задушить сердце, сбитое с толку

Утро началось несладко. Не для Андреса, этот день он решил начать с утренней прогулки, чтобы привести мысли в порядок, да и взбодриться хорошенько перед встречей с Бруно. Да вот только встреча явилась раньше, чем бодрствование… Знакомые крики донеслись до достаточно чувствительных ушей, заставив их обладателя тут же ринуться на помощь бедному. И первое, что показалось его взору – вжатый в стену, бледный Мадригаль, к глазам которого приближалось лезвие кинжала, что переливалось на слабом свету. – отпусти меня! — не оставил очередные попытки вырваться Бруно, но лезвие стало ещё ближе к его глазам. Его слова игнорировали, а от каждого сопротивления хватка на вороте рубашки становилась всё сильней и сильней, пока вовсе не начала душить жертву издевательств. Кончик кинжала уже был почти что впритык к глазному яблоку, как вдруг рука девятнадцатилетнего парня, что так грозился вырвать ему глаза, дёрнулась, и лезвие прошлось по брови, делая глубокий порез там. А причиной всего этого был удар в голову кулаком от Андреса, естественно Альфред не выдержал и выронил холодное оружие, позволяя Мадригалю упасть на колени и схватиться за горло, пытаясь избавиться от паники глубокими вдохами и выдохами. Помогало. Медленно, но помогало. Как только Бруно вышел из некого транса, он увидел, как тот самый кинжал был подставлен к чьему-то горлу, только чьё, Бруно пока понять не мог, картинка ещё была расфокусирована от страха. Хвала богам, зрение пришло в норму через пару минут, и парень наконец смог полноценно увидеть картину перед ним. Только она весьма спугнула его. Альфред стоял на коленях перед Бруно, а к его шее был подставлен кинжал, вот вот норовясь порезать тонкую кожу, а что ещё сильнее напугало парня – взгляд его друга. Мрачный, холодный, пугающий. От такого кровь застывала в жилах, а тело бросало в дрожь и холодный пот. – извинись. — одними губами прохрипел Андрес, не спуская взгляд с Альфреда. Получив молчание, он свободной рукой сжал чужие волосы с такой силой, что мог запросто их вырвать, но он просто придвинул хулигана ближе к провидцу, а кинжалом сильнее надавил на горло. — ты оглох? Бегом, пока брюхо тебе не вспорол. – и-извините…— почти прошептал тот, но волосы сжали ещё сильнее, вынуждая всрикнуть и дёрнуться. – громче! – Андрес! Не надо! — встрепенулся мальчик, пытаясь встать на ноги, но безуспешно. – не надо?! Да он тебе глаза чуть не выколол, издеваешься?! – и-извините, señor Мадригаль! Такое больше не повторится, я к Вам больше не притронусь! — уже перешёл на крик виновник, вцепившись руками в руки рыжего. Андрес глянул на друга, одним взглядом спрашивая простил ли он его. Получив короткий кивок, он отбросил железку в сторону, а Альфреда ткнул лицом в землю. – не сдержишь слово, тогда я сдержу своё. — сделал шаг назад, позволяя тому вскочить на ноги и, пошатываясь, убежать. Взгляд рыжего тут же сменился на такой родной, ласковый, тёплый, чтобы сильнее не напугать друга. Присев рядом с провидцем, он тут же окутал его в объятия, перед этим прильнув губами к ране на брови. – извини, что накричал, я так перепугался за тебя…—словно кот он потирался носом о макушку чёрных волос, вдыхая такой любимый запах мяты, старых книг и песка. — ты в порядке? Ну…не считая брови… Бруно лишь молча уткнулся носом в его грудь, начиная тихо хныкать, на что получил нежное поглаживание по голове в знак успокоения. Они оба испугались, испугались того, если бы Андрес не успел бы, если бы не смог среагировать. У рыжего от одного представления таковой картины, где Бруно кричит от мучительной боли, пытаясь найти опору, с помощью которой можно встать, но этому мешало отсутствие глаз, пробегалась дрожь по телу, а слёзы сами по себе наворачивались…представление того, как кровь, вместе со слезами, словно водопадом стекали из места, где пару секунд назад были глазные яблоки, радужки которых завораживали своим цветом, особенно во время