Всего лишь пранк

— Ребят, а давайте Юнги пранканём? — предложил Хосок. Рядом сидящие мемберы переглянулись. Обычный день, ничего не предвещающий. Они в пятером сидят в общаге. Тэхён на студии, у него там куча дел. А сам Юнги, с начала был со старшим, но потом решил не мешать и пошёл домой. Сейчас он в игровой на втором этаже, играет в приставку. — Думаешь? — неуверенно, спросил Джин. — Конечно, хён, будет круто. Отомстим ему за все пранки над нами. — сказал Хосок и похлопал в ладоши сделав хитрое лицо. — Так что, вы согласны? — Я за любой движ, тем более, отомстить Юнги-хёну мы обязаны. — согласился на предложение, макнэ. — Всеми руками. — поддержал Чимин. Остались Намджун и Джин. Они вдвоем переглянулись. — Я тоже. И с Чонгуком полностью согласен. Уверен будет круто. — согласился лидер. — Ну, мой голос и так ничего не решает, но я тоже в деле. — пожав плечами, вынес вердикт Джин. — Отлично. Все согласны. — Хо, а ты уже продумал план действий, сам пранк? — спросил Намджун. — Обижаешь. Конечно! Я уже всё спланировал. — ухмыльнувшись, сказал Хосок. — Так просвети нас в этот план. Мы же должны знать. И каким образом мы его пранковать будем? — сказал, нахмурившись Чимин. — Как раз собирался это сделать, Чимина. — похлопал младшего по плечу. — Пранковать мы его будем «изменой». И как вы понимаете, здесь нам поможет Тэхён-хён. — Хён? — в один голос произнесли пятеро, испуганно переглянувшись между собой. — Хоби! Хён же убьёт нас, если узнает. А, тем более, если Юнги заплачет. Как ты собираешься его задействовать в этом? Он же точно не согласиться ни за какие деньги. — взволнованно посмотрев на каждого, спросил Чонгук. — Не волнуйся, Чонгу. Не убьёт он нас. А без хёна, лучшего пранка для Юнги не придумать. Всё хорошо будет, расслабься. — похлопал макнэ по плечу. — Давайте я лучше, наконец то, вам план расскажу. — все согласовано кивнули и Хосок начал.

***

— Хо, командуй. Как мы действуем и кто, что делает? — спросили ребята, после того как Хосок рассказал про план. — Окей! Короче, Джин-хён, ты договорись по поводу ресторана и того, чтобы поставили на столик всё нужное и прочие детали. Намджун-хён, ты как самый толковый, займись планом «как заманить Юнги туда». А мы с Чонгук и Чимином позаботимся о том как заманить туда хёна и об остальном. И да, я позвоню Чеён. — Будет сделано. — проговорили все и принялись выполнять свои поручения. Джин принялся звонить стафф и просить их арендовать ресторан на часика два. Намджун пол часа сидел и думал как заманить туда Юнги и так, чтобы тот не подумал не о чём лишнем и ничего не заподозрил. Хосок же сразу принялся звонить Чеён, чтобы договориться с ней, вдруг та занята сегодня или вообще не захочет. — Да, алло? — Чеён, привет! — Привет, Хосок. Давно не общались. Чего звонишь? Просто так? — Нет, не просто так. Предложение есть. — Я вся во внимании. — Мы тут с ребятами хотим пранкануть Юнги, за его пранки и нам нужна твоя помощь. — Я совсем не против вам помочь. Только, в чем моя помощь заключается? — Ты же знаешь как он с начала переживал по поводу вашей с Тэхён-хёном дружбы. Так вот, я подумал, что это — прекрасный повод для пранка. Хоби рассказал о всём, что она должна будет сделать. И весь основной план пранка. — Хорошо Хо, я согласна. Буду ждать звонка как узнаете когда сможет Тэхён прийти. — Да, спасибо тебе большое. Пока. — Не за что. Пока. Он завершил вызов и дал пять Чонгуку с Чимином. — Хорошая работа. — засмеялись. — Рано радуетесь. Хён, вообще-то, ещё может и не сможет прийти. — сказал, сидящий не далеко на диване Намджун. — Ну да, ты прав, хён. — согласился Хосок. — Нужно ему позвонить. Начал набирать нужный номер и пошли гудки, вскоре взяли трубку. — Алло. Чего надо, Хосок? — Привет, хён. Тут такое дело… мы решили поужинать всем вместе в ресторане. Ты обязательно должен быть. — Не вижу в этом смысла, у меня есть дела и поважнее того, что можно сделать в любой другой день. — Ну хёни, пожалуйста, один раз, только сегодня. Очень важно. — Господи, что мне с вами делать? — вздохнув, проговорил Тэхён. — Ладно, я прийду. Через час подойдёт? — Да, да подойдёт. Спасибо большое, хёна. Ты лучший. — радостно воскликнул и они с Чоном и Чимом обнялись. — Ага. Всё, мне нужно закончить. Если всё сказал, то пока. — даже не дослушав, сбросил вызов. Через пол часа, ребята поехали в ресторан проверить готовность. Там уже был Джин. Юнги же, по плану, Намджун должен позвонить за пятнадцать минут до встречи. Приехав на место и зайдя внутрь, ребята увидели: полностью накрытый столик, Джина рядом стоящего и разговаривающего с официантом. Через пару минут приходит Чеён. Они обговаривают с ней её действия и репетируют даже, потом, пришёл черёд звонить Юнги. — Алло, Джун, привет. — Привет, Юнги-хён. Ты можешь через пятнадцать минут подойти к ресторану *название*? Мне нужно кое что с тобой обговорить. — Конечно. Хорошо, я прийду. — Спасибо, хён. Можешь, если я буду опаздывать, подождать внутри. — Хорошо. Пока тогда. — Спасибо, ещё раз. Пока. Вот, Юнги, ты и подписал себе смертный приговор.

