no cap

      -Что ты с ней сделал? - мужчина насторожился, не понимая куда они несутся.       -Я нихрена с ней не делал! Какого черта, Пруф?!       Чернокожий парень поджал губы, переживая очередную вспышку гнева от самого неуравновешенного рэпера десятилетия. Маршалла разрушала тревожность, мысли путались, и каждая клеточка сверлила мозг надоедливыми вопросами, где он упустил момент, что он сделал не так и чем ему придется за это расплатиться?       -Как этот упертый баран согласился меня выпустить? Что ты ему наобещал? - Эм чувствовал подвох, будто теперь должен продать пару органов взамен на свободу.       -Оказалось, что этот старик ничего там не решает, - пожал плечами мужчина, - куда ты мчишься? Ты же не собираешься провести целую ночь в дороге? - стараясь не выдавать свои опасения, Пруф спросил небрежно.       Костяшки пальцев, сжимающих руль, побелели. Он понятия не имел, куда ехать и что делать. В голове крутилось только два варианта - проверить ее квартиру, дорогу к которой он выучил наизусть, наблюдая за этим домом каждый раз, как оказывался в отпуске в промежутке между гастролями. Мужчина надеялся, что это все глупая шутка, и она там. Но что-то ему подсказывало, что второй вариант был надежнее.       -К Хонде? - он сказал это вопросительно, хотя не собирался советоваться с Пруфом, - он же, черт возьми, должен знать про это проклятое место! - то ли спрашивал, то ли утверждал мужчина, сомневаясь в своих догадках. Он был растерян впервые за долгое время. Сердце стучало в ушах, адреналин заставлял прижимать педаль к полу, а сомнения мешали ясно мыслить.       Юрист тяжело вздохнул, понимая, что Маршалл не успокоится, пока не решит этот вопрос, а на кону стоял перенос его концертов. Парень провел ладонью по лицу, снимая налет раздражения и усталости, который накопился за этот нервный вечер в мусарне. Они не спроста недолюбливали этих урок. Этот блондин все-таки его друг - подумал Пруф, глядя на лихорадочное состояние человека за рулем. Ему следует быть терпимее.       -Мы не найдем Хонду на череме, Марш, - грустно заметил он, понимая, к чему это все ведет - он пойдет до конца. Но Аравий и правда мог быть где угодно, но только не на череме. Он все еще оставался при делах и наверняка был в курсе тем, которыми промышляет его район, но черем его больше не интересовал, - сверни здесь налево, - быстрая реплика, и машину занесло на повороте. Эм слепо выполнил команду, не снимая ноги с педали газа, - поедем в академ. Я слышал, что мой старый приятель теперь живет там. Он, по крайней мере, знает о состоянии города лучше нас, - заключил юрист.       -Вы пытались пеленговать ее телефон? - он распрямил плечи, почувствовав поддержку и вдруг вспомнив, что не должен терять контроль.       -Нет, я был уверен, что ты знаешь, что происходит, - констатировал юрист, который готовился защищать невиновность своего клиента, предполагая его полную причастность к преступлению, - я понял, не смотри на меня так, - он потянулся за телефоном, чтобы набрать парням, взывая водителя переключиться на дорогу, опасаясь столь высокой скорости.       -А браслет? - опомнился парень, всматриваясь в даль мрачной дороги, освещаемой фарами, - Менты не отследили его? - задавался он вопросом, будто друг мог знать внутренние дела полиции.       -Ох, бля, - ругнулся мужчина, понимая, что эта определенно не место и не время для этого разговора, - это долгая история, Эм, но это дерьмо - фальшивка.       Мужчина не понял, то ли машина дернулась, наехав на яму, то ли его руки дрогнули, но Эм, среагировав инстинктивно, справился с управлением, молча пропуская эту информацию через себя. Он не понимал, зачем они водили его за нос, скрывались и лгали?       -Я ждал, когда ты признаешься. Чьих рук дело? - строгий голос накалял атмосферу.       -В курсе только я и Пол, - Пруф не пытался сгладить углы, осознавая, что это бесполезно и только начнет действовать на его нервы. Но он не был удивлен тем, что парень догадывался. Мужчина был уверен, что они соблюдали обоюдную молчаливую договоренность играть по выдуманным правилам, однако так, похоже, думал только он.       -Какого, мать твою, хрена, Шон?! - это было личное. Кажется, уже ничего не могло выбить его из колеи сильнее, как обстоятельства становились все хуже. Но все его силы будто уже были мобилизованы, и контроль не давал ему пострадать от эмоций. В конце концов, сейчас у него другая цель.       -Воу, легче, мужик, - насторожился Пруф, услышав свое имя, - я знал, что ты захочешь ее вернуть. Я всего лишь облегчил тебе жизнь.       -Я бы назвал это предательством, если бы доверял тебе, - рыкнул Маршалл, не сдерживаясь и будто возвращаясь на семь лет назад, в то время, когда он сомневался в самой сути человеческих отношений, которые должны были строиться хоть на чем-то, кроме страха или уважения. И его унижало, что они считали, будто с наступлением сытых лет, худой, израненный лев растолстел и потерял бдительность. Он не был глуп, в конце концов.       -Ты не можешь назвать это предательством, между нам нет обязательств на этот счет, - сухо заметил юрист, явно не оставшийся довольным его формулировкой. Он не предавал его доверие.       -Тебе стоило сказать мне об этом, - он облизнулся и поджал губы, съедая пару десятков бранных слов.       -Мы не могли так издеваться над бедной девочкой, - пояснил мужчина, - и ты бы не согласился, просто признай это.       Он молча припарковался, накинул на себя толстовку с капюшоном и натянул кепку на глаза.       Конечно, он бы не согласился тогда, пару десятков дней назад, когда плотно сидел на разноцветных таблетках, и все, что его интересовало - убьет ли он ее в эту секунду или продержится еще парочку, дослушав очередную стервозную реплику. Маршалл даже поверил во весь этот цирк с бракосочетанием, только позже поняв, что разыграть представление не составило никакого труда для Пруфа. Эта мысль пришла внезапно, как только он увидел сплетенные ею браслеты.       Ролина хотела объединить девочек и сохранить их крепкие отношения, повязывая талисманы на девичьи руки. И Маршалла просто осенило, что ее подсознание скопировало происходящее. А происходящее не было правительственным планом, их тоже хотели объединить. Он удивился трезвости своего рассудка в тот момент, и начал сожалеть, что эта игра скоро закончится для них двоих. Он терял ее раньше времени. Он не мог знать, что их ждет.       Он бы не согласился.       Желудок сжимался от желания всосать через свои стенки молекулы алкоголя, а мозг просил наплевать на все и разбить свой череп об асфальт, но Маршалл продолжил преследовать темнокожего мужчину. Алкоголь сейчас не был выходом, ему как никогда нужно было оставаться в сознании. Ему не свойственно убегать.       Кто-то пытался отнять у него его личное умиротворение, и мужчина планировал разобраться с этим как можно скорее. -       -Ох, черт! Эминем! Чем обязан столь громкому визиту к своей скромной персоне? И Пруф, откуда ты, черт возьми, разузнал мой адрес? - в бархатном голосе различалась теплая улыбка, - Впрочем, хотите выпить? - Маршалл сглотнул, проклиная свою зависимость, - Или обойдемся без формальностей? А то, знаете, в наше время... вы могли просто скинуть мне имейл, - хохотнул толстяк, - а тут, видимо, дело неотложное, судя по его глазам-блюдцам, - мужчина не давал вставить и слова, - ну так? Вы теперь серьезные мужчины. Что у вас стряслось?       -Просто послушай, - Пруф вытянул руки, понимая, что Эм вот-вот взорвется, хотя тот явно пытался отыгрывать безразличие.       -Я и есть слух, - улыбнулся мужчина, - хотя в твоем присутствии об этом грех говорить, - он стрельнул глазами в мужчину, чей взгляд буравил его из-под бровей.       -Что ты знаешь о Ролине? - не выдержал Эм. Его голос звучал чужеродно и враждебно даже для ночного визита. Он был плохим актером, когда дело касалось собственных чувств.       -О ком? - темная бровь, похожая на гусеницу, поднялась вверх по лбу, собирая морщины. Мужчина сделал вид, что не заметил этого грубого тона.       -Девчонка, что ошивалась тут во времена заката черемской империи, - напомнил юрист. Ему совсем не нравилось настроение Эма, поэтому он желал, как можно быстрее выяснить информацию и ретироваться.              -Кажется, это было еще в прошлой жизни, - задумался мужчина, плюхаясь на огромный диван в своей гостиной. Вся просторная комната была больше похожа на переговорную: по стенам было размазано несчитанное количество стульев, а ковролин на полу усыпан мягкими подушками-креслами. Место явно было создано для того, чтобы проводить тренинги или лекции, но во мраке ночи выглядело слишком просторным, чтобы казаться уютным.       -Даров, - худой тощий парень проплелся мимо них из комнаты в комнату, даже не поднимая глаз. Его силуэт был виден из-за напольного источника света, который был здесь единственным. Эм по привычке накинул капюшон на кепку, чтобы скрыть лицо от любопытных глаз.       -Черт, что вообще сейчас творится в городе? Есть банды, организованная преступность? Войны районов? - Пруф пытался выудить хоть какую-то информацию, но мужчина был несерьезен. От этого даже более стабильные нервы стали сдавать.       -Ха-ха, узок круг революционеров, страшно далеки вы от народа! Сейчас нет ОПГ, сейчас процветает терроризм! Новое течение, старые методы. Периодически то там, то тут слышны новости о том, что кто-то кого-то за что-то... чаще всего собирается небольшая группировка с целью нападения, устрашения и запугивания, а потом они растворяются и снова тишина. Иногда кто-то из них додумается просить выкуп или другие условия, но им сложно оставлять заложников в живых, они тупы как ебанные винные пробки. Дикари!       -Терроризм? - Эм задумался, - Пруф, у нас просили выкуп?       -Нет, - покачал головой юрист. Шестеренки этих двоих накоец-то зашевелились, переставая пускать искры от простоя механизма.       -Вы кого-то ищите? - мужчина сделал вид, что совершенно не заинтересовался разговором, подцепляя свеженькую газетку с журнального столика, - Тут кстати недавно писали про твой скандал в ресторане! - он быстро сменил тему, вспоминая забавную деталь жизни звезды, - И я вспомнил какие сцены ты устраивал с красивой. Видимо, твоя пылкая страсть никуда не ушла с годами, да, Марш?       -Красивая. Мы потеряли ее, - грубо проговорил Маршалл, буравя взглядом, только что потерявшего улыбку, мужчину.        -Черт, Роля жива?!       -Теперь мы не уверены, - хмыкнул Пруф, обдумывая новости о терроре, - Баф, соберись, нам нужно больше информации. -       -Ар, я сделал все, что мог! Я знаю, что у тебя нет больше ничего, что бы ты мог противопоставить их предложениям, - он даже не попытался отыграть сожаление.       -Я не отдам тебе ни копейки, - холодно констатировал Аарон. Он был подавлен. Его единственный подозреваемый только что сбежал. Ни дочери, ни сил, ни ключа к разгадке. Все, что у него было - три точки на карте, обрисовавшие потенциальный участок поисков, и небольшой заштрихованный квадрат - уже отработанный.       -Черномазый заплатил сполна, это окупит все наши расходы. Но отныне каждый сам за себя, - пожал плечами следователь.       -Скажи мне кое-что напоследок, - не выдержал мужчина, - когда ты стал таким говнюком?       -Когда выбрал поступать в полицейскую академию, брат, - усмехнулся мужчина, - не забывай из какого мы с тобой теста. Ты солдафон похуже моего, и дело далеко не в принципах. А в том, что ты не видишь дальше своего носа. Как и не видел семь лет назад, позволив Черному сбежать.       -Черный мертв, - седоволосый мужчина не заметил, как присвоил эту мысль, лишь бы не признавать свою слабость перед сопляком напротив, - ты ведь ни хрена не знаешь, - сощурился Аарон, - они не сказали тебе даже долю той правды, которая происходила на самом деле, - бывший генерал хладнокровно внушал мужчине то, в чем сам не был уверен.       -Что ты несешь? - он был в замешательстве.       -Значит, тебе тоже не доверяют, - хмыкнул Ар, разворачиваясь на пятках. Он блефовал ради ничего. Чтобы только не показаться полным идиотом, потерявшим все.       -Эй, стой! Тебе лучше оставить в покое того белобрысого, - хмурился коп, - я дал слово, что его не тронут.       -Твое слово ничего не стоит, - фыркнул мужчина, не удержав призрение, - я ему доложу об этом при встрече.       Аарон уверенно направлялся к двери, когда тот окликнул его еще раз.              -Кто мне не доверяет? - шепотом хотел узнать мужчина.              Морщинки вокруг светлых глаз собрались в ухмылку. Ар разочаровано покачал головой и вышел из отделения. Полное разочарование сменило минутное ликование. Ему было некуда идти, кроме как к своему злейшему врагу. -       -Я попрошу своих парней узнать все, что сейчас происходит, - кивнул полный мужчина.       -Откуда у тебя... - хотел спросить Эм, но заткнулся, понимая, что ответ Бафа может снова занять тысячелетие.       -Он владеет детским домом, - хлопнул его по плечу Пруф, направляясь вслед за мужчиной, - он мечтал об этом еще с первого курса юридического. Делал курсовую работу по тонкостям административного контроля за организациями детского пребывания, - они спускались по лестнице.       -Как черем распался, беспризорники никуда не делись, - продолжил Баф, - пацанам и девчонкам нужна была цель и крыша над головой. А мне как раз предложили продать два кадетских корпуса, которые оказались непригодны для эксплуатации еще десяток лет назад. И Пруф не даст соврать, я знал, что нужно для того, чтобы сделать из этих зданий конфетку для детей!       -Самая странная мечта, о которой я когда-либо слышал, - прокомментировал Маршалл, пока они все выходили на улицу.       -Я сам вырос на улице, чувак, и видел сотню подростков, которым просто не хватает внимания и любви. Черт, я знал, что могу это дать. И я давал. И я даю! - расхохотался мужчина, - Маленькое дело было просто моей отдушиной, но оказалось, что это приносит неплохие бабки. Спонсоры нашлись быстро - много знаменитых корпораций захотели приобрести очки кармы, пожертвовав нам деньги. Сейчас эти дети заняты собой и своим развитием.       -Не смотри на меня так, - усмехнулся юрист, - ты тоже жертвуешь туда деньги, - хотя Маршалл даже не повернул голову в его сторону, Пруф чувствовал необходимость разрядить эту обойму заряженного ружья, висящего между ними, в воздух пустых тем.       Маршалл одобрительно кивнул. Он понятия не имел, как и кто распоряжается его деньгами. Он лишь мог доверять... да, когда-то он мог доверять, но теперь был не уверен.       Его оскорбляло то, как его водили за нос собственные друзья, нет, семья. Он считал их своими братьям.       Идиотские аргументы Пруфа так хорошо ложились соломкой подготовленной под его гнев. А самое ебанное - он даже не мог злиться, не мог не согласиться с простыми фактами, хотел отрицать, но не мог. Его просто бесило оказываться марионеткой вновь, чувствовать, что его жизнью распоряжаются, как шахматной фигуркой на доске, чтобы разыграть лучшую партию. Это то, что делал Черный, и это то, что теперь провернули с ним еще раз.       -Да, и теперь даже матери-подростки могут найти у нас убежище, - улыбался мужчина, - делая нам еще больше воспитанников! - воскликнул он, поднимая брови на лоб в немом "что с них взять?", - И тем не менее система не идеальна, но я не борюсь с этим, я просто стал частью всего процесса, - он обвел руками круг, - поэтому будет легко узнать нужную вам информацию через моих подопечных, они все еще тесно связаны с улицей. Но, по крайней мере, не занимаются террором! Они как минимум умнее этих долбаебов! Ой, мат - это нехорошо, - широко улыбнулся Баф.       Маршалл только развернулся, чтобы впервые взглянуть на друга, задав немой вопрос о том, что им делать дальше, как мужчина рукой остановил его, всматриваясь в телефонный номер на загоревшемся экране.       Все мышцы в теле Эма сразу же напряглись. Зубы клацнули друг о друга. Мысли о том, что они, кто бы то ни был, сейчас попросят выкуп за похищение или поставят другие условия, рождали в нем напряжение, но будто растворяли внутреннюю тревогу. Он был готов сделать все, лишь бы это гадское чувство в груди прошло. Деньги, квартиры, тачки - не проблема.       Внутренне он был уверен в том, что готов отдать все, только лишь за ответ на вопрос - что делать дальше? Где ее искать? Сейчас, находясь на острие ножа, тыкающего его в спину, он начинал остро понимать, что вся жизнь, которую он имел, все богатство, вся слава, благодаря которой он только и мог, что скрываться под капюшоном, и все эти люди, которым он позволял распоряжаться его жизнью, все, что он ненавидел, все, что он из себя представлял - это лишь один ее выбор.       Ее выбор помочь ему. Она дала ему шанс, она показала ему, что делать дальше... та юная девушка, глоток кислорода, не вписывающийся в мрачную картину его мира. Только она смогла открыть ему глаза на самого себя, и, черт возьми, она продолжала менять его жизнь к лучшему. Банально до охуения. Но был слишком предвзят, чтобы мыслить трезво на ее счет.       Маршалл никогда не считал деньги, не коллекционировал безделушки и не придавал особой ценности всей этой материальной чепухе, возможно, потому что наркотик забрал его с головой, а, возможно, потому что его главной страстью всегда оставалось творчество. И только благодаря ней он смог. Мужчина считал равноценным отдать все свои деньги за ее жизнь. Он считал равноценным отдать свою карьеру за нее. Он считал равноценным отдать свою жизнь за нее.       Эта мысль не была новой. Эта мысль была сотни раз прокручена в голове бессонными ночами, что он провел, сидя в темной тишине одинокого дома, после того как в тысячный раз получал короткий отчет о том, что новостей о ее существовании не найдено. Ее жизнь заканчивалась там, где начиналась его. И он был фаталистом до мозга костей, чтобы закрыть на это глаза.       -Он хочет приехать, - наконец, Пруф вывел из транса парня, крепко сжимая его плечо.       -Кто? - темные брови свелись к переносице.       -Ее отец. -       В ее глазах не было души. Веки были слегка приоткрыты или попросту не закрывались из-за опухших глаз, оставляя небольшую щель, в которую можно было увидеть, что ее дух не был здесь. Карие глаза почернели окончательно, утратив всякий свет. На правой стороне лица засохла овсяная каша, стягивая кожу уродливым образом. Ноги и руки лежали переплетенные в неудобной для человека позе, тело побледнело, а воспаления перестали пульсировать.       