Yeonjun says

Кан Хери решила, что разобьёт эту чёртову PlayStation 5, потому что надоело до ужаса! Она больше недели детально планировала, как стащит из комнаты Тэхёна его бейсбольную биту, как выудит немного времени между французским и домашним по психологии и разнесёт родительский подарок брату на Рождество вдребезги. Мало того, что эта гадость отобрала у Хери телевизор, времяпровождение с братом и нормальный сон (потому что Тэхён отказывался выключать звук даже после полуночи), так она нагло украла у неё и единственное утешение в жизни — Чхве Ёнджуна. Он не был питчером, пловцом или легкоатлетом, он даже не был популярен на своём факультете, и иногда обижал Хери своей несерьёзностью по отношению к ней, — как будто между ними никогда ничего не было — но ему удалось покорить её в первую же их встречу. Просто тем, как он смеялся, морща нос при этом, как равномерно делил на троих кимпаб, приготовленный его мамой, как увлечённо говорил о фотосессии, которую проводил для приюта бездомных животных, и как попросил у Хери в конце дня номер, потому что, как друг её брата, он тоже собирался присматривать за ней. Оказалось, она совершенно правильно расценила его заботу — он флиртовал. И Хери флиртовала в ответ. И этот взаимный флирт привёл к целой неделе заблуждений, в которую она считала, что встречается с Ёнджуном, потому что во время игры в «Правда или действие» на загаданное Тэхёном «поцелуй самую красивую девушку в комнате», он поцеловал её. Хери до сих пор помнила те шок и потрясение, что испытала, сидя на чужой постели в общежитии, пока компашка Тэхёна искала приключения на свои задницы. Она не участвовала в их играх, просто ждала, пока брату надоест, и они вместе поедут домой, а тут это действие и весьма уверенный в себе Чхве Ёнджун, слегка пьяный после трёх бутылок пива. «Хери самая красивая не только в комнате, но и во всём универе», — после поцелуя сказал он, а затем вернулся на своё место и подмигнул ей. Как она не поняла, что он просто играл с ней? Только вместо джойстика у него была притягательная улыбка и толика нахальности, которой Хери как раз было достаточно. Правда, после того вечера в общежитии Ёнджун вдруг стал более отстранённым, при любой удобной возможности спихивая ранее привычную заботу о Хери на её брата. И до недавнего времени он у них дома вообще не показывался. А теперь засел на диване в гостиной с джойстиком в руках и регулярно уходил не раньше восьми домой — после возвращения с работы одного из родителей Хери и Тэхёна. И это было неплохо первое время. У Хери появилась прекрасная возможность делать больше перерывов в учёбе, чтобы выходить в гостиную «отдохнуть», а ещё у неё довольно часто пересыхало во рту, и она бежала в кухню, что находилась прямо за гостиной, чтобы налить себе воды, сока или чая. И всё это время она не сводила взгляда с затылка Ёнджуна. В этом, собственно, и заключался самый огромный минус. Только его затылок, его плечи, клацанье кнопок и «до завтра» почти каждый день на протяжении более чем двух месяцев. Даже когда оказалось, что поцелуй для Ёнджуна ничего не значил, они с Хери постоянно сталкивались и взаимодействовали, а последние два месяца она чахла без возможности нормально поболтать с ним, как-нибудь нечаянно потереться своим плечом о его плечо и прижаться к нему в автобусе по дороге домой из-за «большого количества людей». Это по-детски, но Хери ревновала как Тэхёна, так и Ёнджуна к чёртовой приставке. И эту мнимую соперницу она просто ненавидела. Так что, когда выдался один-единственный уикенд, свободный от папы и от Тэхёна с приставкой, а мама всё