Дела семейные

Тебе со мною повезло. Мне с тобой, конечно, тоже. Но, честно говоря, тебе повезло больше.

14 апреля Жизнь Эндрю напоминала ему американские горки. Это была безудержная езда с завязанными глазами, он не знал, когда тележка поднимается к небу, а когда с ревом катится вниз, оставляя его внутренности в свободном падении. Так вот, к чему это? Да. Точно. Когда этот не совсем удачный день начинался, Эндрю подумал, что тележка снова летит к земле. У него не было кошмара, не стоит беспокоиться. И его рыжий идиот все еще был рядом, нес какую-то пургу и удивительно нежно обращался с его личными границами. После тренировки Эндрю недовольно поворчал на Кевина, выслушивая его замечания, недовольство по поводу тренировки, а потом позволил Нилу увезти группу в Лисью Башню, чтобы отметить день молодежи в Анголе. Это придумал Никки, но выпить хотелось всем, поэтому они не сопротивлялись этому тупому празднованию. Эндрю обязан упомянуть, что это был не плохой день. Совсем нет. Он даже получал некое удовольствие, но в животе странно тянуло, и парень не мог понять причины этого, хоть и догадывался. Близилась годовщина их встречи с Аароном, и они оба все еще странно относились к тому факту, что они настоящие братья. Вернее, пытались ими быть. Встречи с Би работали, но не так быстро, как хотел бы Аарон, хотя они и были на правильном пути. Би посоветовала им найти хобби, которое принадлежало бы только двум парням. Аарон не понял, что было не так с экси или видеоиграми, но психолог быстро объяснила, что дело было именно в них. Экси принадлежит команде. Видеоигры принадлежат Аарону, Эндрю и Никки (иногда и Кевину, когда ему скучно). Эндрю не был уверен, что они продолжат делать это летом, но в нем теплилась малюсенькая надежда хотя бы на телефонные звонки. Конечно, Аарону он об этом не сказал, но они с радостью последовали совету Би, делая вид, что это времяпровождение раздражает их. Поэтому теперь близнецы раз в неделю ходили в кино, а потом устраивали себе перекус в разных местах, которые только могли придумать. Кино позволяло им заиметь тему для разговора, и они действительно тратили около сорока минут за едой, обсуждая фильмы, а иногда делясь чем-то, что они не хотели бы распространять на Би. Это, кстати, предложил Нил. Вернее, он дал понять об этом Аарону. Миньярд один раз заметил, как его брат и Джостен перебрасываются правдой, через две недели он смог набраться смелости, чтобы попросить Эндрю делать также и с ним. И на каждую неделю их кино приходилась теперь одна правда, и Эндрю действительно наслаждался этим. (Нил за поданную Аарону идею получил в ответ на ласки целый стон от Эндрю, а потом еще неделю ходил и улыбался, как ненормальный) Вообще, Эндрю действительно втягивался в Лисью жизнь, и остальные тоже принимали это, просто иногда все случалось слишком быстро, поэтому Миньярд не успевал приспособиться и огрызался. Но становилось легче. В этот раз пьянка происходила в комнате Мэтта и Аарона, и все Лисы сбились в кучу на диване, смотря какое-то тупое шоу под комментарии Никки. Нога Эндрю была заброшена на бедро Нила — самая большая демонстрация, на которую он был пока что готов, и все остальные оценили такое доверие, поэтому молчали, лишь иногда ухмылялись. Кевин как раз качал головой, доказывая Элисон, что больше он водку не пьет, когда у Эндрю зазвонил телефон. Это было странно. И это напрягало. Потому что, во-первых, все, кто мог бы ему позвонить были тут, кроме тренера. Во-вторых, еще одного разговора с Кабаном он не перенесет. В-третьих, номер был ему незнаком, и это странно. — Это код Нью-Йорка, — севшим голосом сказала Рене, сидящая в кресле рядом. Это было в-четвертых. Морияма. — Почему кто-то из Нью-Йорка звонит Эндрю? — дрожащим тоном спросил Кевин. — Мы останемся, если ты не против, — сказала ему Дэн, и Миньярд кивнул. — Ты не мог бы… — Аарон пожевал губу, — не мог бы поставить на громкоговоритель? — Да, — Эндрю ответил на звонок, переключил динамик. — Говорите. — Э-э, алло? — голос был женский, молодой. Девчонке лет шестнадцать, наверное. Может, чуть постарше. Эндрю не мог определить, но градус напряжения спал. — Здрасте, я ищу парня по имени Эндрю…, — зашелестели бумаги, — Эндрю Джозеф Миньярд. Хотя я не до конца уверена, что это его фамилия. — Это я. — Ой, — девушка пискнула что-то непонятное, она явно не была готова к этому повороту событий, но все же вздохнула, — привет. Ты…я