Зарисовка по "Мидсомер"

– Знаешь, Трой, это было слишком агрессивно. – Да, сэр. Простите, – сержант поставил кружку на стол. Бар "Зеленый человек" всегда встречал детективов хорошими напитками и вкусной едой. На этот раз коллеги ограничились пивом. – Когда мистер Бредфорд сказал о себе, ты должен был сдержаться. Так нельзя. Ты, в первую очередь, полицейский, и только во вторую – человек. – Да, сэр. Я знаю, что не сдержался. – Да, Трой. Надо научиться держать свое мнение при себе, – Барнаби задумался. – Почему ты так их ненавидишь? – Почему?! – Трой был удивлен, что шеф этого не понимает. – Да они же извращенцы. Уроды. – Уроды, Трой? А мисс Стейл очень симпатичная девушка. – Ну, я лесбиянок вообще не понимаю. Столько мужиков вокруг. – Но это не делает их уродами, Трой. – Нет. Я хотел сказать, что я к девушкам не так отношусь. Конечно, может им с мужиками не везет, но надо искать других парней, а не с женщинами… бррр! Я вообще не понимаю, как они трахаются. – Да, это, конечно, загадка, – усмехнулся Том. – Но почему ты так ненавидишь геев? – Да вы видели, как он на меня пялился? – Мистер Бредфорд? Да, конечно. Ты же у нас красавчик. – Да столько женщин вокруг! Почему надо, извините, подставлять задницы? – Успокойся Гевин. Никто не просит тебя, как ты выразился, подставлять задницу. Многие гомосексуалисты никогда в жизни не занимаются… – Сексом? – подсказал Трой. – Да, сексом, – Барнаби помолчал, и неожиданно спросил. – Если вокруг столько девушек, почему ты один, Гевин? – Я? – удивился Трой. – Да. Ты здесь уже три года и я не видел тебя ни с одной девушкой, кроме моей дочери. Ты – голубой? – Что? – Нет, послушай, – напирал Том. – Ты – молодой, интересный, красивый парень. Хорошо зарабатываешь, занимаешься спортом, не пьешь, не куришь. Почему у тебя нет девушки? – Я… сэр, это возмутительно! У меня нет девушки, потому что я пока не встретил подходящую девушку. – Но ты же говоришь, что их здесь полно. Почему же ты сам не найдешь себе девушку. – Это никак не связано с гомосексуализмом. Я – нормальный. – Если ты нормальный, то, что в тебе не нравится девушкам? – Откуда я знаю? Просто не складывается и все. – Может, у тебя бы сложилось с парнем? – у Тома было совершенно серьезное лицо. Гевин даже не засмеялся. – Ты же не пробовал. Вдруг это то, что тебе нужно? – Я… знаете, сэр, это самая большая глупость, которую я когда–либо слышал. Зачем пробовать отвратительные вещи. – Ну почему отвратительные? Разве любовь отвратительна? – Любовь? Да разве они могут любить? Они только одного хотят, разве нет? – Ты думаешь, что все гомосексуалисты живут для того, чтобы заниматься сексом с незнакомыми людьми? Что они не живут, не работают, не чувствуют радость, печаль, боль, любовь? Что у них нет родных, близких? Что они не мечтают найти свою истинную любовь и прожить рядом с возлюбленным до конца своих дней? – Ну… – Гевин взъерошил волосы. – Если честно, я об этом не думал. – Ты думал только о том, что мистер Бредфорд смотрит на тебя масляными глазами, потому, что хочет поставить тебя по–собачьи и сделать что–то ужасное? Это не так, Гевин. Большинство мужчин многое бы отдали только за то, чтобы просто сидеть с тобой в "Зеленом человеке" и пить пиво, а потом просто пожать руку на прощание и встретиться на другой день, чтобы провести его вместе. Или просто, чтобы быть гостем на футбольном матче, когда ты играешь. Или просто за то, чтобы говорить с тобой на равных. – Тогда они должны вам завидовать. – Они и завидуют, – засмеялся Барнаби. – Я самый счастливый мужчина в Коустоне. У меня не только самая хорошая жена и самая красивая дочь, но и самый красивый сержант. – Перестаньте, – Трой скорчил недовольную гримасу. – Трой, Трой, Трой, ты так хорош собой, – Том приподнял бровь. – Ты не должен бояться секса. – Я не боюсь секса, сэр. – У меня впечатление, что ты настолько плохо себя знаешь, что боишься попасть впросак. – Я не голубой. Я нормальный. То, что я ни с кем не встречаюсь, это… просто период такой в жизни. – Значит надо искать. – Я ищу. Это должна быть женщина. – Может, все–таки попробуешь разок с мужчиной? Вдруг понравится? – С кем? С мистером Бредфордом? Он же урод. – А кто не урод? – Вы, например. НЕМАЯ СЦЕНА. ГЕВИН В ШОКЕ, ТОМ НЕЗАМЕТНО ПОТИРАЕТ ЛАПКИ.