Таинственный танцор

Подарок для Джисона. Джисон приехал к себе, собирая вещи, укладывая все в чемоданы. Через не которое время когда уже Джисон почти все собрал, его отвлекает дверной звонок. Он ни кого не ждал. Не задумываясь и не смотря в глазок он открыл дверь. — Минхо. Тебе чего? — Джисон не ожидал его увидеть, он мог увидеть кого угодно, но не его точно. — Джисон ты можешь меня выслушать? — Еле стоя на ногах опираясь о дверной косяк проговорил старший. — Мне не когда, и ты пьян иди домой. — Начиная закрывать дверь. — Не уезжай, прошу. Если это из-за меня, то просто раскрой меня и останься. — Минхо хватает дверь, не давая её закрыть. — Минхо иди домой. — Джисон старается оттолкнуть Минхо от двери, но старший прижимает его к себе и целует. Целует так нежно и чувствительно, будто это единственный способ выразить свои чувства, свои желание, будто это единственный способ остановить младшего. Джисон не хотя, но всё же отстраняется от старшего. — Минхо иди домой уже поздно. Джисон всё же уехал. Он решил, что быть журналистом не его. А вот писать музыку у него выходит лучше, это и есть то чем он решил заниматься. В последние годы понятие дней рождения, а точнее его дня рождения, становится для него все более размытым. Он не слишком много думает об этом, когда, наконец, наступает сентябрь и погода начинает меняться. Если бы не его друзья, которые берут на себя ответственность праздновать для него, он, вероятно, не стал бы делать что-то в этот день. Но в этом году у него наконец-то есть шанс отпраздновать все это самостоятельно, то есть поздно слоняться в своей квартире и ничего не делать. Может, выпить пива в магазине в нескольких кварталах отсюда. Кроме этого, он не может думать ни о чем другом. В любом случае уже далеко за девять вечера, чтобы придумать более захватывающие вещи, чтобы оживить свой день рождения. Если это хоть как-то утешает, он просто просматривая все, что он находит достаточно интересным на нэтфликс. Он закончил тем, что посмотрел какое-то шоу под названием «Уходя в небо», и должен признать, что он чертовски увлечен. Он смотрит последние серии пятого сезона, когда внезапно звонит его дверной звонок. Немного подпрыгнув на диване, он ставит видео на паузу, встает из своего удобного положения и направляется к двери. Но он никого не ждет. Не особо задумываясь, он отпирает дверь и открывает ее, не глядя в глазок. Он не уверен, чего ожидал, но это определенно не из его числа. Минхо стоит перед дверью, удивленно глядя, как они смотрят друг на друга. Опускает палец над кнопкой дверного звонка. — Я думал, ты заставишь меня прождать еще тридцать минут. Джисон моргает один, два раза, осматривая все тело брюнета, как будто он пытается понять, реально то, что он видит, или нет. — Ты что тут делаешь? — Он выдыхает через несколько секунд, забыв, как вдыхать и выдыхать. Минхо выглядит… как-то иначе? Как будто он светится? Его каштановые волосы кажутся мягче на ощупь, чем обычно, нежная кожа его лица такая гладкая, и Джисон хочет обхватить его щеки и почувствовать их мягкость. Почему какой-то месяц может так сильно изменить кого-то? — Да. Я решил поздравить тебя с днем рождения. И буквально только вышел из аэропорта. Взгляд Джисона переходит на чемодан, стоящий рядом с ним, а затем снова возвращается к его лицу. Затем ему в грудь засовывают полиэтиленовый пакет. — Пудинг. — Объясняет Минхо. — А, спасибо. — Джисон берет пакет, заглядывает внутрь и обнаруживает множество пачек Сеульского пудинга. В любом случае в данный момент его разум кажется пустым. Странно неловко просто стоять и смотреть друг на друга. Впервые они так тихи в присутствии друг друга, но Джисон обнаруживает, что все слова теряются, прежде чем он может даже подумать о них. — Так ты меня впускаешь или как? —Минхо наконец ломает лед, ухмыляясь, когда Джисон, кажется, выбит из ступора. Он молча отступает, позволяя брюнету войти в свою квартиру. — Тебе следует положить это в холодильник. — Указывает Минхо, ставя свой багаж рядом с диваном и снимая кожаную куртку, прикрывающую его классическую рубашку. — Могу я воспользоваться твоей ванной? — Минхо возвращается к нему, и Джисон просто кивает. Как только Джисон остается один, ему наконец удается сориентироваться, понимая, что прошёл месяц. Честно говоря, в последнее время кажется, что его дни текут одинаково, и он как бы немного потерял счет времени. Минхо появляется вскоре после этого, и садится рядом. Над ними воцарилась неловкая тишина. — Ты что смотрел Нэтфликс весь день? — спрашивает Минхо, когда появляются финальные титры. — Нет ничего лучше, чем я мог заняться. — Джисон