Ивент "Фестиваль фонарей". Другая история.

Предупреждение :много крови, стекло, смерть, безумие и вообще плохая альтернативная концовка (но не хотелось бы бросать этот фф так как по сути, не смотря ни на что это только его начало) В общем, я предупреждала, запомните. Читаете на свой страх и риск.

***

Сквозь странный шум в ушах Рангвидир начал слышать обеспокоенный голос Камисато, что казалось стал чуть выше..Из-за боли? Осознание обрушилось на него ушатом ледяной воды. Он.. Причинял Камисато боль?.. Руки, сжимающие Аято, резко ослабили хватку, вскоре совсем перестав обнимать того и, упали вдоль туловища Дилюка, . Тот лишь затряс головой сдавленно прося прощения, изредка сильно содрогаясь всем телом, повторяя те же фразы, что и несколько мгновений до этого.. «Всё не может закончиться так?.. Не может.. Не может.. Его.. Не могут снова бросить.. Не могут.. Ведь так?.. Его обещали не бросать.. Он.. Не останется.. Один.. Не останется.. НЕ ОСТАНЕТСЯ…» эта мысль крутилась в его сознании не желая покидать его ни на секунду, а сам красноволосый лишь бессильно сжимал кулаки, впиваясь ногтями в ладони оставляя на них алые полумесяцы, из которых ручейками потекла кровь, немного хлюпая из-за того, что ногти иногда выходили из ранок на какое-то время, позже впиваясь туда сильнее. Хотелось снова сжать Камисато в объятиях, настолько сильных, что буквально бы вплавили его в Дилюка, никогда.. Никогда.. Никогда.. Не дав бы Аято бросить его.. Не дав оттолкнуть, разочароваться, даже подумать его бросить..Рангвидир тряхнул головой вновь, сутулясь. С каждой секундой это желание становилось всё сильнее и сильнее, заставляя чувствовать аловолосого себя как между молотом и наковальней, безумием и остатками адекватности, даря всё более сильное желание вырвать сердце Камисато, чтобы оно билось только ради него, заточить его в самом защищённом месте, так, чтобы ни одна душа, ни одно создание не смело больше коснуться Аято кроме него.. Если он это сделает вновь Камисато никогда, никогда, никогда, Н̸̨͇̖̀̅͝И̴͎̳̞͗̈́̐̋͑̄̐̕̕К̷̡̳̥͚̟̼̮͓͚͑̉͛̑̌͒͋͜О̶̨̛̩̙̗̗̲̻̋͛͊̂́̔̃͒͜Г̸͎͔̔̽Д̵̨̫̯̟̳͖̜̱̈́́̍̏͛̂͜А̶̘̬͈̣̲̙̐͌́̅̈́͜ не покинет его, всегда будет с ним, Дилюком, только с ним, вечно даря своё тепло ему, ему, только ему и никому больше, никогда, никогда не уйдёт, останется только с ним, только его.. Только его Аято, только его тепло, только его ласка, только его.. На фоне послышался безумный смех Тёмного, что будто одобрял эти мысли, подкидывая способы того, как это осуществить, но большинство из них были особо привлекательны, на что Дилюк удовлетворённо оскалился в голодной акульей улыбке. В воздухе вокруг закружилась тёмная, чужеродная энергия, выдавая состояние Рангвидира, как и поглощающее его безумие. Как же раньше Дилюк мог позволять другим получать это восхитительное тепло? Разве они не были изначально созданы друг для друга и никого более? Как он мог позволять другим даже видеть Аято, не то, что касаться его.. Красноволосый отступил на шаг схватившись обеими руками за голову. Мысль об обладании Аято была прекрасна, если бы тот был только его, его, его, его… Руки ещё сильней впились в волосы, казалось, что сейчас аловолосый точно выдерет себе прядь, но.. Тот резко отпусил голову, вновь приблизившись к Камисато в плотную, резко хватая того за руки, заводя их ему за спину, вновь сильно обнимая, вновь чуть не до треска в костях, держа его руки так чтобы тот даже не мог дёрнуться лишний раз. Рангвидир резко поднял голову смотря Аято в глаза. Взгляд Дилюка был безумен и фонил обожанием[в сторону Камисато] и злостью[в сторону других людей], зрачки сильно расширились, почти заполняя всю радужку. Дилюк был похож на наркомана получившего дозу и, продолжая ненормально улыбаться. Приблизившись намного ближе к его лицу так, что Камисато мог ощущать его дыхание на своих губах проговорил с огромной надеждой, что попахивала одержимостью, [но сейчас это явно не волновало аловолосого] довольно часто меняя свою интонацию: -« Ты же останешься со мной?.. Ты же меня не бросишь? Никогда? Никогда? Никогда..