Неожиданность выбора

      Энни спешила домой, купив по дороге горячие лепёшки с сыром. Уже завтра в их новую квартиру привезут вещи, а она хотела немного убраться. Армин ещё с утра возился в документах, готовясь к новой должности, в новом городе. Энни тоже хотела выйти на работу, но поиски пока не были успешными.       Поднявшись в небольшую двухкомнатную квартиру, Энни отнесла пакеты с лепёшками на кухню, а Армин уже резал салат, чем удивил жену.       — Наконец-то собственное жильё! — улыбнулся Армин, перемешивая салат и оглядываясь вокруг.       — Да. Осталось и мне найти работу, — Энни посмотрела на свою руку с обручальным кольцом и начала заваривать чай.       — Кстати, ты же помнишь, что мы должны вечером идти на выставку? Алика обидется, если нас не будет, — Арлерт начал накрывать на стул.       — Помню. Помнишь платье, которое ты не хотел брать с собой в чемодан?       — Вечернее?       — Я взяла его для выставки, — Энни отщипнула кусок лепёшки и попробовала. Солёная, но в меру. Есть можно.       — Тогда готовься! Сейчас перекусим и поедем, — он чмокнул жену в щёку, и Энни ушла в ванную, чтобы принять душ.       Вечер. Одна из крупнейших галерей города была наполнена людьми. Официанты разносили бокалы, закуски или просто сок. Энни разглядывала картины, не слишком понимая ажиотажа вокруг самой Алики Торсен — известнейшей художницей. Подросшая Лайза интересовалась больше организацией выставки, чем картинами, но иногда она рисовала натюрморты или собак.       Армин, чмокнув жену, отошёл в сторону, заговорив с мужчиной в синем пиджаке, а миссис Арлерт отправилась блуждать по залу, не видя ни одного знакомого лица. Только где-то вдалеке слышался голос Алики, рассказывающий об этой выставке и одной из последних, но очень популярных картин, которую уже хотели купить несколько желающих.       Энни была в длинном платье королевского синего оттенка с объёмными рукавами. Ей это платье не слишком нравилось, но оно хорошо переносило переезды и почти не мялось. На ногах — туфельки на невысоком каблуке.       — Энни! — окликнул миссис Арлерт знакомый голос.       — Нита? — Энни удивилась, увидев женщину, которую не видела шесть лет.       На Ните было зелёное пышное платье, а волосы были уложены слегка на бок, открывая одно ухо с серёжкой с сапфиром. Нита практически не изменилась за эти годы, как впрочем и Энни. Старые подруги обнялись, радуясь встрече.       — Ты как? Алика сказала, что вы с Армином поженились? Прости, что я не пришла на свадьбу! — извинялась Нита, взяв у официанта два бокала шампанского.       — Да. Два года назад. После развода с Бертольдом и твоего ухода мне нужно было прийти в себя. Я знаю, что твоя мать поспособствовала продвижению следствия. Деньги тогда нашлись и с Эрвина сняли все обвинения, — говорила Энни, сделав глоток шампанского. Довольно приятный напиток, но слишком сладкий.       — Мне так хотелось вернуться тогда, но я испугалась. Каждый день я чувствовала себя подло и мерзко, — Нита вздохнула, опустив голову вниз. Ей казалось, что Энни осуждает её за побег, но подруга понимала, что Ните тогда просто была нужна помощь, поддержка и отдых. К сожалению, она не смогла выдержать испытания и перетерпеть трудный период.       — Не то чтобы я сплетни собираю, но слышала, что твои родители вместе, — спросила Энни.       — Да. Папа даже съездил к Кевину в тюрьму и сказал: «Ты воспитал мою дочь, а я воспитаю твою!». Эдита его очень любит. И мама — тоже, — Нита мельком улыбнулась, но тут же напряглась. Мимо прошла чета Линси, даже не посмотрев в сторону внучки. Ребекка отреклась от Ниты, когда узнала, что та сбежала от мужа, оставив на него новорождённую дочь.       Энни посмотрела вслед Ребекки, удивляясь, как равнодушно она проходит мимо родных людей: дочери и внучки, даже мельком не посмотрев в их стороны. Вот эта выдержка!       — Энни, ты не знаешь… Эрвин здесь будет? — неуверенно спросила Нита.       — Не знаю. Пошли поближе к тем картинам. Красивые лошади, — миссис Арлерт подошла к картинам и начала их рассматривать. Ей очень понравилось, как прорисованы лошади и поле, по которому они бежали.       