Западня

Твоё имя давно стало другим, Глаза навсегда Потеряли свой цвет. Пьяный врач мне сказал - Тебя больше нет, Пожарный выдал мне справку, Что дом твой сгорел. Наутилиус Помпилиус

Я вздрогнул от громкого крика, идущего откуда-то с улицы, а когда пришел в себя, понял что мне больше не уснуть. Сон как-то быстро исчез. А был ли он вообще? Вскоре странные картинки с непонятными действиями меня уже не беспокоили, и я открыл глаза. Лишь почувствовав странную небольшую головную боль – поморщился, и она сразу куда-то исчезла. Мое тело снова в норме, будто бы с новым тактом сердца я ощущал свежий приток жизненных сил. Чуть оторвав голову от подушки, я огляделся по сторонам. Скорее всего – это квартира. И какая-то она странная, совсем не родная. Наверно я уснул в гостях. Но кто меня сюда привел и уложил в постель? Я постарался вспомнить предыдущий день. Но он оказался настолько расплывчат, что мой мозг помнил лишь бар и алкоголь. Вообще-то там было много народу. А что было потом? Как мог оказаться здесь? Я снова покрутил головой и внимательно присмотрелся. Рядом со мной явно кто-то был. Чуть отстранив одеяло в сторону, я заметил рядом с собой женские контуры тела, а потом тут же поднял одеяло вверх. Мы оба лежали без одежды. «Странно, – подумалось мне, – ночью я был в этой постели вместе с этой камер-фрау?» Я растерянно пожал плечами. Был я с ней или не был, меня это как-то не возмущало. Цепляло лишь то, что я не мог вспомнить, как это было. И было ли это вообще. То и дело, накручивая и накручивая на себя несостоятельность интима, в связи с тонной выпитого алкоголя, мне становилось не по себе. «Жаль, что время могло пройти впустую, – словно шальная мысль пролетела в моей голове». И чтобы все исправить как надо, я снова решил опылить этот нежный цветок, или хотя бы поучаствовать в новом процессе. Для этого я тихонечко, чтобы не побеспокоить мою незнакомку, аккуратно развернул ее на спину. Быстро пристроившись сверху и, отстранив ее ногу в сторону, я медленно вошел в нее. Предвкушение утреннего секса меня так подогревало и расслабляло одновременно, что такого наслаждения даже не ожидал. Достаточно мне было сделать несколько движений, как тут же прижался к ее телу. От такого наслаждения, меня сразу затрясло так, что совсем не мог сдержаться и поцеловал ее в шею. Девушка от удовольствия немного простонала, а потом нежно потянулась. Я сделал еще несколько движений и приподнял голову, чтобы взглянуть на ее милое лицо. Мне показалось, что ей стало приятно пробудиться от сна. Для этого решил снова поцеловать, но уже долго и нежно. Губами я потянулся к ее губам и увидел, как ее глаза открылись. Я остановился. Перед тем, как ее поцеловать, немного улыбнулся, и только хотел продолжить сей процесс, как вдруг ее лицо переменилось. В ее взгляде читался какой-то страшный испуг. Через пару секунд, я услышал душераздирающий крик, а потом, она резко скинула меня с себя и попятилась от меня в сторону. – Кто ты? – в панике произнесла незнакомка. – Я. – Что-о-о? Она открыла верхнюю полку прикроватной тумбочки и вытащила оттуда пистолет. – Кто ты? – снова крикнула девушка. – Что ты здесь делаешь? Отвечай, я выстелю. – Спокойно-спокойно, – поднял я руки кверху и попятился от нее к противоположной части кровати. – Стоять! – вдруг скомандовала она, и я замер на месте. – Так ты пробрался сюда, чтобы со мной спать? Чего молчишь? – Ты не так все поняла. – Не так? Издеваешься? Не трудно было догадаться. Значит, утренний секс любишь? Не слышу! – Люблю. – Хорошо! Я тебя им вдоволь сейчас и накормлю. Она открыла средний ящик прикроватной тумбочки и вытащила наручники. – Руку давай. – Это еще зачем? – Я сказала руку, а то получишь пулю в лоб. Не испытывай мое терпение. Я протянул