Убегая от прошлого.

Прошла неделя. Несмотря на то, что задействованная в деле Светланы Огарёвой и Марины Ярославцевой группа экспертов работала, не покладая рук, подвижек, практически, не было. За Кристиной всё это время следили два охранника, сменяющие друг друга. При всём при этом каждый вечер Кристина получала две чёрные розы с каплями крови: она находила их под дверью, в машине, их оставляли на работе, передавали дети на улице. С розами всегда были записки: «Месть — блюдо холодное»; «За всё нужно платить!»; «Я слежу за тобой!»; «Тебе от меня не спрятаться!»; «Боишься? Правильно боишься!»; «Ты и твои друзья должны почувствовать то, что из-за вас чувствовал я»; «Я иду за тобой!» Кристина решила прогуляться пешком. Сегодня похоронили её подругу, поэтому настроение у неё было на нуле. Проходя мима одного ночного клуба, девушка зачем-то туда зашла. Подойдя к барной стойке, Кристи заказала виски. Выпив, она попросила повторить, и у них с барменом завязался незатейливый разговор. После третьей рюмки разум стал куда-то уплывать, а дальше всё было как в тумане. Очнулась девушка уже в их с Лёней квартире, а рядом находилась Валентина Антонова. — Валя?! — удивилась Кристина, осмотрела комнату и увидела капельницу, иголка от которой была введена в её вену. — Что случилось? — А ты что, ничего не помнишь? — спросила Антонова. — Нет. — И про ночной клуб не помнишь? — продолжила спрашивать Валентина. — Нет!.. — удивлённым тоном проговорила Кристина. — Хотя подожди… Помню, что похоронили Марину, после я решила пройтись подышать свежим воздухом. Гуляла долго… На душе было паршиво… и, проходя мимо какого-то ночного клуба, я, почему-то, решила туда зайти… что-то там выпила и… Всё, дальше, вообще, ничего не помню. — Данилова замолчала, потрясла головой и поморщилась: — Как голова болит, просто ужас! — Неудивительно! — усмехнулась Валя. — Почему? — У тебя в крови целый коктейль намешан. — Валя, а как я дома оказалась? — задумчиво спросила Кристи. — Ты лучше спроси, не как ты дома оказалась, а что ты вчера учудила! — И что я учудила? — тупо переспросила девушка. — А это ты у Лёни спроси. Пусть он тебе про твой вчерашний подвиг расскажет? — назидательным тоном сказала Антонова. — Это что? Мне до вечера думать, что ли? Пока Лёня с работы вернётся? — в нетерпении восклицала Кристина. — Ага, как же, с работы?! Плохо ты своего Лёню знаешь! Он сутки возле тебя просидел, между прочим. А сейчас спит в другой комнате. Я еле уговорила его идти поспать! — объяснила Валя. — Подожди! А сколько я в отключке была? — Больше суток… — сказала Антонова. А затем, немного помолчав, продолжила осуждающе: — Кристина, ты хоть понимаешь, что за тебя все переживают? Галя ездила специально к Султанову выбивать охрану для тебя. Тихонов с Холодовым из лаборатории не вылезают. Майский с Березиным постоянно в разъездах, чтобы преступника найти и тебя не подвергать опасности. А про Леонида со Степаном я, вообще, молчу! И это твоя благодарность? — Извини!.. — только и смогла сказать в оправдание Кристина. — Не у меня прощения проси, — вытягивая иглу от капельницы из вены Кристи, произнесла Валя. — Давай-ка, я тебя осмотрю! Через некоторое время, внимательно осмотрев Данилову, она сказала: — Так. Ну, всё в порядке. Я поеду, а то Артём там один зашивается. — Ты что была здесь всё это время? — Конечно. — Спасибо, Валь. Я так виновата перед тобой, да и перед всеми!.. — девушка виновато опустила голову. — Хорошо, что ты это понимаешь. Пока! — сказав