Любить правда больно?

***

— Да да ! И я об этом! Мы с Лихтом именно туда и поедем, чисто ради этих сладостей! Без них бы я не согласилась бы идти в эту душную галерею чеканных монет! Даже не смотря, что монетный двор в Испании один из самых лучших, — девушка что хрустела треугольными чипсами лихо запрыгнула на диван в мужчине, что сидели на черном кожаным диване, — На самом деле, я даже очень даже удивлена, что Лихт, предложил такое...ну отпуск вместе, сам же знаешь что я наш с ним поцелуй ждала три месяца! Да сама Святая Мария в шоке!       Мужчина нервно ухмыльнулся не отворачиваясь на золотой клетки, стоящей около небольшого окна с темно-серыми занавесками. Птица, что обитала в золотых прутьях аккуратно сидела на жердочке, распрямляя каждое перышко на своих крыльях. — Твой педант как монашка в купели, знала бы ты мою реакцию когда первый раз услышал это, кстати об этих вкусностях...я все таки надеюсь моя лучшая подруга и вообще прекрасная дама сможет мне привезти тоже чего-нибудь сладенького...— компания из двух близких друзей звонко хохотнули, толкая друг друга, — А у нас пицца осталась? — Не знаю, посмотри на кухне, а и еще пива захвати! А то я помню что кухонный стол был завален банками содовой и множеством разных открытых пакетов с дешевыми кукурузными чипсами, но они до жути вкусные !— брюнет послушано поднялся с места скрываясь в проёме,— кстати Вань, как у тебя с Лансем?       Шуршание коробками и звук открывающего холодильника отчётливо ударили по ушам рыжей мадам слизывающей оранжевое напыление с картофельных чипсов со вкусом барбекю, собственно говоря вместо желанного ответа от ее друга. Луиза обеспокоенно подорвалась направившись на кухню, смахивая с пальец пыльцу от съестного. — Вань?       Мужчина стоящий в черной растянутой футболке, застыл около холодильника хмуро уставившись на часы. Иван громко выдохнул, откусывая кончик свисающего сыра. — Да никак, мы расстались, — взглянув на девушку, что неприятно удивилась, корчась от сожаления и злобы к уже бывшему молодому человеку своего друга, — ерунда, все мы знаем, что я Иван Свободин не создан для какой-то там любви! Хах! Пошли уже таракашка, скоро матч начнется..       Девушка искренне волновалась за Свободина, ведь все что было они прошли вместе. Все экзамены, переезды, неудачные походы на собеседования, не сложившейся романы, даже измены.       Луи видела в своем друге самое лучшее, несмотря на его пристрастие к сладкой пицце. Свободин был тем самым суровым, высоким брюнетом, с темно-карими глазами заставляющее каждую девушку или юношу на кого тот посмотрит влажно вздохнуть и прикусить губы. Детство тот провел в Росси, вместо со своей подругой — Луи. В прошлом Черешко Людмила Ивановна. Иван сам хотел имя поменять, но ничего в голову его другую не лезло, да и имя его ему нравилось, и фамилия. Работал он для всех директором в кафе, а для себя он занимался не очень то и честными делами.       Все было бы хорошо, даже эти дурацкие посиделки по средам со своей рыжей подругой были потрясающими или с его другом Элией, что привлекал все внимание как только заходил в помещение(главное что бы свет был включён) Даже этот Люськи пиджак Лихт был нормальным, только тот был одиноко.       Одинок Ваня был внутри, несмотря на всех его друзей или знакомых. То что было в нём, то что росло с самых малых лет потихоньку убивало русского. По ночам он обессиленно падал на свою кровать, подминая подушку под себя и представляя что его искреннее обнимают. Даже порой давал себе возможность выплакаться и отдаться своим эмоциям.       Ощущение пустоты и чего-то мерзко холодного в груди с каждым неудавшимся романом, только укреплялось. Ване казалось, что он просто недостоин любви. Чтобы просто его любили, чтобы просто захотели и позвонили среди ночи, чтобы просто сказали 《я так тебя люблю》 или бы придумывали ему милую и глупую кличку по типу 《малыш》(угу угу метр девяносто семь) или 《котик》       В своей ориентации тот убедился еще в подростковом возрасте, когда на переменах в школе товарищи смотрели батины иностранные журналы с девушками и как-то раз попался и с мужчинами...       Каждый раз после очередного рассказа о разрыве какие-либо отношений русский слышал от своей соратницы 《За то я тебя люблю, никто не сможет любить тебя больше чем я》       Безусловно эти слова по своему успокаивали и как масло ложились на пробоины в сердце Свободина, но это было другое. Ему хотелось вовсе другой любви, даже без какой-то животной страсти, как пишут в бездарных романах. Скорее той одухотворяющей, заставляющей вставать с кровати и жить, дышать, есть, спать, работать, творить...       Самые долгие отношения у Ивана длились аж два с половиной месяца, а самые быстрые это три часа и то можно сказать два часа без одной минуты. Лансо был той надеждой, которая подпитывала Ивана ухаживать за ним и верить в лучшее.       Жизнь жестока, абсолютно ко всем. Жизнь такая гнусная, унизительная и тягостная, — жизнь, которая заставляет вас носить одну и ту же эмоцию. Создавая видимость, что ты сильный и какая-то любовь или ласка тебе не нужна. Словно это гнетущее проклятие, нравственный рак, который гложет сердце, тело, душу благонамеренного человека делает завистливым, злым, чёрствым, заставляющая чувовать человека не достойным быть счатливым или быть удостиным любви.       Эта боль несравнима ни с чем.       Душа Ивана давным давно ощущала эту грызущую боль, болезненную слабость в компании, жутчайшее мертвенное оцепенение, ненасытность животного и молящей почувствовать тепло.       Это чувство часто делало брюнета немым, ему было стыдно за то что он чувствовал. Он не считал себя лучшим человеком для любви и для какой-либо семьи.       Сколько раз он пытался найти свою судьбу? Раз? Два? А может десять? Или больше. Всем им нужно было лишь две вещи: деньги что тот отмывал и секс, обычно после всего получившего все безвозвратно уходили. Даже если Свободин с криками и предложениями просил остаться.       Дни шли как обычно, словно и не было никаких проблем. Брюнет занимались своими обычными рутинными делами, коротая вечера в кровати за просмотром сериала 《Постучись в мою дверь》уж очень нравился кареглазому Серкан Болат. Кошки что скреблись на душе с каждым днем все сильней и сильней угнетали Ивана. Порой ему во снах снились фигуры и голоса: «Милый, чем будешь завтракать?». Завтра: «А давай устроим день кино или сходим в музей?»       Запомнил Иван лишь одну деталь из одного сна: чей-то взгляд. Капризный, слегка надменный, но любящий. Свободин был готов продать душу Дьяволу, лишь бы наконец найти обладателя этих глаз или вновь увидеть их в грезах.       《 Не уж то любви правда нет...》       Только все резко поменялось в один момент. Как-то он стоял в кафе и ждал свой напиток и тут увидел сидящего около окна юношу.       Этот юноша задумчиво смотрел в книгу. Медленно потягивая, уже остывший американо. Внутри кафе гудели голоса гостей и работников. А тот такой весь из себя мистический что ли.       Как только русский решился подойти и просто даже глупо сделать банальный комплимент. Это незнакомец вздрогнул, отложив книгу, повернулся к нему, явно собираясь что-то сказать.       И тут израненное сердце пропустило глухой удар — глаза ! Они они такие как во сне, слегка надменные, но с легкой щенячью наивность.       Что сказать? Когда начать говорить? Как начать разговор? Иван почувствовал себя школьником, как много лет назад, словно первый раз решил отпустить едкий или наоборот приятный комплимент. Вот вот брюнет хотел хоть что-то сказать, как услышал от кудрявого незнакомца 《Представляете, Софи в упор не замечает Уэндера! А он такой романтик!》

