Три причины моей (не)любви

Он ненавидел в ней всё. Начиная от этого сладкого аромата, исходящего от ее волос, когда она находится рядом, и заканчивая тупой, такой детской привычкой — хмурить брови. И неважно, довольна она была или просто задумалась. Это бесило. Бесило до дрожи в пальцах. Малфой не раз задумывался над тем, когда это все началось. Вот пролетают картинки с первого курса, где ему почти нет дела до маленькой девочки с кудрявыми волосами. Конечно, он замечал ее в толпе. Ведь постоянное нахождение рядом с Поттером не заметить не мог никто. Тогда Драко было обидно. Обидно, что выбрали в друзья не его. Но была ли там ненависть? Нет. Картинки быстро сменяются одна за другой, вот он уже останавливается на моменте, когда Гермиона резко разворачивается, ударяя кулаком прямо в нос. Это было больно, больно так, что он не смог ничего толком сказать и просто убежал, поджав хвост. Но была ли ненависть тогда? Едва ли. Эти сложные рассуждения преследовали его вот уже на протяжении полугода. Целых шесть месяцев Малфой рассуждал, почему в его душе была нелюбовь к Грейнджер. А строки в дневнике все вычёркивались и вычёркивались, заставляя чуть ли не биться головой об стену. Он ненавидит ее, но ненависть его не доказана. Прикрыв глаза, парень позволяет себе погрузиться в недавнее прошлое, ложась спиной на помятые простыни. В начале шестого курса история Драко Малфоя повернула в самый темный угол. Туда, откуда не выберется никто. И он смирился с этим, в который раз рассматривая метку на руке. Было ли у него представление того, что будет дальше? Да. Но как оказалось, он не знал ничего.               — Ты должен уничтожить девчонку, — хриплый голос разносится по гостиной Мэнора, заставляя сердце выпрыгивать из груди. — Эта потеря сыграет нам на руку. Они слишком дорожат ею. И Драко кивает, принимая очередное задание от Лорда. Принимает вместе с тянущей болью в груди. Соглашается, ведь другого выхода не имеет. Это был первый выстрел, что разрушил все на своём пути, но не убил. Эдакая игра в русскую рулетку — либо тебе повезёт, либо нет. А в барабане оставалось ещё три патрона, и все они предназначались одному участнику в этой заранее проигранной игре.               Малфой рывком принимает положение сидя, направляя взгляд в стену напротив. Он должен был найти причины ее ненавидеть? Что ж, кажется, у него есть несколько подходящих слов. Встав, Драко подходит к письменному столу, что находится напротив кровати. Руки подрагивают, но он без задних мыслей открывает дневник, заполненный зачеркнутыми строчками. Удобно устроившись на стуле, парень без слов призывает перо и чернила, чтобы в следующий момент аккуратным почерком вывести:

Три причины моей нелюбви.

                     — Малфой, хватит, — смеясь, прикрикивает девушка, выворачиваясь из крепких рук. — Я так боюсь щекотки, а ты этим постоянно пользуешься. Парень тихо посмеивается, но ослабляет хватку, позволяя Гермионе вздохнуть полной грудью. — Это тактика, дорогая, — девушка хихикает, отчего у Драко на лице появляется улыбка. Он вновь преодолевает расстояние между ними, но на этот раз ласково обхватывает ее плечи, прижимая к груди. — Я слышу, как бьется твоё сердце, — шепчет она, выводя узоры на белоснежной рубашке парня, заставляя того хмыкнуть. — Нет, ты не понимаешь, — ее карие глаза находят его. — Может, это и не важно, но просто помни о том, что оно у тебя есть. Даже если покрыто тьмой. Именно в этот момент маленький огонёк надежды покорил его душу, сплетаясь с темными лоскутами воедино.                      Следующие строчки появляются на листе без замедления.

Первая причина моей нелюбви:

Я ненавижу тебя за то, что твой свет принял мою тьму.