пожимает плечами, вызывая насмешку другого. — Это так грустно. — Минхо размышляет, и Джисон слышит насмешку в его словах. Но это нормально. Лучше, чем неловкое молчание. — Так что ты тут делаешь? — В не понимании всего происходящего спрашивает Джисон. — Я же сказал, поздравить тебя с праздником. Мне же как-то нужно было привести подарок. — Улыбаясь проговорил Минхо. — У тебя есть подарок для меня? — Он не может сдержать удивленную радость в его голосе, глаза округляются при взгляде на старшего. У Ли Минхо есть для него подарок? Минхо озорно улыбается, довольный реакцией Джисона. — Конечно. То, как опасно сверкают глаза Минхо, заставляет жар в животе взорваться. — Хорошо. Что это такое? Минхо хватает его за руку и тянет в гостиную вместе с одним из стульев, разбросанных по кухне. Джисон немного разочарован поворотом событий, когда Минхо ставит стул посреди комнаты и заставляет его опуститься на него. Затем тот неторопливо подходит к своему багажу, не так осторожно вскрывая его, поспешность очевидна по тому, как он роется внутри. К тому времени, когда Минхо возвращается к нему, взгляд Джисон падает на маленькую сумку, сжимаемую в руке другого. «Что ты делаешь …?» Он умолкает, когда Минхо становится на колени между его ног, сжимая его колени, когда он смотрит на Джисона. — Ты когда-нибудь получал танец на коленях? У Джисона пересыхает во рту, отвисает челюсть, когда его мысли бегают вокруг этого вопроса со скоростью около тысячи миль в час. Танец на коленях. Минхо собирается дать ему… Кто сказал, что 9 вечера слишком поздно, чтобы сделать ваш скучный день рождения немного более приятным? Джисон облизывает нижнюю губу, осознавая, что на мгновение он как бы потерял сознание. — Э-э… — он пытается начать, думая о том, как сказать «нет», чтобы не звучать как абсолютный девственник. Он просто знает, что старший собирается дать ему за это дерьмо. Но уже слишком поздно, Минхо уже смеется над ним, его тело перекинуто через торс Джисона. — Ничего страшного, тебе просто нужно посидеть как хороший мальчик. Губы Джисон нахмурились, знакомое раздражение терзает его, и он просто хочет стереть надоедливую ухмылку с губ старшего. — Ты. — А теперь закрой глаза. — А? — Закрой глаза, — повторяет Минхо нетерпеливым голосом. — Почему я должен закрыть. — Просто сделай это уже, — Брюнет закатывает глаза и впивается ногтями в колено Джисона. Ворча, Джисон подчиняется, все еще чувствуя себя на грани, поскольку он сосредотачивается на звуках вокруг него. Он слабо слышит шорох, включается динамик, Минхо обнимает спинку стула, затем он чувствует, как что-то твердое и грубое обхватывает его запястья. Это веревка? Прежде чем он успевает даже высказать свое мнение о том, какого хрена его сейчас привязывают к стулу, узел на его запястьях почти болезненно затягивается, как будто Минхо чувствует, что он собирается начать биться. — Будь хорошим мальчиком, хорошо? — Брюнет шепчет ему на ухо, и Джисон напрягается от того, насколько он хриплый. Несмотря на нервы, Джисон держит глаза закрытыми, ожидая… того, что Минхо припас для него. — Ты можешь открыть их сейчас. Джисон не знал, чего ожидал, когда открыл глаза. Половина его надеялась найти другого обнаженным, в то время как другая половина хотела посмотреть, как брюнет устраивает ему стриптиз-шоу. Но Минхо выглядел так же, как и раньше, в нескольких шагах от него с расстегнутыми первыми пуговицами рубашки. Он возится с телефоном в течение нескольких секунд, прежде чем в конце концов кладет его на пол, и все внимание внезапно направлено на Джисона. Есть что-то в тяжелом взгляде Минхо, что заставляет Джисона сглотнуть, а температура его тела поднимается. Внезапно музыка наполняет воздух, и он замечает приподнятый сбоку небольшой портативный динамик. Джисон не знаком с этой песней, вероятно, кантри. Бит медленный, и не нужно быть гением, чтобы понять, что это сексуальная песня. Минхо делает несколько шагов к нему, поднимает волосы ко лбу, пристально смотрит на Джисона, а сам Джисон, кажется, не может отвести глаз от него, волнение пробегает внутри него. Мы здесь, Одни в этой комнате. Как только начинается первый куплет, Минхо двигается. Именно тогда он тупо вспоминает, что Минхо в первую очередь танцор. Вокруг брюнета внезапно проявляется аура профессионализма. Каждое движение его запястий изящно, каждое движение его ног просчитано, и все это просто чистый талант, который ему преподносят. Позвольте мне тебя сбить Я действительно хочу тебя сбить И покажу тебе, о чем я Он не впервые видит танцующего Минхо. Он несколько раз наблюдал, как он выбивал это на танцполе баров и