***

Пришло время, ребята заняли свои места. Чеён села за столик, который был накрыт на двоих. По средине стояла свечка, ваза с одной розой и шампанское красное. Чеён же, была в красном платье, специально надела для реалистичности. Через пару минут, ребята видят Тэхёна направляющегося к ресторану. Он открывает дверь и заходит внутрь. И ребята замечают Юнги, который видит старшего, направляясь в том же направлении. Увидев Чеён, Тэхён удивляется и подходит к столику, где сидит девушка. Она встаёт и мельком смотрит на Юна, чтобы убедиться, что он увидит. Младший уже подошёл к ресторану и решил зайти, узнать, что здесь делает Ким, который сказал ему, что будет работать до ночи. Заходя, он видит не самую лучшую для себя картину. — Чеён? Что ты здесь дел… — не успевает договорить Тэхён, как она, вдруг, подаётся вперёд и обнимает его руками вокруг шеи. Увидев это, Юнги остановился в проёме двери и в шоке смотрел на происходящие, уже не в силах сдержать слезы. Не успевает Тэхён отойти от шока, как Чеён целует его в щеку. Уже после этого действия, Мин больше не в силах это терпеть, окончательно расплакался, рука, которая держала дверь открытой, соскальзывает, от чего та закрывается с громким хлопком. Он очень хочет убежать, честно, но ноги на миг стали ватными и не слушались его. Юнги лишь стоял несколько секунд и глотал слезы. Услышав хлопок, Тэхён, наконец, приходит в себя, отстраняет Чеён недовольно на неё посмотрев и поворачивается туда, откуда и слышал шум. Заметив стоящего возле двери, Юнги, зарёваного, он понимает, что младший всё это время видел всё, все действия девушки. Только мужчина хочет что-то сказать или подойти, как Юн срывается с места, наспех открывает эту, грёбаную, дверь и бежит куда глаза глядят, лишь бы подальше от сюда. Тэхён тут же реагирует и выбегает за ним. Младший бежит в неизвестном для себя направлении и продолжает плакать. Ким всё зовёт его, просит остановиться, но всё напрасно. Юнги как будто под воду опущенный, слышит собственный голос, собственные рыдания, но окружающие совсем не слышит, либо же очень плохо. Увидев, что Юнги бежит к дороге, Тэхён пугается и причем откровенно так. Он кричит, просит остановиться, вновь, но реакции ноль, абсолютно. Благо, дорогу Юн перебежал удачно, машин на счастье не было.

***

Забежав под мост, Юнги рухнул на каменистую землю, раздирая коленки до крови и ещё громче начал плакать, крича, срывая голос и пальцы в волосы запуская, остервенело оттягивая их и чуть ли не выдирая. Настолько больно ему ещё никогда не было, сердце будто ножом режут. Ему абсолютно плевать, что он сидит под заброшенными останками моста, которые могут обвалиться прямо на него, возле которых, такая же заброшенная — железная дорога. Ему абсолютно плевать на то, сколько убийств здесь произошло. Их было больше десятка, но ему обильно плевать на это. Плевать, что здесь водятся наркоманы и алкоголики, псих больные, жизнью искалеченные и ненормальные насильники. У него истерика, которую он не хочет, чтобы кто-то слышал, ведь, будут подходить, спрашивать: «всё ли хорошо», чего ему не нужно. Он хочет побыть один, где никто его не услышит, не найдёт и не узнает, если что-то случится. Не узнают, если он с собой что-то сделает. Не узнают, если на него обвалиться мост. Никто не узнает, потому что территория заброшенная, сюда никто столетиями не ходит. И, если что-то обрушиться, никто эти куски бетона разбирать не будет, ведь кому это нужно? Здания старые, каждый день да что-то обваливается. Хочется просто сделать что-то с собой, чтобы не чувствовать такую ужасно-сильную боль в сердце. Никогда Мину настолько плохо не было. Юноша продолжает сидеть на коленях, сильно тянуть волосы в стороны и рыдать в пустоту. Он и подумать не мог, что человек, которого он так сильно любит, способен на такое. Так подло и ужасно поступить. Но, почему то, Юнги, хёна совсем не ненавидит, продолжает всё также сильно и безоговорочно любить, как прежде, не на капельку меньше не стала его любовь к нему. Это заставляет ещё громче плакать. Но младший настолько забылся, что не подумал, что в этих местах могут водиться те самые убийцы или бомжи. В чём, собственно, его огромная ошибка.

