Хочешь, укушу?

      Изначально идея переехать поближе к стае принадлежала Шарли. Квартира в центре города, конечно, хорошо, но намного практичнее и экономнее было бы жить где-нибудь подальше, в своем доме, с садом и цветами, а не с балконом метр на метр и горшками, которые постоянно скидывает соседская кошка. Питера такое решение не устраивало. Совсем не устраивало. Он упрямо твердил, что квартира в многоэтажке гораздо лучше, чем дом на земле.       — Милая, понимаешь, нам абсолютно не нужна эта собственность. Там же намного хуже. Например, твои излюбленные бутики и салоны. Не думаешь же ты, что там они будут на каждом шагу? А представь, какое там качество обслуживания. Кроме того, уверен, качество и количество продукции там тоже обещает желать лучшего. Вот здесь…       Хейл находил тысячу причин, по которым им лучше остаться в центре. И были они максимально глупыми, начиная с условий проживания, заканчивая молочником, который будет приходить слишком рано и будить их. Всё доходило до абсурда. Шарли не хотела ссориться, но она хотела переехать в другой дом, смена обстановки ей была просто необходима. Там рядом была бы стая, друзья, которых у неё не так уж и много. На самом деле, кроме ребят Скотта у неё их и не было. Работа в офисе до чертиков надоела, хотелось перемен, обновлений.       В конце концов, Питер рассказал, почему так против переезда. В принципе, Шарли не удивила его реакция, что-то такое она и предполагала. Очередным вечером Хейл высказал свой категоричный протест, аргументируя опасностью, которая будет подстерегать Шарли, даже если она не планирует вмешиваться в дела стаи:       — Я не хочу однажды найти тебя с перегрызенной шеей и выпотрошенными кишками, поэтому нет.        Успокоившись на некоторое время, Шарли решила думать, как все-таки можно уговорить Хейла. По сути, она не имела никакого права на него, они не женаты, каких-либо законных обязанностей у мужчины перед ней не было, так что оставалось только бросить всё и отправиться туда одной. Расставаться Шарли и не думала, Питер стал тем самым человеком, которому хотелось довериться полностью, несмотря на его прошлое. Банально, но с ней он был действительно другим. Хейл заботился, оберегал, защищал, поддерживал — давал именно то, чего Шарли не хватало. Иронично, однако из всех её знакомых не сверхъестественных существ Питер был самым добрым, понимающим и отзывчивым дядюшкой-зомби. По крайней мере, он не осуждал её за слабости, зло не смеялся над глупыми поступками, не притворялся хорошим, скрывая всю гниль. Хейл с начала посвятил её во все особенности и этапы своей жизни, не тая кровожадность и агрессивность, язвительность. Т Шарли выслушала, поняла и приняла. Каким бы ни был Хейл, он был настоящим, искренним, насколько это возможно после всего произошедшего с ним. Ее всё устраивало, пытаться его как-то изменить она не планировала, Питер — это Питер, несколько лицемерный, харизматичный, саркастичный, но родной, свой. Одинокая, она слишком быстро привязалась к нему, долгое отсутствие мужчины теперь переносилось тяжело: было тоскливо и грустно. По всем этим причинам Шарли решила отложить план по переезду и обустройству нового дома на дальнюю полку и подождать подходящего момента. К слову, он не настал.       Питер, сделав предложение, выбил из головы Шарли все здравые мысли. Где-то вглубине сознания она мечтала о кольце на пальце, белом плате и пышной свадьбе, но в реальности всё оказалось куда страшнее. Вместе с браком придут обязанности, ответственность. Не получится уже бросить всё и просто уйти. В любом случае, это было серьёзным шагом. Однако Шарли без раздумий согласилась. Она не помнит, чем руководствовалась в тот момент, но осознание, накрывшее с утра, ввергло её в шок.       Они решили просто расписаться в ЗАГСе и отметить в кругу самых близких. Запланированное осуществить не удалось. Оборотни, захотев оторваться по полной, намешали какой-то бурды, после чего продолжали праздновать, сходя с ума. С одной стороны, было весело, с другой — странно находить в собственном доме пьяные, еле живые тела, отходящие от пьянки. А потом они Питер, сделав сюрприз, купил билеты в Испанию, устроил им незабываемый медовый месяц. И сейчас Шарли, вернувшись к однообразной, скучной жизни, едет домой, желая отдохнуть от надоедливых коллег и их банальных проблем.       В квартире чисто. Там практически пусто, если не считать коробки, которыми заставлена большая её часть. Шарли не понимает, что происходит. Сидящий за столом задумчивый Хейл нисколько не проясняет ситуацию. Пройдя на кухню, она садится напротив мужчины, ожидая объяснений.       — Питер? И что же происходит? — спрашивает девушка.       — Ничего такого, — отвечает Питер. — Мы просто переезжаем.       — И куда мы отправимся? — Она уверена, что всё происходящее вокруг — глупая шутка.       — В тот дом, в который ты хотела. — Правда? И почему же ты теперь согласился? — Шарли поднимается, тяжело вздыхая: она устала и ей совсем не хочется сидеть здесь и разыгрывать эту комедию. девушка направляется к холодильнику, планируя достать бутылку вина. Сейчас её раздражает спокойствие Питера. Тот явно чего-то ожидает, наблюдая за ней. Он почему-то иногда начинает улыбаться, но каждый раз пытается скрыть эмоции, прикрывая ладонью рот. Получается у него плохо.       — Потому что нашему ребёнку будет лучше жить рядом со стаей.       