не отвлекаю? — Нет. Что нужно? — Э, да. Короче. Тут такая ситуация. Ты только не отключайся. В общем, тебя в приют отдала женщина по имени Тильда Миньярд…— Аарон шумно вздохнул, как вздыхал всегда, когда дело доходило до их матери. — Штука в чем, — продолжила девушка, — как бы, через три года после этого она вроде как отдала в тот же приют меня. Нет, Эндрю ошибся. Это был не резкий спуск вниз. Это была блядская мертвая петля. Миньярд незаметно вздрогнул, его взгляд приклеился к телефону. — Ну, короче, если ты низкого роста и со светлыми волосами, то есть вероятность, что я типа твоя… младшая сестра? — девушка замялась, она явно не знала, что говорить. Голос у нее слегка дрожал. — Слушай, я звоню не для того, чтобы начинать какое-то дерьмо. И я знаю, что у тебя есть своя жизнь, я не собиралась устраивать тут слезливое воссоединение, просто мне вроде как немного интересно, чей член участвовал в процессе. Ты не знаешь, как мне найти Тильду? — Она мертва, — тут же ответил Эндрю. Его мозг пока что переваривал непонятные новости, поэтому он решил зациклиться на том, что решить можно. — Бля, — выругалась девушка. — Ой. Извини. Не знаю, прилично ли ругаться при незнакомцах. Просто она могла бы и попозже умереть. И как теперь папашу искать? Интересно, это может быть Джордж Клуни? Из всей бурды, которую ему сейчас наговорили, Эндрю мог вынести три вещи. У них с Аароном есть младшая сестра. Тильда оказалась еще хуже, чем они думали. И эта девчонка чертовски напоминает Никки. — Как тебя зовут? — вопрос сорвался с его губ раньше, чем Эндрю смог это контролировать. — Ой, да! Я же не представилась. Кара Митчелл. Ну, сейчас Кара Митчелл. До этого я была Каролиной Паркер. Как штат, а не мультик. — Каролина Паркер? — тут же изумленно воскликнул Нил, двигаясь ближе. Казалось, он не видел недовольного взгляда Аарона. — Я на громкой связи? — ахнула девушка. — Блять, это какая-то сетевая групповуха. — Каролина Паркер? Художница? — Да, — настороженно сказала предположительно младшая сестра Эндрю и Аарона. — А ты кто? — Две тысячи пятый, — возбужденно тараторил Нил. — Нью-Йорк. Я убегал от чуваков с пистолетами, а ты рисовала члены на полицейской тачке! Кевин издал смешок против воли. Такое знакомство было вполне в духе Нила. — Генри? Генри Уотсон? — воскликнула Кара. — Ну, я сейчас Нил Джостен, — чуть усмехнулся рыжий. — Я думала, ты умер! Ты не появился в парке! — Мне пришлось уехать. — А мир-то тесен, — хмыкнула Кара. — Извини, мы тут заняли линию Эндрю. Приятно было познакомиться, человек, которого тоже выбросила моя предполагаемая мать. Пока! И она отключилась. — Что за хуйня сейчас произошла? — спросил Мэтт. — Кевин, — позвал Эндрю, и сын всея экси встрепенулся. — Что? — Тащи водку. 4 мая — Если ты продолжишь гипнотизировать телефон, он не заговорит, — заметил как бы между делом Нил. — Иди нахуй. Прошло три недели. Три ебаные недели, и все, о чем Миньярд мог думать, это о том, что у него где-то есть младшая сестра. Он знал, что она была низкой блондинкой, художницей, которая рисовала члены на полицейских машинах, что она почему-то сменила имя и что она была до ужаса болтливой. Больше Эндрю не знал ничего. А, еще ей было восемнадцать. Наверное, она сейчас в выпускном классе. Или уже выпустилась. Или будет выпускаться. В мыслях Эндрю поселилась идея о том, что Кара могла бы поступить в Пальметто, но он почти сразу же отбросил ее, пусть и не забыл. Она сказала, что ей не нужны семейные воссоединения. После того звонка они все напились, и на утро Эндрю впервые в жизни позвонил в службу, которая помогала детям из системы. Он отправил запрос на то, чтобы выяснить все про Кару Митчелл (Каролину Паркер), потому что Нил не смог сказать ничего дельного. Знал только, что дома у нее не все было в порядке, когда они познакомились. Что у нее были проблемы, а копы ей не помогали, поэтому она использовала свой талант художника, чтобы рисовать и писать матерные вещи на их машинах. Это все. Никакой информации. Эндрю каждый день проверял почту, ожидая, когда ему придет ответ от службы опеки, и он знал, что Аарон тоже ждал этого, поэтому указал два адреса, чтобы им обоим пришло письмо. Сестра. Когда-то в детстве Эндрю оказался в приемном доме, где уже была девочка. Ее звали Сьюзи, она была на год младше, и Миньярд помнил, что она ему нравилась. Сьюзи была милой, она играла с куклами и просила Эндрю надеть корону, чтобы