***

Когда Тэхён успел отстать от Юнги или, вообще, потерять его из виду, он не знает. Наверное, тогда, когда его самого чуть не сбила машина, когда он бежал за младшим и ему пришлось выслушать лекцию от какого-то мужика, который не сильно старше его, но в конце, Ким его послал и побежал искать Юна. Тот бесстрашный мужчина, наверное, не узнал его, ведь, на улице уже достаточно темно, что ещё больше заставляет волноваться Тэхёна. Уже порядком часа, он блуждает по улицам, но не может никак найти того, кого ищет. От чего, злость просто всё больше и больше накапливается. Заставляет проклинать всех и вся, и уж тем более — самого себя. По прошествии ещё полу часа, мужчина вспоминает кое что, что от волнения совсем забыл. Тэхён набирает офисный телефон стаффа и материться, пока слышит бессчётное количество гудков и, наконец то, трубку поднимают. — Алло, господин Ким, здравствуйте. — Ага, привет. Срочно, отыщите мне номер Юнги по геолокации. НЕМЕДЛЕННО! — кричит в телефон, не сдержавшись. С другой стороны слышится копошение, ещё несколько голосов, голос парня, которому Тэхён позвонил. — Конечно, сейчас. Чан, быстро найди геолокацию телефона господина Мина. Спустя пару минут ожидания, они нашли. И то, что они увидели на компьютере, их повергло в шок. Телефон Юнги находится совсем недалеко от дороги, которая ведёт к заброшенному мосту, нескольких зданий и железнодорожной станции. — Господин Ким, мы нашли телефон, только он лежит в переулке, недалеко от дороги, которая ведёт к заброшенной железнодорожной станции. — от увиденного у паренька, даже голос дрогнул. Тэхён же надеялся на лучшее и, что Юнги не там. — Так, хорошо. Позвони в полицию, или кто там отвечает за уличные камеры наблюдения и посмотри куда Юнги побежал. — Хорошо, будет сделано, господин Ким. Я перезвоню вам, как узнаю. — Ага, пошевеливайся. — сбросил вызов. Сам же Тэхён побежал к тому самому переулку, надеясь, что Юнги будет где-то там. Оказавшись на том самом месте, надежды Тэ в крах разбились, юноши здесь нет, но валяющийся на асфальте его телефон, старший замечает и подойдя, поднимает его, осматривая и понимает, что он либо выпал, либо тот его выкинул, ведь экран разбит и есть небольшая вмятина с другой стороны. Побродив по переулку ещё пятнадцать минут, в совсем нелепых, по мнению Кима, попытках найти Юна, наконец раздается звонок. Первый быстро достаёт его из кармана и отвечает. Паренёк сообщает, что он посмотрел записи с камер и Юнги, действительно, побежал по дороге, к заброшке. Также, говорит, что удалось найти некоторые, ещё целые камеры из самой заброшки, где, хоть и плохо видно, но видно, что Мин повернул потом на лево, от самой станции, находящейся с правой стороны. Тэхён благодарит его за проделанную работу и до того, как тот успевает спросить: «вызвать ли туда полицию?», сбрасывает вызов. Недолго размышляя, Ким посылает всё нахуй и не задумываясь, поворачивает к той самой дороге и бежит по ней.

***

— Мда, ребят. Мы по ходу реально переборщили. — потирая затылок, произносит Хосок. — Конечно, а я говорил тебе. Я предупреждал тебя. Но вы, как всегда старших не слушаетесь, вам только ваши пранки и нужны, а на остальное плевать. — сложив руки на груди и нахмурившись, сказал Джин. — Нафиг я вас вообще послушал? Теперь, хён и на меня будет злиться. — Хён, не разводи тираду, я тебя прошу! Не будет Тэ-хён злиться, Юнги поплачет и успокоиться. — закатив глаза, вынес вердикт Хо. — Вы как хотите, но раз Тэхён-хён не берет трубку, я позвоню стаффу и узнаю, может они знают что-то. — отошёл на кухню, набирая номер. За прошедшие два с половиной часа, они вернулись в общежитие и Чеён поехала с ними, чтобы потом извиниться перед Юнги. — Хо, мне кажется в какой то мере Джин-хён прав. — Ой, Чимин, ей богу. Он просто накручивает, это всего лишь пранк, что может случиться? — удобнее расположившись на диване, взяв сок и закинув ноги на столик, сказал он. Через пару минут, к ним прибегает Джин, заплаканный и начинает кричать на Хосока. — Я значит тираду развожу, да?! Придурок! Стафф сказали, что хён недавно им звонил, просил найти геолокацию телефона Юнги! Знаешь, где она находится?! Возле дороги которая ведёт к заброшенной железнодорожной станции! Ещё, хён просил их посмотреть по уличным камерам, куда он побежал! Знаешь куда?! На ту самую, станцию! — всё это, Джин кричал чуть ли не на весь дом. Ребята от услышанного, перепугались, а Хосок подавился апельсиновым соком, тут же, вскакивая с дивана и ставит его на столик. — Что?! — Всего лишь пранк, да? Тирады значит? Да я тебе такую, одну сплошную тираду устрою! — Джин замахивается на него, но не бьёт. Чонгук подбегает, хватает самого старшего из присутствующих за руку и отводит немного, сажая на кресло. — Хён, успокойся, всё хорошо. — поглаживая по плечу, проговорил макнэ. — Да как тут успокоиться, с этим пранкером маменькиным? Ничего хорошего не вижу. — Джин-хён, а стафф не сказали, хён побежал за ним или нет? — тоже подойдя и приобняв его, спросил Джун. — Сказали, что не знают, хён вызов сбросил. — чуть успокоившись, ответил он. — Ты не знаешь хёна? Конечно же, он побежал туда. — Не волнуйся, Джин-щи. Всё будет хорошо. — присоединился к ним, Чимин. — Да я за хёна не волнуюсь, а вот за то, что он может кого-то там убить и за Юнги, который может успеть пострадать, волнуюсь, очень даже. — Я вызываю полицию и на всякий случай скорую. — почти прокричал Хоби.

