Ветер в их жизни

Венти часто сидит дома. Часто приходит раньше Итэра. Часто готовит десерты и кофе. Но бывают вечера, когда он возвращается поздно. Когда в квартире тихо и темно. Когда совсем не хочется будить Итэра, которому через пару часов надо уже вставать, чтобы ехать на очередной заказ. А тот встречает его с подушкой в руках и стаканом воды. Со следом на щеке и заспанными глазами. Итэр просыпается сразу же, слыша скрежет ключа. Он ждёт его на кухне. Спит, подложив под голову первое, что попадается под руки, прислушиваясь к любому изменению в тишине ночи. Венти благодарно улыбается, выпивает воду, освежая горло и тянется обнимать блондина. Зарывается пальцами в золото волос, заплетенное неряшливой косой. Вдыхает запах дома. Между ними мягкость подушки, между ними нежность семьи. Венти в редкие вечера устаёт от жизни. Устаёт видеть людей и сжимается, колется. И Итэр всякий раз целует его в шею, ключицы, плечи. Мягко поглаживает застоявшиеся мышцы, разминает. Проводит носом вдоль позвоночника. И Венти медленно улыбается, расслабляясь. Венти забывчив в дни выступлений. Теряет абсолютно все. Итэр тянется с беретом, с пониманием видя, как парень удивлённо застывает в проходе. Итэр чуть усмехается, задерживаясь на явно лишние двадцать минут, и переплетает переходящие из чёрного в нежно-бирюзовый порядки волос, чуть хмурится, когда видит напряжение парня. Блондин закрывает двери квартиры, накидывает пальто и шепчет самые лучшие пожелания. Верит, что все у Венти получится, сжимает его похолодевшие ладони в своих и смущённо отводит взгляд, когда недовольные соседи с укором смотрят на них. Они выходят вместе. Венти на прощание целует в щеку Итэра и ветром запрыгивает в подъехавшее такси. Блондин провожает машину взглядом и с лёгким пониманием беды, которая его настигнет через полчаса, едет к себе на работу. Но он не жалеет. Венти на первом месте. Всегда. Итэр в такие дни выслушивает от начальства далеко не самые лучшие слова. Парень в такие дни считает минуты, когда его наконец не отпускают. К нему не было за что придираться. Все отчёты сдавались вовремя, все плановые проверки проводились с точностью до секунды. Итэр был хорошим работником. Сильным. Но ни один человек из начальства никогда этого не признает. Парень и рад был бы уволиться, перейти на другую сторону жизни, но вера в лучшее держала. Каждый раз, видя улыбки маленьких ребят, видя спокойствие и благодарность родителей, наслаждаясь взрывом эмоций от простых людей, Итэр в которой раз напоминал себе ради чего именно он остаётся в этом коллективе, ради кого он всякий раз задерживается дома и в который раз считает время. Венти всякий раз улыбается и прижимается к родному человеку. Всякий раз подлетает к уставшему блондину с такой скоростью, что тот не успевает опомниться, как ощущает тепло. Венти готовит вкусно. Не так, как это делает в своём мастерстве его парень, но он старается. И Итэр чувствует это. Чувствует заботу и тепло, поддержку дома и ясность их жизни. Концерты у Венти редкие, но всякие мелкие выступления случаются часто. Тренировка, простое настроение или же новое вдохновение. Пока его солнце работает, парень бегает по городу и залетает в разные кафешки, магазины, рестораны, школы, университеты. Венти словно ураган носится на своём скейтборде и лишь смеётся, когда очередной невнимательный пешеход начинает ругать его за скорость. За спиной гитара, украшенная кучей самых разных наклеек, начиная от всяких облаков с выглядывающей радугой, заканчивая серьёзными лицами каких-то особо знаменитых людей. Венти даёт услышать себя всем. Он поёт и играет так, что захватывает дух. В его голосе слышатся истории мира, в его голосе видятся отголоски эпох и безумно красивых моментов. Венти привлекает людей к себе звучанием инструмента, он привлекает к себе завораживающей мелодией и рассказом, что льётся по воздуху. И всякий раз парень возвращается домой раньше своего солнца. Тот работает слишком долго, слишком далеко и очень-очень безнадёжно правильно. Венти не любил и любил одновременно эту черту Итэра. Он напоминает ему об отдыхе каждый раз, когда они пьют чай или кофе, когда они за редкими выходными гуляют вместе. Парень взъерошивает волосы, расплетая косу, пытается отгородить Итэра от постоянных звонков клиентов. Тот лишь улыбался. Мягко, спокойно — так, как мог только он — понимающе. Итэр беспокойно следил за присылаемыми ему сообщениями, отрываясь от очередного отчёта. Его ветерок внезапно нашёл себе фотографа. Вот он за барной стойкой держит в руках стакан с чем-то явно не безалкогольным. Волосы ещё в порядке. На голове лежит берет, в котором тот ушёл на концерт. На второй фотографии берет лежит рядом и в руках уже излюбленная гитара. Косички потихоньку начинают рушиться. Следующее фото уже из дома, сделанное на собственный телефон: парень улыбается на камеру криво, показывая в отражении зеркала расстегнутую рубашку и немного спущенные чулки — их концерты доведут Итэра до нервного срыва от всех этих нарядов. Парень отправляет собственный заваленный бумагами стол и явно грустного себя. Ответ приходит быстро. Лаконичное: «жду» — теплом отдается, в груди. И Итэр сбегает, как это обычно бывает. Сбегает с работы, прося прикрыть первого попавшегося на пути человека. Он уверен, что так и будет, что начальство даже не придерется к внезапному исчезновению. Каждый из сотрудников благодарен молодому специалисту. Каждый знает, с какой готовностью он принимается за мелкие работы и сколько радости та приносит в его жизнь. Парень врывается в квартиру и его почти сразу же ловят в объятия, шепча: «Я победил». Итэр счастливо утыкается в шею и крепко сжимает хрупкое тельце. Он едва успевает отодвинуться, как его втягивают в поцелуй, пряный, терпкий, отдающий чем-то непозволительно сладким и безумно горячий. В такие дни Итэр с готовностью принимает все страсть своего ветерка, всю ту бурю эмоций, что пружиной выскакивает из напряжённого тела. Итэр любит до дрожи в коленях, до звёздочек в глазах. Итэр сжимает так крепко и нежно, что пальцы поджимаются. Венти тает, хватается в ответ. Нетерпеливо, на грани боли, но так правильно, что хочется ещё. И тот с готовностью отдаёт всю свою стихию. Их жизнь — бесконечный калейдоскоп безумного шторма. Их жизнь — тёплые вечера и медленные утра. Их жизнь — свет лишь в глазах друг друга, когда кругом стоит кромешная мгла. Их жизнь — переплетение пальцев и мягкие поглаживания ладоней.