клубов. Это один из тех редких случаев, когда он восхищается другим. За его страсть и любовь к танцам. Он сам не танцор, но он музыкант. И он очень ценит то, как человеческое тело может интерпретировать песни. Вдохнуть в них немного жизни через танцы. Это не его первый раз, но есть явная разница между тем, как смотреть, как танцует Минхо, и тем, как Минхо танцует для тебя. Это завораживает… чувственное покачивание и движение его бедер, сосредоточенное выражение его лица, его глаза, прикованные к Джисону, и мысль, что это исключительно для Джисона, что он единственный, кто может видеть это, что Минхо, специально приготовил для него это…. Это его заводит, черт возьми. Милая девушка, давай снимем это, В этой комнате Минхо начинает расстегивать остальные пуговицы, удерживающие его рубашку, и на этот раз рот Джисон действительно отвисает при виде обнаженной кожи другого, немного блестящей от пота. Его язык выскакивает, чтобы смочить губы, дыхание перехватывает, когда Минхо приближается к нему. Надеюсь, ты готов, детка, Потому что мы идем, Мы знаем как мы это сделаем Он остекленевшими глазами наблюдает, как Минхо кладет руку на спинку стула, ноги входят между его собственными, и скользит над ним, опускаясь все ниже и ниже, пока его пах не касается бедра Джисона. К этому времени Джисону уже становится трудно дышать. Когда Минхо так близко — грудь обнажена благодаря тому, что рубашка едва держится на его плечах и толкает его бедрами. Но не дотрагивается до него — его взгляд скользит по всему телу напротив, оценивая изгиб его ключиц, его подтянутый вид. Пресс и открытая в линии его бедер. Все это всего в нескольких дюймах от его лица. Никогда за всю свою жизнь он не был так возбужден. Могу я взять тебя сейчас? охх тело оххх тело ох Твое тело, тело вверх и вниз Минхо поворачивается и наклоняется, показывая Джисону идеальный вид своей задницы. Брюки на нем чертовски узкие и он не может разглядеть очертания нижнего белья другого. Инстинктивно он пытается поднять руки, чтобы пощупать, но приходит в тупик, когда понимает, что не может. Верно, в настоящее время он связан. Он ловит взгляд Минхо из его перевернутого положения между ног, брюнет поддразнивающие ухмыляется ему и тоже подмигивает, как бы издеваясь над его беспомощностью. Если бы только его руки не были связаны, он… Черт, что он сделает с Минхо. Бедра брюнета продолжают покачиваться все ниже и ниже перед ним, пока Минхо практически не сидит у него на коленях, и все, что нужно, это одно грёбанное движение, чтобы он потерял рассудок. — Бля… — он стонет, когда Минхо прижимается к нему, задницей гладит его эрекцию. Я собираюсь снять это, детка, красиво и медленно Так что снимай, пойдем Минхо откидывается на него, так что его спина лежит на груди Джисона, и продолжает медленно тереться о бедра Джисона. Он снова убирает волосы, и они достаточно близко, чтобы Джисон мог видеть счастливое выражение на лице другого. Минхо кажется потерянным в своем собственном мире, руки скользят по его движущемуся телу, а язык выскакивает, чтобы медленно облизать губы. Иисус, гребаный, Христос. Он достаточно близко, чтобы почувствовать тепло тела, исходящее от Минхо, почувствовать запах, от которого у него кружится голова, коснуться губами задней части шеи другого. — То, что ты делаешь со мной, Минхо… — шепчет он тихо и хрипло, с остановками в дыхании, когда Минхо сжимается особенно сильно в ответ на его слова. Позволь мне показать тебе. Позволь мне сделать это с тобой, как я хочу. Песня подходит к концу, Джисон может это понять, и Минхо не торопится, чтобы оттолкнуться, поворачиваясь к нему лицом. Джисон наблюдает, как брюнет садится лицом к нему на его коленях и обнимает его за шею, один из рукавов его рубашки сползает с плеч. Его тело все еще раскачивается под медленно затихающую музыку, но, похоже, он больше сосредоточен на том, чтобы прижаться к Джисону. Их лица так близки, что он может чувствовать прерывистое дыхание на своих щеках, и может видеть тонкий блеск пота на его лбу. Не могу больше ждать. Минхо издает задыхающийся смех, глаза трепещут, когда они смотрят на Джисона. Для блондина это звучит как оргазм для ушей. Я не могу больше ждать. Когда песня в конце концов затихает, и они остаются со звуками их прерывистого дыхания, Минхо прикусывает губу, широко улыбаясь, когда он кладет свой лоб на лоб Джисона. — Ну как? — спрашивает он, все еще затаив дыхание. Джисону требуется мгновение, чтобы сформулировать ответ, он может сосредоточиться только на мерцании губ Минхо. Может только думать о том, как его руки будут бродить по всему телу другого, как его рот