Второй выстрел.                      — Услышат… — шепчет девушка, но тут же издаёт тяжелый вздох, когда его губы с жадностью припадают к чувствительной шее. Мужские руки крепко держат за талию, сжимая так, будто Гермиона может растворится в любую секунду. Очередной удар головой об стену за спиной, и девушка с силой врезается ногтями в плечи парня перед ней. — Успокойся, — шепчет Драко в перерывах между влажными поцелуями. — Я обо всем позаботился. И этого достаточно, чтобы в следующий момент получить обжигающий поцелуй в губы. Тонкие пальцы зарываются в платиновые волосы, оттягивая, принося тупую боль в голове, пока парень отчаянно кусает ее губы, сжимая в тисках рук сильнее. Ладони скользят выше, очерчивают грудь, прикрытую лишь тонким кружевным лифом. А затем резко возвращаются на талию. Руки напрягаются, и девушка с тихим вскриком, утопающем в поцелуе, оказывается сидящей на письменном столе в его спальне. Застёжка лифчика быстро поддаётся умелым рукам. Бретельки плавно съезжают по плечам, а затем аккуратное кружево и вовсе исчезает из вида, спадая, теряется на полу, когда парень разрывает поцелуй и устремляет взгляд в глаза Гермионы. Она совершенна. Она чиста. Она нужна ему, как кислород. И Драко был готов дышать так часто, насколько это возможно, лишь бы снова и снова ощущать это одурманивающее чувство. — Наш первый раз будет не таким, — шепчет, пока большой палец руки очерчивает скулу, придерживая подбородок указательным. — Ты заслуживаешь совсем другого. Гермиона хмурится, внимательно смотря на Малфоя, что заставляет уголки губ дрогнуть в улыбке. Он обожает этот милый жест, ставший родным за все время. Его пальцы ласково обхватывают запястье правой руки, притягивая, отчего кожа покрывается мелкими мурашками, посылая импульсы по всему телу. И Гермиона послушно спрыгивает со стола, движется за ним в сторону большой кровати. Драко останавливается, притягивая девушку ближе. Аккуратно заправив волнистый локон за ухо, он медленно наклоняется, приближаясь к ее губам, чтобы в следующий момент подарить нежный поцелуй. Руки синхронно тянутся к одежде, что до сих пор была на них. Медленно расстёгивая рубашку, Гермиона чувствует, как его пальцы цепляют молнию на бедре, тянут вниз. Юбка с шуршанием оказывается на полу, а следом за ней отправляется и рубашка, соскальзывая с крепких плеч. Малфой осторожно обхватывает девушку за талию, подталкивает к кровати, на которую она тут же присаживается, все так же не разрывая поцелуя. Почувствовав спиной холодные простыни, Гермиона слегка ёжится и прогибает спину, соприкасаясь с горячей грудью. Драко первый разрывает поцелуй, переключаясь на шею. Он ласково посасывает кожу, тут же зализывая покрасневшие участки. Пока его руки скользят по талии ниже, заставляя девушку чаще дышать. — Я не сделаю тебе больно, — шепчет Драко, лишая ее последнего элемента одежды. — Обещаю. И Гермиона кивает. Потому что знает, что он выполнит своё обещание. Это заставляет расслабиться, окунуться в океан эмоций полностью. Девушка чувствует, как два пальца медленно входят в неё, начинают потихоньку двигаться, вызывая тихие стоны от новых ощущений. А затем сама тянется за новым поцелуем, притягивая его за плечи ближе, лишь бы утонуть в этом омуте без остатка. Его свободная рука скользит по телу, очерчивая каждый изгиб. Он чувствует, как Гермиона под ним напрягается, и чуть увеличивает темп пальцами, и уже в следующую секунду ловит ее протяжный стон, когда она слегка выгибается в спине, дрожа. Малфой на мгновение отрывается от тела расслабленной девушки, чтобы расстегнуть брюки и снять их вместе с бельём, отбрасывая в сторону. — Помнишь, что я сказал? — тихо спрашивает он, устраиваясь между ног Гермионы. — Ты не сделаешь мне больно, — на выдохе произносит она, обхватывая ногами его талию, притягивая ближе. Они хотят этого вместе. И совсем неважно, что будет после. Только здесь и сейчас. Она чувствует, как Драко начинает медленно входить, проникая головкой. Девушка чуть сжимается от новых ощущений, что тут же замечает парень, утягивая ее в поцелуй. Это действие заставляет вновь расслабиться и позволить зайти дальше, чем Малфой пользуется. Он останавливается, когда полностью погружается в неё. Даёт время привыкнуть к новому ощущению наполненности, чему Гермиона очень благодарна. Она тяжело дышит, но продолжает целовать парня так, будто это ее единственный шанс на спасение. Движение бёдер навстречу, и Драко понимает, что она готова продолжить. Он начинает медленно двигаться, ловя ее стоны, утопающие в поцелуях. Руки вновь очерчивают талию, поднимаются выше, слегка сжимают грудь, а затем снова возвращаются в изначальную позицию, пока Гермиона тянет его за плечи ближе к себе. Лишь бы только чувствовать. Лишь бы только быть ещё ближе. Девушка под ним напрягается, сжимает его внутри. Разорвав поцелуй, он позволяет ей сделать несколько глубоких вдохов перед тем, как экстаз захватывает ее в свои сети. Ее громкий стон пробирает до самых костей, и парень делает ещё пару толчков, кончая с грудным стоном.                      Драко открывает глаза, встряхивая головой. Рука тянется к перу, пока сердце дико стучит от воспоминаний, пролетевших в голове. Он не раз воспроизводил эту картинку на повторе, но именно сейчас это оказалось сделать сложнее всего.

Вторая причина моей нелюбви:

Я ненавижу тебя за то, что твоя вера есть у меня.

Третий выстрел.                      — Драко, — тихий голос раздаётся во тьме комнаты, заставляет парня сонно помычать, не открывая глаз. — Я, кажется… Гермиона замолкает, прикусывая губу. Слишком громкие слова готовы сорваться с ее языка, но она продолжает усердно молчать, обдумывая их. Парень лениво приоткрывает глаза, натыкаясь на очертания фигуры девушки рядом с собой. Он прижимает ее ближе, заставляя уткнуться носом в грудь. Вдыхает родной аромат яблока, что исходит от ее волос, а затем шепчет так же тихо: — И я тебя, Гермиона.                      Очередное воспоминание пролетает четвёртым выстрелом, но все ещё не убивает.

Третья причина моей (не)любви:

Я ненавижу тебя за то, что люблю.

Он не ненавидит ее. Но должен. Игра в рулетку подходит к концу. И можно было бы начинать праздновать победу, вот только у опытного стрелка всегда должна быть пуля про запас. И сейчас именно она с тихим щелчком пополняет барабан, чтобы наконец завершить эту игру. Поставить точку в этой истории. Но Драко уже не знает, кому будет предназначен этот выстрел. Ему или Темному Лорду?