***

      Кудрявый придвинулся, уложив голову на широкую грудь. Иван ласково перебирал пальцами темные завитки волос. Сердце его тепло грелось в груди, как печка, в которую подкинули сладко пахнущие смолой брёвна. Он никак не мог поверить, что щас прикрыв глаза, он мог ощутить мягкие поцелуи на лице. Не уж то правда, он и этот незнакомец с мистический зелеными, манящими глазами вот так вот вместе гуляют, едят, спят, даже книжки читают по ролям. — Все, пора вставать, — мягкий поцелуй в висок. — ты обещал посуду помыть, если я вот так вот понежусь с тобой.       Иван покачал головой, прижав Аньера к себе. На мгновение забывая все дермище из его жизни, даже тот факт что если суд на днях скажет о том что он виновен ему светит семь лет — за отмывание и присвоение чужого имущества.

***

— Ты работал в южном кресте ? — удивлённо воскликнул Иван, разворачиваясь от раковины с горой посуды к сидящему за столом бывшего служащего, — ты правда не шутил? — Ну да, я учился и практику отрабатывал. Первое мое неполное образование госслужащего, ты думал я шучу? Глупышкинс мой, — весело хохотнул кудрявый закидывая в рот дольки засахаренных кусочков лимона. — Я думал ты шутишь и те кхм наручники, я-я думал просто куплены да в любом интим магазине, — брюнет аккуратно положил несколько чистых тарелок в сушилку выключая воду текущую из крана. — Ах! Когда переводишься или переквалифицируешься забирают только огнестрельное оружие, остальное могут оставить, сугубо по твоему желанию. — Значит мой парень легавый? — издевательски улыбнулся кареглазый, обращая взгляд на того, кто заставляет его самого улыбаться в независимо от времени суток. — Смешно, но если тебя заводит мысль что я могу тебя скрутить, то ...— кудрявый помедлил с ответом, когда к нему вплотную подошли. Кудрявый загадочно прижал фалангу указательного пальца к губам. — Ты правда работал надзирателем в тюрьме ? В мужской или в женской ? — вытянул в объятья возлюбленного, — ты что с каждым часом растешь малыш ? — глупо хихикнул Свободин, рост между этими двумя был довольно гармоничным. Разница была лишь в 16 сантиметрах, но брюнет ни разу не упускал возможность пошутить о росте. — Я работал в женской и могу сказать эта работа не для сладких принцесс как ты, — выгнув брови Аньер глубоко вздохнул, смешливо фыркнул, ныряя в широкие и тёплые объятия, — так говоришь будто бы я пол часа назад был метр тридцать, а щас уже метр восемьдесят один, глупышкинс ты. — Для таких как я ? Из нас двоих я больше всего ближе к двум метрам, в отличие от некоторых, — мягко прижимаясь губами в чужой макушке, — я просто не могу тобой налюбоваться всего лишь. — Ты когда-нибудь видел как из вагины достают две самодельные заточки и двести грамм кокаина? Нет, как так всезнайка моя... Знал бы зеленоглазый как его визави был счастлив просто слушая его голос. Он уже не представлял жизнь, мир без его 《гнома》. Что же русский будет делать, если адвокат проссрется ? И его упекут на семь лет? Как он скажет бывшему надзирателю? А если внезапный звонок в дверь и все..? Конец. Аньер невольно сморщился засматриваясь на задумчивого уголовника, играючи кусая за плечи. — Принцесс, завтра идем в кино? Ты мне обещал и никаких твоих маскулинных боевиков!...

« я не смогу без тебя».