эмиль, вырываясь из цепких рук Дмитрия. — Я не хочу жить. Почему ты не дал мне умереть? — рыдал он взахлёб. — Да потому что я люблю тебя, дурак! — выпалил Масленников, тяжело дыша и не отпуская парня от себя. — Очень люблю. Когда я увидел как ты падаешь, услышал как истошно кричишь, моё сердце облилось кровью и мне стало страшно. И за доли секунды я понял, что в этом мире есть ещё одна жизнь, которая для меня дороже сообственной — это твоя жизнь, Эмилька, твоя! — целовал он каждый сантиметрик красивого лица своего любимого солнышка. — Как же я рад, что успел. Я бы не смог без тебя, Эми, мне ничего без тебя не нужно, — теребил он его такие родные, шелковистые кудряшки. — Да ты всё врешь, это не правда, — не хотел верить в услышанное Эмилька, но на мгновенье заглянув в серые глаза, которые всегда казались живыми и лучистыми, он понял, что далеко был не прав, они были влажные от слёз, в них отражалось столько искренности и любви, немало сожаления, горести и печали. Парнишка не желая больше ничего говорить, вжался в родное тело, обвивая любимого за шею своими руками, вдыхая такой родной запах в полную грудь. — Глупыш, ты хоть представляешь себе, что бы со мной было, если бы я не успел?! Да я бы и минуты без тебя прожить не смог! И забывая обо всём на свете, я бросился бы в пропасть вслед за тобой! Где ты там и я, помнишь, родной? Мы же обещали друг другу, помнишь?.. Мы же всегда с тобой вместе… — Помню, любимый, — говорил парнишка, и слёзы снова текли из его красивых глаз. — Помню, родной мой, — он ещё сильнее прижался к нему и неистово накрыл его губы своими, сливаясь с ним воедино в жарком, долгом поцелуе любви. — Я всегда буду с тобой, котёнок мой, — улыбнулся Дима, нежно вытирая слёзы своего мальчика большими пальцами обеих своих рук. — Всегда, слышишь! С этого момента, у нас с тобой всё будет по-другому; ты поговоришь со своей Алей, а потом, мы расскажем о нас всем остальным нашим друзьям, нашим родителям, ты будешь жить со мной и мне всё равно, что они на это скажут. Главное, что теперь мы с тобой всегда-всегда будем вместе,— ласково поцеловал он его в кончик носа. — Ты действительно хочешь этого? — всё ещё не верил в реальность происходящего паренёк. — И ты правда, всегда будешь со мной? — слегка улыбнулся он. — Да, — ответил Масленников на оба вопроса сразу. — Только у меня есть одно условие… — Какое?— поинтересовался Эмиль, перебирая мягкие пальцы его руки. — Некоторое время, наши фанаты не должны о нас знать. — Я почему-то так и думал, что ты это скажешь, — поспешил с ответом Иманов. — Ты меня не правильно понял, — стал пояснять ему Дима. — Эми, всё что я делаю, — нежно погладил он своей ладонью его густые тёмные волосы. — Делаю только для нас. Я хочу чтобы в будущем, мы с тобой жили в достатке и ни в чём себе не отказывали. Я работаю прикладывая много усилий, не покладая рук снимаю ролики, и снимаюсь сам, везде где только можно, для того чтобы у нас всё было. — А если мы сейчас им всё расскажем, ты рискуешь всё потерять и остаться ни с чем, — разглагольствуя закончил вместо него Эмиль. — Я не так глуп, как ты себе представляешь, Дим. Я всё понимаю… — Солнышко, — ласково сказал Дмитрий, целуя любимого в кудрявую макушку. — Нам надо ещё подождать. Я тебе клянусь, как только, так сразу. Когда я остановлюсь на достигнутом, и пойму, что всего у нас уже вдоволь, мы обязательно им всё расскажем, а потом уедем куда-нибудь, далеко-далеко, туда, где мы с тобой сможем полноценно быть счастливыми и нам никто не будет мешать, где будем только мы с тобой, только ты и я… Ты веришь мне, котёнок мой? — поцеловал он его в такие всегда желанные, мягкие-мягкие, манящие пухлые губы. — Верю, любимый, — улыбнулся паренёк своей самой красивой улыбкой. — Я всегда буду с тобой. Он трепетно ответил ему нежным чувственым поцелуем, пропитанным до каждой клетки такой сильной и преданной любовью к нему, к человеку, который значит для него больше чем он сам…

*****

✨Горе сердцу, которое льда холодней, Не пылает любовью, не знает о ней. А для сердца влюблённого — день проведённый без любимого, самый пропащий из дней✨...