Как дела?

Я сегодня не в настроении, как и очень часто в последнее время. Какое может быть настроение у человека, который “сжирает” себе мозг муками совести? Сейчас, возвращаясь назад, я думаю, что всё это было настолько смешно. Я вела себя как настоящий ребёнок. Но в 20 лет так положено, я считаю, а иначе зачем вообще нужна глупая молодость. Хотя одно моё решение было правильным, сейчас я это понимаю и даже горжусь собой в какой-то степени. Стало давно понятно, что как бы я не оделась, мне не остаться в этой одежде, если ты придёшь. А ты придёшь. Всегда приходишь, как только я тебя позову. Нет, мне даже звать не нужно, всего лишь кинуть слабый намёк, а тебе большего не надо. Уже стоишь на пороге с портфелем, который не подходит ни к твоим брюкам, ни к рубашке в какой-то мелкий цветочек. На голове как всегда треш. Видимо, специально разлохматила - знаешь, что мне нравится. На мне лишь старая майка, юбка и шерстяные носки до колен с дебильными помпонами. А потому что похуй. Потому что, как я и сказала, настроения сегодня нет, а значит и у тебя оно сейчас испортится. - Заходи уже. - получилось естественно резко, хоть я всегда стараюсь говорить ласковей, но почему-то никогда не получается этого с ней. Потому что бесит она меня. Бесит своей покорностью, отдачей, безотказностью. А ещё тем, что считывает меня за одну секунду. Это чертовски бесит. Проходит, снимает, набитый непонятно чем, портфель и лезет, чтобы обнять. Она уже знает, что я не в духе и не хочу её объятий, но всё равно это делает. Как будто специально. И опять томное сопение в ухо, поглаживания спины, какой-то непонятный лепет, до дрожи бесячие слова о том, что соскучилась. А я снова молчу. Я всегда буду молчать, лишь слегка приобняв в ответ. - Что опять случилось? - начинается. Как будто мне не достаточно того, что я изменяю своему парню с тобой, чтобы опять загнаться и попытаться найти остатки своей совести, если она у меня вообще была. Решаю, что мой выразительный гневный взгляд даст ей понять, что лучше не стоит продолжать расспрашивать о чём-либо. И, конечно, она понимает. Понимает даже больше, чем я хотела показать. Сегодня ей ничего не светит, максимум - посидим, помолчим, она безрезультатно попытается меня обнять или даже поцеловать. Только мне этого не хочется, значит ничего не будет, а она даже спорить не станет. И опять меня это бесит. Всё бесит в ней. Ну хоть раз наори или хоть что-то сделай против моей воли! Хорошая догадливая девочка. Преданный друг. Покорная и до хера умелая любовница. Хотела бы я быть как ты, но я не такая добрая и нежная, и я никогда не дам тебе того, что ты хочешь. Но как наивная влюблённая по уши школьница, ты всё питаешь эту надежду, всё ещё ждёшь невозможного. Хотя уже больше года прошло. Я не буду тебя любить, как ты меня. Никогда. Уже 10 минут сидим в тишине. Я смотрю сериал, ты смотришь на меня. Показная непринуждённость в голосе ни капли не скрывает твоего состояния: ты вот-вот расплачешься. - Может, чаю попьём? - откашливаешься, чтобы скрыть нервозность. Получается очень плохо и даже смешно. Актриса из тебя никакая. Хотя, думаю, это только со мной. И мне становится обидно, что я опять кладу на тебя огромный болт. Что-то свербит и стучит в голове, проговаривая моим же голосом: “ну почему ты такая ебланка? Неужели хоть раз не можешь быть с ней понежнее?” А я не могу. Как бы банально это не звучало, но давать ложных надежд я не собираюсь. Не буду врать и притворяться. Я такая, какая есть. А голос не унимается: “да ты