ей свою руку. Она застегнула одну часть браслета на руке, а другую пристегнула к металлическому изголовью кровати. – Так ты маньячка? – дернул я рукой, что была в наручнике. Снимай, давай. Незнакомка снова полезла в тумбочку и вытащила от туда второй комплект наручников, а потом прыгнула на меня и также пристегнула к изголовью кровати вторую руку. – Ты что делаешь? У тебя что, крыша поехала? – Ну, ты же не говоришь мне: кто ты? Откуда? Что ты прикажешь мне думать о тебе? Завалился на мою квартиру, воспользовался тем, что я сплю. Это я, значит, по-твоему, маньячка? Или все-таки ты у нас, любитель утреннего секса? Значит, не хочешь мне ничего рассказать? – Нет. – Хорошо, тогда поиграем в интересную игру. Это все, что мне остается, чтобы разговорить тебя. – Что? – Терпение, мой милый друг. Совсем скоро ты все узнаешь. Она положила пистолет в верхний ящик прикроватной тумбочки, а потом вытащила оттуда же шестизарядный револьвер. – Пабам-м-м... улыбнулась девушка. – Игрушка для взрослых. Она открыла барабан револьвера и на кровать высыпала все патроны. Потом закрыла пустой барабан и нажала на курок раза три. – Ага, пустой. Видел? – Я кивнул. Она снова открыла барабан револьвера и вставила один патрон в камору. – Игра называется «Русская рулетка». Но немного изменена в правилах. Объясняю: нажимать курок у твоего виска буду я. Если не отвечаешь на мой вопрос, игра начинается. Но игра будет приятной, обещаю. А вот концовка, увы, неизвестна. – Подожди-подожди, какая рулетка, ты, что совсем уж спятила? – Испугался? Правильно. Я тоже испугалась, когда в постели ты меня имел. – Я вечером был в баре, – признался я. – Там было много народу. И алкоголь. Я пил алкоголь. Честно, я не помню, как сюда попал. Может, даже, мы пришли сюда с тобой вместе. Я проснулся в твоей кровати ровно за пять минут до того, как ты проснулась. У меня долго не было девушки, а тут лежишь ты. Ну, я и подумал, что мы все равно ночь провели вместе. Какая разница в том, чтобы немного это все продолжить утром. Ночью я все равно не помню, было у нас с тобой или не было. Вот и вся история. – Значит ты и я в баре? – Да. – Допустим, я заходила в бар, но тебя я не помню. Помню, что тоже пила. Но откуда ты? И зачем зашел в этот бар? – Я с армии пришел. Здешний я. – Здешний, говоришь... И как же тебя звать, здешний парень? – Николай меня зовут. – Колян, значит. Но вот беда, Я тебя Коля не знаю. Всех парней твоего возраста знаю, а вот тебя, нет. Ведь ты не местный, обманываешь меня. Какой-то ты, чужой. Гастролер. – Я местный, из этих мест. – Кому-кому, а мне врать нехорошо. Поэтому переходим к нашей с тобой игре. – Что? Какая игра? Опять ты за свое? – Я не стану отвечать на твои нелепые вопросы. Не бойся, армеец, тебе будет хорошо! Она подняла вверх револьвер и крутанула барабан. Когда он остановился, она улыбнулась. – Вот, зафиксировался. Отложим его на время. Девушка положила револьвер на кровать чуть дальше от себя, а потом села на меня сверху. – Так твой дружок еще жив? Удивительно. Несмотря на то, что был под прицелом, он до сих пор возбужден? Она чуть привстала, поправила рукой, а потом снова села. Я сразу почувствовал какое-то удивительное наслаждение. Она взяла в руку револьвер, немного наклонилась вперед, а потом приставила его к моему виску. – Не обращай внимания Коля. Этот утренний секс только для тебя. Наслаждайся. Тебя ничего не должно тревожить. Ты даже не будешь знать, в какой момент я спущу курок. Только удовольствие, и эйфория. Если тебе будет легче, закрой глаза. Все равно этого не избежать. Здесь все будет зависеть от удачи твоей, мой милый мальчик. И она начала чуть подниматься вверх, а потом опускаться вниз. Сначала это было медленно, но потом девушка ускорилась. Движение