о тебе

Я не знал уже куда себя деть, чтобы хоть на минуту думать о чем-то ещё, кроме обладательницы карих глаз. Сима уже не появлялась на активах, что было довольно ожидаемо, честно говоря. Поэтому я решил пойти на крайние меры – я перевёлся на очное. Вообще возвращаться я очень не хотел, но отмененные вызовы и тьма непрочитанных сообщений просто не давали мне другого выбора. Я был решительно настроен на успех, но когда даже не встречал её утром в институте – я насторожился. Я уже где-то недели две хожу на все пары, шесть дней в неделю, но так и не видел Симу. Мысль о том, что она могла даже перевесить в другое учебное заведение уже не казалась мне такой дикой. И это пугало. Утро понедельника выдалось чуть лучше, чем я предполагал, когда увидел знакомую фигуру около буфета. - Эй, доброе утро. Помнишь меня? Мы виделись недели три назад, я ещё с бумагами тогда помог. Девушка в той же чёрной куртке, очаровательно мне улыбнувшись и отстранившись от своих друзей, направилась в мою сторону. - - Тот самый друг нашей Симы? Ну, здравствуй. Что же ты делаешь здесь так рано? – фразу «друг нашей Симы» девушка поставила в виртуальные кавычки, что меня окончательно запутало и ввело в ступор. - Что значит «друг нашей Симы»? – повторив действия своей собеседницы, я показал те самые виртуальные кавычки. - Прекрати. Я же видела вас вместе тогда, не делай из себя дурочка. – в этот момент её улыбка была точь-в-точь, как у Чеширского кота. В любом случае, её догадки были мне только на руку. Если она думает, что у нас что-то с Симой, то так с большей вероятностью поведает мне, где же она пропадает. - От тебя ничего не скроешь. – мельком подмигнув и натянув лёгкую улыбку, я перешёл к плану. – Слушай, а ты не видела Симу? А то я дозвониться не могу уже битый час. - А она сегодня вышла с академа? А, конечно, две недели то прошло. – опустив свой взгляд на наручные часы, девушка задумалась. – Она должно быть на физкультуре сейчас, во втором корпусе. Быстро поблагодарив за информацию, я мигом помчался в спортивный зал. Я был счастлив слышать про академ, ведь в таком случае, она не бегала от меня, а … а может и так. А что? Вариант неплохой, чтобы сбить меня с толку. Я уже был напротив двери в зал, как дверь резко открылась и пришлась мне прямо куда-то в область челюсти. Инстинктивно зажмурившись от боли, я шагнул назад. Конечно мне и до этого попадало, но чтобы в таких обстоятельствах – никогда. Открыв глаза – я увидел испуганный взгляд Симы. Проморгавшись ещё несколько раз, я убедился в реальности происходящего. - Уж не так я представляла нашу первую встречу. – тихо произнесла Сима, дотронувшись до моего лица, повернув его в сторону, чтобы рассмотреть место ушиба. -Первую? – Вроде прилетело мне, а бред говорит она. - Ну, почти первую. – только сейчас я заметил, что она толком не смотрела на меня. Её глаза были максимум на маленькой ссадине на щеке, но не более. – Надо бы рану обработать. -Нам надо бы поговорить, а рана сама заживёт, не впервой. – я был зол на неё. Не знаю, что служило основной причиной. То, что она так странно себя вела? То, что она ушла тем летом и так ничего и не объяснила? Или то, что сейчас она делала вид, что ничего этого не было? - Если помощь с ушибом не нужна, тогда мне стоит пойти на занятия. – её голос был настолько безэмоциональным, что я не верил, что передо мной, на самом деле, Сима. Её глаза смотрели куда-то сквозь меня и это даже пугало. -Сим, послушай… - а что я сейчас должен ей говорить? Она так сбила меня с толку своей отстраненностью, что тот монолог, что я крутил в голове, на протяжении двух недель, просто исчез из памяти, поэтому пришлось ориентироваться на ходу, говоря весьма банальными фразами. – Нам нужно поговорить о произошедшем. То, что я говорил тогда, что скучаю по тебе – это всё правда и я всё это время… Договорить мне не дали. - Глеб, это было прекрасное время, когда мы общались и ты замечательный, но у нас не сошлось и пробовать что-то начать или возобновлять – глупо. – Достаточно жестоким и хладнокровным голосом говорила мне девушка напротив, чем убивала меня каждым своим следующим предложением. – Тем более… - Молчание. Будто пытка какая-то, честное слово. Что там у неё «более»? И тут, взглянув на неё, я вдруг осознал - у неё кто-то есть. Впервые за весь разговор я уловил в её глазах хоть что-то. И это было ничто иное, как сожаление. – У меня есть молодой человек. -Понял. – Единственное, что я обронил перед тем, как ушёл. Не всё так плохо. Она сказала, что «это было прекрасное время». Как будто, это должно было успокоить меня, сгладить ситуацию, в