же сама её позвала!! Хули она сидит теперь как обосранная!? Тобой обосранная! Она, в конце концов, не виновата, что тоже нравится тебе, но из-за твоих загонов ты относишься к ней как к дерьму! Это только твои проблемы, ты сама так решила, а она здесь ни при чём! Представь хотя бы, что она просто твоя гостья. “ - Прости. Да, я тупая. Иди сюда. - подзываю к себе, а она выдыхает и с самым печальным лицом, каким только может, садится рядом со мной. Моя талия в кольце рук, лицо уткнулось в живот. И, наверное, хоть немного расслабилась судя по шумному выдоху. - Ти плохая. - сказала это моему пупку от чего стало очень смешно. Ничего не оставалось, как только посмеяться. Я остывала. - Да-да… Я плохая. Как ты вообще со мной водишься с такой плохой. - вопрос риторический, но я знаю что она ответит. Дословно. - Потому что я люблю тебя. Вот так просто, не задумываясь. “Потому что я люблю тебя”. Серьёзно, блять?! Как можно быть такой? Такой, сука, открытой и прямой, не бояться быть отвергнутой в очередной раз моим безразличием. Ты мазохистка, что ли? Молчу и компенсирую это своими пальцами в твоих волосах. Знаю, что тебе понравится. Почти мурлычешь - значит, уже не дуешься. Как мало тебе нужно для спокойствия. Дальше мы опять сидим в молчании. В мониторе 3-й сезон скама: молодёжный тусняк, долбит музыка, Исак и Эван танцуют со своими девушками, целуются. Кульминационный момент: их глаза одновременно находят друг друга в толпе. Искра. Буря. Безумие. Они оба попали в сети друг друга. Это так романтично, что у меня дух захватывает. Мне нравится на это смотреть, тело покалывает лёгкой возбуждённостью и я неосознанно тянусь пальцами к твоим губам. Глажу и не отрываю взгляда от экрана. Отлипаю только когда чувствую твою руку под юбкой. Гладишь внутреннюю сторону бедра почти невесомо, осторожно, боясь спугнуть мой настрой. Только вот настроя никакого нет. Ты не так поняла. - Я не хочу сегодня. - останавливаю её благородные намерения. - Что не хочешь? - Дурочку не включай. - А если я тебя возбужу? - Не возбудишь. - спорит, будто не знает, что это бесполезно. Дальше начнётся каламбур и тупой трёп. - А если? - Если я не хочу, никакие твои попытки этого не исправят. - Просто дай. - Блять, ладно! Сама попросила. Потом не жалуйся. Картина складывается очень комичная: её ноги сползают на пол, а голова лезет по юбку. Бережно снимает трусы с изображением, что так подходит к её имени и вообще к ситуации. - Хелоу, Китти! - почти радостно восклицает она, рассматривая принт. - Привет тебе говорит. - усаживаюсь поудобнее и дальше продолжаю смотреть в монитор. У неё ничего не получится. Ласковые пальцы касаются полураскрытых губ, чтобы раздвинуть их пошире. Я знаю всю её технику. Сейчас она будет ласкать мою дырочку сначала пальцами, затем языком, нарочно обходя эрогенную горошину всех девушек. Будет вылизывать до последнего, пока не решит, что я уже готова к большему. Только сегодня что-то пошло не так: влажное лёгкое касание языка накрывает мой клитор. От неожиданности я дергаюсь и чуть сжимаю твою голову бёдрами. Усмехаешься открытым ртом, заполняя тёплым дыханием всё пространство под юбкой. Становится очень тепло. Могла бы и снять - жарко ведь будет. И это так приятно неожиданно, что сейчас ты оказалась не такой предсказуемой, как обычно. Похвально. Удивила, ничего не скажешь. Видимо, серьёзно настроена. Жаль, только вот в мои планы это не входит. Если посмотреть со стороны, то можно без колебаний спросить ”чё здесь происходит?”