Небесплатно

Застонав, чуть ли не до хруста сжав зубы, Саске изо всей силы дернул цепочку наручников, приковывающих его к постели. Слезы встали в глазах, заставляя зрение помутиться. Снова и снова... Насилие и боль... Терпеть все сложнее. Еще один рывок, разнесший по комнате противный скрежет металла и тут же дверь в комнату приоткрывается, давая выхватить пугающий образ хозяина дома в полумраке. Посмотрев за замершего юношу с мокрыми потеками слез на щеках, вцепившегося обоими руками в оковы, Узумаки спокойно приблизился, затем слыша тихий стон, как только брюнет оказывается под ним, с силой вдавленный в мягкий матрац. - Почему не спишь? Пара секунд и в руках юноши оказывается зажигалка. Тихий щелчок и лицо Учихи озаряет яркий свет, в миг показывая исказившиеся страхом тонкие черты. Пламя пляшет прямо перед его лицом, слегка согревая, заставляя замереть, не моргая смотря на огонь. Еще ближе и дыхание парня перехватывает. Ужас заставляет задрожать. Пламя. Как в тот день, когда он лишился всего. Слегка улыбнувшись, Наруто чуть опускает руку, гася огонь, опять погружая пространство комнаты в полумрак, затем слыша вскрик жертвы, как только раскаленный металл касается тонкой кожи на ключице. - Если есть силы плакать, может потратишь их, сделав что-нибудь полезное? Небольшая задержка и парня стаскивают на пол, отчего его рука неловко выворачивается, вырывая очередной стон из горла. - Думаю, я найду чем излечить твою бессонницу. - Последние слова и блондин быстро спускает штаны с бельем, затем садясь на край матраца, широко расставляя ноги. Ужас отражается на лице Учихи и он неуклюже пятится, в следующий миг громко застонав, как только чужая рука перехватывает за волосы, подтягивая ближе к уже окрепшему члену. - Будь послушным и не расстраивай меня, Саске. - Нет! Пожалуйста! - Чуть ли не скулеж и тут же волосы сильнее сжимаются в руке мучителя, даря еще одну яркую вспышку боли. Лицо насильно поднимается, заставляя взглянуть прямо в голубые глаза, будто светящиеся странной злобой, в ночной мгле. - Решил плохо себя вести? Мое терпение не безгранично. - Нет... пож... - Запнувшись, Саске попытался проглотить вставшие в горле слезы. - Я устал... лягу спать... буду вести себя тихо... - Сначала ты сделаешь кое-что для меня, а после, возможно, я забуду о твоем поведении. - Проговаривает спокойно юноша. - Постарайся и покажи мне свое раскаяние. Рывок вперед и Саске тихо застонал, как только его рот грубо раскрыли пропихивая туда пальцы, затем прикасаясь к острым зубам. - И будь очень осторожен, если намерен спать этой ночью здесь. Затвердевшая плоть уверенно заполняет рот застонавшего юноши, который зажмурившись, постарался отстраниться, тут же возвращенный на место. Солоноватый привкус смазки ощутился на небе и стало противно. Грубое движение и тут же горло сжимает спазм, словно бы его сейчас вырвет. Тяжело дышать. Качнув бедрами, Узумаки слегка улыбнулся, следя за сведенным эмоциями лицом юноши, по которому продолжали течь слезы. Горячая влажность рта, дрожь, стоны... Все это усиливало возбуждение, кружа голову от ярких отзвуков приближающегося оргазма. Ускорив темп, парень на миг зажмурился, все глубже вбиваясь в чужой рот, а затем замер, кончая, вновь услышав как заверещал Учиха. Быстрый взгляд на сдвинутые брови и он аккуратно вынимает свой член, затем перехватывая подбородок брюнета и с силой закрывая его рот. - Глотай. Серьезный взгляд на в шоке замотавшего головой юношу и тут же пальцы крепко сдавливают горло, замечая, как усиливается ужас жертвы. Несколько секунд и слабое шевеление кадыка заставляет Наруто улыбнуться. Убрав руку, он поднимается на ноги, одеваясь, слыша тихие всхлипы, а потом лишь указывает пальцем на кровать, тут же замечая, как пленник, с силой морщась, подчиняется, заползая на матрац. Сильная дрожь сотрясает тело и он все еще не может успокоиться. Тошнотворный привкус склизкого семени словно бы облепил все небо, заставляя желудок сжиматься от подступающей тошноты. - Надеюсь, теперь ты будешь спать спокойно. - Пламя зажигалки вновь озаряет комнату, делая лицо хозяина зловеще пугающим и, через пару мгновений, он покидает помещение, оставляя после себя тяжелое безмолвие.