это, Антонова направилась к двери. — Пока, — произнесла ей вслед Кристина. Полежав ещё немного в постели, девушка направилась в ванную. Выйдя из комнаты, она услышала, что Валя что-то обсуждает с Леонидом. Принимая ванну, Кристина всё пыталась вспомнить, что случилось, но у неё ничего не выходило. В памяти мелькали только некоторые фрагменты, и они ей, совсем, не нравились. Девушка прекрасно понимала, что её ждёт совсем нелёгкий разговор, и поэтому выходить из ванной не торопилась. Потом она, всё-таки, быстро прошмыгнула в комнату, чтобы переодеться, вернее, чтобы оттянуть время. Приведя немного себя в порядок, девушка всё же собралась с духом. — Перед смертью не надышишься, — тихо произнесла она, после чего вышла из комнаты и направилась в гостиную. Леонид стоял лицом к окну, его руки были сжаты в кулаки и упёрты в подоконник. Девушка остановилась на приличном расстоянии и, посмотрев на Лёню, сразу поняла, что натворила что-то очень серьёзное. Ей было стыдно, и она опустила взгляд. — Ничего не хочешь мне сказать? — строго спросил Субботин. — Прости, — всё, что смогла выдавить из себя Кристи. — Не многословно, — констатировал парень. — Я виновата, очень виновата. И я не знаю, что сказать. — Расскажи, что ты делала в том ночном клубе! — потребовал Леонид. Кристина, запинаясь, повторила то, что она немногим ранее рассказала Вале. Выслушав её, Лёня резко сказал: — В Турецкий бордель захотела? — КУДА??? — у девушки от удивления округлились глаза. — В бордель! Турецкий, ну или в какой-нибудь другой! Это хорошо, что этот клуб был у наших в разработке, а если бы нет. Да ты хоть понимаешь, что с тобой могло произойти? — возмущался парень. Кристина лишь тяжело вздохнула, продолжая рассматривать пол. — В этом клубе таких дур, как ты, опаивали, а потом в иностранные бордели продавали, — объяснил ей Леонид. — Чёрт! Ты не представляешь, как я за тебя испугался, когда мне Рогозина позвонила и сказала, что тебя чем-то опоили и куда-то везут! — продолжая сердиться, он не замечал, что кричит. — Забыв обо всём, я вскочил в машину и гнал всю дорогу на предельной скорости. А когда подъехал к тому дому, куда тебя привезли, то там уже всё закончилось: наши ребята скрутили этих гадов, а ты, скажем так, была не в адекватном состоянии. — Лёнечка, прости… — девушка еле сдерживалась, чтобы не заплакать. — Я не знаю, что на меня нашло. Вчера похоронили Марину… а после я решила погулять по городу… Пока ходила, не заметила, что вечер… а перед глазами стояли девчонки… Когда на глаза попался этот чёртов клуб, решила зайти… там пришла в голову идея, что если выпить, станет легче… — И как? Стало? — Леонид резко повернулся лицом к Кристине и сложил руки на груди. — Нет, конечно. Согласна, идея была глупая. — Кристи попыталась хоть что-то объяснить: — Я, когда выпила первый раз, то чувствовала себя нормально — видимо ещё ничего не подмешали; а после второй я почувствовала, что что-то не так, но почему-то не ушла сразу, а потом… почти ничего не помню. — Может, потому что очень мило с барменом беседовала? — с ухмылкой сказал Субботин. — Просто, перекинулась с ним парой дежурных фраз. — Ну, да, конечно… Парой фраз… — по тому как Леонид произнёс эту фразу, Кристина поняла, что, видимо, не просто парой дежурных фраз. — Ладно, проехали! — парень, наконец-то, сменил гнев на милость. — Я, конечно, понимаю, что у нас красивый ковёр, но, может, ты посмотришь на меня? Кристина, продолжая смотреть на пол, отрицательно помотала головой. Её было стыдно