Сено в заднице и ни капли романтики

      Визг маленьких детей слышен на всю округу, но никто им не делает замечаний, ведь большая часть поселения находится в воде с детьми отдыхая после тяжелого труда. Сегодня выходной, а потому и людей на речке гораздо больше, чем в будни, но они не трогают друг друга. Каждый человек принадлежит своей компании, один лишь Чимин пока стоит на другой стороне берега и сильно сжимает руками деревянную тарзанку, наслаждаясь влажными порывами ветра от речки.              Сейчас хоть и лето, но вода при первом прикосновении приятно холодит тело, пуская по коже мурашки. Чимин делает пару шагов назад, после чего быстро семенит по мокрой древесине и отталкивается о край моста, поджимая ноги, чтобы не свалится в воду. Дойдя до конечной точки, юноша разворачивает свой корпус и пальцами ног все же цепляет воду, пуская по ней легкие волны.              — Вообще-то я следующий! — недовольно бурчит Мин, щипая Хосока за бок. Он постепенно спускается по небольшому склону, чтобы наконец-то встать на мостик и тоже прокатится немного, если повезет.              — Чтобы ты пизданулся на первом пролете?! — отвечает Хосок и уже жалеет о своих словах, ощущая скользкую глину под ногами. Из-за нее парень скатывается по склону, тщетно пытаясь удержать себя на ногах. Даже баланс руками не помогал.              Юнги спокойно перепрыгивает небольшой разрыв меж скользким берегом и ветхим мостиком, после чего подходит ближе к Паку и тянется за тарзанкой, слыша лишь короткое «ебаный…» и следом за ним лишь бульканье. Чимин смеется, наблюдая за тем, как Хосок соскальзывает на берегу и стремительно съезжает с берега прямо в воду на заднице              — Твою мать, — Чон выплывает под громкий смех омег и кидает на них недовольный взгляд, пытаясь смыть со своего тела глину с помощью мутной воды. — Я рад, что вам весело, но мне нихуя не весело, сейчас вы у меня тоже тины наглотаетесь, — Хосок подходит ближе к берегу и спокойно забирается сразу на мостик, который немного шатается под весом трех тел.              — Сначала хуйца сосни, — кричит Мин и успевает оттолкнуться от мостика раньше, чем его настигает альфа, но вот Чимину бежать некуда и он оказывается сброшенным с мостика.              — Вот ты гандон! — верещит Чимин, наконец-то выплывая из воды на другой берег, чтобы вылезти на сушу чистым, не желая оказаться в глине, которой Хосок сейчас обмазывал свои руки.              Пак доплывает довольно быстро и подходит к своим вещам, дабы проверить сообщения от Сокджина, который немного успокоился. Чимин вновь заходит в воду по щиколотки, наблюдая сначала за детьми, которые строили небольшие куличики из влажного песка, а после за парочкой друзей, которые устраивали брачные игры на другом конце берега.              — А меня не поймаешь! — Юнги каждый раз отталкивается от края мостика, показывает старшему язык, пока Чон стоит и лишь хитро улыбается, представляя свою сладкую победу.              — Ты сам прыгнешь, Юнги, — Чон улыбается и подходит ближе к краю, когда Юнги возвращается. Альфа на свой страх и риск делает прыжок, с трудом хватаясь за тарзанку, кусая верещащего и ругающегося Мина за щеку.              — Мы же сейчас пизданемся, Хосок! — омега инстинктивно обвивает своими бедрами чужой торс, лишь бы удержаться в воздухе, но у него это плохо получается. Потные руки сами соскальзывают, а Чон специально отпускает свои, падая в воду вместе с Юнги.              Мин голову назад откидывает, дабы убрать мокрую челку с глаз, а свои руки держит на плечах старшего и мучительно долго смотрит тому в глаза. Выйдя из некого транса, Мин сильно ударяет друга по плечу, при этом не особо разборчиво пища в лицо Чона:               — Я же сказал, что мы пизданемся.              Хосок смеется с легкостью удерживая свое и омежье тело на плаву, пока сам Мин не отстраняется, чтобы последовать на берег, где стоит Чимин со слишком хитрой и довольной улыбкой, наблюдая за теми.              — Юнги, ты чего? Обиделся что ли? Ну, Юнги, — Чон тихо языком цокает и начинает плыть за омегой. — Мы же все равно купаться собирались, чего ты обижаешься, все же нормально было. Юнги!              Мин плывет быстро и вскоре ощущает песок, спокойно упираясь в него ногами, выходя на берег к Паку, стаскивая с того полотенце. Юнги даже не смотрит на Хосока и плохо слышит, что тот говорит, но своим долгом считает вытянуть левую руку и показать средний палец, чтобы альфа точно увидел, а тот видит. Прекрасно видит.              — Ну, Юнги, чего ты? — Хосок выбирается из воды гораздо быстрее и почти сразу подходит к омеге, но тот делает несколько шагов назад и обиженно разворачивается, из-за чего Чон вздыхает, недовольно бурча себе под нос.              Чон уходит от омег к месту, где они разбили свой небольшой лагерь, а после берет в руки полотенце, вытирая влагу со своего тела, пиная брата, дабы попросить помощи. Недалеко от берега был небольшой лес, где, собственно, друзья и решили устроить свое место отдыха. Они нашли небольшой участок в тени и расстелили пару покрывал, чтобы можно было спокойно посидеть или прилечь. Чимин берет свои вещи и вместе с Юнги направились к остальной компании, где сейчас сидел Намджун. Присаживаясь на расстеленные покрывала, Чимин прикусывает губу, кидая короткий взгляд на Намджуна, что залипал в телефоне, иногда отвлекаясь на друзей. Трава неприятно колется, но Пак находит более удобное положение и принимает из рук Намджуна небольшой пластиковый стаканчик с еще пока холодным лимонадом.              — Ты надолго приехал? — Юнги пересаживается ближе к пьющему Чимину и тянет довольную улыбку, потирая ладошки друг о друга, — у меня есть печенье, будете?              — Я на все лето приехал, как и обычно, уеду лишь на пару дней на день рождение мамы, но потом вернусь, — Пак ставит пустой стаканчик на плед и переводит взгляд на омегу, — ой, бабушка меня голодного не отпустила, потому я не буду.              — А я не откажусь, — Намджун улыбается и следит за тем, как Юнги достает из рюкзака пакет с печеньем, укладывая его посередине покрывала. Намджун берет пару печенек и спокойно их поедает, поглядывая на небольшой участок леса, где пару минут назад скрылись братья Чон, — а куда эти двое ушли?              — Не знаю, — недовольно бурчит Мин и тоже берет печенье, поглядывая на Чимина, который пытался привести мокрые растрепанные волосы в относительный порядок.              Разговор завязывается быстро и время летит незаметно, Намджун спрашивает об учебе Пака, а Чимин интересуется о том, что произошло у них за учебный год, пока омега был в городе и с интересом слушает истории об их гулянках. Жара не так сильно ощущается в тени, мокрые волосы уже почти высохли и Чимин устало улыбается, откидывая свои волосы назад.              Юноши замечают, что к ним приближаются Хосок и Чонгук, оба парня красные от жары, а по телу стекают капельки пота. Те подходят ближе к ним, и Пак замечает, что они оба что-то прячут за спинами, а на лице Чонгука светиться довольная улыбка.              — Юнги, — Хосок усаживается рядом с Мином и протягивает тому небольшой букет с цветами, которые были собраны своими руками с поля неподалеку, — Простишь меня?              Омега почти сразу тает, как мороженое на солнце, и принимает букет, укладывая тот на свои колени, переключая почти сразу все свое внимание на альфу. Чимин хмыкает и переводит взгляд в сторону, стараясь не мешать тем ворковать. Юноша притягивает к себе колени и укладывает на них голову, пока Чонгук переминается с ноги на ногу.              — Ты чего? — Пак поднимает голову и смотрит на Чонгука, который убирает руки из-за своей спины и протягивает такой же букет омеге с довольной улыбкой.              — Это тебе, — говорит альфа, заставляя Чимина смущенно покраснеть.              — Спасибо, — Чимин берет из чужих рук букет и подносит их к лицу, вдыхая запах полевых цветов, прикрывая ими довольную улыбку на лице. Ему раньше никогда не дарили цветы просто так, потому ему было дико приятно получить такой знак внимания, несмотря даже на то, что он был проявлен не Намджуном.              Чон младший доволен собой и улыбается, спокойно усаживаясь рядом с Намджуном, который в свою очередь сжимал губы, стараясь не смотреть на омегу. Ким места себе не находит.              — Я пойду на тарзанке покатаюсь, — говорит Ким и довольно быстро уходит, оставляя свою футболку на покрывалах.              Улыбка с лица Чимина пропадает, и он опускает голову вниз, осторожно укладывая цветы рядом с собой. Он провожает взглядом Намджуна до самого мостика и переводит взгляд на Чонгука.              — Ты пойдешь вечером гулять? — Чимин лишь кивает головой, продолжая нервно грызть свою губу.