. Я лежу с раздвинутыми ногами, продолжая пялиться в монитор, на лице похерфейс, как будто никто и не сидит у меня между ног, яростно отлизывая. Смех, да и только. Долгие минуты она ласкает моё чувствительное место, тяжело дыша и прикладывая все свои силы и умения. А они, скажем так, на очень хорошем уровне. При обычном настроении я могу кончить всего за полминуты от настойчивых терзаний этого языка, но сегодня не тот день. А ты уже начинаешь уставать. Разочарованный выдох на попытку вызвать у меня хоть один стон или хотя бы намёк на заинтересованность происходящим. Но я непреклонна, и ты высовываешь своё красное лицо из под юбки, окончательно сдаваясь. Волосы в конец разлохматились. - Какого хрена? - искренне удивляешься. - Я же говорила, что не хочу. - абсолютно не вру, у меня ни намёка на возбуждение. - Да как можно не возбудиться, когда тебе отлизывают? - Как видишь, можно. - Бесишь! Ты даже не мокрая! - Ага. Опять вздыхаешь и начинаешь приводить себя в порядок. Через пять минут ты уже заваривала себе чай. Я расправила диван, подвинула ноут ближе к подушке и легла смотреть дальше. Мы опять не разговариваем, каждый занят своим делом и не видит смысла начинать какой-либо диалог. Вскоре диван скрипнул под твоей тяжестью. Ложишься всегда у меня за спиной, обнимаешь и утыкаешься носом между лопаток, громко вдыхая мой запах. Скоро ты уснёшь, а позже и я. Прости, что опять такой тупой вечер выдался. Даже не спросила, как у тебя дела. *** Как ты можешь продолжать терпеть мои вечные перепады настроения? Только вчера я была злобной фурией, а сегодня уже хочу, чтобы ты потрогала меня везде, где только можно. Это непостоянство даже меня бесит. Я не умею скрывать эмоции, ты это видишь даже в сообщениях. А если поставить смайлик в конце предложения, тебя очень быстро принесёт ко мне. Удобно, приятно, это тешит самолюбие, но не отменяет того факта, что я полное дерьмо с самыми большими чёрными мухами над ним. Да, пусть ты мне нравишься, пусть даже больше, но тебе знать не обязательно. Ты не знаешь, а всё равно позволяешь мне пользоваться твоей добротой, хоть ты и говоришь, что сама этого хочешь. Слепая любовь. Тупая и унизительная. А я в ней - моральный урод. Только не хочется сегодня думать об этом. Погрызу себя завтра. Долго не церемонясь начинаешь целовать прямо с порога, как только дверь была закрыта на ключ. Знаешь, что сегодня можешь себе позволить. “Её Величество Я” дала добро. Холодные губы втягивают в мокрый поцелуй с привкусом “жвачки со вкусом жвачки” - так мы её прозвали, нашу любимую. Первое, что мне очень нравится в тебе - холодные губы. Всегда. А ещё мягкие, податливые и бесконечно ласковые. Ты говоришь, что я стала плохо целоваться, почти не использую язык, а что раньше у тебя колени подкашивались от того, как классно мы целовались. Я с тобой полностью согласна. Даже не знаю почему так произошло. Видимо, ещё один барьер, который я поставила между нами. Но обойдёмся сегодня без него, сегодня снимем все барьеры. Да, один раз можно. Приподнимаюсь на носочках, чтобы обнять твою шею, другой рукой надавить на затылок и сделать наш поцелуй ещё ближе и крепче, ещё сильней. Ты совсем тихо стонешь, прижимаясь ближе всем телом, руками блуждаешь по моей спине, гладишь лопатки кончиками пальцем, а мне больше ничего не нужно. Я возбудилась ещё до твоего прихода, так что просто сделай мне хорошо. Какое эгоистичное желание. Игнорируя диван сажусь рядом, облокачиваясь спиной. Ноги уже раздвинуты, руки снимают твою футболку и всё, что есть под