***
Она говорит, что простила, и тихо плачет на твоём плече.
Обнимает, прижимаясь к тебе чуть ближе, чем позволяет ситуация. Ты сама не прощаешь себя за то, что сделала.
Говоришь, что такого больше не будет, что
её больше не будет в твоей жизни, но тельце рядом с тобой начинает лишь больше трястись и умоляет прекратить говорить.
Она не хочет слушать тебя и твои
не оправдания. Она просто хочет, чтобы ты была рядом. И это ничего не значит. Совершенно.
Целуешь ее макушку от чего она сжимается, как от удара.
Не отстраняется и не просит прекратить. Просто даже в этом ожидает от тебя уже привычную боль. Моральную, физическую, какая разница, если болит невыносимо. Целуешь ещё раз, и ещё. Хочешь обсыпать такими поцелуями все ее лицо, смешать ваши слёзы, как кровь на древнюю клятву, которую не нарушить.
Клятву то ли верности, то ли прощение, которое тебе не будет дано. Ею?
Она прощает, она шепчет, что простила, но быть с тобой больше не может. Она рвёт себе сердце напополам, отдавая часть тебе, а вторую оставляет умирать внутри себя.
Ты не понимаешь, как могла ее потерять. как могла ее не ценить.
Безусловную безграничную любовь, которая была обращена только на тебя, а ты это видела через тысячу искаженных призм, которые разбились об ее взгляд, когда она узнала о твоей мимолётной не верности.
Она жжет твое раненое сердце своими слезами, будто солью на порез или кислотой на мясо. Оставляет след, который не уйдет с годами, останется самым болезненным шрамом, как напоминание об ошибках и потере.
Ты хочешь шептать, как любишь ее, будто твои слова ещё имеют цену. Ты молчишь, как она и просила, хоть тысячи букв хотят быть произнесены тобой ей. Тебе сейчас бумагу и перо — ты бы написала лучший роман про любовь, переписав шекспира и пушкина трагичностью любви.
Ты когда-то сможешь не вспоминать ее?
Волосы, глаза, запах — все въелось в память и в кожу, как старая кровь на одежде. Она останется лишь в воспоминаниях, которые не стереть.
Ты будешь помнить, как вы пытались или как ты причиняла боль, раз за разом, будто не видя, как ей плохо?
Что ты будешь помнить?
Вспомнишь свои слова о любви или о жестокости?
Жалеешь. Просишь прощение, которое не нужно, ведь она и так прощает тебе все наперёд, отпускает все грехи, хоть и не верит в бога. Но вери
ла тебе, в тебя и в вас.
Она устала терпеть.
Не тебя, а боль, которая стала синонимом к твоему имени.
***