Шарлии так и замирает с рукой, протянутой к холодильнику. Да, она чувствовала слабость несколько последних дней, о чем сказала Питеру, но тот не мог понять это по её самочувствию. Точно, это сто процентов шутка. Ещё более раздражённая, она поворачивается к нему, зло смотря прямо в глаза.       — Что? Какой ещё ребёнок?       Как оказалось, им действительно удалось зачать малыша. Оборотня, который уже начал пахнуть. Набор клеток выдал себя запахом, почуяв который, Хейл безумно обрадовался. Шарли была недовольна. Она сочла несправедливым, что именно отец узнал о ребёнке первым.       — Питер! Это нечестно! Всегда мама первая понимает, что она беременна, не отец. Ты лишил меня всего удовольствия! А как же этот адреналин от ожидания твоей реакции, твои эмоции? Вообще, почему ты узнал первым?! — возможно, это уже начинали играть гормоны, потому что Шарли раздражала теперь буквально любая мелочь. Сейчас в число этих мелочей входил и сам Питер, обнимающий и успокаивающий её:       — Какая разница, кто узнал первым. Он в любом случае наш, и я до сумасшествия рад этому.       И началась их весёлая жизнь. Питер, подчиняясь всем канонам, запретил Шарли вообще как-либо напрягаться. Девушке оставалось только смотреть, как Хейлы складывают и носят бесчисленные коробки. Правда, отпраздновать новоселье им так и не удалось. Дерек попросил Питера помочь ему с делами стаи, и они, предварительно озадачив Скотта и Стайлза, уехали из штата. Девушке не нравилась перспектива оставаться одной, но она понимала, что любую опасность лучше пресекать на корню. Так, оставшись с друзьями, она принялась за обустройство дома: хотя Питер и наказал ей не перетруждаться, девушка с лёгкостью могла расставлять предметы интерьера, чем, соответственно, и занималась.       Ей безумно понравилась вся эта суета. Было увлекательно пересматривать вещи, которые давно забылись в старой квартире. Кроме того, здесь были новые люди, соседи, приходившие знакомиться на протяжении первых дней. Особенно часто стала заглядывать миссис Пирн, старушка, которую, как оказалось, стараются избегать из-за её надоедливости. Шарли она изначально не напрягала, но потом, когда Пирн начала настойчиво приглашать её к себе, чтобы познакомить с сыном, девушка поняла, почему старушку так не любили. Шарли, сказав, что уже замужем, разозлила соседку, хотя ну серьезно, какого хрена? Та ушла, громко хлопнув дверью и бросив пару нелестных слов. Останавливать её никто не собирался.       Шарли скучала, пока ждала Питера. Они с Дереком должны были вернуться со дня на день, но всё время по каким-то причинам задерживались. Так и сейчас. Хейл обещал приехать ещё на прошлой неделе, но возникли какие-то проблемы, поэтому отъезд продлился ещё на неопределённое время. Ей надоело сидеть одной, и она отправилась в гости к Лидии, намереваясь пожить у неё, пока не приедет Питер.       Вечером они только легли, когда раздался телефонный звонок. Звонил помощник шерифа. Добираясь до участка, Шарли вся измучилась, предполагая, что именно могло произойти с Хейлом. Она думала о самом страшном, а оказалось, что зря нервничала. Питер соврал, что они снова задержатся, планируя сделать сюрприз. Он, приехав, занёс все вещи и документы в дом, закрыл дверь, и решил залезть в их спальню через окно. Собственно за этим его и застала миссис Пирн, гуляющая вечером с собакой. Приехали из участка. Хейл не мог предоставить документы, оставленные за закрытой дверью, открыть которую он также не мог, так что пришлось ехать с помощником. По воле судьбы, шерифа и Перриша тоже не было, поэтому нужно было звонить жене, чтобы доказать свою невиновность.       Взволнованная, она приехала довольно быстро. Выслушивая историю о произошедшем, Шарли с возмущением и недовольством смотрела на «заключённого». Миссис Пирн теперь точно им не даст спокойно жить, она с воплями позвонила шерифу, голося, что из-за их новых соседей в районе начала развиваться преступность. В течение тех нескольких минут, пока длился телефонный разговор, она как только не обозвала Питера. И, признаться, большинство из этих прозвищ подошли бы ему. По её словам, Хейл был и извращенцем, и маньяком, и педофилом, и экзбекцеонистом, и психопатом.       Шарли, заполняя все необходимые документы, представляла, сколько всего на них выльется от Пирнов.       — Признаюсь, вышло очень глупо, — произнёс Питер, садясь в машину.       — Глупо? Получилось просто идиотски, — выдохнула девушка.       — Простишь меня?       — За что? Меня вся эта ситуация смешит, а вот оправдываться ты будешь перед соседями, которые уже к утру будут знать о твоих извращенских наклонностях.       — Нам действительно так повезло с соседями?       — В некоторой степени — да.       — Что ж, я не против, чтобы ещё большее количество людей узнало о моих убийственных увлечениях.       — Правда? В таком случае, можешь своей следующей целью выбрать одно надоедливое животное.       — Я, конечно, завязал, но если ты попросишь, любимая. Ты настолько ненавидишь эту женщину?       — Не делай из меня чудовище! Я про её собаку. Она постоянно лает и мешает спать.       — В таком случае, я обязательно разберусь с этой проблемой.       — Спасибо, мой самый лучший маньяк-убийца. Люблю тебя.       — И я вас тоже.       Через несколько дней район разбудил вопль женщины, увидевшей на своём крыльце коробку, в которой лежала разорванная тушка её собаки. Рядом с её домом умиротворённо спали супруги, наслаждаясь близостью друг друга. Девушка прижималась к крепкой груди, громко сопя. Она ещё не знает о произошедшем сегодня ночью преступлении, но оно ей определённо понравится.        Муж и жена — одна сатана.