ней. Сначала целую в шею, затем ключицы, ниже до розовых сосков, уже вставших от возбуждения. Как и всегда ты покрываешься мурашками, в те редкие случаи, когда я сама предпочитаю ласкать тебя. Руки опускаю на ягодицы и с силой сжимаю - не знаю, почему мне так нравится. Ты болезненно ахаешь, но я знаю, что тебе в кайф всё, что я делаю с тобой. Языком тянусь к нежной груди, оставляя влажный след на ареолах, вокруг сосков, чтобы заставить их сильнее затвердеть. И это очень приятно не только тебе. В трусах уже пожар и влажность африканских джунглей. Пытаешься снять мою одежду, но я не даю, отводя руки тебе за спину, чтобы ладонями Опустилась на жёсткий ворс ковра и открыла мне полный доступ к груди и шеи. Красивые и в меру большие, не такие как у меня, но никогда не возникало мысли завидовать. Может, потому что считала, что они принадлежат мне, как и их хозяйка? В моём отношении всегда сквозил лишь эгоизм. Но сегодня я не хочу быть такой. Раскладываю прямо на ковре, удобно устроившись между твоих ног. Я не спец в доставлении удовольствия, но ставлю на то, что тебе важна сама суть моих стараний. Неумелые посасывания половых губ, руки на твоём животе, язык с напором двигается по твоему клитору, вокруг, ниже, спускаясь к текущей дырочке. Не думаю и вставляю туда горячий язык, двигаясь нарочно медленно, чтобы понять свои ощущения. Слышу твой приглушённый стон и требовательное движение бёдер навстречу ласкам. Всё просто потрясно. Хочется двигаться быстрее, поймать ещё один стон, почувствовать дрожащую ладонь на своём затылке. От желания слюней стало в разы больше и я заполняю ими всю твою киску, хаотично двигая языком, затем возвращаюсь к клитору. С силой стимулирую возбуждённое место, вызывая сорванные вздохи и выдохи. Становится очень жарко, мокро и пошло, в одежде тесно и нестерпимо хочется дотронуться до своих интимных мест. Ещё немного помучав тебя ужасными навыками отрываюсь от этой жаркой влаги. Тянусь к твоим губам и целую также влажно, дав почувствовать твой собственный вкус. - Раздень меня. - выдыхаю в губы. Движения очень бережные, руки дрожат и путаются в пуговицах юбки. В этих руках все твои чувства: любовь, забота, доброта, желание помочь и защитить от всего, отдать всё, что только пожелаю. На мгновение этот факт опять заставляет меня разозлиться. Я не заслуживаю такого отношения! Тем более от тебя. Цыкаю и в спешке сама снимаю с себя одежду. Каким-то неведомым способом уже оказываюсь под тобой. Я и не против. Тянусь к холодным губам, что теперь создают прекрасный контраст с температурой моих разгорячённых губ. Новая волна возбуждения пробивает до мозгов. Я со страстью толкаюсь в твой рот языком, заполняю всё пространство, не даю отдышаться и больно кусаю губы, чтобы подавить раздражение. Я делаю так с первых дней нашей встречи. Говорю, что просто люблю кусать губы, что отчасти правда, а отчасти просто так наказываю тебя за то, что встретилась с тобой и потеряла покой. - Не кусайся, больно же. Не хочу ничего отвечать. Не разговаривай со мной, просто заткнись, прошу. Снова целую, языком изучая так давно полюбившийся рот. Её пальцы скользят по моему животу, ниже, и задевают чувствительный бугорок. Стон, будто болезненный, срывается с губ очень громко, поднимая шкалу возбуждения до самого верха. Голой спиной падаю на ковёр, морщусь, закрывая глаза. Твои руки медленно и мучительно ласкают мокрую промежность, и мне остаётся только тихо всхлипывать, двигать бёдрами навстречу умелым пальцам. Как же это приятно. Чувствую