поучаствовать в чаепитии. Он хотел себе младшую сестру, и он пронес это желание спустя многие годы боли и отчаяния. Но сейчас, когда эта младшая сестра реально нарисовалась на горизонте, Эндрю понятия не имел, что нужно с ней делать. Блондин был чудовищем, монстром, пусть сейчас и пытался исправиться, потому что понял, что этим людям он может доверять хотя бы немного. Потому что им доверял Нил. И им доверял Кевин. И даже Аарон в какой-то своей странной манере. Но на одном из сеансов Миньярд признался, что ему нравятся Лисы, что он действительно нашел среди них что-то, чего у него никогда раньше не было. Возможно, не семью, но как минимум группу друзей, которые стоят горой. Как они стояли за него горой, ожидая несколько долгих часов у здания суда, чтобы позаботиться о двух братьях, которых заставили говорить о монстрах, сломавших их. Блять, а что делать-то с младшей сестрой? Прошла еще неделя прежде, чем Эндрю отважился взять телефон и набросать: Члены на полицейских машинах? Он отправил сообщение, а потом вырубил телефон и утащил Нила на крышу, чтобы тот помог ему отвлечься. Рыжий все понял. Телефон молчал некоторое время. Может, думал Эндрю, у нее тоже проблемы с тем, чтобы принять, что она неожиданно заимела себе старшего брата? Интересно, а она хотела себе старшего брата? 9 мая Я не виновата, что копы — члены. Это пришло через пять дней после того сообщения, и Эндрю чуть не устроил себе сердечный приступ. Но пока что не знал, что написать в ответ. Ему и не потребовалось. Через некоторое время пришла смс №2. Самый многообещающий вратарь, ха? Эндрю ответил одним простым: нападающие тоже члены 17 мая — Мы могли бы встретиться, — сказал Аарон, когда они доедали мороженое в странном кафе с какими-то весьма психоделическими обоями. — С кем? — С ней. Эндрю вздохнул. Он тоже об этом думал. Но как можно запланировать встречу с человеком, с которым у него в переписке всего пара смсок про члены и полицию? — Каким образом? — Можно ей написать, — задумчиво пожал плечами Аарон. Вся эта ситуация влияла на него больше, чем он мог выразить словами. Эндрю открыл их переписку и протянул Аарону, вглядываясь в лицо брата. Тот заржал, как лошадь. Миньярд закатил глаза. — Напиши ей и предложи, — сказал ему Аарон. — И что я ей блять скажу? — Пусть приезжает в Пальметто, — попробовал парень. — Мы можем позволить себе купить ей билет. Эндрю пожевал губу и напечатал. Любишь экси? Аарон заглянул в экран телефона и закатил глаза. — Это не то, о чем я просил. — Ну блять возьми ее номер и сам напиши, раз такой умный, — нервно ответил Эндрю. Три точки показывали, что Кара печатает в ответ. Не настолько, чтобы играть. Но настолько, чтобы смотреть на парней в коротких шортах. И следом сразу же: Я больше по рисовке плакатов в поддержку спортсменов. Эндрю напечатал в ответ: И по рисовке членов на машинах. Ты еще не видел, как я нарисовала вагину на стене в квартале проституток. Эндрю хмыкнул и передал телефон брату. Он тоже улыбнулся. И что-то напечатал. — Что ты сделал? — строго спросил Миньярд. — Сам посмотри, — пожал плечами Аарон и принялся доедать мороженое. У нас игра через две недели. — И что блять? — нахмурился Эндрю. — Она, по-твоему, телепат? Телефон пиликнул о входящем сообщении, и Эндрю испуганно уронил его на стол, отчего Аарон хихикнул. Эта эмоция так удивила вратаря, что он на мгновение забыл о Каре, но потом все же взял телефон в руки. У меня каникулы через две недели. Билеты пополам? Я, по-твоему, нищенка? Ты рисуешь вагины на стенах. И портреты для тех, кто платит больше, чем копы. Пальметто. Я там буду. 1 июня Эндрю вспомнил о том, что не сказал Каре о брате-близнеце в тот момент, когда прозвучал последний сигнал после игры с Волками из Джорджии. Охуевшее лицо блондинки на втором ряду парень запомнил до конца своей жизни, это точно. Его руки тряслись под конец, но он не позволил себе упустить хотя бы один мяч, и Кевин странно косился на него, бормоча себе под нос о том, что стоит устроить Эндрю еще пару семейных воссоединений. И получил за это по затылку. Ракеткой. Кара была около стадиона, переждав, пока закончится поток фанатов. Она прислонилась к машине, которую взяла напрокат (Эндрю понял, что ей точно восемнадцать. Или у нее есть незаконные права, что тоже вполне возможно). Это был какой-то дряхлый фиат, и у него руки зачесались сжечь эту машину, но все внимание и его, и Аарона, и Никки было обращено