***

Тэхён бежит по назначенному маршруту оглядываясь в поисках Мина, но решает не кричать, чтобы не привлекать внимание, если здесь кто-то есть. Лишние проблемы ему сейчас не нужны. Пробежавшись по территории станции, Ким никого и ничего не находит. Но вдруг слышит чей-то голос и плач. Он тут же срывается с места и бежит туда, откуда это доносится.

За пятнадцать минут до этого:

Юнги никак не может успокоиться. Только пять минут назад ему показалось, что он выплакал все слёзы, но он до сих пор продолжает плакать. Голос окончательно был сорван, одежда вся порвана, на голове не прическа, а как будто гнездо, лицо заплаканное, опухшее, глаза красные от слёз. Минут десять назад он словил паническую атаку. Как он это понял? В груди начало очень сильно болеть, голова закружилась, но всё довольно быстро прошло через минуты три. Сейчас он сидит на земле под тем же самым «недо мостом», обнимая руками разбитые коленки, продолжает плакать. Вдруг подняв голову он видит силуэт. В любой другой бы день он испугался бы и попытался убежать, но сейчас ему настолько плохо, настолько он разбит, что ему ничего не хочется, лишь бы сдохнуть поскорее. И тем более, если бы даже он попытался убежать, у него бы ничего не получилось, из-за кровоточащих коленных чашечек. Возможно, они сильно болят, возможно, корни волос тоже очень сильно болят, от того как сильно он их тянул, возможно, всё тело болит, но он не чувствует, не чувствует физической боли. Чувствует только моральную, настолько сильную и невыносимую. Он до сих пор любит, до безумия любит своего хёна, тем более не хочет верить в произошедшее и увиденное ранее. Юноша очень хочет вернуть время назад, очень хочет вернуть те моменты, когда они просто сидели в комнате и обнимались или целовались. Это — были лучшие моменты его жизни и он до безумия сильно хочет их вернуть, вернуть своего любимого хёна, чтобы он был с ним, обнимал, целовал, говорил всякие милые и не свойственные для себя вещи. Всё хочет вернуть. Но он в этой, чертовой, серой реальности, а не в сказке про «спящую красавицу», где уснёшь и тебя разбудит своим поцелуем прекрасный принц. Именно из-за этого, этот темный и мутный силуэт приближается к нему всё ближе и он ничего не может поделать, кроме как продолжать плакать. Силуэт всё ближе и ближе. А когда подходит совсем близко, Юнги не слышит его, в ушах неприятный писк, откуда то появившаяся перед глазами муть, из-за бесконечных слёз. И когда этот мужчина подошедший, касается его, Мин вскрикнул и больно ударил его по руке. Тот что-то сказал и ожидаемо разозлился, уже больно хватая за локоть и швыряет спиной на землю. Юн ударяется прямо о рейки. В следующую секунду, неизвестный с начала присел на корточки возле него, осматривая, а после опять хватает и швыряет к бетонной балке, разворачивает спиной и к себе прижимая. Юнги понимает, что тот собирается делать и пытается отодвинуться, отстранить его от себя, вырваться или, хотя бы ударить, больше прежнего расплакавшись, что у него получается, но это только усугубило ситуацию, чем помогло. Мужчина рычит и остервенело начинает снимать с него одежду. Стягивает шорты, кофту задирает, стягивает и боксеры следом. Прорычав ещё раз, незнакомец сжимает ягодицы Мина и входит в него, без подготовки до половины. Что-то произнеся, наверняка пошлое, он входит полностью. Юнги воскликнул и громче начал плакать, умоляя дрожащим и сорванным голосом: отпустить его и прекратить. Но тот не реагирует, лишь бьёт его по ягодицам и начинает двигаться, набирая всё больший темп. Юн, лишь ревёт и пытается вырваться, но всё без толку, это только хуже делает и тот только ускоряется, утробно стона и не намереваясь его отпускать. Минут через пять, юноша уже несдержанно ревёт, ему очень больно и, тем более, противно и неприятно, а мужчина не останавливается, рукой рот уму затыкая. Как вдруг незнакомец падает на те самые шпалы, его кто-то начинает быть по лицу. Из носа начинает течь кровь, губа разбита, темные синяки под обоими глазами. Юнги не понимает, что происходит, перед глазами до сих пор пелена от слёз, он руками упирается в бетонную стену за спиной и вдруг слышит голос… Тэхёна?! — Мразь, да как ты, сука, посмел его трогать, как посмел к нему прикасаться? Ублюдок! Сдохни тварь! Сдохни! — яростно проговаривает он, не прекращая избивать незнакомого. Заламывает его руку за спину и тянет вниз, от чего тот громко вскрикивает от боли. Ким бьёт его коленом в живот несколько раз, бьёт по самому больному мужскому месту. Незнакомец не прекращает кричать и выть от боли. Швыряет в ещё одну бетонную балку, тот ударяется прямо головой и вскоре, проступает кровь и он теряет сознание. Но Тэхён на этом не останавливается и продолжает бить потерявшего сознание, не щадя. Тэхён не промах, у него мускулистое тело, пресс есть не малый, он в замечательной физической форме и явно, раза в четыре превосходит незнакомца. Слегка увлекшись, до старшего доносится стон боли Юнги и он отшвыривает бездыханное тело на рельсы. Повернувшись, видит как младший падает не в силах стоять и подбегает к нему, обнимая одной рукой за талию, удерживая, чтобы тот не упал, а второй натягивает обратно боксеры, шорты и поправляет футболу. — Котёнок, прости меня! Прости меня пожалуйста! Прости! Я очень виноват перед тобой. И прости, что опоздал и раньше не нашёл тебя. — обнимая не сильно и успокаивающе поглаживая по спине, говорит он. Услышав такой родной и такой любимый голос, Юнги опять плачет навзрыд и жмёться к старшему, как к спасательному кругу, хоть и всё тело ужасно болит. Через пару минут, Мин более менее успокоился, как чувствует, что начинает задыхаться, не понятно от чего, в груди опять начинает сильно болеть, а в глазах темнеть и он теряет сознание. Тэхён не даёт ему упасть, перепугавшись поднимает на руки и бежит к дороге. Вдруг слышится полицейская сирена и вместе с ней скорой помощи.