прохладу на своём теле и открываю глаза. Губами обхватила вставший сосок, левая рука гладит живот, пальцы правой беспрепятственно входят в обжигающую глубину, а меня выгибает на сколько это приятно. Я всегда стонала громче, чем ты, без прикрас и имитаций. Может, это похоже на извращение, но мне нравятся мои стоны, они ещё больше раскрепощают и дают какую-то свободу. Сильнее развожу ноги в стороны и ты опускаешься к моему цветку, часто выдыхая воздух. Мурашки. Сейчас ты дотронешься до неё и я взорвусь! - М-м-м…-приглушаю свой стон, чтобы так сильно не “радовать” соседей, а ты пускаешься во все тяжкие. Быстрые пальцы с хлюпаньем двигаются в моей дырочке, язык творит неимоверные вещи, то надавливая, то ослабляя напор на горошину клитора. Потом долго кружишь вокруг, игнорируя мои просьбы ускориться, издеваешься, доводишь до пика. Пусть и не терпится, но мне нравится эта пытка. Отстраняешься, чтобы переключить внимание на пальцы. Если пальцами вообще можно затрахать, то именно это ты и делаешь: останавливаешь и шевелись ими только внутри, с силой раздвигая стенки влагалища, потом срываешься на бешеный темп, имитируя движения члена туда-сюда. Я знаю, какого это, и сказать, что сейчас менее приятно не могу. Потому что это очень приятно, так приятно, что вся спина уже саднит от трения об ковёр. Кладу свою руку на твою и помогаю двигать так, как мне нравится, не слишком быстро. Всегда удивлялась, откуда у тебя столько выносливости, так как знаю, что это очень тяжело - руки быстро устают. Снова чувствую твой язык, и сама начинаю двигать тазом, тереться возбуждённой киской о твой рот. Больше не могу терпеть. Всего на пару секунд придавливаю твою голову к пульсирующему клитору, замираю и кончаю. Я говорила, что мне много не надо. Бёдра дрожат как от холода, грудь ходуном от нехватки воздуха, приятное томление внизу взорвалось прекрасным оргазмом, унося за собой напряжённость прошедшего дня. - Ты быстро, - дышишь загнанной собакой, во рту пересохло, и стопроцентно онемел язык. Я остаюсь лежать на ковре, приводя в порядок дыхание, а ты встаёшь, скорее всего, попить водички. А как попьешь, твои губы станут ещё холоднее. Я поцелую их, как только ты вернёшься ко мне. - На диван не хочешь перейти? Отрицательно мотаю головой и тяну руки наверх, чтобы подозвать к себе. Садишься на мои бёдра, руками упираясь в ковёр по обе стороны от моей головы. Смотришь… Я уверена, в такие моменты ты хочешь услышать какие-нибудь нежные слова, розовые сопли о любви и подобную ересь. Хотеть не вредно. Вредно всегда надеяться на это, ждать, что всё-таки скажу. - Поднимись выше, - удивляюсь самой себе, обычно я после оргазма вообще двигаться не хочу, но сейчас не тот случай. Сегодня вообще всё не так. - Выше только твоё лицо. - Вот именно. Дай мне сюда. Вытаскиваю язык, когда нависаешь надо мной своей мокрой писей. Пальцами развожу твои половые губы, раскрывая заветное место. Медленно, самым кончиком, нализываю вокруг клитора, пачкаю всё обильной слюной, и кайфую от твоего сладкого протяжного выдоха. Оказывается, доставлять удовольствие тоже очень приятно. Смотрю прямо на тебя, а ты заметно напрягаешься. - Ты можешь расслабиться и опуститься немного пониже? Чего напряглась вся? - говорю тихо, поглаживая мягкие ягодицы. - Это как-то непривычно. Мы так никогда не делали…Ты никогда не делала… - Всё бывает в первый раз. Давай, опускайся. Колени медленно разъезжаются в стороны, а меня трясёт от нетерпения. Двигаюсь чуть вниз по ковру и сама достаю до куда мне нужно. Я