были резкими, энергичными. В страсти я дергал руками, а она стонала. Я даже почувствовал, как внутри ее тела у меня задергалось. Я кажется, на самом пике. Внутри тела девушки все увлажнилось, и я в нее выпалил, а она нажала на курок револьвера. Оружие отщелкнулось, но выстрела не последовало. – Ты серьезно сделала это? – задергался я. – Тебе повезло, – улыбнулась девушка. – Но отвечая на твой вопрос, я задам тебе свой, на который можешь не отвечать. Ты действительно думал, что я здесь с тобой шутки шучу? Наконец-то твой тупой солдафонский мозг понял, что это серьезная игра. За все надо платить, помни об этом, пупсик. Еще не все, игра продолжается. – Я поражаюсь тебе, – удивленно произнес я. – А если бы оружие выстрелило? – Мне эта игра бы скрасила сегодняшнее утро. Но не будем о хорошем. Ты достаточно отдохнул и думаю, что готов продолжить. Теперь, немного усложним рулетку. Она открыла барабан револьвера и вставила в камору еще один патрон. А когда зафиксировала его обратно в барабане, то с милой улыбкой, произнесла: – Вот, теперь тебе будет проще. – Чего проще? – негодовал я. – Умереть тебе будет проще. Какой же ты недогадливый сладенький мой. – Ты с ума сошла. – За меня не бойся! А теперь вернемся к нашему разговору. И все-таки, откуда ты? Повторюсь, что знаю в этом большом районе всех ребят и твоего возраста и чуть помладше и постарше. Но тебя, увы, вижу впервые. – Ты снова хочешь услышать тот же самый ответ? Как же я не догадался. Как ты можешь знать всех парней на районе? Ты что, со всеми спала? Может ты местная здесь ша..., ой, вылетело. Я просто в шоке. Нет уже у меня никаких слов. – Как ты мог такое подумать? – девушка изменилась в лице. – Я работаю в милиции и знаю всех, кто здесь проживает. Это моя работа. Но тебя в этом списке нет. – Ты еще и мусор? – удивился я, а потом понял, что снова сказал глупость, и чтобы быстро замять этот ляп, произнес: – Хорошо. Так посади меня в тюрьму. Зачем ты издеваешься надо мной, устраиваешь рулетку? Это беззаконье! – Ой, решетка... Зачем она тебе нужна? Такие как ты должны быть в другом месте. Все, хватит, закончили с этим. – Она быстро перевела взгляд на револьвер. – Знаешь, – продолжила девушка, – ты сейчас так глубоко ранил мою душу. Задел. Оскорбил. Не одна из женщин такое не прощает. Но игра есть игра и порой она бывает жестокой. Так что настало время для второй части Мерлезонского балета. И она резво крутанула барабан револьвера, а потом подождала, когда он остановится и зафиксируется. – Ну, что? – на ее лице снова появилась милая улыбка. – Утренний секс продолжается! Она нежно поласкала грудь своего партнера и уже через пару минут снова была на коне. В этот раз мне было гораздо приятнее, чем тогда, когда движение были чересчур резкими. Чтобы как-то стерпеть наслаждение я закрыл глаза и попытался подумать о другом. Но своим стоном девушка меня сбивала. Снова ощутив великое блаженство, я попытался сопротивляться, и не дать слабину. «Я выдержу это! – уверенно пронеслось у меня в голове, и я мысленно попытался сопротивляется». Но это была лишь уловка. Как только ее движения участились, сил для борьбы не осталось. Я также выпалил в нее, будто сдался в плен и снова получил удар бойка. Револьвер предательски отщелкнул, а выстрел не последовал. Девушка немного отдышалась и слезла с меня. – Невероятно! – она открыла барабан и проверила патроны. Они были на месте. Четыре пустые каморы сразу бросились ей в глаза, и она гневно захлопнула барабан. – А ты везунчик! – сделала мне комплемент незнакомка. – Что ж, в самом лучшем случае, тебе может повести еще три раза. Она рукой пошарила по кровати и нащупала еще один патрон. – Игра обретает крутой поворот! – улыбнулась девушка. Снова открыв барабан своего