***

— Доктор, ну что? Как он? — встав, спрашивает у подошедшего к нему врача. — Все, более-менее нормально, господин Ким, ничего серьезного. Небольшие ушибы, царапины, ссадины, синяки. Всё обошлось, но он порван. Первые дни там может сильно болеть, иногда может кровоточить, поэтому не пугайтесь. Я выпишу специальную мазь, нужно будет, чтобы или он сам мазал, или же, вы. Но вы проконтролируйте, чтобы господин Мин не забывал и не пропускал. — говорит врач. — Конечно, обязательно. А, что по поводу того, что он начал задыхаться? — спросил Тэхён. — По поводу этого, он словил паническую атаку из-за этого и потерял сознание. Сегодня ему нужно будет пару часов, даже ночь долежать у нас, для точного обследования. Думаю, уже утром, часов в десять мы сможем его выписать. — Хорошо, я понял. К нему можно? — Он сейчас отдыхает, ненадолго могу пустить вас. — Спасибо большое, доктор. — Не за что, господин Ким. Тэхён направился к палате и заглянув увидел, что Юнги лежит на койке с закрытыми глазами. Замечает несколько капельниц, прикрепленных к рукам. Он заходит, тихо закрывает дверь и садиться на стул, поставив его ближе к койке и берёт чужую ладошку в свои, поглаживая и немного наклонившись, целует её. Мин приоткрывает глаза, проснувшись. Увидев Тэхёна, хочет сесть, но не может, появляется резкая боль и вскрикнув, он скривился. — Малыш, лежи, не вставай. — тот кивает и укладывает голову обратно на подушку. — Как ты? — спрашивает, поглаживая большим пальцем тыльную сторону руки. — Не очень. Больно очень. — тихим и слабым голосом, проговорил он. — Доктор сказал, что несколько дней будет болеть. Прости! — Хён, прекрати извиняться. Ты не в чем не виноват. — Нет, виноват! Я должен был среагировать на поступок Чеён, дать тебе понять, что я не хотел, чтобы она меня обнимала так или целовала. Я честно не знаю, что на неё нашло, но думаю в этом замешаны эти долбоёбы. Они там были и они меня позвали туда, на какой то ужин. Поверь мне, если можешь, крох. Я бы никогда с тобой так не поступил. Клян… — Юнги его перебивает, не давая договорить. — Хёна, я верю, честно. По крайней мере очень надеюсь, что это правда ребята затеяли. Мне самому Намджун позвонил, попросил прийти к тому ресторану, сказал: важный разговор есть, что я могу если что, подождать его внутри. — еле как, но ему удается это выговорить. — Намджун? Он с ребятами внутри был! — задумавшись, сказал он. — Вот, суки. — зло проговорил он и несильно сжал чужую хрупкую ладошку. Юнги не успевает ничего сказать как раздается звонок. Тэхён отстраняет одну руку от Миновой и достаёт свой гаджет из кармана. — Алло. Джин? Что такое? — Хён, наконец то. Вы где? Всё в порядке? С Юнги всё хорошо? Стафф всё мне рассказали. — Нет, не всё хорошо. Мы в больнице. Особого желания с вами всеми сейчас разговаривать нет, абсолютно. Это всё, что ты хотел? — явно, недовольно проговорил старший, не скрывая злости. Мин это всё видел, слышал и окончательно убедился в правдивости слов хёна. — Нет, хён, подожди. Дай мне, пожалуйста, поговорить с Юнги, конечно, если можно, я должен ему кое что сказать. — Это настолько важное, что ты не можешь подождать? — Да! Это очень важно, хён. — Хорошо, ладно, но, только хуже не сделай и быстро, ему нужно отдыхать. — Конечно, хён, это много времени не займет. Тэхён вздыхает и переводит взгляд на младшего, который тоже на него смотрит. — Юнги! Джин хочет с тобой поговорить. — выдохнув, он протянул Мину телефон. Тот чуть наклонился, но тут же рухнул обратно. Тэ перепугался и подвинулся ближе, прислонив телефон к его уху и тот уже поднял одну руку и кое как держал его. — Да, Джин-хён, привет. — Ох, Юнги, дорогой, привет, я очень рад тебя слышать. Ты как? — Ну, более менее. О чём хотел поговорить? — Слушай, тут такая ситуация. Ты не обижайся на хёна за то, что видел в ресторане. Он ни в чём не виноват, он сам не знал. Это всё — идиотская идея Хосока, придурок, захотел тебя пранкануть и мы, как идиоты согласились. Чеён он тоже подговорил и заранее придумал весь план. Прости меня, пожалуйста, Юнги. — Хён, прекрати, всё хорошо. Спасибо, что рассказал. И на хёна, я тоже не обижаюсь. — последнюю фразу, проговорил ещё чуть тише. — Хорошо, я рад. Ладно, хён сказал, что тебе нужно отдыхать. Надеюсь, ты не сильно пострадал. Поправляйся. — Спасибо, хёни. Пока. — До встречи, пока. Юнги отключил вызов и обратно передал телефон Тэхёну. — Надеюсь, он ничего такого не сказал тебе? — Не переживай, хён, ничего такого. — И что же он тебе говорил такое важное, если не секрет? — Не секрет. Сказал, чтобы я на тебя не обижался, что ты ничего не знал. И он признался, что это всё — пранк и план Хосока, он захотел мне отомстить за мои пранки над вами и подговорил остальных вместе с Чеён. Старший вдруг срывается с места и выбегает из палаты. — Хён, стой! — говорил он, пытаясь чуть громче, но начинает кашлять и прикрывает глаза. Голос сам себя не вернёт и голосовые связки сами себя не поставят на место, в конце концов. Выбежав из больницы, Тэхён бежит к парковке, где стоит его машина, которую он попросил, чтобы стафф припарковали здесь. И сняв с сигнализации, открывает дверь и садиться, сразу же заводя её.