на девушку. Служба так и не прислала им ее личное дело, но они действительно были похожи. Все трое были карликами (это заставило Эндрю задуматься о том, что его отец, наверное, был не очень высокого роста). Она была блондинкой, носила длину до плеч и нервно сжимала в руке телефон — сенсорный, но достаточно старый все равно. Ее пальцы были испачканы краской — отличительная черта всех художников. Кара пристукивала ногой, когда они подошли. Команда благополучно осталась подальше, хотя Эндрю чувствовал их взгляды на своей спине. Один точно принадлежал Нилу, будто рыжий был готов сорваться с места и бросить на перерез, чтобы заслонить его от угрозы. — Привет, — Кара испуганно дернулась, но попыталась улыбнуться. — Кара. Хотя вы и так знаете. И, кстати, у меня двоится в глазах или вас реально двое? — Нет, — фыркнул Аарон, — нас реально двое. Аарон. Это Никки, наш, вроде как, кузен. — Вроде как? — вскинула брови блондинка. Эндрю молчал. — Я вроде как самый лучший и самый старший, — обольстительно улыбнулся Хэммик, но обниматься не полез, что оценили все. — Итак, — Кара откашлялась, — хорошая игра. — О, бля, нет, — Аарон закатил глаза. — Не экси. Что угодно, только не экси? — М-м, — она пожевала губу, — классные короткие шорты? Никки взорвался смехом. 2 июня Кара уехала на следующий день, но это было неплохое знакомство. По крайней мере, так показалось Эндрю. От него не утаился ее оценивающий взгляд на Пальметто, и старая мысль о том, что Митчелл захочет поступать именно в Южную Каролину, вернулась на свое место. Они поговорили о каких-то мелочах. Кара рассказала, как вышла на Эндрю. Про запутанную историю ее поисков, про многочисленные очереди в информационные агентства, про затруднения из-за перебросов Эндрю. Но, в принципе, можно было сказать, что ни один из них не жалел об этой встрече. Оказалось, что у Кары тоже не все приемные семьи были хорошими, хотя последняя, в которой она жила, была достаточно приличной, чтобы помочь девушке с эмансипацией, а потом удалиться в туман. И вот так Митчелл оказалась одна в небольшой съемной квартире, доучиваясь последние классы. Ее работа не была постоянной, но суд признал и известность работ, и приличные накопления, которых хватило бы на оплату жилья на ближайшие полгода. — Меня это устраивает, — сказала она, пожимая плечами, но в этих движениях была резкость. Аарон и Эндрю в ответ рассказали о том, как встретились, и даже история о том, что Эндрю был в колонии не оттолкнула девушку. Она лишь пожала плечами и спросила, можно ли ей украсть вафлю из его десерта. Никки она тоже понравилась. И команде, хотя они почти не общались, для девушки и так было слишком много знакомств, зато она с радостью позволила Нилу забросать ее вопросами по поводу того, не искали ли их потом в Нью-Йорке. Она оставила Аарону свой номер, запомнив и его тоже. Они не обнимались, но неловко пожали друг другу руки. 13 июля Полтора месяца спустя Эндрю узнал, что Кара переписывается и с другими членами команды Лисов, которые изъявили желание познакомиться с ней, но ему отнюдь не понравилось это знание. Аарон тоже не был в восторге. Кара: Кевин кажется придурком Эндрю: потому что он и есть придурок Аарон: он же твой лучший друг? Аарон: пусть и придурок Кара: нет я имею ввиду Кара: он симпатичный придурок Эндрю: нет Аарон: БЛЯТЬ НЕТ! Кара: намек понят Кара: спрошу у Никки 20 августа Эндрю не мог сказать, что он волнуется. Но другие Лисы с легкостью сделали ставки на то, что он на самом деле волнуется. Аарон тоже так считал, хотя его самого потрясывало от осознания того факта, что Кара все же решилась поступать в Пальметто. И сегодня она должна была приехать с вещами, которых, как призналась девушка, у нее было не так уж и много. Машину ей арендовывать не пришлось, за то время, что они не виделись, Кара успела накопить на небольшой, но удобный седан, который ей почти подарил старичок, желающий избавиться от режущей глаза ярко-зеленой машины почти кислотного цвета. У Мэтта чуть глаза не вытекли, когда Аарон переслал фотку от Кары в общий чат. Но, зная ее (а сейчас близнецы могли действительно сказать, что знали ее хоть немного), приедет к ним не просто зеленое чудовище, а зеленое чудовище с такими же вырвиглаз яркими рисунками, сделанными балончиком. Спойлер: так и было, и Эндрю знатно повеселился, глядя на зажмурившихся студентов. Никки, пользуясь статусом спортсмена, выбил из администрации