Некий героический Вектор.

      Оглянувшись на затихший класс, Рёта столкнулся с ошеломлённым взглядом учителя-героя.       «Хех… Сам себя сдал. На дисплей своего прибора не смотрел, а значит, результата моего броска не знает, при этом выглядит так, будто я тут мячиком Луну насквозь пробил… Очевидно, что его попытка не дать мне использовать способности провалилась».       Выводы, действительно, были довольно просты. Айзава не способен отрубить причуды всяческим мутантам и пассивным усилителям. Так, например, если он взглянет на старую знакомую Рёты — Юрико, то её третий глаз никуда не денется. Следуя этой логике, можно предположить, что способности Рёты работают как усиление тела, но реакция мужчины давала понять, что они в какой-то мере разобрались в природе способностей парня, которая должна быть наиболее уязвимой для взгляда Стирателя.       Рёта никак не показал на лице своих мыслей, оставаясь всё таким же спокойным, но от его взгляда Айзава в какой-то момент дёрнулся и досадливо поморщился, понимая, что выдал себя.       — Следующее испытание, — буркнул он. — На дорожку.       Дальше был сплошной сюрреализм.       Бег на скорость. Рёта взлетает на полсантиметра в воздух, после чего мгновенно переносится на другую сторону дорожки, попутно гася сопротивление воздуха. Даже хлопка не было.       Прыжки с места. Демонстративно подлетает в воздух, замирает на месте и переводит незаинтересованный взгляд на Айзаву, типа «мне действительно нужно прыгать, если я могу летать?».       Силомер. Прибор крошится на части под излишне усиленным направленным вектором. Его более крепкого, приспособленного специально для силовых причуд собрата постигает та же участь.       Прыжки с разгона? То же самое, что и с места.       На выносливость? Рёта спокойным тоном предупредил, что он может летать сколько угодно и для него не будет проблемой даже поспать прямо во время «забега».       К концу занятия Рёта прошёл все испытания, но ни капельки не утомился (было бы удивительно, будь иначе…). После первой парочки тестов школьники смогли перебороть ошеломление, и с их стороны понеслись всевозможные восхищённые возгласы. На протяжении всех испытаний Айзава продолжал неотрывно следить за парнем своим взглядом, уже не пытаясь скрывать своих попыток отключить способности Рёты.       — Что же… Думаю, на этом всё. Пора объявить результаты, — стоило этим словам прозвучать, как толпа подростков резко затихла, будто повернули невидимый выключатель. — Ваш финальный показатель — это совокупность всех ваших результатов… Если бы я рассматривал каждый по отдельности, то умер бы от старости.       Окинув взглядом напрягшихся школьников, Рёта заметил одно очень-очень нервное лицо. Мидория Изуку вдруг резко осознал, что из всех испытаний адекватный результат он смог показать только в броске мяча, и то лишь в очередной раз покалечив себя.       — О, кстати, мои слова про исключение… Ну да, это была ложь.       — Что-о?!       Куча вытянувшихся лиц была ответом на внезапные слова учителя. Особенно старался в выражении своего потрясения всё тот же Мидория, который, казалось, за пару секунд умудрился умереть, реинкарнироваться в другом мире, опять умереть и вернуться сюда, на грешную Землю.       — Да ладно вам, это же было очевидно с самого начала, — с лёгким удивлением в голосе выдала стоящая впереди подростков девушка с длинными черными волосами. Рёта не помнил, как её звали, но там было что-то про яой, так что он решительно сделал пару шагов в противоположную сторону от выглядящей не на свой возраст школьницы.       — Это чтобы вы лучше старались, — небрежно прокомментировал реакцию учеников Айзава. — И раз уж у нас тут всё-таки урок… — он всем телом повернулся к стоящему несколько обособлено Рёте. — Вы вступаете в жестокий мир героев. Здесь что громила, что несуразный задохлик могут быть одинаково опасны. Никогда не знаешь, на что способна причуда человека, пока он её не использует. Помните об этом… А урок тем временем окончен, — хитро ухмыльнувшись, заявил Айзава, полностью убивая серьёзность своей речи. — Мидория, зайди к Исцеляющей Девочке, пусть вылечит твой палец. Все остальные, можете идти в класс. На ваших партах будет лежать учебный план. Ознакомьтесь. А я пойду…       Стоило учителю удалиться, как куча буйных подростков, именуемая школьниками, наконец получила желаемую свободу и начала бурно плескаться во все стороны.       — Араи-сан! — улыбаясь во все зубы, подскочила к Рёте Урарака. Она явно ждала возможности для этого ещё с того момента, когда поняла, что тот попал в один класс с ней. — Так вот что ты имел в виду, когда сказал «скоро узнаешь», — девушка скорчила максимально равнодушную мину, во всю пародируя стоящего перед ней парня.       