снова вставила язык в дырочку, от чего она застонала громче, чем обычно, закрывая глаза и оставляя открытым влажный блестящий рот. Сказать, что она была мокрой, значит не сказать ничего. Её тягучие липкие соки стекали по моему подбородку вперемешку с моими слюнями. Как же мне нравилась эта влага… Я с усердием стимулировала её клитор большим пальцем, а языком и губами обсасывала нежные стенки на сколько можно, проталкиваясь глубже и дальше, задыхаясь от нехватки кислорода. Движения стали максимально быстрыми, стоны значительно громче. Я снова потекла. Вскоре язык совсем перестал слушаться и мне пришлось отстраниться, чтобы передохнуть. - Как ты это делаешь… Так долго… Ха-а а… Щас помру… - язык совсем не слушался. В такие моменты я завидовала её умениям. - Не надо, раз устала. -приподнимается, собираясь слезть с меня. - Куда-куда? - пришлось ухватиться руками за её талию, чтобы предотвратить это бегство. - Ты вечно всё сама делаешь, даже шанса попрактиковаться мне не даёшь. - Меня и так всё устраивает. Главное, что тебе хорошо. Пиздец, как же меня это бесит. Какая же ты дура! Ну почему ты так меня бесишь? Ничего лучше не придумав, резко засаживаю в неё сразу три пальца, двигая внутри со всей силы, что у меня была. - Заткнись! - вырывается с шипением. Преданная ласковая девочка сильно стонала, насаживаясь глубже, просила повторить ещё. Я вовсю целовала её бутон, ласкала и вылизывала каждый миллиметр, продолжая яростно двигать пальцами. Я хотела сделать так, как нравилось мне, потому что по-другому я не знала и не умела. Чтобы сделать задуманное я решила поменять пальцы: большой палец аккуратно втиснула в жаркую глубину и с силой надавила на стенку, что была ближе к анусу. Дальше нужно было двигаться неторопливо, массирующими движениями, не вытаскивая пальца. Если сделано всё правильно, то ей должно стать хорошо. - Даа… Мммхааа… Вот, значит всё верно. Ей тоже так нравится. Сил у меня оставалось уже немного, поэтому нужно было действовать настойчивее. Я снова нырнула во влажные губы, языком отыскав бугорок, что заставит её кончить. Палец неустанно массировал стенку дырочки, средняя фаланга для удобства скользнула между ягодиц, задевая кольцо ануса. Это тоже неплохая идея. - Хочешь, я вставлю туда? - Делай… что хочешь… Вставлять я, конечно, не собиралась. Так, только потрогать и погладить, лишним это явно не будет. Сложно совмещать все движения, чтобы делать их одинаково приятными, но то ли я быстро учусь, то ли просто она уже не могла терпеть. Это был почти крик, громкий и срывающийся голос прорезал тишину хрущёвской общаги. И я даже испугалась, а ты резко прикрыла рот руками и вжалась своей киской мне в лицо, продлевая ощущение оргазма, и выстанывала последние искры удовольствия сквозь закрытый рот. Буря прошла, а ты всё дрожала и подрагивала, с шумом дышала мне на ухо. Я тоже восстанавливала дыхание, рисуя на твоей спине незамысловатые узоры. Меня больше обрадовал твой оргазм, чем свой собственный. Это значило, что я хоть что-то сделала для тебя, хоть чем-то отплатила за все свои многочисленные удовольствия с твоей стороны. - Что ты там такое пальцами делала? Мне очень понравилось. - Не знаю. Попробовала, что делали когда-то мне. - М-м-м… - Встать с меня не хочешь? Ты вообще-то больше меня, если не забыла. - Нуу, киииить. Подожди чуть-чуть, дай отдышаться. - Отдышись без меня, дай вылезу. Не без сожаления она покинула мои объятья и завалилась рядом, уткнувшись носом в плечо. - Я взяла ту штуку, что мне подарили. Не