за своё необдуманное поведение. — Горе ты моё, вот скажи мне, зачем от охранника сбежала? — Я не виновата, что он за мной не уследил. Я специально не сбегала. — Кристина врала: ей, вдруг, захотелось проверить этого охранника, ведь второго она уже проверила, но тогда всё обошлось, а в этот раз нет. — И, вообще, надоело вечно под наблюдением находиться. — А что все в ФЭС за неё переживают, что Стёпа дома, с семьёй, не бывает, всё свободное время помогает Майскому с Березиным преступника найти, на это видимо тебе наплевать? Надоело ей! Ты бы хоть раз подумала не только о себе, но и об окружающих тебя людях: что будет с ними, если с тобой, не дай бог, случится что-нибудь плохое. Что будет с ними? А? — Я думаю, — попыталась возразить Кристина, — просто мне сейчас нелегко. — Ну, вот опять! Ей, значит, нелегко. А мне легко, видя, что с тобой происходит? — Субботин опять начинал закипать. — А что со мной происходит? — Кристина, когда ты последний раз нормально спала? Ты целыми ночами постоянно крутишься, что-то непонятное шепчешь, а то, и того хуже, просыпаешься с криками. — Простите, что мешаю Вам спать. — Хватит ёрничать! Ведёшь себя как десятилетний ребёнок! Ты не понимаешь, что я за тебя боюсь! Ночью кошмары, днём ты ходишь вся в своих мыслях с отстранённым видом. А когда ты последний раз улыбалась? Я уже забыл, как выглядит твоя улыбка. А твои закидоны в последнее время?! Ты начудила за три последних недели столько, что другие лет за десять: то заявляешься пьяная в стельку, то от любой тени шарахаешься, то с таксистами ругаешься; чуть под машину не попала; на улице с незнакомой девушкой поцапалась — она на тебя как-то не так посмотрела. Правда, последняя твоя выходка превзошла всё остальное. Кристина, я всё понимаю — тебе сейчас трудно; но это не повод так себя вести! — закончив говорить, Лёня тяжело вздохнул. — Прости меня, пожалуйста. Я очень виновата!.. — девушка всё же дала волю слезам. — То, что произошло со Светой и Мариной, вернуло меня в то время, о котором я старалась забыть… — Кристи прервалась, а после тихо добавила: — …в моё детство. И, ещё, — эта фотография, чёртовы розы, угрозы! Лёня подошёл к Кристине и обнял, та, в свою очередь, прижалась к нему, продолжая плакать. — Глупая моя маленькая девочка, я не обижаюсь. Я переживаю за тебя, очень сильно переживаю. — Лёня говорил успокаивающе, гладя девушку по волосам и спине. — Ты не представляешь, как я испугался, когда позвонила Галина Николаевна и сказала, что тебя куда-то увезли. А когда ты лежала в комнате под капельницей, я просто не находил себе места. Знаешь, я всего на минуту представил, что мог тебя потерять… Ты не представляешь, как внутри всё сжалось от одной этой мысли. Родная моя, что я буду делать без тебя, если мне не хватает тебя даже с тобой?! — Я действительно эгоистка, думающая только о себе и не думающая о чувствах окружающих, — плача, говорила девушка. — Прогресс на лицо! — ухмыльнулся Лёня. — Ладно, успокаивайся, всё же хорошо. Девушка пыталась успокоиться, но слёзы текли сами собой, ей было очень стыдно за своё поведение. — Это всё так трудно… — всхлипнула Кристи. — Кристина, тебе не нужно справляться со всем этим в одиночку. Я рядом с тобой и, чтобы ни случилось, я, всё равно, буду с тобой. Я не собираюсь выспрашивать тебя о твоём прошлом, если ты захочешь, расскажешь сама… — Я расскажу тебе всё, но немного позже, когда буду готова. — Кристина ещё изредка всхлипывала, но слёзы уже не стекали по её лицу. — Я знаю. Главное