будет ощущать каждый дюйм этой гладкой, поцелованной солнцем кожи. Может только думать о том, как сильно он хочет Минхо прямо сейчас. — Развяжи меня. — Это единственное, что выходит из его рта, и он удивляется, насколько сдержанно звучит его голос. Как будто он не собирается сойти с ума каждую секунду из-за того, что не может дотронуться до человека над ним. — Хмм… — Мычит Минхо, проводя пальцами по груди Джисона. — Я не знаю… Мне нравится видеть тебя таким… — В его голосе звучит игривость, и лицо Джисона хмурится. — Ты шутишь. — Джисон, невозмутимо отвечает, часть его просто знает, что Минхо заставит его страдать как можно сильнее, потому что брюнет- дерьмо. — Я? — Минхо хихикает, играя с полоской серых спортивных штанов Джисона. — Просто оставь это мне. Я сделаю это достойным твоего времени, именинник, — старший подмигивает, наклоняясь, чтобы поцеловать Джисона. Джисон реагирует на губы Минхо, как будто это вода после долгой засухи, наслаждается вкусом их языка, скользящего друг по другу, и его член дергается в штанах — постоянное напоминание о том, насколько он чертовски возбужден в данный момент. — Лучше я, — он предупреждает, когда Минхо отстраняется, весело глядя на него. — Пожалуйста, — брюнет усмехается, начиная отстраняться от Джисона и вместо этого падая между его раздвинутых ног. — Ты даже не сможешь больше говорить дерьмо, когда я закончу с тобой. Джисон приподнимает бровь, типичное поведение Минхо только подпитывает растущее внутри него возбуждение. — Да уж? — спрашивает он, вздох срывается с его губ, когда маленькие пальцы скользят под его рубашку, лаская его напряженные мышцы под ней. — Мммм. Просто расслабься и наслаждайся, белочка. И с этим Джисон позволяет себе расслабиться, позволяя Минхо заниматься своим делом. Он наблюдает, как тот задирает рубашку, нежно целуя его грудь и живот, нежно облизывает его пупок. Минхо медленно спускается вниз, достигая эрекции Джисона, натянувшей ткань его штанов. С губ блондина вырывается легкое ворчание, когда Минхо прижимается носом к контуру его члена, губы прижимаются к головке поверх ткани. Острый взгляд Минхо, наблюдает за ним через все это, и Джисон изо всех сил пытается вспомнить, как дышать. Легкое движение по бокам привлекает его внимание, и он поднимает бедра, чтобы спустить штаны. Он вздохнул с облегчением, когда, наконец, освободил свой твердый член, пальцы Минхо с кольцами тут же сомкнулись у основания. — Уже тяжелый. Я польщен. — Минхо усмехается, облизывая полоску во всю длину. Джисон делает резкий вдох. Минхо обхватывает кончик губами, резко посасывая, а Джисон запрокидывает голову — он чертовски хорош в этом. — О, черт… — стонет Джисон, ударяя Минхо по горлу, желая, чтобы он мог провести руками через эти светлые локоны, побудить Минхо взять его еще глубже. Минхо стонет во весь голос, и от вибрации глаза Джисона закатываются к затылку. В той позиции, в которой он находится, немного сложно толкнуть его бедрами, несмотря на первобытное желание сделать это, и он просто признает, что находится во всей милости Минхо и его греховных уст. Однако Минхо ни как не разочаровывает, качая головой вверх и вниз в быстром темпе, все время серьезно посасывая, когда он каждый раз тянет. Джисон действительно не знает, получал ли он когда-нибудь такую ​​хорошую голову. На самом деле не знаю, найдет ли он когда-нибудь лучший рот, который сможет вот так взорвать ему мозги. Джисон не протянет долго, если Минхо будет усердно высасывать дерьмо из своего члена. Месяц сексуального разочарования действительно начинают сказываться на нем, и он ничего не хочет, кроме как получить должное освобождение от чего-либо, кроме своей руки. — Э-эй, я… — Он стонет, когда Минхо отпускает его и движется вниз по его яйцам, беря один в рот и сильно посасывая, пока его рука продолжает надрачивать его член. — Минхо, я чертовски близок… Как бы он ни хотел кончить прямо сейчас. Итак, из последних сил он хлопает брюнета ногой по бокам. — Стоп, — он задыхается, и, кажется, ему удается вывести Минхо из транса, выпустить его яйца с последним посасыванием, рука крепко сжимает основание его члена. — О, это… это близко, — Минхо кашляет хриплым и немного невнятным голосом. Он вытирает рот и подбородок тыльной стороной ладони, прежде чем встать. — Ты хочешь трахнуть меня сейчас? — спрашивает старший, расстегивая ремень штанов и позволяя им с глухим стуком упасть на пол. — Что? Да-да. Ты, блядь, понятия не имеешь как! — Джисон рычит, вызывая смешок у брюнета. — Ты смешной, когда ты в таком отчаянии, ты это знаешь? — Сними с меня эти веревки, и я покажу тебе, что значит быть