ещё не вернулись из командировки, Хери была в восторге. Она себе план прописала, сколько всего посмотреть успеет, куда припрячет на время джойстики, чтобы позлить брата после возвращения с игры в Сеуле, на которую они вместе с папой едут как зрители, сколько пачек попкорна осилит самостоятельно… И ещё устроит себе спа-день. — Теперь всё взял? — папа суетился на входе, переобуваясь то в одни туфли, то в другие, в то время как Тэхён затягивал какие-то морские узлы на кроссовках. — Да, — отозвался брат, заканчивая с обувью первым и хватая с вешалки заполненный доверху рюкзак — всё самое необходимое на двухдневную поездку в Сеул. Тэхён натянул бейсболку с логотипом университетской команды, сунул в карман ключи от дома и застрял у двери из-за папы. Кажется, они оба были слегка на нервах (в хорошем смысле) из-за предстоящей поездки, потому что уже два раза выходили в гараж к машине, но потом папа обнаруживал, что туфли у него неудобные, либо Тэхён вспоминал, что забыл снять с зарядки powerbank. И из-за этого Хери тоже была на нервах. Как и они, она уже два раза уходила из прихожей в ванную, в первый раз успев нанести очищающую светло-голубую маску только на одну половину лица, а во второй еле успела помыть голову. Но папа неизменно отвлекал её просьбой сначала открыть им, потом закрыть за ними… Её недовольный вид, перекошенное полотенце на голове и сложенные на груди руки ясно давали понять, что третьего раза она не переживёт, так что Тэхён позаботился о том, чтобы точно ничего не забыть. — Ты же не собираешься устроить здесь девичник в наше отсутствие? — испытующе глядя на сестру, поинтересовался он. — Не вздумай никого звать и давать им играть в мою приставку. Хери закатила глаза, раздражаясь ещё больше. — Главное не зови сюда мальчиков, — вставил своё папа, наконец, заканчивая с обувью. — Хери и мальчики? — Тэхён хмыкнул. — Это что-то из разряда фантастики. Он лишь высказал своё мнение, не задаваясь целью обидеть Хери, но она отреагировала острее, чем он рассчитывал. — Ещё как позову мальчиков, — пригрозила она, — и в приставку твою позволю играть любому, кто захочет, даже с пальцами в масле после курицы. — Пап! — взмолился Тэхён, с ужасом в глазах глядя на Хери. Она ведь и правда могла позволить кому-то трогать его вещи в его отсутствие. В детстве Хери тряслась только за свои игрушки, а тэхёновские вечно оставляла во дворе, потому что какая разница, если их дождь намочит? Это ведь не её. — Прекращайте, — с полуулыбкой сказал папа, в третий раз наклоняясь к Хери, чтобы чмокнуть её на прощание. В первый раз просто в щёку, во второй раз в макушку, теперь, из-за маски и полотенца, пришлось ограничиться спешным объятием. — Тэхён, давай скорее в машину, нам нужно попасть в отель к шести. Хери закрыла за ними двери, провернув ключ до упора. Через окно она убедилась, что папа с Тэхёном скрылись в гараже, а тогда решила вернуться в ванную, чтобы смыть маску и досушить волосы. После по плану была увлажняющая тканевая маска. Она уже ступила одной ногой в гостиную, когда стук в двери буквально вывел её из себя. Ну сколько можно возвращаться? Они так и до завтра не уедут! С заведомо обозлённым видом она распахнула двери, собираясь возмутиться, но слова застряли у неё в горле, когда она столкнулась с прищуром карих глаз Ёнджуна и лёгкой улыбкой, в которой кривились его губы. — Привет! — он поднял правую руку и растопырил пальцы, здороваясь с ней. Он делал так обычно в университете, если они сталкивались в столовой или в коридорах. — Ёнджун, — голос Хери звучал сдавленно, неуверенно, и щёки её точно вспыхнули, но