не нашли

      добродушный парень рядом, который ещё несколько часов назад хотел тэтте убить, не понимал, что сделать. колени суэхиро болели, а одёжка насквозь промокла от ливня, так подходившего под ситуацию. — давай поищем его вместе? — правда? спасибо.       поискали. руки отвратительно трясутся, волосы прилипли к шее и плечам. вид максимально жалкий для человека, который является безжалостной ищейкой. колени болят от камней, на которых тэтте стоит уже бесчисленное количество времени, смотря на него. на его, уже бездыханное, тело.       кенджи правда попытался помочь тэтте найти дзено: узнал какую-то информацию, даже послушал забавные истории, не несущие никого толка, запомнил описание и правда, блять, крутился вокруг терявшего надежду суэхиру и искал. суэхиру не брал трубки, игнорировал коллег и в пол уха слушал временного напарника. в глазах, в которых обычно была влюблённая задоринка, была безысходность. такая постепенно нарастающая, маленькими шажками поглощающая безысходность. кенджи это видел, начинал искать с новой силой и подбадривал его. — слушай, у него есть враги? — ты смеёшься сейчас? — прости-прости, глупый вопрос. ну, тогда как ты думаешь, кто из них мог быть причастным? — не знаю.       «причастным к чему, маленький детектив? на что же ты намекаешь?» врожденный оптимизм кенджи, заряжавший всех вокруг, сейчас был только мешающим и раздражающим до дрожи в руках.       дыхание у тэтте сбилось окончательно от тревоги, страха и понимания, когда они встретились с остальными детективами и фукучи-не-хочется-добавлять-саном. потому что не достоин уважения. вот кенджи-сан заслужил, вот рампо-сан и его сочувствующие глаза тоже заслужили. а он нет. фукучи смеялся, как будто пересмотрел фильмов с суперзлодеями. смеялся в лицо суэхиро. «я выиграл» отражалось словно эхо в ушах тэтте. он выиграл, а он проиграл. — кого же ты ищешь, суэхиро? когда же ты успел отвернуться от ищеек? — где дзено?! — потише, суэхиро. будь ты настоящей ищейкой, я бы тебе сказал. сказал и посочувствовал. но ты лишь жалкий предатель. он был бы разочарован.       «был бы». — мне жаль, тэтте. — маленький детектив понял все ещё в самом начале. маленький детектив не смел отчаиваться ради нового знакомого. но маленький детектив все давно знал и понимал. — ты слишком поздно начал его искать. — серьезный голос рампо-сана резал словно перочинный ножик, который тэтте подарил сайгику.       они почти победили фукучи в следующее мгновение, пока тот завывал от радости, но он смог уйти. детективы почти повергли его, пока тэтте стоял, не имея возможности пошевелиться. не успел. не нашёл.       вроде бы только недавно они вместе начинали операцию. вроде бы только недавно дзено клялся ему в вечной ненависти, а после улыбался и трепал по волосам. «идиот, ненавижу тебя» с улыбкой звучало очень мило. он даже не знал, как очаровательно выглядел с улыбкой. дзено был драгоценным бриллиантом. он незаменим, дорог и важен. суэхиро чувствовал себя вором, который украл этот бриллиант себе, но остался безнаказанным. потому что в глазах остальных этот бриллиант изначально принадлежал ему. они были сплетены красно-чёрными нитями, слово их любимыми мастями: черви и пики. дзено непрестанно повторял о никчемности тэтте, а потом просил добавить соевый соус в один кофе, когда ему приходилось ждать его в каком-нибудь кафе перед вылазкой. а теперь все разрушено и растоптано мерзким фукучи. — эй, тэтте, — маленький детектив похлопал окаменелого ищейку по плечу, — нужно выбираться на улицу, пока все не обвалилось. фукучи собирается что-то сделать, нужно уходить.       сложно было уходить, понимая, что дзено он больше не увидит. кенджи говорил, что это наоборот хорошо, что суэхиро не увидел его тело. было бы хуже. но только кажется, что хуже чем сейчас быть не может.       они выбрались, и практически в следующую секунду здание обвалилось. повезло. повезло детективам, а тэтте уже было без разницы. почти. — тэтте, смотри! — кенджи окликнул суэхиру, неуверенно указывая на него.       но это был уже не он. не утонченный дзено, который всегда выглядел превосходно. не дзено, чьи волосы всегда лежали идеально. не дзено с его ухмылкой. это была какая-то дешевая пародия, какая-то шутка. «он заражён вампиризмом, но если его обезвредить, можно попробовать спасти». слова ацуши-куна словно холодная вода окутали тэтте. можно спасти. забившаяся в угол и спрятавшаяся голову в коленях надежда подняла ее, реагируя на изменения. надежда очнулась и упала от толчка печали в спину. чертов меч, появившийся из воздуха, пронзил его тело. тело, и так бывшее в кровоподтеках и следах от ожесточенной битвы. тело, которое уже это пережило. дзено упал. а за ним упал и тэтте.       кричать смысла не было, да и не получалось. все напоминало ужасный сонный паралич, когда все тело заблокировано и сковано невидимыми оковами, а глаза все видят. проморгать не получалось, а на ресницах оставались капли от дождя, размывавшие картину. сайгику не шевелился. сайгику больше не мог назвать суэхиро идиотом. лужа крови, бледное, любимое лицо. попытки кенджи приободрить тэтте и прерывание его действий куникидой. все равно, это уже не поможет. уже абсолютно все равно.