Покажешь мне город?

— В Прагу влюбляешься, — сказал Тэхен своему новому знакомому по программе обмена в университете. Чон приехал только сегодня. Простоять в очередях и разобраться с документами оказалось не настолько страшной процедурой, как заселение в общежитие. Парень, не зная чешского, очень боялся жить с кем-то из местных. Только представьте сколько проблем может возникнуть из-за отсутствия нормальной коммуникации, если наличие нового соседства изначально вызывает дискомфорт. Не говоря уже о деталях: открытых окнах, включении света, издаваемом шуме, запахах и тд. Ведь это все собирается в пазл, и если хоть что-то из другого комплекта, такому перфекционисту как Чонгук жить будет не сладко. А оно и будет не то, остается только настраиваться, что удача на его стороне и сосед хотя бы окажется англоговорящим. Да ты ее любимец, Чон. На противоположной кровати сидит опрятный парень с исторического и на родном корейском рассказывает как тебе понравится город, учитывая твое архитектурное образование. Он активно жестикулирует, дополняя свой рассказ, и покачивается вперед-назад. Кажется, что так скоро завалится и упадет. — В города не влюбляются, — возражает Чонгук, кинув быстрый взгляд на нового соседа, параллельно продолжая перекладывать вещи из чемодана в шкаф. — Спорим? На трдельник? — прищур лисьих глаз. — Эм… Ладно? С тебя экскурсия, получается. Я сначала с учебой разберусь немного, а потом уже можно и погулять. Договорились? — Договорились! Чонгук считает голос Тэхена приятным, пока тот с упоением рассказывает как живет тут уже вторую неделю, как его впечатляет культура и люди, как ему грустно было одному и как быстро он привык к местному временому поясу. Это располагало.

***

— Нет, мы не поедем на Карловы Вары, Тэхен, — Чонгук мотает головой и улыбается, стоя в очереди за дурацким тердельником с фисташкой и нутеллой. — Мы заняты на этих выходных. Он оказался вкусным. — Смотри! Они разные — одна шире. Это башня-муж и башня-жена? Угадай кто из них кто? — Тэхен восторженно мотал головой то на собор, то на Чонгука. — Толще — муж? — приподнял одну бровь в вопросе. — Жена. Хорошей девушки должно быть много, на это есть ряд логичных причин для того времени… Ты и без них был бы отличным партнером. — Есть две версии почему Прагу назвали «Прагой». Тебе сначала скучную-научную или историю с гадалкой? — спросил Тэхен, когда вскакивал на ступеньки возле памятника. — Ты веришь в это? — скептически. — Я историк, поэтому не исключаю. И меня из жизни не исключай, пожалуйста. — Это время от рассвета… от заката… нормальный циферблат… знаки зодиака, — при рассказе о Пражских курантах Тэхен загибает пальцы, пока перечисляет. — У меня голова кругом, они такие красивые, но сложные. И люди по ним понимали? — Чонгук совсем запутался. — Нет, у них даже дома обозначались не номерами, а символами или картинками. Например, тот ряд, — Ким указал кивком, — моя любимая золотая лилия, синяя лошадь, золотой карп и так далее. Каждый дом. Но представь какие же уникумы находились, если механизм этих часов не менялся! Их просто изредка подкручивают, чтобы не отставали. — Это действительно впечатляет. Как и ты сам. — Они как-то слишком доверяли астрологам, — произнес Чонгук, задумчиво смотря на «135797531» возле Карлова моста. — Согласен. Они жили без моста пятнадцать лет, потому что так сказали кто? Звезды? Я бы столько же тебя ждал. — Это оригинальная скульптура. И тут самое время загадать желание, — Тэхен подошел лицом к лицу и сказал заговорческим шепотом. — Потрогать женщину и собаку? — предположил Чонгук, потому что именно эти места были затерты до золотых отблесков. — Никаких женщин, — острый взгляд. — Там над ней маленький человечек, которого выбрасывают стражи. Видишь? — кивок. — Вот его — правильно будет. Продолжим общаться дома? — Давай туда не пойдем? Там три двухметровых младенца и выглядят они так, будто кто-то приложил их лица сапогом, — Ким даже скривился. — Звучит как декорация к фильму ужасов. — Я же теперь бояться буду. Но я же рядом. — А в этом храме Моцарт играл на органе, — бодренько продолжал экскурсию Тэхен. — Что он делал в Чехии? — любопытно. — К любовнице часто приезжал. Посвятил, кстати, Праге оперу. Жаль, что я не музыкант. — Это лестница на небеса? — Чонгук уже устал подниматься к Пражскому граду. — Дурашка ты, еще немного, — легко улыбнулся Тэхен. — И вообще, чехи в основном атеисты. Знаешь как говорят? «На восьмой день Бог придумал пиво, поэтому больше его никто и не видел». Хорошо, что ты сказал это не в храме.

***

Экскурсия была месяц назад и скоро пора возвращаться домой. Билеты куплены, Тэхен переехал в отель пару дней назад за истечением контракта. Без него в комнате пусто. историк-мечтатель: там сакуры цветут. встретимся под золотой лилией? Чонгук должен был влюбиться в город, а влюбился в него.