отчаявшимся. — Хорошая попытка. Джисон раздраженно вздыхает, вытаскивая ноги из штанин и откидывая их в сторону. Он наблюдает, как Минхо мучительно медленно снимает штаны, весело улыбаясь Джисону. — Минхо, — шипит Джисон. Каким-то чудом Минхо наконец-то вылезает из своих обтягивающих штанов и боксеров, оставляя только расстегнутую рубашку, свободно свисающую на плечах. Он ходит перед Джисоном, покачивание его бедер очевидно и слишком отвлекает. — Так. — Минхо вздрагивает, останавливаясь перед ним, наклоняясь, чтобы взять маленькую бутылочку лубриканта, о которой Джисон даже не подозревал, что она находится под его стулом. Он выдавливает изрядное количество жидкости на ладони, без особой осторожности роняет бутылку на пол и наносит жидкость на руки. Джисон вздрагивает от ощущения холода, когда Минхо гладит его член, покрывая его таким количеством смазки, что она практически стекает по его яйцам. — По шкале от 1 до 10, на сколько ты хочешь, чтобы я покатался на тебе? — Ты на мне? Удивленно спрашивает Джисон. — Да, в честь твоё дня рождения, я сделаю это. — Тогда просто поторопись, — он усмехается, когда Минхо снова садится к нему на колени, рука тянется к нему сзади, чтобы раскрыться. Если Джисон не был связан, он возьмет другого в свои руки. — Ты всегда такой напористый, — Минхо надувает губы, похоже, не торопясь перебирать самого себя. Его другая рука тянется вниз, чтобы взять длину Джисона, медленно поглаживая ее и растирая смазку. — Трудно хоть иногда вести себя хорошо со мной? Я так старался изо всех сил устроить тебе танец на коленях и все такое. Джисон поджимает губы в тонкую линию. Он не знает, о чем говорит другой. — Ты тоже не особенно дружелюбен со мной, — он бормочет, надеясь, что брюнет этого не слышит, но Минхо слышит, и на мгновение он прекращает свои действия, глядя Джисону прямо в глаза. Он обнимает Джисона за шею, приспосабливаясь к нему, так чтобы он правильно сидел на нем. Член Джисона скользит между половинами его задницы и дергается, едва касаясь дырки Минхо. Минхо наклоняется к нему лицом, так что их носы касаются друг друга. — Я… — выдыхает Минхо, и Джисон чувствует, как его короткие пальцы направляют его член туда, где он должен быть. — Я могу быть хорошим… Джисон приоткрывает рот в беззвучном стоне, когда Минхо медленно опускается на него, полностью погружая его в свою тугую дырочку. — Я-если… Если ты… Минхо подталкивается вверх только для того, чтобы снова упасть, хватаясь за плечи Джисона в качестве рычага. Он начинает в медленном темпе, каждый раз двигая бедрами по кругу, прежде чем подтянуться. И Джисон… Если небеса существуют, то, вероятно, кажется, что это они и есть. — Если хочешь, я… ааа… — стонет Минхо, выгибая спину, когда он толкается сильнее. — Бля, это так хорошо… — Джисон сжимает связанные руки в кулаки, кусая губы, чтобы подавить еще один стон, который грозит вырваться из его губ. — Да, да, черт… — выдыхает Минхо, ускоряя темп с каждым нажатием на член Джисона. — О, твой член чувствует — чувствует себя потрясающе. Особенность этой позиции в том, что… -Джисон! — Минхо стонет его имя, когда его член касается его простаты — это абсолютный фаворит Джисона. То, как он слышит стоны Минхо так близко к своему уху. То, как Минхо знает, как двигать бедрами так, чтобы Джисону перешел черту. То, как он может видеть лицо напротив, искаженное от удовольствия. — Да, детка… Трахни себя на моем члене, — прозвище всплывает еще до того, как он успевает об этом подумать, слишком теряется в стенах Минхо, всасывающих его с каждым толчком, чтобы даже подумать о какой-то связной мысли, кроме того, что, черт возьми, он сделал, чтобы заслужить такое… Он открывает глаза, хорошо разглядывая лицо Минхо. Он захватывает губы напротив, и без поддержки его рук. Это немного неловко, но он делает это, делая это как можно глубже. Вкладывая все, что он чувствует в данный момент, единственный способ, который он знает, когда дело касается Минхо. В конце концов, слова никогда не были их делом. Минхо, кажется, подпитывают только поцелуй, быстро двигая бедрами, когда он изо всех сил скачет на Джисони. — А-а-а-а! — Минхо стонет, не боясь и не стесняясь, кормя Джисона своими чудесными звуками. — Боже, я так по тебе скучал. — Старший хнычет на плече, пряча лицо от взгляда Джисона. Вероятно, это просто эмоции. Да, наверное, думает Джисон. Во время секса люди могут говорить что угодно. И, может быть, то же самое и с цветущим теплом, разливающимся по его груди. Просто эмоциональная вещь. Так что пусть балуется. — Я тоже скучал по тебе, — он шепчет между их резкими вдохами. Может, Минхо это