этого не было видно за потрескавшимся слоем маски, — ты почему здесь? Тэхён как раз… — Я знаю, — перебил он её, немного наклоняясь вперёд и ожидая, пока она отойдёт с прохода, давая ему пройти. — Я хотел зайти к нему, но вспомнил, что завтра игра. — И?.. Он сжал губы, пытаясь сдержать смешок. — И решил зайти к тебе, — этого было более чем достаточно, чтобы подкупить Хери и усыпить её бдительность. Она сразу отошла в сторону, не то чтобы добродушно приглашая Ёнджуна внутрь, но разрешая ему войти. — Ты остаёшься одна на выходные? Он швырнул рюкзак на пол, после разбросал расшнурованные кеды и обул тапки Тэхёна. Вместо нормальной куртки у него была толстовка, а поверх неё джинсовка — немного прохладно для марта, зато не пришлось ничего снимать. — Да, наконец-то, одна, — подтвердила Хери, с нескрываемым любопытством наблюдая за тем, как Ёнджун поправляет чёлку, зарываясь в неё пальцами, расстёгивает пуговицы джинсовки и, шаркая тапочками, плетётся из прихожей в гостиную. — Никого звать на ночёвку не собираешься? — Ёнджун плюхнулся на диван, поднимая голову и глядя на Хери. У неё была такая интересная внешность, совершенно не похожая на Тэхёна, хотя они родились с разницей в пару часов: маленькое личико с острым подбородком, носик с родинкой на кончике, родинки на щеках и под правым глазом, а ещё она выглядела совершенно по-разному, когда злилась, когда недоумевала или улыбалась. Ёнджуну больше всего импонировала её улыбка, но это смятение, из-за которого она широко распахивала глаза и чуть выше поднимала подбородок, тоже выглядело необычайно мило. — Тебя что, Тэхён подослал? — с недоверием спросила она. — Почему вас всех так волнует, кого я позову к себе, а кого нет? Ёнджун знал, что Хери не из тех, кто станет устраивать вечеринку в пустом доме и, вероятно, даже не из тех, кто пригласит на ночёвку лучшую подругу. Просто ему хотелось убедиться, что он не помешает её планам, задержавшись в гостях. — Супер, что ты будешь одна, — в итоге сделал вывод он. — Тогда можно я немного поиграю здесь? Хери набрала в щёки воздуха, пытаясь сдержать своё раздражение. Снова эта тупая PS5. Вот если бы не приставка, Ёнджун бы ни за что сюда не пришёл. — Не думаю, — её слова звучали осторожно, пока она разматывала полотенце и накидывала его на плечи, — Тэхён очень возмущался по поводу желающих играть без него… Ёнджун согласно кивнул. Ему не очень-то и хотелось играть одному. — В таком случае, можем посмотреть что-нибудь вместе, — предложил он, хватая пульт, чтобы включить телевизор, но Хери перегородила экран. Он ещё никогда не предлагал делать что-нибудь только вдвоём, и это взволновало её. — Собираешься остаться? — удивилась она. — Да, — Ёнджун развёл ноги, занимая более одной диванной подушки из-за своей позы, — чтобы тебе не было скучно. Но если не хочешь смотреть телевизор, можем заняться чем-нибудь другим. Мысли Хери хаотично бросались то в одну сторону, то в другую. Но она неизменно пыталась пресечь особенно буйные и высокорейтинговые, которых, увы, было не избежать из-за Ёнджуна. Как бы он ни пытался притвориться, что поцелуя между ними не было, Хери прекрасно помнила, что он был, как и его слова о её красоте, а это придавало уверенности её фантазии. — Класс, — её радость не была очевидной, но Ёнджун уже научился отличать сарказм Хери, скрытое недовольство или, прямо как сейчас, веселье в её голосе. — До которого часа ты можешь остаться? Ей нужно было смыть маску и закончить с волосами, прежде чем они могли бы чем-то заняться. — Я уже взрослый мальчик, — с насмешкой ответил он, — могу допоздна. Он проводил её взглядом