револьвера, она вставила в камору третий патрон, и одним движением захлопнула его. – Устал, малыш? – с сарказмом спросила она. – Ничего, тебе же нравится утренний секс. Ты же не можешь себе в этом отказать, правда? А я не могу себе отказать пострелять в таких гастролеров, как ты. Ты же говоришь, что местный и не можешь это доказать. Все местные меня знают. Мы росли вместе и вместе учились в одной школе. Ну а ты как-то затерялся. – Ты удивишься, если я скажу, что тебя знаю, и что ты меня тоже знаешь, но это длинная история. Долго рассказывать. – Хорошо. Расскажи. Я никуда не спешу. – Ну, это очень личное. Мне не хочется именно сейчас об этом вспоминать. – А ты попробуй, иначе, я тебя снова назову лжецом. – Зови, как хочешь, только отстань от меня. Давай уже все закончим. Отцепи мои руки от твоей гребанной кровати и разойдемся с миром. Я уже два раза был под твоей рулеткой и заплатил сполна. – Это ты так считаешь. Игра еще не окончена. Рассказывай. – Нет. Освободи меня и я уйду. Обещаю, что ты меня больше никогда не увидишь. – Снова ты за свое: уйду, отпусти. Как-то не по-мужски. Видит Бог, я не хотела. Опять придется с тобой поиграть в секс-рулетку. – Что-о-о? – Ну, мил человек, Коля! Ты же ничего не рассказываешь. Она подняла вверх револьвер и резким движением ладони крутанула барабан. – Опять? – испуганно произнес я и заметался по кровати. Наручники крепко сидели на моих руках. Металлическое изголовье кровати не оставляло мне шансов выбраться. Барабан револьвера остановился, и я увидел, как ко мне на коленях идет моя мучительница. – Неужели твой дружок устал? – она потеребила его руками. – Молодой парень, молодые гормоны. Сейчас быстро приведу его в чувства. Сначала девушка прикоснулась к нему губами, а потом и вовсе поглотила. – Нет-нет! Перестань. Что ты делаешь? Она притворилась, что больше не слышит меня. И я не хотел больше этого секса. Что я только не делал: пытался отвлечься и не думать об этом, но он предательски поднялся и окреп. Незнакомка тут же запрыгнула сверху и сразу сделала несколько движений. Я снова почувствовал, что нахожусь внутри ее тела, а приятная волна уже бежала по всему моему телу. Ей достаточно просто было еще раз довести меня до пика, и под дико-безумное наслаждение спустить курок револьвера. Это надо было видеть ее глаза, когда револьвер снова дал «трещину». Он предательски молчал. По ней было видно, как ей хотелось нажать курок повторно, чтобы все-таки прозвучал долгожданный выстрел. И зачем тогда она все это затеяла, напрягалась? Чтобы оружие бездействовало? Ей стало не по себе. Но правила игры – это святое и она уважала их. Не стала поступать безрассудно, а только лишь открыла барабан и вставила в камору четвертый патрон. – Сегодня твой день, Коля! Ты, наверное, счастливчик пожизненно. Но учти, у тебя в запасе осталась лишь одна удачная попытка. Я тебе предлагаю не испытывать больше судьбу, а рассказать мне все как есть. – Хорошо, – согласился я. – Только расстегни мне эти браслеты, я не кусаюсь. Давай оденемся и присядем за стол. Мои воспоминания не из легких. И я не люблю копаться у себя в голове. Но если ты хочешь знать правду, ты ее узнаешь. – Давай, – кивнула девушка. – Но знай, если ты только попытаешься бежать, я буду стрелять на поражение. Не думай, что проявлю к тебе жалость и отпущу. Беспощадно, несколько пуль всажу в твое тело. Да, я такая. А как с вами иначе? Когда мы уже сидели за столом друг напротив друга и на меня смотрел ее новенький Макаров, который она вытащила на замену револьверу, я посмотрел в ее строгие, полной ненависти глаза и тихо произнес: – Не напрягайся ты так, я не собираюсь никуда бежать. Она кивнула. – Хорошо, – продолжил я. – Все началось тогда, когда я попал служить в Афган.