слышал. Может, он этого не сделал. Но толчки другого останавливаются. Ой. Он слышал это. Минхо отстраняется, чтобы посмотреть на него, его лицо покраснело, глаза расширились, волосы растрепаны. Джисон видел много выражений лица Минхо. Всегда подвергался неприятностям. Но это… Это совсем другое, и он не может этого объяснить. Просто это заставляет что-то внутри него сжиматься. Минхо обхватывает его лицо руками, целует его в лоб, область между глазами, нос, затем губы. Целомудренно, но все равно что-то громко кричит. Он смутно чувствует, как веревка на его запястьях ослабляется, когда Минхо наконец освобождает его. Он немного дезориентирован, все еще возбужден, но есть… кое-что еще. Что-то действительно тяжелое. Он наблюдает, как Минхо поднимается с него, вставая и крепко хватая его за руку. Они достигают его спальни, и там тихо. Минхо натягивает его рубашку через голову и он подчиняется, в то время как сам наконец сбрасывает рубашку Минхо. И тогда Джисон тянется к лицу Минхо, осторожно целует его, без спешки. Это тихо, когда пальцы Минхо, обвивают его запястья. Скользят вниз к руке и локтям, к его бедрам и обнимают его руками. Когда они отстраняются, тихо, глядя друг другу в глаза и пытаясь разгадать то, что отражается в их глазах. Атмосфера, которая нависла над ними, отличается. Это явный контраст с обычными беспорядочными всплесками возбуждения, которые они обычно испытывают. Внезапное изменение возвращает Джисон назад. Это новое. Но не обязательно плохо. На самом деле кажется… Правильно. — Трахнешь меня как следует? — спрашивает Минхо с легкой улыбкой на губах. — Наконец то. — Джисон фыркает, в последний раз поцеловав его, а затем мягко толкает старшего на кровать и нависает над ним. — Знаешь, у меня чертовски болят запястья. Минхо тихонько смеется, наклоняясь к одному из его запястий рядом с головой и посыпает покрасневшую кожу нежными поцелуями. — Мне жаль. Старший хихикает на его коже. — Тупица. — Джисон фыркает, хватая себя за длину и выстраивая ее под вход Минхо. Он наклоняется, чтобы поцеловать старшего, прежде чем медленно надавить на него. Минхо напрягается под ним, обнажая шею, и Джисон не теряет времени, хватаясь за нее. Джисон не особо любит эту позу. Во-первых, это слишком интимно, и он действительно не знает, куда смотреть, когда лицо Минхо так близко к нему. Его всегда охватывает чувство неловкости, но прямо сейчас… Когда Минхо раскинулся для него, окликнул его по имени и притянул его еще ближе, чтобы поцеловать его шею… Все, о чем он может думать, на самом деле… Чем он заслужил такого ​​красивого парня? Красивый. Это ново. Но он не может высказать это. Между ними слишком много стен, чтобы говорить что-то подобное. Так что он просто выражает это сильными и быстрыми толчками, заставляя Минхо стонать еще громче и засоряя его шею укусами и поцелуями. Это единственный язык, который действительно работает для них обоих. — С-сонии… о… Пожалуйста, я так близко… — Минхо обхватывает ногами его талию, толкая его еще глубже. — Я тоже, — Джисон шепчет, чувствуя, как его волнующий оргазм обвивается вокруг его живота. Одна из его рук находит руку Минхо, и их пальцы переплетаются, крепко сжимая друг друга, когда их охватывает сильное удовольствие от секса. — Хочу, чтобы ты… кончил мне в рот… — Умоляет Минхо, и эта мысль заставляет Джисона стонать. — Я могу? — спрашивает Джисон. Минхо просто нетерпеливо кивает, хватаясь за свою эрекцию, чтобы погладить себя. Джисон помогает ему, направляя толчок к его простате и последовательно колотя по ней своим членом. — C-идёт — ах! — Минхо выгибается высоко на кровати, касаясь его живота, и Джисон стонет, когда его член плотно прижимается к стенкам Минхо. Тем не менее он продолжает свои толчки, преодолевая оргазм брюнета, преследуя свой собственный. — Мм, бля, внутри тебя чертовски хорошо… — невнятно бормочет Хан, его темп теряет ритм по мере того, как он приближается к своему собственному освобождению. — Лучшее, — он стонет, небрежно целуя старшего в губы, прежде чем выйти. Он становится на колени на кровати, поспешно покачивая членом, потому что он такой возбужденный, что это уже почти болезненно. Минхо понимает сообщение и вскакивает на ноги, устраивается между ног Джисона и без дальнейших церемоний берет его член в рот. Джисон запрокидывает голову назад, глядя на влажный рот Минхо, тот пылко и энергично отсасывает ему. — Черт… Ты все проглотишь? — Хан проводит пальцами по подбородку старшего, чтобы он посмотрел на него. Минхо кивает, посасывая кончик, и Джисон кладет руку на голову, перебирая пальцами мягкие коричневые пряди. Старается не