до двери ванной комнаты, а когда она там закрылась, отвернулся к телевизору, ещё больше разваливаясь на диване. Ёнджун чуть скривился, глядя на приставку Тэхёна. Из-за её появления они совсем перестали гулять с Хери. Пересекались в её доме, но чаще она торчала у себя в комнате, слишком занятая учёбой. И с каких это пор ей стали задавать столько домашки? Хотя Ёнджун подозревал, что дело не столько в учёбе, сколько в том поцелуе. Тэхён отругал его. Сказал, что было свинством целовать его сестру в такой ситуации, что теперь он часто слышит, как об этом говорят их общие друзья, что Ёнджуну лучше вести себя прилежно, если он хочет, чтобы Хери тусила с ними. И Ёнджун старался изо всех сил. Только после Рождества они всё равно застряли в доме Канов. Хери с учебником, а Ёнджун — с джойстиком. И какой толк был от хорошего поведения, если «тусить» с Хери всё равно не получалось? Ёнджун каждый вечер, перед сном, чувствовал себя несколько огорчённым тем, что день провёл впустую, рядом с Тэхёном, и что от игр этих у него уже в глазах двоится. Потому, как и для Хери, поездка Тэхёна в Сеул оказалась для Ёнджуна прекрасным предлогом сделать что-то, чего ему по-настоящему хотелось. Например, зависнуть с Хери. Когда он увидел её в маске, лишний раз убедился, что её красоту ничто не способно испортить. Напротив, домашний вид делал её ещё привлекательнее. — Ёнджун, — она выглянула из ванной комнаты всё с тем же полотенцем на плечах, но теперь лицо её было умытым, с покрасневшими после пыток щёточкой щеками, — а ты хорошо играешь в приставку, да? Он уже два месяца только и делал, что играл. — Разумеется, — он откинулся на диванную спинку и запрокинул голову, из-за чего Хери оказалась вверх ногами. — А что? Она стала подходить ближе, и с каждым её шагом в его сторону, ему приходилось меньше тянуть голову. Подойдя к дивану, она облокотилась на спинку, почти нависая над Ёнджуном. — Тогда научи обыгрывать Тэхёна, — это то, к чему она пришла, пока умывалась. Провести время за фильмом, пялясь в экран, когда рядом находится Ёнджун, было бы преступлением, как и пытать его старыми настольными играми, или одноразовыми квестами, в которых всё равно сто раз запутаешься, пока дойдёшь до финала. Потому Хери решила схитрить и одним выстрелом убить двух зайцев — научиться играть и в то же время легально любоваться Ёнджуном, пока он будет накрывать её руки своими, придвигаться ближе, по десять раз повторять правила, потому что у Хери в голове всё равно они надолго не задержатся. — Хм, — он чуть поднял плечи, снизу вверх глядя на Хери, — хочешь провести вечер за приставкой? У тебя не было времени научиться с Тэхёном? Хери покачала головой, опуская руки и начиная обходить диван. Ёнджун следил за ней взглядом. И когда она шла, и когда забирала джойстики, и когда включала приставку. — Ты знаешь какой он вредный, — она закипала, стоило вспомнить его сегодняшние слова о парнях, — постоянно обидеть меня хочет, потому с ним учиться не буду. Ёнджун ни капельки не сдвинулся, когда Хери уселась на диван и передала ему оба джойстика. — А с каких пор тебе интересны гонки и стрелялки? — он взглянул на неё искоса, настраивая игру, в которую они буквально вчера играли с Тэхёном. Она пожала плечами, не зная, что сказать. — В смысле, выглядело так, будто приставку ты ненавидишь, — Ёнджун думал, в этом их мнения сходятся. — О, так ты заметил? — она немного улыбнулась, забирая у него из рук один из джойстиков. — Ненавижу, но боюсь, что Тэхён уймётся только если её придётся делить со мной. Так что учи. Как она и надеялась, Ёнджун подсел к ней ещё