хочешь попробовать? - спросила почти восстановшимся голосом. - Почему на мне? - Я уже пробовала. - С кем? - А что, ревнуешь? - Люди ревнуют, только когда что-то чувствуют. - ну вот кто меня опять за язык тянул? Ну неужели сегодня нельзя было сделать всё по-человечески, а? Просто промолчать, блять, и не напоминать ей в очередной раз, что она для меня типо никто. Мне опять стало противно от себя, но обнять или извиниться у меня не хватало смелости. Просто урод. - Ясно… Она встала и пошла рыться в портфеле. Вернулась быстро с розовой чудой в руке под названием вибратор. Это наши общие подруги подарили ей на день варенья. Уже тогда я знала, что мы испробуем его. Ну конечно, для нас ведь и покупали. Потому что вопреки тупому вопросу, была в курсе, что больше она ни с кем не спит. По крайней мере пока. Пока башню рвёт от первой безответной любви… - Ну так что? - и смотрит почти не обиженным взглядом. Я знаю, что задела её за живое, очень сильно задела, специально. Но она слишком довольная сейчас, чтобы опять загрустить из-за этого. Я устала что либо отвечать и безвольно раздвинула ноги, молча приглашая продолжить. - Смазка нужна? - Я по-твоему недостаточно мокрая? - удивлённое. Я и правда удивилась, ведь всегда обильно текла, что можно было самой нацедить баночку первоклассной “живой” смазки. Так сказать, натур продукт! Кхем… Шутки в сторону. - Просто вставляй. Я прикрыла глаза, чтобы полностью отдаться ощущениям, но ощущения что-то не приходили. Глаза пришлось открыть. Лицо напротив улыбалось и было очень близко. Сердце куда-то ухнуло и оставило меня одну на растерзание нахлынувшим чувствам. - Ты чего? Если хочешь поцеловать, то целуй. - Да нет. То есть да… Ну, то есть я хочу, только не поэтому так смотрю. - А почему? - Мы сегодня с тобой ни капли алкоголя не выпили. - и лыбится так искренне, что я даже начинаю недоумевать. - И что тут такого? - Ну блин…Мы же всегда пили что-то, а потом только занимались этим. Я думала, ты без этого расслабиться не можешь, но сегодня ты прям вах… Я задумалась. Почему мы всегда пили? Я даже не знаю. Сначала это действительно было так: секс с девушкой был непривычен, а секс с человеком, которого знаешь всего пару недель, так вообще сплошная неловкость. Но я вполне могу обходиться без этого - так даже лучше. - Ну сначала нужно было для расслабления, а потом…Привыкли, наверное. Ты же не думала, что я без бухла не могла с тобой возбудиться? Странное молчание навело на мысль, что именно так она и думала. - Ты что, совсем ку-ку? Даже смешно. - я искренне рассмеялась. - Чего смешного? А ты бы что подумала, когда тебя каждый раз просят купить бухла, тем более водку! - Да… Но я не просила. Это ты предлагала, а я не отказывала. Думала, раз спрашиваешь, значит тебе это нужно. - Нет! - Ну дуры мы, что ещё сказать? Продолжить не хочешь? Мне завтра на работу. Раздражение медленно поднималось по венам. Снова. Я не понимала, почему такие незначительные вещи волновали её. Хотя кому я вру, всё я понимала. Все её намёки, взгляды, касания. Я всегда видела, чего она от меня хочет и ждёт, но предпочитала оставаться равнодушной. Когда так долго прикидываешься непонимающей, на многое начинаешь закрывать глаза. Потому что так проще. Я заставила себя вынырнуть из глубоких раздумий - такая искренность приводит не к очень хорошим результатам. А сейчас я должна насладиться всеми прелестями резинового изделия. - Чего ждёшь? - Ничего… Тянется к губам и целует. Очень-очень нежно, так нежно, что я, кажется, сейчас окажусь