использования дара, выводило на ещё большую панику. – всё хорошо, Бруно, я рядом, и никто не посмеет тебя обидеть. — тихо шептал на ухо, украдкой целуя в ухо, шею и висок, также пытаясь успокоить. — давай пойдём к тебе домой, поедим чего-нибудь и попьём чаю, так ты точно успокоишься. Ответа провидца долго ждать не пришлось. Он сразу закивал, вытирая свои слегка покрасневшие от слёз глаза, аккуратно вставая на ноги, тем временем как его друг, сразу же вскочил, встал перед парнем и сел на одно колено спиной к нему. – давай я тебя понесу. Не бойся, ты лёгкий до невозможности. *** Аромат чая и выпечки распространился по всей кухне, позволяя обоим парням расслабиться и сидеть в блаженной тишине, наслаждаясь моментом, когда дома никого, ни Пепы, ни Джульетты, ни Альмы…такую роскошь они могли позволить не всегда, поэтому они всегда наслаждались подобными моментами, пока есть возможность. Рана на брови успешно зажила, словно её и не было вовсе. Как вдруг Андрес без какого-либо повода встал со своего места и целенаправленно начал подходить к уже сжавшемуся провидцу. Он наклонился к нему, выдерживая короткую паузу. Молчание, слишком уж оно напряжённое для бывшей тишины и спокойствия. – я хочу тебя поцеловать. — открыто и слишком неожиданно заявил тот, начиная приближаться к вжатым губам провидца, пока тот, зажмурившись, сам не поддался вперёд, неуверенно и абсолютно неопытно втягивая в поцелуй. Как же рыжеволосый обожал, когда Бруно иногда старался брать на себя инициативу, неважно в каком плане и в какой ситуации, в любом случае это для него выглядело умилительно, особенно, когда он начинал смущённо краснеть, думая, что сделал что-то не то, и нервно дёргать кончиком носа. Очаровательно. Провидец со временем учился, набирал опыт в поцелуях, что даже немного удивило парня, он практиковал это всю ночь что-ли? Но на ком и на чём? С какой целью? Отбросив подобные вопросы на потом, он неожиданно положил руку на чужой подбородок, поднимая за него голову, тем самым оголяя шею младшего. В первые секунды показалось, что Андрес готов был вытащить клыки и вонзить их в нежную бледную кожу, но так вышло, что природа наделила его обычной человеческой сущностью, поэтому всё обошлось мокрыми поцелуями и слабыми укусами чуть ли не через каждый миллиметр, пока в ход не пошли бордовые и фиолетовые следы на шее, от которых провидец стал слегка упираться руками в чужую грудь и тихо скулить. Руки рыжеволосого спустились с чужих плеч на грудь, затем и ниже, пока не добрались до края руаны, под который они и забрались, приближаясь к верхним пуговицам бордовой рубахи. Как только в ход расстёгивания пошли пуговицы, Бруно заёрзал, замычав. По одному взгляду можно было заметить, что тот крайне смущён из-за подобных действий. Ещё бы… Секунда, и руана уже грубым образом была откинута на пол, возмущения брюнета тот, конечно, проигнорировал, так ещё вовсе перебил его поцелуем, отвлекая его от того, как руки, словно змеи, перемещались от груди до впалого живота и обратно, специально задевая пальцами, затвердевшие соски, вынуждая Мадригаля тихо всхлипывать сквозь поцелуй. – Андрес! — вскрикнул провидец, как только почувствовал чужую конечность в своих брюках. — ты что де… – просто позволь мне продолжить. — прошептал ему на ухо, лизнув край ушной раковины, тем самым вызвав у несчастного мурашки и непонятный жар по телу. Особенно эти поцелуи в шею и прикосновения в штанах… – тогда…можно хотя бы не здесь, вдруг кто-то зайдёт и…— ему не дали договорить броском руаны и случайным попаданием ею в лицо. – упс, извини, mi sol, виноват. — поправив на нём одежду, он резко взял его за запястье и повёл в комнату, в которую многие опасались заходить. Комната Бруно. *** Вот она…злосчастная, по мнению многих, комната. Помещение, где скапливаются вся злость и неудача, отображаясь на зелёных стёклышках, которые в итоге будут потом разбиты в дребезги и выкинуты в мусорку. Дверь закрылась, как Андрес