Западня

Вскоре мы добрались до того самого места, где когда-то наша рота десантников отстреливалась от душманов. Кажется, что я его запомнил на всю свою жизнь. Я облегченно вздохнул, а потом крикнул: – Юлдуз, мы пришли! Это то самое место. Вспоминая о прошлом, мы, как горные олени лазали по ущельям. Пришлось оставить всю свою поклажу и животных в ближайшей деревне. В некоторых местах ишаки бы просто застряли, не прошли дальше. А нам из-за них все равно пришлось бы вернуться назад. И вот теперь мы наконец-то добрались. – Смотри, – я показывал рукой, а Юлдуз внимательно смотрела на меня. – Здесь была наша рота. На той площадке были мы с командиром, а вон там девочку десяти лет тащил боевик. Вот в этой самой воронке мы прятались от взрыва, а в том направлении мы с девочкой ползком добирались до входа в подземную деревню. Идем туда. Здесь должен быть люк и спуск вниз. Там и живут жители горной деревни. Не мешкая ни минуты, мы отправились к тому самому месту, где был вход в подземную деревню. И когда мы уже находились возле него, я не смог обнаружить тот самый люк, через который осуществлялся переход вниз. Люк просто растворился, будто бы здесь никогда и не был. Вместо люка красовался кусок горной скалы. Словно природа посмеялась надо мной. – Что? – я не поверил своим глазам. – А где люк? Где вход в подземную горную деревню? Как же теперь быть? Что, его перенесли в другое место? Но не мог же он просто взять и растворится. Ерунда какая-то, бесовщина. И что теперь делать? Это мне все привиделось? А как же мое бессмертие? Оно реально, как и то, что меня все забывают. От злости я хотел крушить все подряд, стрелять вокруг. Может специально они скрывают это место от меня, но зачем? Неужели нельзя выйти и поговорить со мной. Только Юлдуз своими объятиями смогла утихомирить меня. – Они скрываются от всех, – произнесла она. – Не доверяют никому. А вдруг ты к ним приведешь боевиков. Скорее всего, они избегают любого контакта с людьми. И ты не исключение. Попросил бессмертие, они его тебе дали. Но не думай, что это бессмертие на тебе будет всегда. Их люди иногда выходят на поверхность гор, чтобы собрать какой-то мох, который дарует им то самое бессмертие. Вот ты и встретил девочку, которая собирала тот самый мох. – Что значит, бессмертие на мне будет не всегда? – Скорее всего, напиток или еда, которую тебе дали содержал тот самый обработанный мох, дающий бессмертие. Но, как и у любого лекарства, у него есть определенный срок действия эффекта. А ты пил их напиток? Ел их еду? – Конечно. Они мне еще с собой дали. – Вот. Теперь ты бессмертен благодаря этому непредсказуемому ингредиенту. – И сколько повремени, сей эффект будет держаться на мне? – Лет пять будет держаться, а потом все вернется обратно. И тебя вспомнят. Нужно только подождать, а не гоняться за тенью и блуждать во тьме. – Хорошо, – успокоился я. – Что если это время мы проведем с тобой вместе? Будем искать твоих братьев. – Я уже с тобой. Этой ночью я доказала тебе это. Не волнуйся и не ищи черную кошку в темной комнате. Надо продолжать жить. Идем отсюда. У нас еще много дел. Прошло года три после нашего посещения того злополучного ущелья. Я слышал, что Советские войска начали покидать Афганистан. Видимо власти выполнили свою задачу и теперь все возвращается на круги своя. А мы с Юлдуз тоже не сидели на месте – прошерстили почти всю территорию этой огромной страны, но братьев так и не нашли. Она молодец держится, не падает духом. В каждой деревни спрашиваем о них. Но, а я втайне от нее тоже интересуюсь, и исключительно жителями горной деревни. Пока результатов у нас с ней нет. Осталось совсем не много. И я пообещал ей, что мы, если не найдем ее братьев здесь в Афгане, начнем их искать в Пакистане. Работорговцы могли их перебросить туда. А сейчас мы направляемся в низину Бамиана. Люди говорят, что здесь работают множество зажиточных крестьян – дехкане. Они отделились от общины еще в древности, а сейчас там ведут свои фермерские хозяйства. Теперь нам нужно будет проверить и эту местность. Вот теперь мы направляемся именно туда. Я как всегда шел возле своего нагруженного провизией ишака и о чем-то думал своем, как Юлдуз засуетилась. Я быстро снял ее с ишака и спросил: «в чем дело?». – Видишь двоих крестьян с мотыгами в руках? – А что с ними не так? – Это и есть мои братья, я нашла их. Мне надо с ними поговорить. Она хотела побежать к ним навстречу, но я ее остановил. – Тихо. Не дергайся. Ты тоже хочешь стать рабыней в этом доме? – Почему ты так думаешь? – Если здесь было бы все так замечательно, я думаю, что твои братья давно бы отсюда сбежали. Что-то здесь их удерживает. Нам надо сначала выяснить: что, или кто? – И как, по-твоему, это сделать? – Главное – не торопиться! Сейчас мы поднимемся вверх, в город Бамиан и там поищем ночлега. Оставим ишаков и свои баулы. А завтра вернемся сюда. Тихо прокрадемся к ним ближе, и ты сможешь поговорить с одним из них. Может быть, у них уже есть план побега, только его нужно осуществить, вот и все. – Ночлег, говоришь... – задумалась девушка. – Здесь несколько небольших поселений. В этом районе, говорили, что есть мехмунсарай. Там можно и остановится. – Что это за сарай? – развел я руками. – Но это, гостиница. Дословно – гостевой дом. Там и покормят нас, а главное наших животных. И сможем оставаться сколько угодно. Насколько нам хватит денег. – Замечательно. Давай сейчас туда, а завтра вернемся к этим полям.