которой мы оказались. На пары я в тот день не пошёл. На следующий тоже. Потом вовсе подал документы обратно на вечернее. Всё это время я тихо сидел в своей однушке, оглушённый окружающей меня тишиной. Я много о чём думал, хотя… не то чтобы о «многом». Думал о том, что она могла солгать, что у неё кто-то есть. О том, что это была какая-то шутка. О том, что она хотела так вызвать у меня ревность и ещё тысяча вариантов, почему всё это может быть неправдой. Другой вариант тоже был. Она сказала то, как оно есть на самом деле и мне просто не остаётся ничего другого -как смириться с тем, что мы имеем и идти дальше. Я думал, что хуже дела со всей этой ситуацией обстоять не могут, но когда мне пришло письмо, что на данный момент свободных мест на вечернем нет – я понял, что ошибался, особенно когда следующим письмом было с ведомостью о моих пропусках и первым предупреждением. Делать ничего не оставалось и на следующий день, собрав всю волю в кулак, я собрался в институт. И день прошел быстро, Симу я не встречал, чему был безмерно рад. Или не совсем? Какую-то дольку надежды я не мог убить – как бы я не старался. Да и вообще, справлялся я отвратительно, потому что везде её искал, даже не осознавая этого. Ненароком заглядывал в чужие кабинеты, прислушивался к голосам вокруг, а глаза так и бегали по пролетающим лицам в этих бесконечных коридорах. Сима не была идеалом красоты по всем стандартам, не интересовалась лего, не смотрела ужасы, её музыкальный вкус был полной противоположностью моему, жизненные установки не везде совпадали с моими. Я любил спать до обеда, а она обожала вставать часов так в шесть, я любил всё солёное – она сходила с ума по сладкому, я человек домашний – она любила большие компании и громкие мероприятия. Вокруг ходило столько девушек, с которыми мои вкусы были бы схожи, которые были бы, возможно, красивее, умнее и далее-далее-далее, но мне нужна была она. И я был бы рад покупать ей эти киндеры хоть каждый день, ходить с ней в кино на какие-то сопливые мелодрамы, и я бы даже вставал утром на все ее мероприятия и ходил бы в костюмчиках по музеям и театрам. Я был готов на это и это не было бы пыткой, потому что пытка для меня была сейчас, когда я просыпался, когда хотел, смотрел свои ужасы, заедал их солёным попкорном и тихо отсиживался дома, но без неё. Без намёка на то, что могу быть с ней. И эти мысли грызли меня по ночам, не давали мне сомкнуть глаз, потому что - как только я их закрывал – я видел её. И всё это превратилось в один сплошной кошмар. Посещение института можно было сравнять с эмоциональной мясорубкой, где я собственноручно превращал себя в жалкий фарш, что по окончанию плёлся домой, оставляя за собой какие-то кусочки и как результат – дома был грязный, маленький, никому ненужный и никчёмный кусок мяса. Именно так я себя и чувствовал. Учиться было почти невозможно. Я буквально перешагивал через себя, чтобы собраться и пойти на работу. Я стал находить выход в спорте первое время, что меня радовало. Я занимался и мой бесконечный поток мыслей останавливался, но эта одержимость была куда сильнее и вскоре даже при тренировках я постоянно возвращался к тому, отчего пытался бежать. С каждым днём я всё глубже уходил в себя. Я ни с кем не общался из друзей и знакомых, только если этого требовала работа или учёба, я перестал ходить в зал, больше не читал и уже не смотрел ни фильмов, ни сериалов. Я словно находился в какой-то прострации. Жизнью это было тяжело назвать, а вот существование - подходило отлично. Встал, умылся, заправил кровать, может даже позавтракал, после институт и три раза в неделю – работа, а дальше дорога домой и сон. Надо было выбираться оттуда, но как это сделать - я даже представления не имел. Я всегда хотел, чтобы день скорее закончился, потому что дома, в кровати меня ждали мои глупые мечты. Я был жалок, потому что каждый раз перед сном, я представлял, что она рядом. Вот мы танцуем на каком-то вечере, тесно прижавшись друг к другу, а вот я просто так, без повода, дарю ей букетик ромашек, а она счастливо улыбается и тянется за поцелуем, здесь мы уже одуревшие от алкоголя и чувств заваливаемся домой, жадно целуясь и снимая друг с друга такую ненужную, на этот период времени, одежду, постоянно вторя о том, как безмерно любим друг друга. И этих историй было не перечесть на пальцах, их было миллион за одну лишь ночь, но они успокаивали, там я был счастлив. Но на утро я все равно просыпался один, а весь оставшийся день - искал её лицо в толпе прохожих. Тот, кто изобрёл безответную любовь - был изъярщенным уродом. Худшую пытку сложно придумать.