ближе, наклонился так, что подбородком коснулся её плеча, а затем пальцем стал указывать на разные кнопки. — Вот эта, чтобы ехать скорее, здесь сбросить скорость, так влево ехать, так вправо… — он говорил тише, раз они были так близко. — С другой стороны для стрельбы. Правая стрелять, левая перезаряжать… Он заметил, как она немного вытянула губы вперёд при смущённой улыбке, пока пыталась расположить пальцы на джойстике так, чтобы везде дотянуться. — Звучит сложно и скучно, — она выдохнула через рот. — Значит, всё, что слева — для езды. А я могу выбрать машину? Она резко подняла голову, поворачивая её сразу к Ёнджуну, так как обращалась она к нему, и кончики их носов почти столкнулись. У Хери это вызвало табун мурашек по коже. А Ёнджуна заставило громко сглотнуть. — Ты совершенно права, — он смотрел куда-то вниз, и ему потребовалось время, чтобы добраться взглядом до её глаз, — это сложно и скучно. Поиграем во что-нибудь другое? Он приподнял правый уголок губ в безобидной ухмылке. Он не хотел показаться ей уязвлённым этим крошечным расстоянием между ними. — А у Тэхёна так много игр? — Хери ликовала про себя даже от того, что чувствовала дыхание Ёнджуна на своих щеках, пока они сидели рядом. — А ты обязательно хочешь играть в приставку? — Ёнджун отстранился буквально на пару сантиметров, чтобы упереться локтем в спинку дивана и подпереть щёку ладонью, пока смотрел на Хери. У него появлялось то игривое настроение, с которым Хери не сталкивалась уже целую вечность. С поцелуя в общежитии. До этого Ёнджун часто говорил немного двусмысленные вещи. Ну, либо Хери любила трактовать все его слова по-своему. Она отложила джойстик и села к нему вполоборота, тоже опираясь на диван. Левую ногу она подтянула к себе, правой болтала до тех пор, пока тапочек не слетел. Ёнджун разглядывал её лицо. Она — его лицо. — Тогда хочешь сыграть в «Саймон сказал»? — она просто шутила, поддерживая его флирт. В её глазах было столько восторга, когда она получала хоть что-то в ответ на свою тайную влюблённость, что Ёнджуну становилось ещё очевиднее — она заинтересована в нём гораздо больше, чем просто как в приятеле. — Только как в той песне, — он прошёлся языком по верхней губе, точно соблазняя её, а затем осторожно коснулся пальцами её правой руки, что лежала на её колене, — где Саймон говорит убрать руки за голову, сделать глубокий вдох… — Но перед этим — раздвинуть ноги? — Хери выдыхала медленно и долго, не глядя, но чувствуя, как Ёнджун выводит на её ладони какие-то слова. Его пальцы спускались к её пальцам и поднимались выше к кисти, пока он щекочущими движениями заигрывал к ней. — А после этого — устроить беспорядок, — он поднялся по её руке выше, чем обычно, почти к изгибу локтя, одновременно с этим подаваясь вперёд и прижимаясь губами к горящей щеке Хери. Он толком и не поцеловал её, просто прикоснулся и сразу отстранился, чтобы посмотреть на её реакцию. Хери явно нравилось. Она так отчаянно боролась с улыбкой, что это и у Ёнджуна вызвало улыбку. — Рад знать, что нам нравится одна музыка, — он вернулся на своё место и перестал двигать пальцами, задержав их в её тёплой, слегка влажной ладони. — Как думаешь, есть что-то ещё, что нравится нам обоим? Цокнув языком, она фыркнула и несильно стукнула Ёнджуна в плечо. Она выглядела смешной и милой. — Ты играешь со мной, чтобы потом просто поцеловать в щёку? — она отвернулась и сложила руки на груди, глядя на Ёнджуна исподлобья. — Кто сказал, что я играю? — он тоже отвернулся, только тогда понимая, как накалилось то небольшое расстояние между ними. — Я поцеловал в щёку потому, что ты