разрешение на то, чтобы поселить Кару на одном этаже с ними, и теперь девушка хвалилась тем, что ей не придется слушать вопли Аарона относительно раннего подъема. Один раз они с Эндрю висели на телефоне почти всю ночь, и Митчелл уснула, чтобы через час проснуться от этого крика умирающего бегемота. Это было страшно. Она не звонила еще два дня. Для Эндрю телефонные звонки вообще были странным способом общения, но говорить с Карой почему-то нравилось. Она всегда звонила после школы, идя по шумным улицам Нью-Йорка, постоянно материлась на сбивающих ее с ног скейтеров и воображала, как сможет разрисовать статую Свободы. Эндрю лишь иногда вставлял язвительные комментарии, но в целом их звонки напоминали еженедельные встречи с Аароном. Иногда в рассказе о том, какую мерзкую тетку она рисовала на днях, в словах Кары проскакивало что-то вроде «моя первая приемная семья была богатой, но я не смогла достаточно быстро понять, как им соответствовать» или «я взяла в руки кисть до того, как начала ходить. Оказывается, не всех взрослых устраивают рисунки на обоях». Она была на удивление жизнерадостной, и Эндрю ни разу не слышал, чтобы она плакала. Если учесть, что смех младшей сестры заставлял его желудок делать кувырок, Миньярд предполагал, что ее слезы заставили бы его убить кого-нибудь. Однако Кара была диким параноиком. Поэтому она честно призналась, что стащила волос с его расчески в общежитии, чтобы сделать тест ДНК. Спойлер: положительный на 99,9%. Они точно родственники. Более того, ей сказали, что отец у них один. Эндрю было на это пофиг, а Митчелл еще немного цеплялась за желание узнать о родне, поэтому периодически воображала, что их отец — это Джонни Депп или какой-нибудь покоритель космоса. Она, конечно, знала, что он, скорее всего, просто алкаш, но это не мешало ей мечтать. Эндрю разучился делать это давно. 10 декабря — Что? — переспросил Эндрю, смотря на то, как Лисы украшают странную и очень кривую елку на Рождество. Делали они это ради Нила, который сейчас с преувеличенным вниманием слушал от Никки лекцию об имбирном печенье. Джек и Шина где-то потерялись, а вот другие их новички — Уолтер и Джози — успешно помогали вешать ублюдский дождик везде, куда только могли достать. — Яхчпргствстрнсвни, — пробормотал Кевин себе в ключицу и уставился на Эндрю так, как будто блондин реально что-то услышал. — Что? — Я хочу пригласить твою сестру на свидание, — паническим шепотом повторил Дэй, наклоняясь ближе, чтобы не приведи Господь Лисы не услышали этого. Но они услышали. И тут же притихли, делая вид, что занимаются бурной деятельностью. Кевин густо покраснел, но порадовался, что самой Кары не наблюдалось — они вместе с Аароном поехали за какими-то продуктами. Эндрю знал, что это их способ проводить время вместе. Два дебила, которые покупали брокколи около двух часов. — Тея? — Мы расстались в августе. Миньярд сощурился. — Секс? — Что? — Дэй побагровел. — Нет. — Нет? — Нет. — Нет. — Что, нет? — Нет, — самодовольно сказал Эндрю. — Почему? — взвыл Дэй, падая спиной на диван. Миньярд ухмыльнулся. Он должен был понять, что Кевин пускает слюни на его младшую сестру с тех пор, когда она разрисовала корпус общежития, изобразив момент победного гола в матче с Воронами. Конечно, дело могло быть и в том, что Кара в этот момент носила короткую теннисную юбку, но Эндрю предпочитал не думать о лучшем друге, заглядывающимся на ноги его сестры, потому что иначе ему хотелось убивать. Хотел младшую сестренку? Получите. Распишитесь. Можете рыдать. — А ты ее спросил? — Еще нет. — Это типа благословение? — захохотал Нил, измазанный глазурью. Эндрю любовно обвел эту картину и на секунду завис, представляя, как будет слизывать сахар с шеи своего придурка-парня. — Ну типа я для этого и спросил, — проворчал Дэй. — Ладно, смертный, — махнул на него Эндрю. — Разрешаю, — потом он подался вперед, впиваясь пальцами в коленку Кевина. Тот сглотнул. — Одно неверное движение, и я тебя выпотрошу, как индейку на День Благодарения, понял? — Ага, — не голос. Писк. — Здарова, холопы, мы взяли текилы! — возвестил их радостный голос Кары, стоящей в проходе. Эндрю позволил себе полюбоваться легким румянцем на ее бледных щеках, которые казались чуть круглее из-за огромной шапки, спадающей на глаза. Он ей эту шапку подарил в начале зимы, пообещав оторвать уши за то, что она умудрилась простыть. Кевин икнул. 