на воздушных облаках, где маленькие ангелочки поют оду всем влюблённым идиотам вселенной. Не нужно мне этой нежности, поэтому снова кусаю её нижнюю губу, перехватывая инициативу. Мы сейчас не на свидании. Она поняла мою смену настроения, и оторвавшись от губ спустилась вниз, пальцами проверяя на сколько я мокрая. Видимо, достаточно, раз так бесцеремонно вставила в меня эту хуйню без каких-либо предупреждений. Неужели разозлилась? Я почувствовала знакомую заполненность, но ничего более сверхъестественного, пока она не нажала на кнопку. Не сказать, что это был рай на земле, но возбуждало немало. По частым и грубым толчкам я поняла, что она и правда разозлилась. Но я была даже не против. Молчать больше не было сил, когда она всё глубже и глубже толкала этот несчастный вибратор в мою податливую дырочку. Я потянулась вниз, чтобы поласкать себя, но меня грозно шлёпнули по руке. Как скажешь, родная. Дальше было очень жарко и приятно. После долгого траха я уже была готова умолять её вылизать меня, но гордо ждала своего часа. И вот снова прохладные губы коснулись верхушки клитора, выцеловывая разгорячённый орган. Легкое касание, а я уже улетела в космос. От усталости хотелось поскорее кончить. Толкаюсь вперёд и трусь заветным местом о её язык и губы. В вагине пошло хлюпает резиновый член, вибрирует, напрочь выбивая из меня все нормальные мысли. - Бляять…Ещё…Быстрее… И ты послушно ускоряешься, сама тихонечко поскуливаешь от возбуждения. Твой язык мечется на моём клиторе, увеличивая скорость. Нажимаешь, расслабляешь и снова давишь. Я уже на пределе хватаю твои волосы, с силой сжимаю голову бёдрами не давая отстраниться. Это заводит ещё больше. Непонятный грубый порыв и я кончаю громко, не заботясь уже ни о чём. В комнате слышны только твоё загнанное дыхание, мои послеоргазменные всхлипы и мычание. Я опять пустила слезу - это часто случалось, когда удовольствие захватывало меня с головой, когда было слишком приятно и развратно. Я не успеваю опомниться, как ты переворачиваешь меня на живот и снова вставляешь, наваливаешься сверху, не давая вылезти. Толчки быстрые и глубокие, а я слишком чувствительная после двух оргазмов. А ещё уставшая. Но это не мешает мне оттопырить зад и насаживаться до конца. Твои пальцы снова на моём клиторе, не дают отдохнуть, снова доводят до непонятно какого состояние. - Х-хватит блин… Я устала и больше не кончу. - Ещё один раз. Давай. - сорванный шёпот в шею, ты уже тоже устала. Начинаю хныкать от возбуждения, которое никак не хочет выйти. Накрываю твою руку и помогаю дрочить себе. Колени саднят, в горле пустыня, очень хочется упасть и лежать, что я и делаю. Падаю на ковёр, вытаскивая твою руку из под себя. - Просто… двигай… я сама додрочу… - говорить тяжело, думать так вообще подавно… Прислоняюсь щекой к грубому ворсу и начинаю двигаться на собственных пальцах, ускоряя темп. Оргазм приходит быстро и ярко, что хочется заорать, но я утыкаюсь в пол и снова начинаю дрочить, прошу тебя не останавливаться. И двигаюсь, двигаюсь, двигаюсь. Зачем? Чтобы потом моментально уснуть и ни о чём не думать? Так не получится, ведь завтра ты опять проснёшься, дура. Сколько прошло времени я не знаю. Помню только, что кончила ещё два раза, а после валялась на том же ковре и рыдала сама не зная почему. Видимо, слишком много эмоций. - Ну хватит уже, завтра вся красная будешь. - ты лежала головой на моём животе, гладила ноги, пока я тихонько всхлипывала. Я успокаивалась. Уже можно было спрашивать. - Расскажешь, как у тебя дела?