выглядела прелестно, а мне хотелось сделать хоть что-нибудь, а после не выгрести за это от твоего брата. Хери всегда хотелось думать, что Ёнджун с ней искренен, но его лукавая улыбка и то, как он вёл себя после, подталкивало к мысли, что он прекрасный игрок не только в приставку. — Какое отношение к моим щекам, губам или чему-либо ещё имеет Тэхён? Ёнджун и сам не понимал. — Кажется, это какой-то модифицированный ген братьев, которые отрицают любую физическую или эмоциональную активность, направленную на их сестёр, — он говорил с полуулыбкой, поглядывая на джойстики, лежащие между ними на диване. — Так мне что, до конца своей жизни только поцелуи в щёки получать, раз Тэхён носитель этого гадкого гена? Ёнджун рассмеялся, свою нервозность демонстрируя отчаянным желанием зачесать чёлку назад или хоть что-нибудь с ней сделать, чтобы она не лезла в глаза. Он сам занялся этим, хотя Хери не отказалась бы зарыться в его чёрные, как смоль, волосы пальцами. — А ты почему смеёшься? — она со злости ткнула его пальцем в живот, но через слой джинсовки и толстовки он этого почти не почувствовал. — Вот тебя устраивают поцелуи в щёку? Его безудержное веселье не давало ей покоя, как и вся эта тема с Тэхёном. Ох, если бы можно было во всём обвинить Тэхёна… — Тебя с другими парнями? — он притворился задумчивым. — Хм, более чем. Хери замотала головой, дёргая Ёнджуна за рукав джинсовки. — Нет, тебя со мной, — она опустила голову, начиная нервно теребить джинсовую ткань. — Разве ты не сказал, что я самая красивая? И не хотел взаправду сыграть со мной в «Саймон сказал»? Хери была прямо как красное послусладкое — вкусно, заманчиво, но уносит от одного бокала. По крайней мере, так было с Ёнджуном. Честные разговоры с ней опьяняли. Её присутствие рядом опьяняло. Её прикосновения опьяняли. Даже мысль о поцелуях с ней была настолько пьянящей, что Ёнджун терял голову. — Если нет, скажи, что я неправильно поняла и помоги мне выбрать машину, — она нахмурилась, обиженная затянувшейся тишиной. — Ты правильно поняла, — Ёнджун часто моргал, пытаясь развеять эту дурманящую пелену, что застилала его разум, — а единственную машину, на которой я советовал бы тебе прокатиться, нельзя выбрать джойстиком… Его смех снова заставил Хери чувствовать себя неловко. Он шутил или был серьёзен? Его поведение и слова её лишь больше путали. — Мне было бы проще тебя понимать, если бы ты был чуть конкретнее, — она звякала металлической пуговицей на рукаве его куртки. — Я тебе нравлюсь или нет? Ты будешь со мной встречаться или нет? Ты боишься Тэхёна или почему слушаешься его? Тебе PS5 интереснее или я? Иначе какого последние месяцы ты смотрел в экран в десять миллионов раз чаще, чем на меня? — Десять миллионов раз? — в шутку переспросил он, но столкнувшись с серьёзным взглядом Хери, тоже посерьёзнел. Он сел ровнее на диване, чуть поворачиваясь к ней. — Что ж… Разве ты можешь не нравиться? А ты предлагаешь мне встречаться? Неужели сама не знаешь, какой Тэхён пугающий? Как уставится, не моргая, так прям мурашки бегут. Бр… А PS5 вообще ерунда — предлог. Иначе как я хоть одним глазком должен был видеть тебя всё это время, что Тэхён задротил? Почему ему так сложно было перестать дурачиться и говорить прямо, без встречных вопросов, в которых частично были скрыты ответы и вместе с тем они не были однозначным «Да, Кан Хери, ты мне нравишься, я хочу встречаться с тобой, а Тэхён просто волнуется, ведь ты его сестра, и приставка мне точно не интереснее тебя»? Ёнджун заглянул ей в глаза, ожидая чего-то в ответ, но Хери не выглядела поражённой или радостной после его