Вскоре Энни с Армином отошли, и Нита осталась одна, помахав рукой сестре и родителям. Она бродила по выставке, всматриваясь в гостей, но нужного гостя не находила. Сжимая в руках сумку от нервов, Нита поцарапала её и уже хотела уйти домой. Все эти картины она видела много раз, Ребекка распускает слухи, показывая первым сплетницам в обществе непутёвую внучку-кукушку.       Даже не попрощавшись с сестрой, Нита уехала домой, просидев до утра возле окна, наблюдая то за кошками, то за собаками, бегающими друг за другом.       Эрвин уехал из Крориса, а где он жил, с ним ли жила Кайла — Нита не знала, думая, что он приедет на выставку, ведь Армин обещал Алике передать тому приглашение. Нита вздохнула, считая, что и сама бы не пошла на выставку, будь она на месте Эрвина. И разговаривать он с ней бы не захотел после побега.       Всю следующую неделю Нита помогала Энни наводить в доме порядок, расставляя на кухне посуду, пока миссис Арлерт складывала вещи в шкаф. Коробки, коробки, бесконечные коробки, которые наконец-то заканчивались и остались связки с книгами, но Энни сказала, что Армин сам их разберёт вечером.       — Фух, надеюсь, нормально? — Нита открыла сервант, куда расставила все тарелки, чашки, блюдца.       Энни кивнула, выглядя уставшей и вымотанной из-за огромного количества вещей, которые она разложила в шкаф. Ей казалось, что у них намного меньше одежды, но носить всё равно было нечего. Энни уже примерно понимала, какие вещи вскоре покинут её гардероб.       — Без тебя я бы ещё неделю раскладывала тарелки. Спасибо за помощь! — Энни присела на стул. — Зато теперь домашних дел будет меньше, и я смогу заняться поисками работы.       — Если нужна будет помощь, то обращайся, — сказала Нита, собираясь уходить.       — Хорошо. Спасибо!       — До встречи. Я пойду, — Нита улыбнулась и вышла на улицу.       День был очень хорошим, тёплым, солнечным, но у Ниты было паршивое настроение. Жила она недалеко от Энни в небольшой квартирке и управляла одним из магазинов в городе. Дом-работа-дом. У Ниты практически не было друзей или знакомых, она старалась избегать людей, боясь неудобных вопросов о семье, которую она покинула шесть лет назад. Каждое утро она корила себя за это, боясь вернуться, приехать к дому и уехать обратно, по причине, что её просто не пустили в дом, обвинив в предательстве. А год назад, собравшись с мыслями, Нита всё же поехала в Крорис, но Эрвин оттуда уже уехал, но куда — никто не знал. Либо не хотели говорить.       Армин знал, но молчал, как партизан, а Нита и не стала расспрашивать, понимая, что не имеет права вторгаться в жизнь Эрвина и Кайлы.       Но они до сих пор не были в разводе. Нита не подавала документов, Эрвин — тоже, поэтому Нита всё же решила разыскать мужа, поговорить и понять, как жить дальше.

***

      Энни временно устроилась в цветочный магазин, хотя работа ей не слишком нравилась, но платили хорошо и дома сидеть целыми днями теперь не приходилось. У Армина было очень много работы, поэтому он уходил рано утром, возвращался поздно ночью, но жена каждый раз дожидалась его, чтобы вместе хотя бы выпить чаю и перекинуться парой фраз.       Собирая очередной букет на заказ, Энни позвала курьера, сунув ему в руку листок с адресом, а сама отправилась поливать цветы строго по графику. Эти — рано утром каждый день, а те — через день в обед, а вон этим достаточно раз в неделю слегка увлажнить землю. Кое-как втянувшись в уход за цветами, Энни даже понравилась работа, учитывая, что работает она три дня и потом — два дня дома. Она успевала навести порядок, постирать, сходить на рынок, чтобы не заниматься этим в рабочие дни и даже посидеть в кафе с Нитой, которая грустно пила кофе, продолжая страдать из-за своей же ошибки.       Энни не любила лезть в чужие дела и отношения, но в случае Ниты, она всё же решила попытаться организовать встречу супругов. Им нужно поговорить и обсудить многое.       — Ладно, мне пора в магазин. Сегодня много работы. Было приятно пообщаться. Хорошего дня тебе, Энни, — заплатив за чашку кофе, Нита ушла.       — И тебе хорошего дня, — Энни посмотрела вслед уходящей подруги и решила, что должна узнать у Армина адрес Эрвина. Пусть даже ей придётся залезть в его папки с документами.       Той же ночью Энни, держа в руках свечу, полезла в портфель мужа, осторожно перелистав все бумаги, но адреса, увы, не нашла. У неё были кое-какие варианты по добычи адреса, осталось лишь проследить за мужом до его работы, а потом — за Эрвином до дома.       Нита спряталась за дом, тяжко вздыхая. Из подъезда действительно вышел Эрвин и направился вдоль по улице, держа в руках коричневый портфель. Энни сунула руку в карман, не веря, что несколько дней занималась слежкой за начальником своего мужа, но всё ради подруги.       Вскоре из подъезда вышла Нифа с девочкой лет шести. Нита нервно сглотнула, чувствуя злость. Как Эрвин мог доверить дочь этой… Нифе?       — Небось трахает её, — со злостью плюнула Нита.       — Ты пришла на дочь смотреть или обсуждать личную жизнь мужа? — спросила Энни, достав конфету из кармана.       — Она так выросла. Наверное, думает, что её мать умерла. Или называет эту своей матерью? — Нита опять скривилась, посмотрев на подругу.       Кайла, одетая в синее пышное платье, подбежала к кошке и погладила её. Светлые волосы девочки были заплетены в косички и подвязаны синей атласной лентой.       — Сколько раз тебе говорить: не трогай этих кошек! Они же переносчики инфекций! — повысила голос Нифа, держа в руках любовный роман, чтобы присесть на лавочку и почитать, пока падчерица возится в песке.       — Они милые. Я хочу, чтобы у нас в доме жила кошка! — Кайла насупилась.       Нифа что-то прошептала себе под нос, взяла девочку за руку и направилась в сторону площадке, где села на лавку и уставилась в книгу.       Нита с Энни, подобно шпионкам, проникли на площадку, присев на лавочку, которая вне зоны видимости Нифа. И рыжеволосая няня была увлечена книгой, поэтому по сторонам особо не смотрела.       — Надеюсь, ты не решишься украсть её, пока Нифа отвлеклась? — спросила Энни, поправляя шляпку.       — Нет, хотя идея неплохая, но я для Кайлы чужой человек. Как думаешь, она называет эту мамой?       Энни пожала плечами, волнуясь, что подруга всё же украдёт дочь и наживёт себе проблем, хоть и предпосылок к этому пока не было.       Нита нервничала, дёргала то одной ногой, то другой, то закидывала ногу на ногу, то поднималась с места, но тут же обратно садилась обратно.       Кайла играла с девочками в куклы, потом кто-то принёс мячик, и все начали его кидать друг другу. По воле случая мяч упал в ногам Ниты, а она взяла его в руки. Кайла подбежала, посмотрела своими огромными голубыми глазами на Ниту, взяла мяч и убежала обратно играть.       — Пошли домой! Мне ещё обед готовить! — крикнула Нифа, закрыв книгу.       Кайла посмотрела на мачеху, попрощалась с друзьями и побежала к дому, обгоняя Нифу. Нита, дёрнувшись с места, помчалась за ними.       — Стой! С ума сошла? — Энни остановила подругу.       — Я просто хочу узнать номер квартиры! — сказала Нита, пытаясь отдыхаться. Она так сильно переволновалась, что воздуха стало не хватать.       Две шпионки осторожно последовали за Нифой и Кайлой, узнав, что они живут в седьмой квартире на втором этаже. Энни пожалела, что узнала адрес, переживая, что подруга теперь постоянно будет преследовать дочь и или сойдёт с ума, или украдёт ребёнка.       Но Нита просто наблюдала. Приходила, видела, как Эрвин уходит на работу, а через полчаса-час Нифа с Кайлой выходят либо на прогулку, либо идут на рынок за продуктами. В воскресенье Эрвин гуляет с Кайлой сам, но не во дворе, а идёт в парк. Без Нифы. Нита идёт следом за ними, прячась за деревьями или пытаясь смешаться с толпой, чтобы её не заметили.       