Лабораторные крысы

      Мэдди направлялась на кухню, когда что-то на заднем дворе привлекло ее внимание. В частности, то, что она считала вспышкой света. Шагнув ближе к окну, выходящему во двор, она подтвердил это. По периметру двора сияли два разноцветных шара: оранжевый и синий. Двое… детей вышли во двор, но их нигде не было видно, возможно, это были огни? Мэдди понаблюдала еще мгновение и заметила, что за огнями был хвост…они участвовали в гонках? Прежде чем она как следует обдумала это, Мэдди достала свой телефон и сделала снимок заднего двора. Похоже, они не причиняли никакого вреда и не собирались беспокоить никого из соседей в ближайшее время, поэтому она оставила их наедине и вернулась к своей книге. Она показала Тому фотографию позже, когда он в конце концов вернулся из своей импровизированной поездки на станцию. Он согласился с ее решением оставить их в покое, поскольку они не делали ничего разрушительного. Тейлз и Соник в итоге пробежали гораздо больше, чем один круг (и Тейлз выиграл, как он и предсказывал). Эти двое прекратили свои сверхскоростные гонки, чтобы плюхнуться обратно на траву рядом друг с другом. Оба задыхались, прошло слишком много времени с тех пор, как они в последний раз двигались со скоростью, близкой к той, которую они только что использовали в той гонке. Они полежали там еще мгновение, просто наслаждаясь тем, что наконец-то к ним вернулись силы и они лежат на чем-то другом, кроме бетона. Звук открывающейся задней двери привлек их внимание. Том вышел. — Привет, эм, я пришел сказать вам, что обед готов, — сказал им мужчина, прежде чем вернуться внутрь. — Мы уже получаем еду? — спросил Тейлз. Соник пожал плечами, похоже, так оно и было. Братья вошли внутрь. Когда они добрались до кухни, то обнаружили Тома и Мэдди, стоящих дальше в пространстве, подальше от скамейки, на которой стояли две миски. Довольно неловко они вдвоем взобрались на кухонные табуреты, чтобы посмотреть, что находится внутри мисок. В обеих чашах было что-то маленькое, белое и овальной формы, и кубики песочного цвета. — Это тофу с рисом, — сказала им Мэдди. Именно тогда они заметили, что два человека тоже ели одно и то же, так что, чем бы ни был этот «тофу с рисом», очевидно, он не был ядовитым. В конце концов, еда есть еда, независимо от ее состояния. Не говоря уже о том, что они оба были рады, что это было что-то другое, а не заплесневелый хлеб. Эти двое набросились на еду. Пока они ели, Мэдди и Том вышли из кухни со своими мисками в руках. Оставив миски в раковине, они вернулись на улицу. Проведя большую часть последних четырех лет внутри, они собирались проводить во дворе столько времени, сколько смогут. Несколько часов спустя их снова вызывают за едой (которую Мэдди назвала ужином). — Они что, забыли, что мы сегодня уже ели? — прокомментировал Соник, когда они пересекли весь двор по направлению к дому. — Вероятно. Еда, которую им давали, отличалась от той, что они получали несколько часов назад. Это было странно, ведь там, на объекте, они всегда получали одно и то же. На этот раз это была «спаржа, морковь и картофель». — Вы знаете, что уже накормили нас сегодня? — спросил Тейлз, удивив самого себя, когда заговорил. Казалось, он тоже удивил людей: — Да, это был обед, это ужин, — сказал Том. Выражение, которое они не узнали, промелькнуло на лицах обоих людей. — Вам давали еду только один раз в день на объекте? — спросила Мэдди. Они оба обратили внимание на то, как она сказала «объекте» Они оба кивают. Оба человека хмурятся на это, и двое детей беспокоятся, что они каким-то образом сделали что-то не так. Мэдди пододвинула один из стульев и села на него. — Ладно, послушай, здесь все будет по-другому. Вы двое будете получать трехразовое питание и не меньше, — сказала она им. Это… было не то, что они ожидали от нее услышать. Но на самом деле они не могли жаловаться, это означало, что всего за неделю они получат еды на двадцать дней, это было так много. Почему Мэдди объяснила, что должно было произойти, вместо того, чтобы просто игнорировать вопрос Тейлза и так часто давать им еду? Никто не делал этого на старом объекте. Ни один из них не знает, что сказать в ответ на это, поэтому они не говорят ничего, кроме благодарности обоим людям. Когда последние лучи солнца померкли, Том вышел наружу, чтобы сказать им, что он рекомендовал бы им зайти внутрь и подняться в комнату. Рекомендуется, а не приказано. Сейчас на улице так темно, что они ничего не видят из окна, а двое детей сидят на полу в комнате, прислонившись к спинке кровати. — Возможно ли, что это не другое учреждение? — спросил Соник. — Это так отличается от того заведения, где мы были раньше, — добавил он. — Я не знаю. Мэдди и Том отличаются от Роботника, но они могут притворяться, — добавил Тейлз. Это может быть правдой, даже если они оба отчаянно надеются, что это не так. Они разговаривают еще несколько минут, пока не слышат шаги, приближающиеся к закрытой двери. В мгновение ока свет погас, и они притворились спящими. Дверь открывается медленно, чтобы не разбудить жильцов. Они не видят, как два человека хмурятся, увидев их спящими на полу.