признания. Её бесило это хождение по краю, когда рядом была широкая дорога. — Не уходи, — он схватил её за руку, заметив, как она шарит ногой по полу в поисках тапка. — Хери, неужели одному мне кажется, что признания и обсуждения «будешь со мной встречаться» это скучно? Я за более понятные и приятные методы. Он удерживал её на диване, хотя она явно хотела уйти. — Куда понятнее и приятнее, чем утвердительное «да» на мой вопрос о том, хочешь ли ты встречаться со мной? Она уже однажды считала, что они вместе. И это было не так. — Иди сюда, — он потянул её к себе, сначала упрямо и сильно, подставляя свою грудь как раз в тот момент, когда она шлёпнулась на диван от неожиданности. Ёнджун сгрёб её в охапку, таща на себя до тех пор, пока она не расселась у него на коленях. — Хорошо, давай поговорим. Он чувствовал напряжение, когда она немного покачивалась на его бёдрах, выискивая наиболее удобное положение. Ему из-за этого ещё сложнее было подбирать слова. А он в подобного рода речах был совсем плох. Вот почему предпочитал действия, а не правду. — Ты нравишься мне уже несколько месяцев, — Ёнджун стал загибать пальцы, видимо, стараясь подсчитать, как долго, — и ты правда такая красивая, что у меня дыхание перехватывает. Но что ты подразумеваешь под «встречаться»? Хочешь ходить со мной на свидания? Спать со мной? Играть со мной и Тэхёном в приставку? Хери тяжело вздохнула. — Ты правда такой тугодум или только притворяешься? — её сильно огорчало то, что у Ёнджуна не было тех же радужных представлений об отношениях, что и у неё. Что это? Он хотел предложить ей только свидания и секс? — Я просто пытаюсь понять, в каких местах нам стоит провести границы, — он поднял руку к её лицу, убирая всё ещё частично влажные волосы с её разгорячённых щёк. — Есть у меня подозрение, что до этого я встречался с девушками неправильно, а с тобой хочу так, чтобы нам двоим было хорошо, и чтобы мне никогда не было неловко или стыдно перед Тэхёном. Хери и не сомневалась, что у Ёнджуна богатый опыт в общении с прекрасным полом. Он ведь постоянно с ней флиртовал, наверняка со всеми девушками так вёл себя. — Тогда не вздумай флиртовать с другими, целовать других или спать с кем-то, кроме меня, — ляпнула она то, что пришло в голову в первую очередь, а Ёнджун, чуть поразмыслив, согласно кивнул, готовясь слушать другие требования. — Скажи Тэхёну, что я тебе нравлюсь. Сильно. И что тебя не волнует, если он против… Или лучше не говори этого. Взамен скажи, что будешь заботиться обо мне и прочие милые вещи… У Ёнджуна вырвался смешок, после чего он взял обе руки Хери, поднимая их к своим плечам и опуская прямо на джинсовую куртку. — Ты ещё такой ребёнок, — это было не оскорблением и не комплиментом, он просто сказал то, что думал, — конечно, я не буду флиртовать, целоваться, спать и даже обниматься с другими. Я не делал этого прежде и тем более не буду, когда мы вместе. Но мы долго ещё будем обсуждать это вместо того чтобы, например, поцеловаться? Хери поджала губы, когда Ёнджун засмотрелся на них. В чём-то он был совершенно прав — скучно обсуждать это, а потом будто запланировано, с тщательной подготовкой, переходить на следующий этап отношений. — Извини, — она вцепилась пальцами в его куртку, сжимая её вместе с толстовкой, — мне просто важно прояснить сразу всё это, потому что я не хочу больше подглядывать за твоей игрой, лелеять тот один поцелуй, надеяться на нечаянную встречу, не зная, будет ли нормально подойти к тебе намеренно… За сегодня она сказала так много слов, сколько Ёнджун от неё и за неделю раньше не слышал. — Прекращай беспокоиться, когда