Если и существовала высшая материя, к которой могла бы относиться душа человека, то душа девушки была бы спокойна. Она была бы благодарна тому телу, лежащему на полу за службу, за то, что перед уходом она смогла замолить свои грехи, и за то, что не держалась за ускользающую реальность слишком долго, продлевая мучения.       Ее душа весила бы легче двадцати одного пресловутого грамма, потому что сердце осталось чистым, а изтязаний было бы достаточно, чтобы отправиться сразу в рай. Там, в раю, нет боли, нет печали, нет тоски.       Эта душа вспомнила бы о том, как училась кататься на своем первом велосипеде, когда ее коленки разбились и соседский мальчишка с испугом искал для ее подорожник, лишь бы мама не наругала этих двоих. Вспомнила бы самый вкусный торт на восьмое день рождения, когда родители еще собирались вместе, чтобы воспитывать дочь, а не грызть друг другу глотки. Вспомнила бы объятия, которые ей дарил самый очаровательный толстяк на плате Земля, когда пьяное подростковое тельце нуждалось в этом. Она бы вспоминала речку, в которую приходилось бежать по болючим камням, пытаясь обогнать отца. Холодная вода остужала раскаленную на солнце кожу, до мурашек пробирая перепадом температур, пока девичье тело не начинало тонуть. Захлебываться, исходиться истошным кашляем, идти ко одну больше не в силах открыть глаза. Вода заполняла уши, нос, рот, лёгкие, вода везде. Снова.       -Не вздумай умирать, - шептала Бритни, выливая воду на осунувшееся лицо, - я еще с тобой не закончила, - она наплевала на брезгливость и взяла ее щеки в руку, поворачивая голову на себя, - ты так легко не отделаешься, - продолжала она, поливая водой ее рот и нос.       Наконец, Ролина забулькала, отхаркиваясь и откашливая воду. Ей на секунду показалось, что она уже в аду, но темнота стала рассеиваться, обозначая силуэт склоненной девушки.       -Приди в себя, идиотка! - фыркнула Бритни, подавая к ее лицу новую порцию каши.       -По-кха-кха шла накхуй, - прохрипела Ролина, почувствовав как в ее глотке еще плещется жидкость.       -Неблагодарная тварь, - рявкнула Бритни, всеми силами удерживая себя от удара. Так легко было выплеснуть всю злость и обиду на бессильную грушу для битья. Но она пообещала себе дать хотя бы сутки её организму на восстановление. Она серьёзно испугалась, когда обнаружила, что пульс едва прощупывается. Девка ещё нужна была живой.       Голова кружилась, и спазм в горле не помогал прийти в себя. Желудок начал сжиматься, отказываясь принимать проглоченную воду. Голова болезненно ныла, и девушка поняла потому, как изображение плывет, что ее глаз слезится от боли. Было ощущение, что ее виски сжали в тиски, а на шее проступил пот. Ей стало жарко моментально. Она заходилась ужасными хрипами, цепляясь за матрас кровившими ногтями.       -Черт, да что с тобой не так?! - ругнулась женщина, возвышаясь над припадочным туловищем, - Низ! Что с ней?! У нее эпилепсия? - предположила мучительница, подзывая к себе человека, боявшегося переступать порог этой комнаты.       -Нужно вызвать скорую, - подал голос парень, напуганный звуками. У него больше не было никакого желания участвовать в этих издевательствах.       Он, наконец, понял, что крупно облажался. Уж лучше ему навсегда остаться без члена вовсе, чем быть повязанным в одном деле с таким человеком, как Бритни. Только сейчас до него начало доходить, что им просто воспользовались и никакого обряда не будет. Он оказался в полной заднице, видя как его девушка испускает предсмертные вздохи. Парень боялся, что она не справится с этим всем, подмешивая в эту серую массу в ее тарелке антибиотики и обезболивающее - все, как он мог бы незаметно помочь девушке.       Низер надеялся, что если правосудие до них доберется, он сможет защитить себя этим фактом. Сказать, что оказался под влиянием. Он бы и хотел, что бы девушка помучилась, но он совсем не желал ей смерти. Только не от собственных рук. А сейчас страх за собственную шкуру толкал его на жертвы.       -Не мямли там! - она пошла к проходу, - Сделай что-нибудь с ней, - раздраженно прошипела маньячка, выходя вон.       -Поешь это, - он не смотрел на нее, отворачивая голову к стене.       Ролина не могла успокоиться, хотя ей уже казалось ее трясет не от спазмов, а от реакции нервной системы на обстоятельства. Практически каждая клеточка ее тела болела, а нервная система была поражена болевым шоком. Все ее сосуды сжались, чтобы избежать потери крови, поэтому она ощущала себя как один комок распирающих от боли нервов.       Низер взял в руки ее голову, помогая выхаркать остатки воды, и ее легкие расправились, наполняя мозг кислородом. В ушах стоял писк, будто знакомый и родной, будто это все был сон, а она проснется в гостинице и поймет, что он просто отошел в душ слишком далеко. Этот звук раздавался где-то на подкорке, глубоко в сознании, будоража ее рефлексы, заставляя чувствовать себя потерянной вещью с собственной сигнализацией.       -Ешь, Ролина, - призывал ее к вменяемости Низер, поднося тарелку к ее губам. Он никогда еще не видел ничего более ужасного. Его жизнь была счастливой ровно до этого момента, и только в этом контрасте он мог осознать это. Парень не понимал, почему она скрывала от него свое прошлое, но теперь четко осознавал, что наступило то дерьмо, которое он будет вынужден скрывать.       Девушка приоткрыла губы только от того, что чувствовала, как нетерпеливо стучит край тарелки по ее лицу. Более жидкая консистенция спокойно стекала по бортикам, и как бы Низер не старался, текло все равно слишком много.       Ролина медленно посасывала содержимое, не в силах глотать. Парень нашел успокоение в том, что она хотя бы ест. В его душе теплилась надежда, что лекарства помогут ей не подохнуть, а ему не получить пожизненное.       Она не понимала сколько минут прошло, писк затих. Девушка считала секунды до его появления, пока не забыла зачем считает. Мужчина оставил ее с полупустой тарелкой у щеки. Она пошевелила пальцами правой руки рефлекторно и обрадовалась, когда почувствовала движение. Ужас больше не охватывал ее. Даже слез не было. Глаз высох, и она старалась его не открывать. Впрочем, как и второй. Было просто невозможно лицезреть этот подвал. В голове не было мыслей. Только подсознание перебирало какие-то числа, не понимая, почему они вообще разбросаны в ее голове. Считать было легче всего. Ритмично, успокаивающе, предсказуемо. Да, наверное, поэтому.       На секунду ей показалось, что дверь открылась снова, и она ухмыльнулась, когда поняла, что даже ее сердце не дернулось. Она была готова принять свою судьбу. Она признала себя мертвой еще прошлой ночью. Или это не была ночь? Она не знала, как и не знала, сколько ей еще отведено мук. Девушка хотела бы заснуть навсегда, но как назло, сон не шел.       Ролина считала, стараясь не прислушиваться к своему телу, которое, вроде, успокоилось. Она надеялась, что ее организм уже отказывает, поэтому перестает реагировать. Оказалось, что признать себя мертвецом легче, чем продолжать бороться. Или только она так могла? Смог бы он признать себя мертвым, будучи на грани? Смог бы он сопротивляться желанию уйти из жизни? Что-то подсказывало, что он уже признал ее мертвой и попросту расторг брак, обезвредив браслет. Он, как и мечтал, избавился от нее. И правильно - кивнула себе внутренне девушка. Она мечтала избавиться от себя поскорее тоже. -       Черная иномарка остановилась в обозначенном месте, возле подержанного автомобиля. Маршалл не спешил выходить из авто, наблюдая за водительским сидением в лобовое стекло. Прошла всего минута, но каждая секунда в ней длилась вечностью, пока голубые глаза сверлили дверь цвета хаки.       -Без шуток, Мэтерс! - крикнул мужчина, открывая свою дверцу, - И никто не пострадает, - угрожал он.       -О чем он, блядь? - возмутился Пруф, не собиравшийся возвращаться на тысячу шагов назад, во времена разговоров с помощью грубой силы.       -Я без оружия, - открыл свою дверцу Маршалл, не сводя глаз с ног, высунувшихся возле колеса.       -Мне верить тебе на слово? Или ты покажешь свои руки? - голос был таким железным, что Маршалла удивляло то, что он принадлежал пенсионеру. Но это не означало, что старика можно сбрасывать со счетов. Блондин вышел из машины медленно, не провоцируя странного служивого, - Отлично, руки, чтобы я их видел!       -Слушай, это не я назначил тебе встречу, - шагнул вперед Маршалл.       -Меры предосторожности, - предупредил его Ар, - у меня твой человек.       -Дер? - Пруф выглянул из машины.       -Да, но сначала я хочу убедиться, что я в безопасности, - мужчина прекрасно понимал, что после всех их натянутых отношений ступает по тонкому льду, назначая встречу в безлюдном месте.       -У нас нет оружия, - выдохнул Маршалл, поднимая руки над головой, - я только что вышел из участка, если твоя память еще способна помнить что-то большее, чем свое имя, - фыркнул Мэтерс.       -Не дерзи мне, - Аарон, наконец, вышел к ним, направляя пистолет куда-то в сторону пассажирских сидений, - ты, - кивнул в сторону Пруфа коп. Юрист поднял руки и покружился. Мешковатая одежда все еще могла скрывать целый пулемет, но бывший генерал верил в то, что они не станут рисковать жизнью их соратника.       -Может, опустишь ствол? - его выражение лица было невозмутимым, а бровь насмешливо задрана. Старик боялся их больше, чем они могли боятся заряженной пушки в руках пожилого человека. Аарон кинул оружие вглубь машины, отщелкивая замки на пассажирских дверях.       -Мистер Мэтерс, - кивнул Дерек, выходя из машины, - с Вами все в порядке?       -Да, с тобой? - коротко спросил Маршалл, видя что мужчина цел.       -Да, - он посмотрел на Пруфа и молча поздоровался.              -Так какие твои предложения? - наконец, спросил юрист, обходя капот авто.       -Мне нужны люди, - холодно говорил ее отец, - если ты мне не врал, то ты тоже заинтересован в том, чтобы найти мою дочь. А для прочесывания местности мне нужны люди, - он совсем не хотел признавать, что это его единственный вариант, но выбора действительно не было.       -Люди? - продолжил Пруф, - Ты где здесь людей-то нашел? - показал он на троих парней.       -Требуется любая сила, - Ар продолжал разговаривать с Эмом, понимая, что именно он примет окончательное решение.       -То есть ты знаешь, где ее искать? - единственное, что его по-настоящему заинтересовало. Плевать на то чувство доминации его положения, ласкающее его эго, плевать на разногласия. Ему не о чем было торговаться со стариком. У них была одна цель.       -Южка, - кивнул Аарон, понимая, что это всего лишь крупица информации, но это все, что у него было, - мы пробили ее телефон, - пояснил он.       Маршалл оглянулся на Пруфа, спрашивая о том, насколько информация достоверна одними глазами. Мужчина пожал плечами - ответ на их запрос не придет сразу же. Им нужно было ждать утра, чтобы узнать это. А времени до утра могло и не быть.       -И какой твой план? - вернулся к собеседнику Маршалл.       Кажется, их безвыходные ситуации нашли друг друга только благодаря тому, что Аарон смог наступить на горло собственной гордости, не смотря на и без того уязвленную честь, или только благодаря тому, что Маршалл смог поверить менту, не смотря на его полное отсутствие доверия к этому миру.       Или, может, у них не было выбора.