***

— Где этот конченый даун? — зло прокричал самый старший, когда Чонгук открыл ему дверь в их общагу. — Хён? Кто? — испуганно спросил, макнэ. Тэхён махнул на него рукой и пошёл к лестнице на второй этаж. Когда до Чонгука доходит, он бежит за старшим, спотыкается, но продолжает свой путь. Намджун услышав крики, находясь в своей комнате, выбежал из неё и увидел злого Кима прошедшего мимо него и Чонгука который пытается его остановить. Тоже, сразу поняв в чём дело, бежит за ними. Чимин с Хосоком в студии, спокойно занимались написанием совместной песни, услышали крики из коридора и решили посмотреть, что случилось. Чим выходит первый и видит Кима, вместе с Чоном и Намом. После него выходит Хосок, не успевает и шагу ступить как его хватают за горло и с огромной силой вжимают в стену, не заботясь о том больно ему или нет. От шума, даже Джин и Чеён выбегают из своих комнат и застывают. — Х-хён?! — проговорил Хосок. — Ты, блять, пранкер хуев. Весело тебе, сука? Как, повеселился? — сквозь зубы процедил Тэхён, сжимая руку на чужой шее, заставляя задыхаться, — Смешно тебе спрашиваю? — крикнул он, ударив кулаком по стене, возле головы Хосока. — Хён… я… — задыхаясь, еле слышно выдает он. — Я тебя, сука, на мясорубку пущу. Да ты, даун, хоть представляешь себе, что сделал? Со своими ебучими пранками, заебал уже. — Тэхён отпускает его, от чего тот начинает жадно глотать воздух, но после, ему прилетает кулаком в лицо, со всей силы. Остальные пугаются, но влезть бояться. — Юнги из-за тебя, конченного долбоёба, изнасиловали. — кричит он и ещё раз бьёт, только уже немного слабее. Ребята застывают, округляя глаза и смотря на хёна. — В-в смысле изнас-силовали?! — Хо, поднимает голову, даже переставая потирать ушибленное место. — В прямом, идиот. Он рассказал им всё, что произошло после того как он услышал всхлипы Юна. Те были в шоке и очень напуганы. Хосок полностью чувствовал себя виноватым во всём этом. — Пока не будешь на коленях у него просить прощения, я тебя и близко к Юнги не подпущю. — сказал последнюю свою фразу, пошёл к лестнице и после, вышел из дома садясь в машину и заводя её.

***

На утро, Тэхён приезжает в больницу забрать Юнги, ведь его уже выписывают. Дома их двоих ждут ребята. Заходя в палату, Тэхён видит сидящего на койке младшего. И доктора, что-то записующего и стоящего рядом. — Хён, привет. — заметив старшего воскликнул радостно и машет руками, призывая к себе. Врач поворачивается и кланяется. — Господин Ким, доброе утро. Тэхён видит жесты Юна и подходя к нему, осторожно обнимает. Юнги обнимает покрепче, прижимаясь и утыкается в грудь, удовлетворённо мыча. — Доброе. Доктор, как там? Всё нормально? — Да, господин Мин идёт на поправку. Но по поводу кое чего, я вам вчера рассказал. — Да-да, я помню. Всё, что вы выписали я уже купил. — Отлично! Ладно, я оставлю вас, нужно зайти к ещё нескольким пациентам. Выздоравливайте, господин Мин, и не болейте больше. До свидания. — направился к выходу из палаты, кланяясь. — Спасибо большое, доктор, до свидания. — в один голос сказали и Юнги на секунду оторвавшись от груди хёна, повернул голову. Врач вышел и прикрыл дверь за собой. Юноша опять прижимается к груди хёна прикрыв глазки. Мужчина же, стоит и поглаживает его по плечу, боясь потревожить и, лишь несколько раз целует в макушку. — Малыш, давай попробуем встать или мне тебя понести? — спрашивает, продолжая поглаживать и смотрит в глаза, когда тот поднял на него свой взгляд. — Нет, не нужно нести, хён. Я попробую сам, только придержи меня, пожалуйста. — засмущавшись и покраснев, опять опустил голову. — Конечно, пупс, я тебя придержу. Тэхён берёт руку Мина и сплетает их пальцы, вторую протягивая, чтобы помочь встать. Юнги принимает помощь, уложив ладошку в огромную хёнову и тот помогает ему встать. Сделав первый не большой шаг, Юнги скрывает сильную боль и пытается не скривиться. Сделав второй, он вскрикивает, в попытке заглушить, тянется рукой ко рту, но Тэхён замечает это, успевает перехватить запястье, всё слышит и берёт его на руки. — Давай, ты не будешь больше капризничать, малыш, и послушаешься меня? — просит он, нахмурившись и забрав небольшую сумку, выходит из палаты. Выйдя с чёрного хода, Тэхён идёт к машине и кое как открыв дверцу, сажает Юна. Сам же открыв багажник, достаёт от туда кое что и тоже садиться в машину, сразу же протягивая юноше большой букет его любимых пионов и чуть большего размера — белого мишку, которого тот, однажды, просил купить ему, но не было возможности и Ким пообещал, что в следующий раз обязательно купит, когда будет возможность. Вот и настал тот «следующий раз». — Кроха, это тебе. Так сказать, некое — извинение, раз уж другие ты не принимаешь. Младший восторженно взвизгивает и приняв подарок, держа и цветы и мишку одной рукой, второй тянет старшего за руку, обнимая и целует в щёку, от чего тот улыбается и обнимает в ответ. — Спасибо, хён, большое. Спасибо, хёна! Спасибо! Ты лучший! — радостно воскликнул, не прекращая целовать. — Пожалуйста, заяц. — улыбаясь и умиляясь с него, произнес Тэхён.