вновь бросился на своего друга, словно сам Бруно был каким-то источником энергии, энергии, которая нужна Андресу. Ему хотелось заполучить этого человека, сделать своим, защищать и оберегать от его ненавистников, что, словно коршуны порхали над ним, намереваясь в любой момент напасть. Только вот рыжий мог позволить себе только поцелуи и укусы, дальше, без согласия обладателя такого худощавого, но прекрасного тела, которое видел только тогда, когда они купались в реке в один из жарких дней, он позволить себе не мог. Он не хотел казаться монстром в его глазах, не хотел, чтобы он его остерегался, косо смотрел, словно ожидая, когда его атакуют…нет, такого он не позволит. Руана в этот раз была повешена на спинку кресла, что стояло неподалёку от кровати. Рубашка была уже полностью расстёгнута и оголяла плечи, ключицы и небольшую часть груди. Старший слегка наклонился, положив руки на чужую талию, неслабо сжимая, улавливая ушами тихое «ох». Вновь последовали поцелуи, которые были всё ниже и ниже, пока губы парня не остановились у пояса брюк. Рука легла на чужой пах, а зелёные, вперемешку с голубым, глаза вопросительно уставились в глаза сверху. Бруно словно прочитал мысли парня, он задумался, думая, какой исход потом будет, пожалеет он об этом или нет… последовал кивок и тихое, неуверенное «угу». Глаза рыжего засияли, как и улыбка на веснушчатом лице. Не успел провидец глазом моргнуть, как он оказался на собственной кровати, прижатым к ней весом чужого тела. Посыпались очередные поцелуи, ласки руками и тихие комплименты, что не могло не вгонять Мадригаля в краску. Вслед за руаной полетела и рубашка, только она, к сожалению, не долетела до стула и упала прям рядышком с ним. Вот и послышался первый стон из уст брюнета, от чего тот покраснел сильнее, хотя уже некуда. Щеки Андреса сами покрылись лёгким румянцем, ведь такое было слышать очень приятно, хотелось ещё услышать подобное, слышать, как его предмет обожания и умиления тихо стонет его имя, а иногда переходил чуть ли не на крик. За эти секунды в рыжей голове возникло столько непристойных картин…но он об этом не жалел, ни капли. Пальцы на чужом пахе не слабо, но и не сказать, что сильно сжались, сжимая через ткань чужой полувставший орган, от чего брюнет ойкнул, вздрогнув. Второй рукой Андрес оглаживал живот парня, словно успокаивал, так как понимал, что у того сейчас в голове: страх, сомнение, непонимание. Всё это наверняка скопилось в голове провидца. – если боишься можем прекра… – нет, продолжай то, что начал. — фыркнул провидец, положив голову на подушку, пытаясь расслабиться и успокоиться. Рыжий тихо усмехнулся, принимаясь к избавлению от штанов Мадригаля. Пальцы прошлись по ширинке, слегка надавливая на ткань подушечками, тем самым чувствуя чужую плоть всё лучше и лучше. Вот и штаны полетели на пол…и глазам старшего открылась картина полностью голого Бруно, что так смущённо скрестил ноги, прикрывая всю нижнюю часть тела. От подобного вида дыхание рыжего начало сбиваться и становиться тяжёлым, будто на его грудь положили огромный булыжник. Он наклонился и поцеловал парня в коленку, аккуратно раздвигая ноги, спускаясь от колена к бёдрам. Поцелуи перешли на внутреннюю часть бедра, за ним и последовал сильный укус. Настолько сильный, что зубы Андреса проткнули нежную кожу, а из самой ранки показались маленькие бусенки крови. Бруно невольно вскрикнул, рефлекторно отодвигаясь от источника боли, но его схватили за ляжки и притянули обратно. Теперь поцелуи были на внешней части бедра, укусы стали появляться всё чаще и чаще, от чего младший тихо всхлипывал, покусывая губу. – Андрес… — проскулил парень на шумном выдохе. Дело дошло и до одежды самого Андреса, с этим он разобрался быстро, ведь желание поскорее получить этого человека словно дало мощный пинок под зад для ускорения. Помогло. Одёжка уже тряпкой валялось на полу по другую сторону кровати. Бруно не желал открывать глаза, смущение брало верх, позволяя ему быть куклой в чужих руках. Из собственных мыслей провидца вытащили чужие пальцы, подставленные к губам. – открой рот. — скомандовал тот, но сделал это нежным голосом, так как знал, что Бруно такое не любит. Бруно послушался. — вот так…а теперь..