влезать в губы другого, просто позволяет ему делать это в своем собственном темпе. Его пальцы сильнее сжимают волосы другого, когда он, наконец, ощущает оргазм. Он отрывает Минхо от себя и начинает быстро гладить свой член. Минхо охотно раскрывает рот и высовывает язык, чтобы Джисон мог положить на него кончик. — Ааааааааааааааааааааааааааааааааааа, — он наконец кончает, его сперма хлестает прямо в рот старшего, а брюнет просто сидит там и берет все это. Хан наблюдает, полуприкрытыми глазами, как Минхо сглатывает, в конце концов снова обхватывая губами его член, чтобы долго и сильно посасывать его. — Черт возьми… — бедра Джисона дрожат, когда язык Минхо облизывает его чувствительную кожу, очищая его щель от всех оставшихся выделений, и давая члену еще несколько отсосов, прежде чем выпустить его с хлопком. Джисон тяжело дышит, когда его рука опускается, чтобы погладить щеку Минхо, и ему хочется похвалить. Чтобы сказать ему, как чертовски хорошо он проглотил каждую последнюю каплю его спермы. Джисон хочет, чтобы Минхо знал, какой он потрясающий. — Детка… — шепчет он, наклоняясь, чтобы снова прикрыть Минхо своим телом. Минхо, не раздумывая, обвивает руками его шею, и Джисон его глубоко целует. Он может немного попробовать себя на вкус, но это так хорошо в сочетании с собственным уникальным вкусом Минхо. Джисон считает, что это хорошо подходит Минхо. — Детка… — он снова бормочет в губы другого, чувствуя, что теряется в трансе, когда он спускается носом через шею старшего, вдыхая его запах и притягивая его к себе руками. — Джисон… — Минхо подносит руки к волосам, проводя пальцами по его светлым прядям, как это всегда нравится Джисону. — Ты такой хороший для меня… — шепчет Хан, его глаза закрываются. Чувствует усталость. Он захватывает губы напротив, и без поддержки его рук. Это немного неловко, но он делает это, делая это как можно глубже. Вкладывая все, что он чувствует в данный момент, единственный способ, который он знает, когда дело касается Минхо. В конце концов, слова никогда не были их делом. Минхо, кажется, подпитывают только поцелуй, быстро двигая бедрами, когда он изо всех сил скачет на Джисони. — А-а-а-а! — Минхо стонет, не боясь и не стесняясь, кормя Джисона своими чудесными звуками. — Боже, я так по тебе скучал. — Старший хнычет на плече, пряча лицо от взгляда Джисона. Вероятно, это просто эмоции. Да, наверное, думает Джисон. Во время секса люди могут говорить что угодно. И, может быть, то же самое и с цветущим теплом, разливающимся по его груди. Просто эмоциональная вещь. Так что пусть балуется. — Я тоже скучал по тебе, — он шепчет между их резкими вдохами. Может, Минхо это слышал. Может, он этого не сделал. Но толчки другого останавливаются. Ой. Он слышал это. Минхо отстраняется, чтобы посмотреть на него, его лицо покраснело, глаза расширились, волосы растрепаны. Джисон видел много выражений лица Минхо. Всегда подвергался неприятностям. Но это… Это совсем другое, и он не может этого объяснить. Просто это заставляет что-то внутри него сжиматься. Минхо обхватывает его лицо руками, целует его в лоб, область между глазами, нос, затем губы. Целомудренно, но все равно что-то громко кричит. Он смутно чувствует, как веревка на его запястьях ослабляется, когда Минхо наконец освобождает его. Он немного дезориентирован, все еще возбужден, но есть… кое-что еще. Что-то действительно тяжелое. Он наблюдает, как Минхо поднимается с него, вставая и крепко хватая его за руку. Они достигают его спальни, и там тихо. Минхо натягивает его рубашку через голову и он подчиняется, в то время как сам наконец сбрасывает рубашку Минхо. И тогда Джисон тянется к лицу Минхо, осторожно целует его, без спешки. Это тихо, когда пальцы Минхо, обвивают его запястья. Скользят вниз к руке и локтям, к его бедрам и обнимают его руками. Когда они отстраняются, тихо, глядя друг другу в глаза и пытаясь разгадать то, что отражается в их глазах. Атмосфера, которая нависла над ними, отличается. Это явный контраст с обычными беспорядочными всплесками возбуждения, которые они обычно испытывают. Внезапное изменение возвращает Джисон назад. Это новое. Но не обязательно плохо. На самом деле кажется… Правильно. — Трахнешь меня как следует? — спрашивает Минхо с легкой улыбкой на губах. — Наконец то. — Джисон фыркает, в последний раз поцеловав его, а затем мягко толкает старшего на кровать и нависает над ним. — Знаешь, у меня чертовски болят запястья. Минхо тихонько смеется, наклоняясь к одному из его запястий рядом с головой и посыпает покрасневшую кожу нежными поцелуями. — Мне жаль. Старший хихикает на его коже. — Тупица. — Джисон