запомни, чтобы у тебя ни произошло, это в прошлом, моё к тебе отношение это не изменит. Я нашёл своё сокровище и ни за что не упущу! — Лёня крепче обнял девушку и поцеловал в макушку. Крис пересилила себя и посмотрела парню в глаза. Его взгляд был наполнен теплотой, пониманием, нежностью и волнением за неё. Парень выпустил любимую из объятий, а затем взял её лицо в руки и стал покрывать поцелуями. — Кристина, пообещай мне, пожалуйста, что ты больше не будешь делать необдуманных вещей. — Обещаю: сначала думать, потом делать! — как клятву произнесла девушка. — Вот и хорошо. А теперь позвони брату! — Зачем? — А ты совсем не помнишь, что ему наговорила вчера? — Нет!.. — удивлённо ответила Кристи. — Ты сказала, что в том, что случилось тогда и происходит с тобой сейчас, виноват он. Что обещал забрать тебя как можно раньше, а забрал, когда было поздно. Что его опека тебя достала, тебе не пять лет; пусть опекает своего сына, а тебя чтобы он больше не трогал. Что ты прекрасно обойдёшься без него. И что он тебе не нужен, пусть занимается своей семьёй, а к тебе не лезет, потому что ты уже взрослая девочка. Кристина буквально возненавидела себя: как она могла наговорить такое брату?! — Господи, как я могла такое сказать? Меня убить за это мало! Стёпа — мой самый близкий и родной человек. То, что я выросла в любви и заботе, и всё то, что я имею, — это всё Стёпа. А я просто неблагодарная эгоистка. — Позвони и скажи ему об этом, — Леонид протянул девушке её телефон. Кристина, взяв телефон, несколько минут покрутила его в руках, не решаясь набрать нужный номер, но, взглянув на Леонида и увидев в его взгляде поддержку, всё же набрала номер брата. — Привет. Как чувствуешь себя после своего подвига? — послышался голос Степана в телефоне. — Привет. Физически чувствую себя хорошо, а вот морально паршиво. — Что так? — поинтересовался брат. — Стёпа, прости меня, пожалуйста. Всё, что я тебе наговорила, это бред полный. Ты самый близкий и родной мне человек, ты сделал для меня столько всего, а я неблагодарная… — Мне не за что тебя прощать, — перебил её Данилов, — ты была под действием алкоголя и какого-то препарата. — Под действием чего бы я ни была, я не имею права так говорить, даже думать. Последнее время я вела себя как эгоистка, да и не только в последнее. Я столько всего натворила, мне за это очень стыдно! — каялась и извинялась Кристина. — А я смотрю, Субботин на тебя положительно влияет! — усмехнулся Степан, а потом добавил: — Кристина, я сейчас на месте преступления, поэтому, как понимаешь, мне не очень удобно говорить. — Тогда, пока. И ещё раз извини. — Пока. Кристина набрала ещё один номер. — Альберт Денисович, здравствуйте. — Здравствуй, Кристина. — Мне нужно с вами встретиться. — Хорошо. Буду ждать тебя в клинике к трём часам. — Спасибо. — До встречи. Кристина сбросила звонок. — А вот это верное решение! — не скрыл своей радости Леонид. — Ты прав, надо включать голову и заканчивать со всеми моими закидонами, а для этого мне нужна помощь. Надеюсь, получится! — Крис с облегчением вздохнула. — Конечно, получится! — поддержал Лёня девушку, а потом, словно спохватившись, сказал: — Валя оставила лекарство, которое тебе нужно принять. Так что, вперёд: принимать лекарство, потом завтракать, вернее, уже обедать, и на прогулку. — Я так понимаю, это всё Валины указания. И отвертеться не выйдет! — засмеялась Крис. — Не-а! — в ответ рассмеялся парень. — Ладно, где там это лекарство? — взявшись за руки, они пошли на кухню.