Хотя…я больше никому, никому, НИКОМУ, не позволю не то что коснуться тебя…»– красноволосый вновь нервно облизал губы–« Вскоре ты останешься только со мной и разделишь со мной вечность, вечность, ВЕЧНОСТЬ.. Мы будем вместе, всегда.. Ты рад?» Рангвидир, не дав ответить на свой вопрос резко впился в Аято губами, затягивая в грубый, собственнический поцелуй, сжимая запястья ещё сильнее, прижимая Камисато к себе ближе, вжимая в себя настолько сильно, что трещали уже и его кости. Дилюк прошёлся языком между губами Аято, надавливая, требуя пропустить его. Но Камисато пытался сопротивляться, что не очень то и устроило Дилюка в таком состоянии и тот, не долго думая, сильно укусил Аято за нижнюю губу оттягивая. Парень лишь замычал в поцелуй от боли, приоткрывая рот в тихом крике. Рангвидир проник своим языком вовнутрь, активно исследуя рот партнёра: несколько раз прошёлся по нёбу и рядам зубов, не забывая о языке, вскоре вновь начав одному ему понятный танец, больше похожий на бой, изредка отвлекаясь ,вновь кусая его за губу. Вскоре красноволосый разорвав поцелуй, не ослабляя хватку, отодвинувшись и, будто извиняясь зализывал ранку на губе, слизывая выступившие капельки крови. На вкус она была лучше его, та лишь отдавала железным привкусом, а кровь Аято же обладала более терпким вкусом, что приятно обволакивал язык. Рангвидир чуть отодвинулся, потеревшись носом о шею, щекоча своими волосами чувствительную нежную кожу партнёра. Красноволосый лизнул шею, приоткрывая рот чуть шире, чтобы в следующую секунду крепко впиться в неё зубами, лаская языком венку, где бешено бился пульс, изредка лаская её языком. Аято застонал от резкой тянущей боли, чуть не упав и, если бы не руки аловолосого, то он бы вовсе упал, кровь из укуса брызнула Дилюку в рот, а тот будто не замечая этого вгрызался дальше, почти дойдя до середины мышцы. Кровь лилась в рот красноволосого, а тот жадно пил её, иногда зализывая языком получившиеся ранки от его довольно острых зубов. Вскоре тот чуть отстранился, глядя Камисато в глаза. Прекрасные, глубокие словно океан, голубые глаза были затуманены болью и отчаянием но смотрели на него, лишь на него. Удерживать его в своих объятиях, казалось настолько правильным и приятным, что Рангвидир облизавшись, прижал Аято ещё ближе. Вот теперь действительно послышался хруст. Дилюк не обращая ни на что внимания шептал Камисато комплименты и нежности о том, как же правильно он смотрится в его объятиях, что его место только рядом с Дилюком и то, как прекрасно тот всегда выглядит особенно в своей крови, от ран что оставил именно он. Боль расходилась от плеча, парализуя остальные конечности Камисато и, тот мог лишь часто дышать, пытаясь абстрагироваться от боли. Дилюк же тем временем приблизился к нему в плотную, выпуская всё больше тёмной энергии, что спиралями кружилась вокруг него. Его рука постепенно приобрела другую форму – покрылась крупной, острой, чёрной чешуёй, а ногти стали больше, острее, крепче. Красноволосый наклонился ещё ближе шепча Аято о том, что если те поменяются