Улыбка сквозь боль

      Балкон остался позади. В груди неприятно щемило. Казалось, все кости медленно по одной ломались, заставляя задыхаться в собственных эмоциях, которые уже начинали выливаться через край. Хотелось, чтобы это все оказалось страшным сном, потому что терпеть эту боль было невыносимо. Ничто не ранило так сильно, как свои же чувства. Ничто не ранило так сильно, как чувства других. Руки опускались, а внутри образовывалась ноющая пустота. Хотелось кричать и заливать все своими слезами, но сил не было. Оставалось только смотреть на все это со стороны и улыбаться. Улыбаться так, как будто все хорошо и это не ранит сильнее выстрела в сердце. Сколько это уже длится? Когда эти чувства пустили корни, которые так крепко приросли к телу, как-будто одно целое? И ничто не помогало избавиться от них. Сколько бы алкоголя не было влито в организм сколько бы не было девушек, крутившихся вокруг, все мысли все равно были лишь об одном человеке. В этом человеке даже не было ничего особенного, но что-то все равно тянуло к нему, словно магнитом. Аарон давно начал понимать, что что-то в его отношении к Эндрю начало меняться, но совершенно не обращал на это внимание. Он винит себя за это, ведь упустил такую важную деталь, ведь если бы заметил раньше, то все это бы не привело к такому результату. Аарон начал надеяться на что-то ещё пару лет назад в райских сумерках. Лёгкий поцелуй навсегда отпечатался на его губах и всегда напоминал о пылающем сердце в груди. Рука снова потянулась к губам, словно это было несколько секунд назад, но воспоминания все ещё были такими чёткими, ведь они были единственными. Больше такого случая никогда не было, но Аарон надеялся. Надеялся до последнего, но когда в команде появился Нил Джостен, все надежды и мечты обрушились и были растоптаны, превращены в пыль. Миньярд сразу заметил странные отношения его брата и нового нападающего, но старался не думать об этом, надеясь, что это всего лишь его внутренние опасения. Но опасения стали явью. Они стали такой горькой и жгучей явью, которая сделала огромный шрам в сердце, из которого не переставала литься кровь, пачкая все тело в страданиях. Тот день, когда ФБР разрешили Нилу встретиться со своей командой, стал для Аарона судным. Тогда он полностью умер внутри, оставив лишь гниющее сердце. Назад пути не было и надежды тоже. Эндрю утонул в Ниле и это ему было ясно так же, как и то, что даже мечты его не спасут. Аарон хотел выплеснуть все эмоции сейчас на нападающего, обвинить его в чем-то и выставить предателем. Но единственное, что он получил это то, что чувства Нила искренни, а его чувства затоптаны глубоко на дно.       Аарон улыбается, находясь рядом со всеми. Он старается не обращаться внимания на двоих парней, сидящих вдвоем подальше от всех. Он позволяет себе напиться, чтобы заглушить ту боль внутри, от которой хотелось закрыть глаза и провалиться сквозь землю, исчезнуть и больше никогда не возвращаться.