Благо, в этот раз Рёта был готов к чему-то подобному и варианты всевозможных диалогов продумал заранее. Отмораживаться, как он делал это в младшей и средней школах, в этот раз было бы глупо, ибо, если те периоды своей жизни парень воспринимал лишь как что-то проходное, то старшая школа ЮЭЙ была этапом куда более важным, и знакомства здесь могут неслабо повлиять на его жизнь в качестве героя.       Да, сплошной прагматизм и никак иначе.       — Не помню, чтобы я представлялся, — слегка склонил голову к плечу Рёта, глядя в глаза слегка смутившейся от его слов Урараки.       — Айзава-сенсей, когда вызывал, сказал, как тебя зовут, — слегка несвязно ответила девушка.       — Допустим… — договорить Рёта не успел.       — Эм… Спасибо Вам большое!       «Дежавю…» — внутренне передернулся парень, после чего аккуратно (кто сказал «боязливо»? Не было такого!) повернулся через плечо, чтобы увидеть тёмно-зелёного цвета макушку. Такой вид ему открылся из-за того, что обладатель этой самой макушки согнулся в поклоне.       — За что? — всё ещё чувствуя, будто такое уже было, невольно ответил парню Рёта.       — Вы спасли меня на отборочных! — разогнулся школьник, являя покрасневшее от обуревающих его эмоций лицо… Или оно от боли так покраснело? Всё-таки его палец пока оставался сломанным.       «Похвальный болевой порог…» — выразил в мыслях комплимент Рёта, вспоминая, как сам чувствовал себя из-за одной только трещины в ноге ещё в прошлом мире. Там, конечно, ещё и синячина был огромный, но выглядело всё это всё равно лучше, чем почти фиолетовый палец стоящего перед ним парня.       — Не за что?.. — слегка вопросительным тоном ответил Мидории Рёта, не стремясь развивать дальнейший разговор.       — Меня зовут Мидория Изуку!       — Это слышал…       — А какая у тебя причуда?! — уставился горящим взглядом на Рёту парнишка, отчего тот чуть не отшатнулся. — Я видел, как ты остановил моё падение на отборочных! Ты явно использовал что-то отличное от грубой силы, а сегодня ты показал что-то совершенно… Тс-ай! — резко дёрнулся от боли парень.       Похоже, что Мидория сам не заметил, как начал активно жестикулировать во время своей речи и потревожил свой палец. Однако сам вопрос без внимания не остался, и школьники осторожно, но не особо скрываясь, прислушались. Их тоже волновал вопрос слишком сильных способностей одноклассника.       — Шёл бы ты, Мидория, в медпункт. Если быстро не лечить такие травмы, то возможны осложнения вплоть до ампутации, — медленно, словно неразумному дитя, пояснил прописные истинны Рёта, отчего Изуку как-то резко побледнел и, извинившись, ломанулся в сторону основного корпуса, напрочь забыв о своих вопросах и оставляя бедного Рёту на растерзание толпы подростков, которые ни капли не потеряли в своем интересе.       У вас когда-нибудь было ощущение, будто Вы — это самый вкусный кусочек торта, а вокруг толпа сладкоежек? Рёта, к счастью, этого чувства не испытывал, но после этого момента утверждать об этом с уверенностью он точно не сможет. Парень быстро прошёлся взглядом по подросткам, и только тогда к нему пришло странное ощущение, что кого-то не хватает…       «Мелкий извращенец, как там его… А, не важно. Его тут нет, — мысленно констатировал Рёта. — В принципе, это логично. Где-то прибыло — где-то убыло, а виноградный шибздик не настолько значимый, чтобы ради него делать дисбаланс учеников в классе, разрешая нечётное количество мест…»       В этот раз эту простую мысль Рёта обдумывал, вопреки обыкновению, долго. Видимо, сработало подсознание, пытаясь хотя бы субъективно оттянуть момент общения со школьниками.       — Манипуляция векторами, — решительно ответил парень любопытствующей толпе.       Вопрос раскрытия собственной «причуды» Рёта тоже обдумал ещё до прихода в академию. Он был почти уверен, что все, кому надо, уже сделали правильные выводы о его способностях и выявили общий знаменатель, так что надеяться на вечную анонимность было бы глупо. Уж лучше он сам сорвёт полог неизвестности на своих условиях, помимо этого подтвердив выводы любопытных, чтобы те успокоились и перестали копать дальше и теоретизировать.       — Эм… Векторы это… направления движений? — чуть нахмурившись и задумчиво опустив глаза, спросила высокая, выглядящая не на свой возраст девушка.       В этот раз Рёта вспомнил её имя. Яойорозу Момо. Вот уж имечко, конечно…       — Если упрощённо, то да, — едва заметно кивнул Рёта.       — Э-э-э… Ничего не понял, но это круто! — весело улыбнулся блондинистый парень с причудой электричества.       — Хрмф…       Из-за спины Рёты раздался раздраженный полуфырк-полурык. Уже представляя, что он там увидит, парень повернулся через плечо и увидел насупившегося Бакуго, который, крепко сжимая кулаки, приближался к нему.       — Это ничего не значит… Думаешь, набрал больше всего баллов на вступительных и всё? Сразу стал самым лучшим? — глаза подростка покраснели от едва сдерживаемой злости. По спинам присутствующих пробежал холодок. Чувство надвигающейся драки становилось всё крепче. — Хрен тебе, бледнолицый! — встав на носочки, чтобы оказаться на одном уровне с глазами Рёты, буквально выплюнул Кацуки Бакуго. — Я буду лучшим! А тебе останется лишь глотать за мной пыль!       Буквально прокричал прямо в лицо Рёте парень, после чего резко развернулся и двинулся в сторону выхода. Судя по всему, он даже не собирался идти в раздевалку, чтобы переодеться в повседневную одежду.       Подростки облегчённо выдохнули, а Рёта продолжил равнодушно смотреть вслед уходящему парню. Кацуки Бакуго походил на бешеного пса. Причём речь идёт не о какой-то ручной болонке, а о пусть пока ещё молодом, но уже достаточно грозном волкодаве. Однако воспринимать его так, как воспринимают другие, Рёте было довольно сложно. Что может сделать разъярённый пёс, когда ты сидишь внутри танка и у тебя прописан чит-код на бесконечные патроны? Разве что немного посмешить.

***

      — Ну и как он тебе?       В хорошо освещённом кабинете с двух сторон от овального стола стояли диваны, обильно усыпанные всевозможными подушками. На одном из них несколько умилительно ввиду своего маленького размера расположился директор академии ЮЭЙ. Напротив него на втором диване, не обращая внимания на присутствие начальства, распластался классный руководитель 1-А Айзава Шота.       — Неплохо. Я думал, что после случая на вступительном Изуку Мидория начнёт бояться своей собственной причуды и той боли, что она может ему причинить. К счастью, всё оказалось не так. Скорее, он просто не понимает, как её использовать, — несколько измученным тоном ответил директору Незу мужчина.       — Ясно-ясно… Мидория-кун, без всяких сомнений, очень сильный человек, способный преодолевать трудности, даже если они выражаются в сильных физических страданиях, и на геройском поприще достигнет многого… Однако сейчас я спрашивал про другого ученика.       Айзава поморщился, будто прожевал ещё не созревший лимон. Ему не составило труда понять, о ком сейчас говорит его выглядящий несколько комично собеседник.       — Я никак не смог повлиять на его способность, — буркнул он и прикрыл глаза, показывая, что для него тема исчерпана.       — Хм… Чего-то такого я и ожидал. Ещё одно доказательство того, что то, что питает силы этого ребёнка, не является причудой… — Айзава промолчал, верный своему намерению не поднимать лишний раз тему по имени Рёта Арай. — Однако меня заинтересовал ещё один момент… — Незу замолчал, разыгрывая нагнетающую таинственность.       Сидящий напротив директора мужчина, ненавидя себя за это, попался на крючок и неохотно раскрыл глаза, безмолвно прося собеседника продолжить. Он не сомневался, что, даже не наблюдая за происходящим напрямую, директор может заметить куда больше, чем он.       — Я много гадал до этого… — весело фыркнул чрезмерно умный зверёк на реакцию Айзавы. — Каким именно образом этот парень контролирует свои силы? Для банального волевого усилия его способности слишком филигранно точны и постоянны, а его щит работает даже во сне, — Айзава на это утверждение удивлённо раскрыл глаза. Спрашивать, откуда директор Незу знает о последнем, он даже не собирался: боялся, что ему ответят. — Однако сегодня у меня появилась зацепка, — зверёк задрал лапу, указывая маленьким пальчиком на потолок. — Брошенный им мяч. Я смог отследить траекторию его полёта с помощью датчика. Жаль, он сгорел в верхних слоях атмосферы и данные оказались не слишком-то полны, но их хватило, чтобы рассчитать дальнейшую траекторию… Мяч должен был выйти на орбиту. Его траектория была почти идеальна. Думаю, что, если бы не некоторые случайные факторы, вроде иных погодных условий на большой высоте и недостаточной прочности мяча, то у нашей планеты появился бы новый спутник… Ты представляешь, какой объём вычислений нужно провести, чтобы воплотить что-то подобное? — Айзава слегка ошеломлённо покачал головой. — Немудрено… А если ещё и учитывать результаты этого парня в математике и отзывы учителей… Становится по-настоящему интересно!       От по-злодейски безумного взгляда Незу Айзава передернулся.