***

По приезду домой, Тэхён паркует машину, выходит и берёт Юнги на руки, а тот всё не прекращает обнимать мишку. Зайдя в дом, их встречают ребята и Чеён. Поздравляя Мина с возвращением, Джин отбирает у него букет и мишку хочет забрать, чтобы тот не мешал, но младший шипит и чуть ли не рычит на него, поэтому отклоняет эту затею и идёт ставить цветы в вазу. Ким помогает Юнги снять обувь и опять берёт на руки, занося в гостиную и осторожно сажая на диван. — Тэхён, можете ненадолго оставить нас с Юнги. — просит девушка. Все сразу же выходят, понимая в чем дело. Тэхён же целует Юна в лоб и тоже выходит. — Юни, я постараюсь как-то, чтобы не задеть. Прости меня, пожалуйста, я слышала, что произошло. Я правда не хотела, я не знала, что ты так отреагируешь и что такое произойдет. Я не знаю чем я думала, соглашаясь так над тобой шутить, прекрасно зная твоё отношение к этому. Прости, пожалуйста. Я как никогда виновата перед тобой. Мы только подружились, а я опять всё испортила. — Чеён не выдержала и расплакалась. Самого Юнги от её слов пробрало на слёзы и он берет девушку за руку, чтобы привлечь внимание и заставить посмотреть на себя. — Чеён, всё в порядке. Я тебя не виню и не обижаюсь. Правда. А дружбу можно начать с начала. — Хорошо, я очень рада. — улыбается, но плакать не перестает. — Не плачь пожалуйста. — просит он и тоже не сдерживает слезы, за что, Чеён, потом влетит от Тэхёна.