12 декабря Оказалось, что вырвиглаз — это не цвета машины Митчелл. Вырвиглаз — это смотреть на то, как Кевин трепетно заправляет ей прядь волос за ухо. Эндрю чуть не стошнило, но Нил увел его раньше, чем это случилось. 25 декабря Эндрю старался не взрываться, смотря на то, как его лучший друг (хотя Кевину он об этом не расскажет) притягивает Кару к себе под омелу, чтобы подарить легкий и почти невинный поцелуй в щеку. Сама Митчелл (сменить фамилию она пока что не спешила) покраснела, но закатила глаза и упрямо вцепилась в его глупый рождественский свитер с оленями, заставляя наклониться к ней за полноценным поцелуем. Никки засвистел. Эндрю представил, как его нож влетает в голову Кевина. 11 января — Я работала наркодилером, — сказала Кара после того, как Аарон смог рассказать сестре о том, что случилось с Дрейком. Они сидели в тайском ресторанчике в паре километров от университета. Кара это место не любила, Аарон тоже, но Эндрю тут нравилось, поэтому они выковыривали орехи из своих фунчоз и болтали ни о чем. Миньярд делал вид, что не ценит этого. Но по большей части из-за того, что на следующей неделе они тащат его есть роллы куда-то там, куда Эндрю ехать не очень хотел. — Эм-м. — Перевозила наркоту через границу. — ЭМ-М. — В животе. — Что? — Эндрю сощурился, рассматривая девушку. Блондинка огляделась по сторонам и задрала футболку, чтобы было видно. Уродливый шрам тянулся от солнечного сплетения до пупка, разрез, которого хватило бы, чтобы вытащить все органы. — Но я больше боялась, что у меня спиздят почку, — пожала плечами блондинка, щурясь на странного вида овощи в лапше. — Прости, что? — переспросил Аарон, подавившись. Кара вздохнула. — Я ведь не всегда жила в Нью-Йорке, — сказала девушка. Они это знали. — Меня удочерил мужчина по имени Майкл Паркер, когда мне исполнилось одиннадцать. Тогда-то и оказалось, что он и его друзья не просто меценаты, помогающие детям, а наркоторговцы. Эндрю сделал глоток колы. — Раз в несколько месяцев мы все вместе ездили в Мексику, там не досматривают детей до шестнадцати лет, — Кара почесала щеку и сделала вид, что ее очень сильно интересует собственный маникюр, сделанный Элисон пару дней назад. — В один момент мой приемный брат сдал его копам, началась облава. Меня вернули в систему. Эндрю было знакомо это. Когда за ненадобностью от ребенка легче было просто избавиться, вернуть товар, который не пригодился. Даже чек не нужно было сохранять. — Оттуда меня забрали два копа, Паркеры. Они были милыми, но им ребенок нахуй не сдался. Они дали мне дом, спокойствие, но их не было рядом. Мы были как сожители, — Кара солнечно улыбнулась. — Они помогли с эмансипацией и настаивали, что я могу жить у них. Мы созваниваемся раз в неделю. Обещали приехать на мой день рождения. Аарон завис. — А когда у тебя день рождения? — Четвертого мая. — Ясно. — День Звездных войн. — Да блять. 13 февраля Эндрю казалось, что его глаза вытекли. Вообще-то, он старался ограничиваться правилами приличия, он всегда стучал в двери к чужим людям, если только не бежал к ним с намерением убить кого-то. Постучаться к Кевину он просто забыл… случайно. И перед ним открылась отвратительная картина. Его младшая сестра, которая, вообще-то, хотела поехать в магазин за мольбертом, сидела на коленях Дэя лицом к нему. Ее ладони обнимали его щеки, а сам Кевин, забравшись пальцами под ее свитер, целовал младшую сестру Эндрю с языком. Как только дверь открылась, они отскочили друг от друга, поправляя одежду, будто были старшеклассниками, застуканными родителями за просмотром порно. Эндрю вскинул бровь, делая вид, что его вообще не волнует, почему ее лифчик — расстегнутый и обычный белый — лежит рядом с ними на полу, а штаны Кевина как-то странно топорщатся. — Это не художественный магазин, — вкрадчиво сообщил сестре Эндрю. — Э-эм, да, — кивнула она, словно болванчик. — Я пришла… забрать свой альбом? — сощурилась Кара. — И решила отдать девственность? — ЧТО? — воскликнул Кевин. Он отскочил еще дальше и стукнулся головой о второй этаж кровати. — Да было бы что отдавать, братец, — закатила глаза Кара. Она наклонилась, заставив Кевина сглотнуть, потом ловко застегнула лифчик под свитером и чмокнула Кевина в губы. — Я в магазин, — насвистывая, она прошла мимо Эндрю, но тихо шепнула ему, смотря этими своими умоляющими глазами. — Не убей моего парня. — Кастрация подойдет? — ухмыльнулся Миньярд, но Кара вздрогнула на эту фразу. Ее рука также задрожала, и она отстранилась от старшего брата, лишь выдавив из себя слабую улыбку. — Ну, я уехала. И вышла. Эндрю повернулся к лучшему другу, который активно пытался сделать вид, что не собирался трахать его сестру. — Итак, — сказал Миньярд, нарочито небрежно прикасаясь к собственным повязкам, где, как знал Кевин, были спрятаны ножи, — чем занимался, дружище? Кевин сглотнул. 