Боевая мама!

– Хах, прекрасно! – я едва смогла расслышать хриплый смех Орочимару из-за крови, бьющей в моих висках бурным потоком. Однако он отпустил меня, от чего я грохнулась на землю, часто-часто дыша. Поднимаюсь, бросая ненавистный взгляд на Санина. Я готова к битве, бледнокожий! «Будь осторожна, кажется, с нашими мелкими случилась беда, а я не могу связаться со своей второй половиной! Точнее, я её не чувствую!» – взволнованный голос Курамы привёл меня в чувства, от чего я, сразу напрягла плечи, дёрнувшись назад. «Как?! Как не чувствуешь? Вы же одно целое, у вас есть ментальная связь, твою мать!» – заорала мысленно я, понимая, что начинаю паниковать. Это странно, это очень странно! Так, Кушина, взяла себя в руки! Только Курама хотел открыть рот, как змееподобный ухмыльнулся, уже готовый что-то сказать. – Ты была бы отличным подопытным, но, увы, сейчас не время, – его глаза странно сверкнули лихорадочным блеском, словно он сходил с ума и в любой миг мог кинуться на меня, а его бледно-синие губы, как у мертвеца, расползлись в кривой усмешке, от чего я передёрнулась. – Заткнись! – рявкнула я, пытаясь скрыть дрожь в ногах и руках, ещё крепче сжимая кунай. Хотя, я понимала, что отпускать его сейчас – это не выход, ведь он может многое мне рассказать. Его цель в данный момент находится в Конохе, а значит, что его слуги уже разбросаны по всей деревне. Отлично! Теперь у меня два основных врага – приспешники Орочимару и Данзо. И как мне добыть теперь свитки?.. Точно! Есть одна идея! Пока я размышляла, я украдкой взглянула на Орочимару – он на меня не смотрел. И нападать, видимо, не собирался. Значит, то нападение не было серьёзным? Ахах, отлично! Чтобы я не расслаблялась, чёрт! «Кушина! Я нашёл двух обалдуев! Связь восстановилась, но это было странно… Ладно, в общем, у них серьёзные проблемы!» – его голос был ещё более странный, чем обычно – он переживал? Я тряхнула головой, со мной что-то не так. И, кажется, в том, что у детей проблемы замешан тот, кто стоит напротив меня, буравя взглядом землю. Он надо мной издевается? Так, надо его как-нибудь разболтать, чтобы он мне рассказал о Конохе. Как там вообще? Как у них протекают внутренняя политика, да и внешняя? И справляется ли Данзо со своими обязанностями? Точнее, скольких человек он убил? Глубоко вздохнув, решаюсь спросить: – Ты здесь не один, да? Орочимару отвлекается, переводя на меня насмешливый взгляд, от чего я снова закипаю. – А ты хочешь так сильно драки? Думаешь, меня слишком просто победить? – он зашипел, а я лишь судорожно выдохнула, стараясь не показать, что раздражена. – Я хочу узнать, что тебе от меня надо! – Я же сказал - пришёл поздороваться, не мог пройти мимо. – Н-да? А… – я уже хотела спросить, как он меня прервал: – Напал, чтобы проверить, что ты действительно ценный экспонат. К моему великому сожалению, сейчас я не могу сделать из тебя подопытную. Увы. На меня эти слова не произвели должного эффекта, от чего я ещё больше напряглась, что не осталось незамеченным. – Расслабься, – произнёс он, показывая ряд острых зубов. – Ты что, правда думаешь, что я поверю? Поверю, что ты пришёл просто поздороваться? Даже для психа, вроде тебя, это слишком! – произнесла я, смело вглядываясь в его глаза. «Э-эй, поосторожнее! Ты ещё Наруто и Гааре нужна живой!» «Ладно, ладно, прости», – понимаю, что Курама прав. Если я сейчас вспылю, это может плохо сказаться на мне, а так же нужно выяснить, кто угрожает моим джинчуурикам. На мои крики он никак не отреагировал, только лишь ухмыльнулся. Прищуриваюсь. Кажется, он понимает, почему я подолгу молчу и задумываюсь, так же, как и он. Но я лишь фыркаю. – А мне кажется, это не я от тебя что-то хочу, а ты от меня, – передёргиваюсь. Увидев это, Орочимару ещё шире ухмыльнулся, едва не высовывая язык. – Так что тебе нужно, Кушина? Ты что-то хочешь узнать, да? «Не выдавай слишком многого, если хочешь задавать вопросы, поняла?» «Я и не собиралась этого делать!» «Будь осторожна, у него хорошо развита регенерация, физические атаки не смогут ему повредить. Тут нужно либо гендзюцу, либо что-то против чего его регенерация бессильна. Допустим, фуиндзюцу. Сендзюцу… Биджудама!» – пока