фыркает, хватая себя за длину и выстраивая ее под вход Минхо. Он наклоняется, чтобы поцеловать старшего, прежде чем медленно надавить на него. Минхо напрягается под ним, обнажая шею, и Джисон не теряет времени, хватаясь за нее. Джисон не особо любит эту позу. Во-первых, это слишком интимно, и он действительно не знает, куда смотреть, когда лицо Минхо так близко к нему. Его всегда охватывает чувство неловкости, но прямо сейчас… Когда Минхо раскинулся для него, окликнул его по имени и притянул его еще ближе, чтобы поцеловать его шею… Все, о чем он может думать, на самом деле… Чем он заслужил такого ​​красивого парня? Красивый. Это ново. Но он не может высказать это. Между ними слишком много стен, чтобы говорить что-то подобное. Так что он просто выражает это сильными и быстрыми толчками, заставляя Минхо стонать еще громче и засоряя его шею укусами и поцелуями. Это единственный язык, который действительно работает для них обоих. — С-сонии… о… Пожалуйста, я так близко… — Минхо обхватывает ногами его талию, толкая его еще глубже. — Я тоже, — Джисон шепчет, чувствуя, как его волнующий оргазм обвивается вокруг его живота. Одна из его рук находит руку Минхо, и их пальцы переплетаются, крепко сжимая друг друга, когда их охватывает сильное удовольствие от секса. — Хочу, чтобы ты… кончил мне в рот… — Умоляет Минхо, и эта мысль заставляет Джисона стонать. — Я могу? — спрашивает Джисон. Минхо просто нетерпеливо кивает, хватаясь за свою эрекцию, чтобы погладить себя. Джисон помогает ему, направляя толчок к его простате и последовательно колотя по ней своим членом. — C-идёт — ах! — Минхо выгибается высоко на кровати, касаясь его живота, и Джисон стонет, когда его член плотно прижимается к стенкам Минхо. Тем не менее он продолжает свои толчки, преодолевая оргазм брюнета, преследуя свой собственный. — Мм, бля, внутри тебя чертовски хорошо… — невнятно бормочет Хан, его темп теряет ритм по мере того, как он приближается к своему собственному освобождению. — Лучшее, — он стонет, небрежно целуя старшего в губы, прежде чем выйти. Он становится на колени на кровати, поспешно покачивая членом, потому что он такой возбужденный, что это уже почти болезненно. Минхо понимает сообщение и вскакивает на ноги, устраивается между ног Джисона и без дальнейших церемоний берет его член в рот. Джисон запрокидывает голову назад, глядя на влажный рот Минхо, тот пылко и энергично отсасывает ему. — Черт… Ты все проглотишь? — Хан проводит пальцами по подбородку старшего, чтобы он посмотрел на него. Минхо кивает, посасывая кончик, и Джисон кладет руку на голову, перебирая пальцами мягкие коричневые пряди. Старается не влезать в губы другого, просто позволяет ему делать это в своем собственном темпе. Его пальцы сильнее сжимают волосы другого, когда он, наконец, ощущает оргазм. Он отрывает Минхо от себя и начинает быстро гладить свой член. Минхо охотно раскрывает рот и высовывает язык, чтобы Джисон мог положить на него кончик. — Ааааааааааааааааааааааааааааааааааа, — он наконец кончает, его сперма хлестает прямо в рот старшего, а брюнет просто сидит там и берет все это. Хан наблюдает, полуприкрытыми глазами, как Минхо сглатывает, в конце концов снова обхватывая губами его член, чтобы долго и сильно посасывать его. — Черт возьми… — бедра Джисона дрожат, когда язык Минхо облизывает его чувствительную кожу, очищая его щель от всех оставшихся выделений, и давая члену еще несколько отсосов, прежде чем выпустить его с хлопком. Джисон тяжело дышит, когда его рука опускается, чтобы погладить щеку Минхо, и ему хочется похвалить. Чтобы сказать ему, как чертовски хорошо он проглотил каждую последнюю каплю его спермы. Джисон хочет, чтобы Минхо знал, какой он потрясающий. — Детка… — шепчет он, наклоняясь, чтобы снова прикрыть Минхо своим телом. Минхо, не раздумывая, обвивает руками его шею, и Джисон его глубоко целует. Он может немного попробовать себя на вкус, но это так хорошо в сочетании с собственным уникальным вкусом Минхо. Джисон считает, что это хорошо подходит Минхо. — Детка… — он снова бормочет в губы другого, чувствуя, что теряется в трансе, когда он спускается носом через шею старшего, вдыхая его запах и притягивая его к себе руками. — Джисон… — Минхо подносит руки к волосам, проводя пальцами по его светлым прядям, как это всегда нравится Джисону. — Ты такой хороший для меня… — шепчет Хан, его глаза закрываются. Чувствует усталость. Очень устал. — Да… Ты тоже хорош для меня… — он едва слышит сладкий голос Минхо, прежде чем засыпает. устал. — Да… Ты тоже хорош для меня… — он едва слышит сладкий голос Минхо, прежде чем засыпает.