5 марта — Прекрати звонить мне! — яростно завопил Никки в телефон, потирая переносицу. Аарон нахмурился. Кара тоже. Нил упал со стула. Хэммик вошел на кухню, где все они собирались есть. — Извините, — поморщился парень. — Просто… извините. — Кто это был? — спросил Эндрю. В его тоне была та самая нотка, которая говорила, что он не принимает молчания. — Догадайся блять, — огрызнулся Никки, и это было настолько не похоже на мальчика-солнце, что даже Кевин поперхнулся водой. Хэммик провел рукой по лицу, словно пытался смыть с себя слова. — Я не хотел огрызаться, — основательно сказал он и подошел к столешнице, чтобы набрать себе стакан воды. Кара обеспокоенно протянула ему мармеладку. — Лютер звонил. Эндрю даже не покоробило, что Никки начал называть отца по имени. Но он вспомнил День Благодарения, вспомнил, что было в прошлый раз, и его пробрала дрожь. Нил успокаивающе прижался своим бедром к его. Он знал, как никто другой, что Эндрю не хотел бы развалиться на части перед сестрой. — Кто такой Лютер? — нахмурилась она. — Мой отец, — ответил Никки. Митчелл фыркнула. — Когда я обращалась в службу, я просила только одного брата. Не кучку родственников, — проворчала девушка, накладывая Аарону побольше овощей в тарелку. Кажется, Кевин заразил ее идеей правильного питания. Надо бы поговорить с Карой по поводу негативного влияния Дэя. — Он мерзкий гомофоб-христианин, — фыркнул Нил. — Кусок дерьма. Извини, Никки. — Я согласен, — пожал плечами брюнет, но его движения были резкими. — И что он от тебя хотел? — Он узнал о Каре. Девушка замерла и протянула Никки еще несколько мармеладок, наплевав на то, что они еще не ели. — Он хочет познакомиться? — ахнула Митчелл. — Да. — Отлично! — Что? — воскликнули они все разом. — Да бросьте, — фыркнула блондинка. — Шанс пообщаться с религиозным мудилой, да еще и плюнуть ему в ебало за то, что обижает моего любимого кузена? Почему бы блять и нет? — Я твой единственный кузен, — проворчал Никки. — Если учесть, что вы, родственники мои, плодитесь, как тараканы, я не была бы удивлена еще паре человек, — пожала она плечами. — Нет, — резко отозвался Аарон. — Ни в коем случае. Я запрещаю. Кара надулась. — Я думаю, это было бы весело, не будь это Лютер, — поморщился Нил. Кара задумалась, покосилась на напряженных парней, а потом кивнула. — Ну и ладно. Мне и вас достаточно, — и легко чмокнула Кевина в щеку, передавая ягодный смузи. 18 марта Наверное, Эндрю не стоило надеяться на то, что Лютер сдастся после одного звонка, но в день игры с Выдрами его это мало волновало. Кара сидела на первом ряду, помогая матери Рене держать нарисованный в три часа ночи огромный плакат с их лицами. Кевин сказал, что она спиздила все энергетики Аарона, чтобы закончить работу в срок, потому что ну очень хотела, чтобы у них была такая веселая поддержка. Элисон сказала, что они обязательно повесят плакат где-нибудь на стадионе, и этого было достаточно, чтобы Митчелл просияла, как если бы ей подарили сто котят. Эндрю уже знал, что его младшая сестра была невообразимой кошатницей, что было смешно, ведь у Аарона была аллергия, а Кевин мечтал о золотистом ротвейлере. Когда игра закончилась — они с трудом вырвали победу в одно очко — все Лисы устроились в командной комнате, где Кара присоединилась к ним, обещая сделать пару карикатур на тренера, чтобы подарить ему позднее. Эндрю, кстати, не понимал, как это Ваймак допустил ее присутствие, но младшая была тише воды, ниже травы, поэтому тренер просто забил на нее. Когда они вышли на улицу, то все резко ощетинились. Около старого пикапа — очень подходящего для священника — стоял Лютер, крутя телефон между ладоней. Кара заинтересованно повела носом в его сторону. — Это твой батя? — спросила она у Никки, потрепав кузена по плечу. Он насупился, но кивнул. — Отлично. Пойду познакомлюсь. Аарон ревностно дернул ее за пояс и прижал к себе. — Нет, — сказал он, будто пытался отстоять свое право на игрушку. — Ой, да брось. Будет весело, — фыркнула Митчелл и приблизилась к Лютеру. Как бы они не