между нами всё уже ясно, и делай то, что хочется. Даже если мне или кому-то другому это может показаться слегка ненормальным. Он легонько ущипнул её за кончик носа, таки прикоснувшись к той родинке, что так интересовала его. Хери глубоко вдохнула, протяжно выдохнула, а потом ещё сильнее сжала одежду Ёнджуна в плечах. Он думал, она так борется с волнением, а оказалось, что она стягивала с него джинсовку. Он не возражал. В этом было гораздо больше спонтанности, чем во всех её вопросах, и он даже на секундочку опешил, когда она в процессе его раздевания прильнула к его губам. Терпкая и сладкая, как вино, она заставляла Ёнджуна не торопиться, поглощать её маленькими глотками, наслаждаясь вкусом, цветом и запахом, всеми теми нотками, что раскрывались только со временем. Она отстранялась, поворачивала голову, прижималась сомкнутыми губами, разомкнутыми, с языком и без. Ёнджун давно не чувствовал себя таким лёгким и тяжёлым одновременно, и никто не был для него таким же простым и сложным, как Хери. Он скользнул рукой ей за спину, путаясь в длинных волосах, но не прекращая поглаживать её. — Стой, — попросила Хери, отстраняясь вновь и медленно открывая глаза. Она смотрела на его влажные и красные после поцелуев губы, ловила на себе его томный взгляд, ощущала под своими ладонями движение его плеч, пока он дышал, — это ведь не сон? — Я так часто тебе снюсь, что можно перепутать? — он поднял руку с её спины к шее, а затем сжал мочку левого уха с рядом серёжек, нежно массируя её пальцами. — Не так часто, как хотелось бы, — отшутилась она, буквально тая от его прикосновений. Ёнджун выглядел очень довольным после её слов. — И что мы обычно делаем в твоих снах? — его хитрая ухмылка переросла в широкую усмешку, когда Хери отвела взгляд, снова начиная покачиваться на его бёдрах. — Всякое. Он готовился снова перейти во флиртующий режим и допрашивать Хери весь вечер, а также целовать её, обнимать и касаться то тут, то там, потому что и ему, и ей это нравилось. Но рингтон его мобильного сорвал эти планы. — Дай мне минутку, — он повалил её на диван, нечаянно щекоча в процессе и заставляя смеяться. — Никуда не уходи, не вставай, машину не выбирай, вообще к джойстикам не прикасайся. Эта штука может затянуть. В шутку оглядываясь пару раз, пока шёл до прихожей, где бросил рюкзак, он каждый раз ловил прекрасную улыбку Хери. Он почти не спускал с неё взгляда, пока переворачивал рюкзак с фотокамерой и объективами, ища мобильный, что застрял в одной из папок со снимками. — Да? — он принял звонок, и голос его звучал очень бодро. — Ёнджун, а ты уже дома? — Тэхён явно кусал губу, пока говорил, потому что слова были нечёткими. — Если ты не очень занят, не мог бы ты заглянуть к Хери разочек, пожалуйста? Проверить, не позвала ли она кого к себе и не юзают ли они приставку? — Тэхён, прекращай наговаривать на сестру! — послышался голос господина Кана. — Убери телефон, это семейная поездка… Ёнджун прыснул, прикрывая рот ладонью, чтобы Тэхён не расслышал. Но тот и так не слышал, потому что дрался с отцом за телефон. — Не беспокойся, Хери никого не звала к себе, я сам напросился, — всё так же энергично заговорил он в трубку, — и нам не до твоей приставки, потому её никто не использует. Хери села на диване по-турецки, одаривая Ёнджуна перепуганным взглядом. Она ведь просила говорить Тэхёну только милые вещи, а не рубить правду-матку. — Ты с Хери? — удивился Тэхён. — Как давно? Чтобы снова не рассмеяться, Ёнджун прочистил горло. — Официально уже минут двадцать, но я вообще-то считал её своей ещё с ноября, когда поцеловал в общежитии…