оближи. Долго ждать каких-либо действий от парня не пришлось. Слегка приподняв голову, он обхватил губами последнюю фалангу двух пальцев, проведя по ним языком, пока эти пальцы не толкнулись глубже, вводя младшего в ступор, но один взгляд Андреса говорил продолжать то, что ему сказали делать. Большим пальцем рыжий придерживал подбородок и нижнюю челюсть, а указательным и средним пальцами он надавил на язык для большего выделения слюны. После того, как пальцы высунули изо рта, то между губами и самими пальцами образовалась тонкая нить слюны, которая почти сразу же оборвалась. Андрес второй рукой раздвинул ноги парня пошире, а сам он приблизился к красному лицу снизу. – bien hechо       — хриплый шёпот прошёлся по ушным перепонкам парня, от чего тот тихо и кратко простонал. Андрес хихикнул. Влажные пальцы приблизились к тугому кольцу мышц, слегка надавив на него, заставив парня слегка испуганно всхлипнуть. – если будет очень больно — говори сразу, не смей терпеть. — увидел, что провидец зажмурился кусая губу. — Бруно, ты меня слушаешь вообще? – с-слушаю… — тело дрогнуло, как только один палец проник в это самое кольцо мышц, заставив того тихо замычать, на что старший погладил свободной рукой по щеке. Палец двигался какое-то время внутри, пока к нему не присоединился и второй, от чего брюнет совсем слабо выгнулся в спине, продолжая тихо скулить, тем временем, как Андрес следил за тем, чтобы тому не было безумно больно, пока пальцы боролись с тугостью мышц, раздвигая их в стороны. Наконец Бруно смог расслабиться и привыкнуть к подобным ощущениям. Рыжий улыбнулся, когда на него посмотрели два зелёных глаза. – теперь уже не так, как в первые минуты, верно? — получив положительный кивок, он только протянул свободную руку к одной из ног, чтобы отодвинуть, как брюнет их сам сильнее раздвинул, на сколько позволяла растяжка. Старший впал в ступор, наблюдая за тем, как предмет любви и обожания смущённо прячет лицо за подушкой. Улыбка не пропадала с лица, от чего аж скулы противно сводило, но на это он не обращал внимания, ему в данный момент хотелось принести парню удовольствие, чтобы он запомнил этот день на всю жизнь. Пальцев внутри Мадригаля уже не было, что создало не очень приятную пустоту, пока от этих ощущений не отвлекло что-то твёрдое и влажное, что-то, что было явно больше тех двух пальцев. Чтобы подтвердить свою маленькую теорию, младший приподнялся на локтях, а как увидел, что обе чужие руки стояли по обе стороны тела брюнета, он догадался, что в него сейчас упиралось. От этого осознания тело тут же бросало в дрожь, которую унять было достаточно затруднительно. Андрес этого не мог не заметить, он приблизился к губам парня, вовлекая в поцелуй, одной рукой стал оглаживать его тело, дабы успокоить, отвлечь. Второй же рукой он подставил головку своего члена, начиная медленно и очень аккуратно входить, сразу чувствуя, как тот изгибается и тихо стонет ему в губы, стараясь не быть громким. Пару секунд усилий и борьбы со стеснением, и головка уже внутри. Остановился, давая тому вновь привыкнуть к новым ощущениям. У Андреса появилось впечатление, что Бруно привыкал вечность, он хоть и вошёл в него совсем немного, но эта узость сводила с ума, он терпел, он будет терпеть, пока не настанет тот момент, когда он сможет принести тому удовольствие… Рыжеволосый добился расслабления и доверия со стороны провидца, что позволило толкнуться глубже, от чего тот судорожно выдохнул с еле слышимым стоном. Дрожащие тонкие руки младшего переместились на широкие сильные плечи, что сейчас служили опорой в случае чего. – Андрес, хватит медлить, не буду я тебя потом опасаться…— догадливость брюнета иногда поражала до отпада челюсти от черепной коробки. — неужто ты считаешь меня таким трусливым? Парню, честно сказать, стало как-то неловко, от чего он стыдливо отвёл взгляд. – ладно…сейчас не об этом, только..