ненавидели его, Эндрю не собирался бросать младшую сестру одну, поэтому зашагал следом. Никки, Аарон, Нил и Кевин — за ними. Остальные члены команды тоже пристроились там, чтобы слышать и в случае чего броситься на Лютера, словно цепные собаки. — Привет, — махнула рукой блондинка. — Ты — Лютер? — К взрослым принято обращаться на «вы», — сразу же нахмурился мужчина. Эндрю оскалил зубы. — Я обращаюсь на «вы» только к тем взрослым, которые вызывают у меня уважение, — сказала Кара. — Тебя я не знаю. Лютер немного смягчился. — Я приехал познакомиться. — Это я поняла, — она сложила руки на груди. Лютер посмотрел на сына. — Никки, почему ты сразу не сообщил мне? — Я не знала, что Никки работает в Таймс, — нахмурилась Кара, шагнув чуть вправо, чтобы перекрыть кузена. Эндрю знал, что эта ее привычка закрывать их своим телом безумно веселила Нила. — Вы, Миньярды, просто не умеете не защищать, — весело сообщил этот идиот после многочисленных поцелуев на крыше. — Ну, мы же семья, — укоризненно сказал мужчина. — Семья, — ответила Кара своим голосом зануды, — это малая социальная группа, связанная бытом и совместной жизнью. Ты — родственник. Это — не семья. — Что ж, — сказал Лютер. — Я вижу, мальчики уже оказали на тебя плохое влияние. — Я сама прекрасно справляюсь с плохим влиянием, — оскалилась она. — Спасибо. Мальчики научили меня есть брокколи. Кевин покраснел. Эндрю вдруг стало интересно, как именно он преподнес Каре идею питаться овощами, но его немного заштормило от этой мысли. — Скажи, Кара, ты верующая? — мягко спросил Лютер. — Серьезно? — она вскинула брови. — Ты не знаешь даже моей фамилии, но спрашиваешь про религию? А вдруг меня воспитали в культе, и это спровоцирует у меня приступ? Очень невоспитанно, — задиристо сказала девушка. Лютер смутился. — Ты росла в культе? — Да нет, — пожала Кара плечами. Ее карие глаза весело блеснули. — Просто не люблю людей, которые лезут ко мне с крестами. — Так, в Бога ты не веришь? — Если бы Бог существовал, я бы явно имела жизнь получше, чем у меня была. — Бог дает нам только то, что мы можем вынести. Кара что-то промычала в ответ, но распространяться не стала. — Ты такая юная девушка, — сказал Лютер. Эндрю не понравилась его интонация. — Я думаю, твои приемные семьи хорошо тебя воспитали. Скажи, неужели тебе так хочется жить в окружении спортивной команды? Кара повернулась лицом к остальным Лисам, и на лице у нее было такое непонимание, что Аарон прыснул. — А что с ними не так? — Девушке не пристало жить с мальчиками, — пожурил Лютер. — Это приводит к внебрачным детям. Блондинка пораженно раскрыла рот. — А это каким образом всплыло?! — Дело в том… Кара оборвала его одной рукой. — Это грозит только тем, кто может иметь детей, — махнула она. — Твои родители тебя обследовали? — изумился Лютер. — Вера может помочь тебе. Молитвы… — Что? — нахмурилась Митчелл. — О, нет, мои родители не обследовали меня. Видишь ли, мои приемные родители были наркодилерами, — она ярко улыбнулась. — Что за жуткое занятие! — ужаснулся Лютер. — Наркотики — это грех! — Разве твоя сестра не была наркоманкой? — невзначай спросила Кара. — Наркотики не дают бесплодия, — сказал Лютер. — Бог поможет тебе. — О, — она наигранно хлопнула себя по лбу, — да что все об этом Боге. Тут дело не в этом, — она язвительно уперла руки в бока. — Понимаешь, когда родители решают, что перевозить наркоту нужно в теле, то они также принимают решение о насильной стерилизации. В общем, — Кара расставила ладони в стороны, — они забираются к матке и вырывают всю репродуктивную систему. Никки позеленел. — Потом они доходят до труб… — Я понял, — прохрипел Лютер. — Знаешь, я тебя поняла, — при этих словах Кевин автоматически побледнел, — нельзя приезжать к родственнице и говорить с ней о Боге, даже не зная ее фамилии или истории. С чего я должна тебе доверять? Вообще-то, — сказала Кара, нахмурившись, — нельзя приезжать и быть мудилой. Как можно называть себя верующим человеком, если ты оправдываешь насилие над собственным сыном и наркоманию собственной сестры? Это не по Божьи! — воскликнула Митчелл. Она пробежалась глазами по мужчине. — Ты странный. И невоспитанный. Это плохо. К таким импотенция рано липнет, — с этими словами она обернулась на мальчиков и спросила. — Ну, все, я познакомилась. Мне не понравилось. Пообедаем? — Я думаю, — сказал Эндрю, — у меня теперь есть любимый член семьи. Кара солнечно улыбнулась ему.