Курама перебирал варианты того, как можно навредить Легендарному Санину, я мысленно продумывала вопросы. «Курама», – я прервала его, потому что его занесло куда-то за пределы того, что могу сделать. «Что?» «Как там Наруто и Гаара?» – поинтересовалась я, после чего последовала пауза, от которой моё сердце начало пропускать удары. «Курама?» «…» «Курама!» «Да тихо ты! Я пытаюсь связаться со своей второй частью!» – грозно смотрю на Кураму, но понимаю, что слишком затянула с разговором, а мне задан был вопрос. Видимо, сейчас создаётся впечатление, будто я тормазнутая. Блин, надо отвечать, но что? «Они двое против пятерых сражаются! Точнее… Пока что разговаривают», – оповестил меня Курама. «ЧТО?! Пятерых?! Как они выглядят? Где они? Живо, живо! Я собираюсь идти туда!» «Кушина, остановись! Не смей оставлять Орочимару!» «Да как, если?..» – Кушина, ты, наверное, хочешь спросить про Джирайю, да? – внезапно прошипел Санин, от чего я встала, как вкопанная. Он может мне что-то рассказать? Он что-то о нём знает? *** Наруто неистово зарычал, когда его клоны уже в который раз растворились. Гаара устало вздохнул, глядя на тщетные попытки блондина хоть как-то повредить врагам. Они даже перестали нападать, усмехаясь, смотря на Узумаки. – Таюя, прекрати! Нам они не нужны! – Джиробо грозно сверкнул глазами в сторону девушки с флейтой, которая сразу же оскалилась, услышав слова своего сокомадника. – Заткнись! Ты думаешь, он откажется от двух джинчуурики? А? – Таюя свирепо посмотрела на Наруто и Гаару. – Да они нам даже повредить не могут! Аххаха! – Странно, что они в розыске, – произнёс шестирукий, от чего Наруто выпучил глаза. – Что? Мы в розыске?! – Хватит болтать! Если мы действительно хотим заполучить эти двоих, нам пора бы уже сделать это, а не забавляться! – девушка, запустившая огненный шар, снова это сделала, только ещё вслед за ним полетели кунаи и сюрикены, а потом и сама она, грозно рыча. Всё это время Гаара блокировал её удары, но прыгнула она не на него, а на Наруто, который отвлёкся на Таюю. Она не допрыгнула. Суматоха начавшегося боя заглушила все остальные звуки, даже крики убегавшей толпы не были слышны. Девушку, пытавшуюся напасть на Наруто, схватил песок Гаары, плотно сковав движения. Узумаки грозно уставился на неё, смотря, как её быстро охватывает с ног до головы песок. – Аа-а-а! – она попыталась выпустить огонь, но тщетно, песок только стал плотнее. – Так её! Так! – крикнул Наруто, видя напор своего друга, его непроницаемое выражение лица. Таюя уже хотела использовать флейту, но Сакон остановил её, прищурившись, наблюдая за действиями Гаары. Вот песок всю её покрыл, но красноволосый не останавливался. – Эй, Гаара! Всё, можешь её отпускать, пока она не задохнулась, – произнёс Наруто. – Нет, она напала на тебя. Значит, сделает это ещё раз. – Отпусти её! Мы успеем убежать, правда! Не надо! Она умрёт! – заорал блондин, а Таюя уже почти приложила флейту к губам, но Сакон всё ещё останавливал её. – Почему?! Он её сейчас убьёт! – Песчаный гроб! – Гаара сжал кулак и песок сжал тело девушки, после чего послышался треск, хруст разламывающихся костей, и кровавые ошмётки, останки девушки полетели в разные стороны, а Наруто с ужасом в глазах уставился на Гаару. Блондин попытался дойти до него , но хлюпающий звук крови под его ногами остановил его. – Гаара! Что ты творишь! Их нельзя убивать! – Наруто что-то яростно ещё кричал, но его было не слышно, Таюя издала воинственный вополь, собираясь разобраться с красноволосым лично. В глазах Гаары промелькнуло непонимание и удивление, смешанное с раскаянием. Он сделал что-то не то… Надо извиниться перед Наруто… – Я его убью! – заорала Таюя, игнорируя вытянутую руку Сакона. *** – Джирайю? Ты можешь мне что-то о нём рассказать? – Кушина выдохнула, а Орочимару ухмыльнулся. – Возможно – возможно, но что я получу взамен? – он облизнулся, а красноволосая передёрнулась. Взамен? Что я могу ему предложить? Себя? Но как же Наруто и Гаара? Да и смысла тогда в этой информации не будет. А может… «Так, Кушина! Что ты хочешь ему предложить?» – я прищурилась, обдумывая, свою идею, возникшую ещё в начале разговора. «Объединиться».