Так продолжалось месяц, пока Нита наконец-то не решилась подняться к квартире в воскресенье рано утром. Она накупила фруктов, сложив их в корзинку, остановилась у железной двери с номером «7» и подняла руку, чтобы позвонить в звонок. Смелость куда-то делась. Ноги стали подкашиваться и трястись, а внутри всё сжалось. Нита поставила корзинку возле двери, позвонила в звонок и помчалась к лестнице, спустившись на пару ступенек вниз.       Эрвин выглянул в коридор, увидел корзинку и направился к лестнице. Нита, услышав приближающие шаги, стремглав помчалась вниз, чувствуя, что сейчас упадёт от волнения.       — Подожди! Нита! — окликнул её Эрвин, выбежав на улицу. Но Нита так быстро помчалась между домов, что догнать её было бы непросто.       Она услышала, что он её окликнул, но боялась этой встречи и разговора, мечтая добежать до квартиры, закрыться, залезть в ванну и плакать, плакать, плакать.       Нита всё же скрылась из виду, не давая ни малейшего шанса догнать себя. Эрвин взял корзинку с фруктами и вернулся в квартиру.       — Зачем это? Я вчера накупила много фруктов и сухофруктов у проверенных продавцов. Откуда это вообще? — размахивая расчёской, спросила Нифа.       Кайла залезла в корзинку, разглядывая инжир. Она никогда не ела его свежим — только в виде сухофрукта, поэтому не знала, как он называется.       — Помой фрукты и положи в корзину, — сказал Эрвин, собираясь куда-то.       — Х-хорошо… А ты куда? — Нифа насторожилась. Воскресенье он всегда проводит с Кайлой, но девочка не готова к выходу, а отец куда-то уходит.       — Пап, я не могу пойти в парк лохматой, но я не хочу, чтобы Нифа делала мне причёску. Она рвёт мои волосы! Мне больно, когда Нифа меня причёсывает. Папа, ты сделаешь мне причёску? — крутилась вокруг отца Кайла.       — Нифа сделает тебе причёску, а я скоро вернусь. Нифа, покорми её и займи чем-нибудь, — после этих слов Эрвин ушёл, ничего не объясняя.       Дома Энни не оказалось. Армин, недоумевая, зачем Смиту понадобилась его жена, сказал адрес её работы.       Энни испугалась, увидев Эрвина, подумав, что Нита выкрала ребёнка и сбежала, а виновата в этом только Энни, потому что помогла найти адрес.       — Ты знаешь адрес Ниты?       — Нет. Я не видела её лет шесть. А что случилось? — хоть Энни и выглядела, как всегда, равнодушной, но подругу сдавать явно не собиралась.       — Если ты случайно её увидишь, то скажи, что я хочу с ней поговорить, — попросил Эрвин, зная, что Энни точно знает, где его жена, но молчит.       Энни кивнула, буркнула, что ей нужно работать, а сама чувствовала, как затряслись руки от волнения. Слава Богу, что Нита не наделала глупостей, но всё же Эрвин её увидел. Вот же неосторожная!       На следующий день подруги встретились в кафе. Энни рассказала про разговор с Эрвином, и Нита запаниковала.       — Он меня увидел… И теперь хочет сказать, чтобы я не приближалась к дочери! — заплакала Нита.       — Вам нужно встретиться и поговорить. Нит, поговори с ним. Это будет лучше для всех! — Энни попыталась образумить подругу, но та была в панике, накрутив себя.       Теперь нужно будет быть осторожнее и держаться от Кайлы на расстоянии, стараясь не подходить близко к дому. Несмотря на слова Энни, что Эрвин не монстр и, возможно, с ним можно договориться, Нита была уверена в обратном. Как её можно простить за её чудовищный поступок? Она бросила дочь, когда та слишком нуждалась в матери. Она не видела ни первые шаги Кайлы, не слышала её первое слово. Имеет ли она вообще право приближаться к дочери и интересоваться её жизнью?       — Знаешь, Энни, я решила уехать. Я не имею права наблюдать за Кайлой даже издалека. Я бросила её, испугавшись бессонных ночей, ответственности… Я боялась, что не справлюсь… Я думала только о себе, — расплакалась Нита. — Завтра с утра посмотрю на неё в последний раз… И уеду!       — Нита… Поговори… Нита, не совершай поспешных действий! — но Энни не могла переубедить подругу, видя, что та в панике и не может мыслить трезво. Нужно сказать Эрвину, что завтра Нита будет поглядывать на дочь из-за угла, а там — пусть сами разбираются.       Нита собрала два чемодана, чувствуя себя ужасно. Она снова сбегает, не в состоянии посмотреть своему страху в глаза и поговорить с Эрвином.       