Путь в космос открыт

      «Говорят, что если собрать цветы сакуры и сдуть их со школьной крыши, твоё самое заветное желание сбудется!»       — Э-э-э, Люмин, ты что, веришь в эти сказки?       Паймон удивлённо посмотрела свою подругу, уплетая за обе щёки свой обед. Сегодня в «Академии Тейвата» была хорошая погода, поэтому девочки сидели в школьном дворике и кушали свой ланч.       — Паймон, ты сама веришь ведь в сказки, разве нет?       Парирует Люмин, поднося чай к лицу. Приятный весенний аромат наполнял её, и лёгкий ветерок трепал небрежно растрёпанные пряди её белокурых волос. Паймон сощурила глаза и неодобрительно доела свой рыбацкий бутерброд. Весна так и цвела повсюду, многие молодые люди собирали только свежеопавшие лепестки сакуры и загадывали свои сокровенные желанья, самым популярным которым было из них — быть со своим любимым человеком!       Об этом Люмин и Паймон узнали, когда пришла на школьную крышу пару дней назад и застали робко сдувающую свои лепестки Аяку. Как только она их увидела, последние цветы улетели из её рук, и она обеспокоенно и встревоженно сказала:       — А-а-а, привет, Люмин, Паймон, я... Мне уже пора!       Она попыталась убежать с крыши, но у юной наследницы корпорации Ясиро ничего не вышло. Девочки догнали её и заставили рассказать, что такое загадочное она сделала.       — М-м... Ну и вот... Я услышала это от Яэ Мико, а как вы уже и сами знаете, её гадания и ритуалы всегда работают, так что...       Аяка была уже красная, как помидорка, даже кончики её белоснежных ушей горели от стыда. Быть пойманной за столь глупым занятием будущей благородной леди было позором, но Люмин и Паймон пообещали никому не рассказывать, что Аяка делала на крыше.       — Аяка, а что ты пожелала, если не секрет?       Спрашивает Паймон, намеренно смущая ту ещё сильнее своим вопросом.       — А... Я... Я...       Она кротко посмотрела на Люмин и тут же отвернулась, перейдя на неразборчивый шёпот. Такое всегда происходило, если она слишком сильно волновалась и нервничала.       — Паймон, не дразни её.       Строго отчитала её девушка и дала подзатыльник своей подружке. Паймон возмутилась подобному поведению, а белокурая лишь засмеялась.       Люмин тяжело вздохнула. Она уже несколько раз собирала лепестки, но не могла собраться с духом и подуть на них, загадав желание. У Камисато явно было больше смелости, чем у неё самой. Может, это потому, что она твёрдо знает, что загадывает? Бенто стыл, и Паймон, воспользовавшись задумчивостью своей напарницы, ловко вытащила одну мондштатскую оладушку.       — Паймон...       Воровку было почти поймали, но, сунув быстро в рот и проглотив, не жуя, она ответила:       — Мг-г-х.. Да?       Люмин не заметила украденной котлеты и продолжила:       — Как думаешь, кого мне загадать на лепестках? Я не знаю, кто мне больше нравится...       — Э-э-э-э, тебе кто-то нравится, так ещё и не один!?       С очень удивлённым лицом спрашивает Паймон. Она и догадаться не могла, что её лучшая подруга в кого-то влюблена! А Паймон думала, она всё знает о ней!       — Ну-у-у-у...       Потянула Люмин, беря оставшуюся оладушку и откусывая от неё. Прожевав, она ответила.       — Я имею в виду, мне нравится один мальчик, но он... Думала, я ему не нравлюсь и...       — Не тяни!       — Ладно-ладно, это Тарталья из 1-б.       Паймон вытаращилась на свою подругу. Будто бы её выбор был таким неочевидным.       — ТАРТАЛЬЯ???       — Ну да.       Повисла неловкая тишина. Она крикнула его имя слишком громко. Обе девушки огляделись по сторонам, и обедающие школьники и правда на них уставились.

***

      Вечером, после последнего урока обе подруги быстро ушли за школу, пропуская толпу школьников, идущих обратно домой. Послеобеденного позора уж очень не хотелось попадаться на глаза людям. Люмин подошла к вишнёвому цветущему дереву и прикрыла глаза. Её манящий сладкий запах вишни успокаивал и очаровывал её. Ветра не было, поэтому было ощущение нереальности происходящего. Стоящая рядом Паймон тоже притаилась, был идеальный штиль. Люмин была одна в своём идеальном мире, дающему ей подумать.       «Возможно я и не до конца верю, что это сработает, но я хотела бы загадать».       Она открыла глаза, чтобы опустить к земле и набрать опавших лепестков для желания, но заметила перед собой не свою закадричную подругу, а рыжеволосого парня...       «Тарталья?» — пронеслось в её голове, когда он ослепительно улыбнулся ей, приближаясь со сжатым кулаком.       О нет, он что, снова хочет с ней сразиться? Они были соперниками всегда на физкультуре и капитанами своих команд, а ещё как-то в начале прошлого года, когда и он, и она были в средней школе, у них была драка. Люмин приняла боевую стойку.       — Эй, не подходи со своим кулаком!       Грозно заявила невысокая девушка. В ней от силы было сто шестьдесят сантиметров, но она занималась спортом и явно могла показать ему пару приёмчиков, если тот не угомонится.       — Хей, малышка, успокойся.       Говорит он, продолжая приближаться с одним сжатым кулаком. Люмин напряглась сильнее и сжимая оба своих кулака, куда делась Паймон? Где она, когда так нужна. Ей бы осмотреться, но она не могла свести взгляда с рыжего мерзавца. Он остановился перед ней примерно в метре и разжал свой кулак. Из вырвавшей на свободу ладони прямо в лицо Люмин полетели вишнёвые лепестки сакуры, цепляясь за волосы и оставаясь на лице.       — Ты уже знаешь моё желание?       Люмин растерялась от подобного поворота событий, и пока она была в потрясении, Чайлд сократил с ней дистанцию и протянул последний оставшиеся лепесток в его руке. Сердце юной девушки замерло, будто бы весь этот момент длился мучительно долго.       — Ты… Хочешь быть со мной?       Робко спросил парень, пока последний лепесток сорвался с его руки. Под сакурой в полном цвету в апреле, отправив своё желание по ветру, их сокровенные и самые нежные чувства встретились.