***

— Маленький, тебе нужно помазать, «сам знаешь что». Давай, я мазь тебе принёс. — заходя в их комнату, говорит старший, подходит к кровати на которой лежит младший и садиться на край, поглаживая его ногу через одеяло. А юноша мычит недовольно и отворачивает голову. — Хён, я не хочу. Это, наверняка, будет ещё больнее, чем сейчас. — Пупс, не капризничай. Ты же хочешь, чтобы боль, наконец, прошла? — Да. — Тогда тебе нужно будет пару дней, два раза на день мазать. — открутил крышечку и протянул Юну тюбик с мазью. Юнги повернул голову, посмотрел на мазь, потом на Тэхёна и совсем неуверенно берёт её. Мужчина встаёт. — Я подожду за дверью, чтобы тебя не смущать. — уже направляется к выходу из комнаты, но юноша хватает его за руку и совсем слабо тянет обратно. — Стой, хён. Подожди. — чуть сильнее тянет — Я… я боюсь. — шепотом произнёс, но Тэхён услышал. Он стоит, смотрит на Юнги и не знает как помочь или утешить. Ведь, знает, что, если скажет «это не больно», то соврёт. В конечном итоге, решает его обнять и поцеловать, знает, что не поможет, но хотя бы спокойнее станет. — Давай, пупс, чем скорее ты это сделаешь, тем скорее боль может утихнуть. — целует в губки. — Хён, помаж ты, пожалуйста. — совсем неожиданно, попросил младший. Ким удивляется и смотрит на него. — Крох, это может быть больнее, чем самому. Я же не чувствую где тебе больно будет, а где, нет. — Юнги опускает голову и поджимает губы. — Тебе противно. — совсем тихо, выдает он и по пухленьким щёчкам потекли соленые слёзы. Тэхён опять всё услышал и увидев как с подбородка Мина капнула слеза, тут же садиться возле него, обнимает за талию и прижимая, укладывает голову себе на грудь, начиная гладить её успокаивающе. — Тише! Малыш, ты что! С чего ты взял, что мне противно? Совсем нет, абсолютно. Мне несколько не противно. Я просто не хочу сделать тебе больно. — Тэ поднимает его голову за подбородок, целует коротко в губы и потом, начинает сцеловывать слёзы. Юнги успокаивается и просто сидит, крепко обнимая старшего, уткнувшись носом ему в шею. Тот обнимает его в ответ и целуют в макушку. — Если хочешь, маленький, то давай я помажу. — тот кивает несколько раз, не отстраняясь от объятий. — Да… хён… пожалуйста. Сам я… боюсь. — немного отстранился, но голову не поднимал. — Хорошо, но если будет очень больно, сразу же говори мне. Понял, крох? — потрепал волосы. — Да, понял. Они отстранились, Тэхён встал и взял мазь. Юнги посмотрел с начала на мужчину, но потом отвёл взгляд и перевернувшись, лёг на живот. Ким осторожно сел рядом, выдавил немного мази на пальцы. Второй рукой, он приспустил штаны младшего вместе с боксерами, когда тот немного приподнялся. Юнги сложил руки вместе и уложив на них голову, носом уткнулся в одеяло и зажмурил глаза. Уложив руку на спине юноши и успокаивающе поглаживая, осторожно коснулся кожи вокруг колечка мышц. Мин негромко прошипел и сильнее зажмурился. — Всё хорошо малыш? Не сильно больно? — Немного больно, но терпимо, хён. Тэхён продолжал гладить его рукой по спине. Закончив размазывать мазь вокруг, Ким выдавил ещё на палец и ввёл кончик пальца внутрь. Юнги пробила резкая боль и он вскрикнул, но одеяло немного заглушило его крик. Слёзы покатились по его щекам, Мин начал всхлипывать и немного подрагивать. Старший услышал всхлипы и уже хотел что-то сказать или сделать, как за дверью послышались шаги в их сторону. Тэ материться, целует Юна в затылок, успокаивающе и встаёт, загораживая его оголённый зад. Дверь открывается и появляется Хосок. Напротив стоит Тэхён. Чон замечает сзади Юнги и когда хочет посмотреть за спину старшего, его больно пихают обратно за дверь. И тогда, посмотрев в его глаза, Хосок видит, злой и ненавидящий взгляд на себе. — Ты, блять, мало получил? Я вижу хочешь ещё? Могу устроить. Хули ты припёрся? Стучать не учили, перед тем как заходить? — Хён, я спросить хот… — его перебивают. — Потом спросишь. Ещё раз зайдёшь без стука, я на твоём прекрасном личике и следа живого не оставлю. — зло проговорил он. — А теперь, шуруй нахуй от сюда. — вытолкнул младшего за дверь и громко хлопнул ею, закрыв на замок. Тэхён поворачивается и смотрит на юношу, что всё также лежит, подходит и снова садиться на кровать, касаясь спины Мина. — Малыш, ты в порядке? Сильно больно? — Да. — Мы можем закончить и я не буду мазать дальше, хоть это и надо сделать, но если тебе силь… — юнги его перебивает. — Нет, хён, не нужно. Закончи просто побыстрее, пожалуйста. — говорит и всё также не поднимает голову. Ким соглашается и вновь выдавливает мазь на палец и чуть глубже его вводит, чем в прошлый раз. Вновь Юнги заливается слезами и тихо всхлипывает. Тэхён аккуратно размазывает мазь, на повреждённых местах, где ещё не зажили раны и откуда проступает, хоть и немного, кровь. Прикосновения старшего, к этим местам, Юн ощущает очень болюче. В подсознании, он хочет убрать чужой палец, чтобы не ощущать что-то такое неприятное и болючее. Но сам он понимает, что этого не стоит делать, ведь, если не мазать как следует, раны могут заживать намного дольше и болючее, чем это сейчас и также понимает, что хён хочет для него как лучше, поэтому, больно делает не специально и, наоборот, старается как можно нежнее. За что младший ему невероятно благодарен. Закончив, Ким откладывает мазь на прикроватную тумбу и осторожно подхватывает Юнги на руки, и ложиться, укладывая его рядом с собой на постели. Пару секунд они просто лежат, смотрят в глаза друг друга. Но Юнги поднимает руки с постели, придвигается к Тэхёну, окольцовывает руками вокруг шеи и укладывает голову у него на груди, умиротворённо прикрыв глаза. Тэ обнимает его в ответ. Они лежат так в тишине, несколько минут, пока идиллию не нарушает стук в дверь. Юнги чуть приподнимает голову с чужой груди, посмотрев на дверь и хмурится, мол: «такой момент испортили». Тэхён с реакции младшего умиляется и чуть ли не рычит недовольно и зло в сторону двери: — Кого там ещё, блять, принесло? — Голубки! — подаёт голос Джин. От сказанных слов, Юнги улыбается и краснеет, а Тэхён тянет недовольное: — Чего тебе надо, Джин? — Хён, Юнги, я пришел позвать вас. Ужин уже на столе, приходите. — и уходит, услышав: «угу», от Тэхёна. Юн недовольно мычит, когда Тэхён хочет встать и лишь крепче жмёться к нему. — Хён. Я не хочу идти. Давай полежим так ещё. — Кроха, я бы с удовольствием, но тебе нужно покушать. Давай сходим поедим и потом, будем валяться сколько захочешь. — предлагает и вновь хочет освободиться из объятий, но опять его не пускают и ещё теснее прижимаются. — Хён, давай, ещё немного так полежим и тогда, пойдём кушать. — просит Юн. — Но… мне больно будет идти. — Ладно, тогда, полежим ещё немного и я схожу, и принесу тебе ужин в постель. Конечно, не завтрак, но извините, это уже завтра. — говорит, от чего младший начинает смеяться. — Спасибо большое, хёна. Люблю тебя очень сильно. — немного отойдя от смеха, говорит он, немного приподняв голову с груди Тэхёна, тянется вверх, к его щеке и целует. — Не за что, маленький. Я тоже тебя люблю. — обнимает за талию и целует в губы. Ужин может немного и подождать, пока они целуются в объятиях друг друга и просто, наслаждаются моментом и друг другом.