не медли…— также смущённо прощебетал парень, вжимая голову в плечи. – как скажешь, mi amor. — на вопросительный взгляд к этому обращению он просто улыбнулся. Старший выпрямился, опустив взгляд на то, что происходит снизу. Из-за этого Мадригалю захотелось сместить ноги обратно вместе, но ему просто не позволили этого сделать, сильно сжимая ляжки. Да с такой силой сжали, что после подобного будут слабые синяки, но от них они мигом избавятся, верно? Верно. Андрес открыл рот, чтобы что-то сказать, только… – если будет очень больно, я скажу, не переживай, мне не нужно по сто раз повторять. — пробормотал парень, уже не сдерживаясь, дёрнул бёдрами в сторону рыжего. Смущение как рукой снесло, а желание медленно занимало его место, овладевая разумом брюнета, что уже готов был сам насадиться на чужой член, только здравый рассудок ещё боролся со всем этим, но его уже начинало не хватать. Вскоре этот самый рассудок тут же испарился, как только чужой половой орган оказался ещё глубже, раздвигая разгорячённые внутренние стенки. Вновь замер на пару минут, пока рыжий не сделал пробный толчок, вырвав из провидца тонкий, тягучий стон, больше похожий на скулёж. Последовал и второй толчок, но более уверенный и грубый, от чего тело снизу дрогнуло, начиная ёрзать и слегка выгибаться в пояснице, почти что сразу выпрямляясь обратно, пока толчки не участились. Шлепки кожи о кожу стали распространяться по комнате вместе со стонами, отлетая от стен, растворяясь тихим эхом в воздухе. Каждый стон брюнета словно сносил крышу Андресу, от чего его тело будто прекращало его слушать и выдалбливала всё больше и больше стонов, можно подумать, что рыжий желал слушать это вечность, как полюбившуюся ему песню, особенно, когда тот выкрикивал его имя. О да, он смог этого добиться, то, что хотел так увидеть и услышать. Старший вновь выпрямился, дабы получше разглядеть всю картину происходящего: вздымающаяся чужая грудь от тяжёлого и сбитого дыхания, приоткрытый рот, из которого так часто стали вылетать стоны, которые тот уже явно не сдерживал, такое податливое тело, которое реагирует на любые прикосновения, любые ласки, лишь бы их получить. Приподняв бёдра парня, Андрес сменил угол наклона, после чего головка упёрлась в комочек нервных окончаний, что стало причиной странной реакции брюнета, вводя старшего в небольшое недоумение. Он повторил этот толчок, реакция повторилась, Бруно протяжно застонал, сминая в руках простынь до побеления костяшек, а поясница изогнулась, подставляя живот и грудь под горячи поцелуи старшего. Рыжий вновь ускорился, уже зная как и что делать. Рыжеволосый парень почувствовал, как его член начинал пульсировать, что говорило о скором оргазме. Скоро ли у Бруно оргазм или нет он, конечно же, не знал, поэтому он обхватил своей рукой чужой член, начиная водить ею от основания к головке и обратно, после чего заметил, как тот в свою очередь стал сам слегка толкаться в чужую руку, тихо поскуливая и извиваясь под ним, словно змея. Наконец он почувствовал, что венки на члене Мадригаля начинали пульсировать. Рука Андреса ускорилась, пока на неё не попали полупрозрачные капли чужого семени и начали стекать вниз, согревая конечность и даже немного щекоча. Стоило ему поднять взгляд на лицо парня, как увидел, что оно вовсе спрятано под подушкой, которую так настырно прижимали. Вздрогнув, Андрес тут же отстранился от чужого тела, немного отодвинувшись, тем самым вынимая свой член, по которому стал активно двигать рукой, пока оргазм не настиг и его. Радостно и при этом устало улыбнувшись, он плюхнулся рядом с дрожащим телом провидца, поцеловав того в висок, который подушка не смогла прикрыть. Заключив обмякшее тело в объятия, он тихо прошептал ему на ухо: – я люблю тебя, Бруно.