Тяжело вздохнув, расчёсываясь перед зеркалом, Нита поправила пояс на бежевом платье, ещё раз поправила волосы и вышла из квартиры. На душе было невыносимо тоскливо, но ей очень хотелось увидеть дочь перед отъездом. Заняв свою привычную позицию «за углом», Нита посмотрела на часы. Совсем скоро выйдут Кайла с Нифой. Совсем скоро…       — Здравствуй, Нита, — Эрвин, подкравшись сзади, схватил жену за руку, чтобы она не убежала.       — Что… Пусти! — задёргалась Нита, часто задышав. У неё потемнело в глазах от нервов. Сейчас он запретит ей приближаться к дочери ближе, чем на пять километров.       — Нам стоит поговорить. Пошли в кафе? — спокойно предложил Смит.       — О чём? Ты не хочешь, чтобы… чтобы я даже издалека смотрела на Кайлу? — нервно сглотнув, спросила она, чувствуя, как волосы на голове зашевелились. Оказалось трудно смотреть бывшему мужу в глаза, а ещё трудней разговаривать с ним.       — Нет. Я даже не думал о таком. Когда ты ушла, я искал тебя, но твоя мать сказала, что у тебя депрессия, а потом ты вообще уехала из дома матери, даже ей не сказал, куда.       — Да. Мама только недавно узнала адрес моей квартиры.       — Нам нужно поговорить. Идём.       Нита с трудом переставляла ноги, чувствуя, что обморок ей обеспечен. О чём муж хочет поговорить с ней? О разводе, чтобы узаконить свои отношения с Нифой? Логично. Но легче было обратиться с заявлением в суд, и Ниту бы нашли быстрее.       Присев за столик, заказав по чашке кофе, разговор никак не начинался. Супруги смотрели друг друга молча, ожидая кофе, будто бы с напитком разговор начался бы быстрее.       — Ты носишь обручальное кольцо? — заметил Эрвин, схватив жену за руку.       — Т-ты тоже… — Нита растерялась, не зная, что говорить. Что вообще уместно сейчас сказать? Она шесть лет прожила, грубо говоря, в своё удовольствие, пока он воспитывал их дочь, которая постоянно спрашивала о матери. Почему у других детей есть мать, а у неё только няня Нифа?       — Что ты планируешь в будущем? Наблюдать за Кайлой издалека? — смотря на чашку с кофе, поинтересовался Эрвин.       — Да. Если ты разрешишь, конечно, — растерянно произнесла Нита, держа в руках чайную ложку, чтобы помешать кофе.       — Не запрещаю.       — Наверное, ты хочешь развода, чтобы узаконить отношения с… Нифой? — голос предательски дрогнул. Нита осознала, что её пугает мысль о разводе. Она не хочет этого.       — Нифа просто присматривает за Кайлой. Ты хочешь развестись официально?       Нита пожала плечами, чувствуя, что вот-вот расплачется. Губы задрожали, в горле застрял ком нервов, а из рук выпала ложка. Она винила себя в том, что разрушила собственными руками свою жизнь. Ей стыдно было смотреть Эрвину в глаза, а он, как назло, ни в чём не обвинял её, даже не пытался, чтобы она ощутила свою вину.       — Кайла часто спрашивает о тебе, когда ты приедешь из командировки. Не думаешь вернуться?       — Разве я имею на это право?       — Ты совершила ошибку, но у тебя есть время её исправить.       — Эту ошибку никак не исправить! Я не верну время вспять и не увижу её первые шаги, не услышу её первое слово. Я так жалею, что тогда сбежала на эмоциях. Я же помню, как брала Кайлу на руки, не чувствуя, что люблю её. Я так боялась сделать что-то не так! — Нита закрыла лицо руками, заплакав. Она очень сильно винила себя все эти годы, а теперь считала, что не имеет права вторгаться в жизнь дочери. Какая она мать?       — Нита, ты нужна дочери сейчас. Она скоро пойдёт в школу, а у меня совсем нет времени смотреть за ней, сидеть за уроками. Ты можешь сейчас исправить ошибку, если хочешь.       — А как же ты? Нифа?       — Я давно тебя простил, а Нифа уедет к Ханджи. Ей нужна помощь с сыновьями.       — Я могу увидеть Кайлу сегодня? — вытерев слёзы, спросила Нита.       — Идём, — он взял её за руку.       — Идём!       И они ушли, оставив хорошие чаевые, чувствуя, как в жизни начинается новые этап, главное — не совершить новых ошибок. Но Нита решила, что теперь будет стараться делать всё правильно и не сбежит в трудный момент.