сердцами то всегда будут рядом, ведь Камисато же его не бросит, будет с ним всегда, как и обещал, верно? Будет любить его любым, его, только его как и обещал, он Аято же не заберёт свои слова назад, верно? Дилюк приблизил лицо вплотную к Камисато слизывая текущие из его глаз слёзы, лёгкими поцелуями обжигая его лицо. Наконец-то температура его тела соответствовала глазу бога, Дилюк стал намного горячее Камисато и теперь жар шёл именно от него. Дилюк ласково прошёлся изменённой рукой по грудной клетке, распарывая рубашку и убирая уже не нужную ткань с его тела. Взгляд Аято прояснился, видимо боль почти отступила, или стала настолько привычной, что тот снова мог соображать. Уже налившиеся синяки на боках откровенно портили вид аристократично сложенного тела, с прекрасной белой, бархатной кожей. Аловолосый нежно прошёлся когтями по ним, не царапая кожу, лаская её в порыве нежности, наклоняясь к Камисато ближе. Тот с отчаянием смотрел на него, но страха в глазах не было, что польстило Дилюку. Утробное урчание вырвалось из его грудной клетки и он в очередном порыве нежности наклонился к Аято и поцеловал его в щёку, слизывая всё ещё текущий водопад солёных, пряных слёз. - «Ты же хочешь, чтобы наши души были вечно, вечно, ВЕЧНО вместе? Доверишься мне?» – Аловолосый посмотрел своими безумными глазами на Аято. Радужка почти не видна, а лишь алым, словно кровь, ободком блестела вокруг огромных, тёмных словно сама бездна зрачков. Похоже это был конец и, Аято решив что-то для себя кивнул, улыбаясь. Он приподнял руку и погладил Дилюка по щеке, нежно смотря на него, глазами полными отчаяния и смирения. Камисато не боялся смерти, он понимал, что Сёгун в любой момент могла стать недовольной им и убить его, не оставив не следа. Но если уж это сделает его любимый, то он не против. Уж лучше умереть от его руки, чем от руки врага. Глаза красноволосого расширились и тот, заурчав сильнее потёрся щекой о дрожащую руку. - «Я рад.. Рад.. Не представляешь как.. Мррр.. Сейчас будет немного больно.. Потерпи.. Но потом мы будем вечность..ВЕЧНОСТЬ.. Вместе.. Ради этого ведь стоит потерпеть, верно?» Дилюк остановил свою изменённую руку на груди прямо над тем местом, где должно было быть сердце и наклонившись лёгкими поцелуями проходился по лицу Камисато, вдавливая когти в плоть, разрывая её. Послышался крик, что утонул во рту аловолосого. Хоть мышцы Аято и были натренированными, но они не могли долго противостоять острым когтями Рангвидира и, вскоре тот и впрямь дошёл рукой до упрямо, но слабо бьющегося сердца, продолжая целовать лицо Камисато. Жизнь постепенно покидала его, но тот из последних сил, улыбался, нежно глядя на Дилюка, что жадно целовал его лицо и отбирал его жизнь. Послышался вскрик. Изо рта Камисато брызнула кровь, пачкая стоящего рядом Дилюка. Рангвидир вырвал сердце Аято, не сильно сжимая его в руке. Оно всё ещё билось, только для него, него, него.. Но ещё не остывшее тело рядом, уже лишилось жизни и тряпичной куклой висело в его объятиях. Рангвидир аккуратно положил Камисато на пол, положив сердце рядом и доставая волчью погибель. Он сел на колени перед ним и, поцеловав бесчувственное тело в последний раз, пронзил со всех сил себе грудную клетку мечом, что прошёл насквозь него, оставив в груди лишь часть рукоятки. Из его рта брызнула такая же алая кровь, попадая на тело Аято, смешиваясь с его кровью. Дилюк улыбнулся из последних сил погладив Камисато по щеке, теряя сознание упал на него, проваливаясь в такую знакомую, приветливую тьму. Теперь они ВЕЧНО будут вместе.