В глубине воспоминаний

Боль… Когда сознание слегка проясняется, это первое, что он чувствует. Грудь охвачена острой болью. Настолько нестерпимо, что хочется кричать. Но выходит лишь лежать, когда вокруг носятся люди. Очень шумно. Кто-то плачет, кто-то орёт ему в лицо. Сам он почему-то не кричит, хотя боль такая, что хоть связки рви. Лежит себе тихонько, не понимая что происходит. Краем сознания замечает, что его куда-то переносят, потом везут, кажется он даже улавливает голос брата. Снова переносят, всё ещё крича в лицо что-то. Светят в глаза. Ван Ибо знал – гоночные костюмы с кучей защиты, в том числе и воздушными подушками. Он не мог сильно пострадать. Лёжа под яркими лампами, сознание начало покидать его. И вот яркий свет сменила темнота.

***

Лю Хайкуань был на треке в тесной комнатке с большими экранами, по которым наблюдал трансляцию, когда после неудачной попытки подрезать с трассы вылетели четыре гонщика. Они ехали близко, и после лёгкого касания одного, с эффектом домино, все улетели в зону вылета. Столкновение произошло за несколько секунд, но Лю Хайкуань наблюдал за этим, как в замедленной съёмке. Ибо зацепило. Один из мотоциклов зацепился передним колесом за землю, подскочил, и его закрутило. На большой скорости он переворачивался и перелетал через другие байки. Парень который управлял им слетел, кажется сильно травмируя руку. Остальные также не смогли удержаться и, не успевая сгруппироваться, больно ударялись, катились по земле, пролетая несколько метров вперёд вместе с мото. Теряя скорость, Ван Ибо проскользил последние несколько метров по траве, и в этот момент его накрыло чужим байком. Придавило! Тот буквально упал на него после нескольких кульбитов. Хайкуань застыл, тупо глядя в экран, не в силах сделать вдох. Его младший брат неподвижно лежал под чёртовой железякой. В ушах звенело. Кто-то резко дёрнул его, разворачивая. В лёгкие, наконец, проник воздух. — Там скорая! Я проведу, — парень, который и привёл его в эту комнату, потянул за собой к выходу. Видимо друг Ибо. «Скорая! — придя в себя, Хайкуань сорвался на бег, зачем-то сам хватая парня, видимо от волнения, и таща за собой уже его. — Пожалуйста, будь в порядке! — в сердцах молил мужчина». На треках во время гонок всегда была скорая, мало ли что случится, элементарная техника безопасности. Выбегая на улицу, Лю Хайкуань сразу же замечает толпу около машин скорой помощи. Их пытаются разогнать, но напористые фанаты лезут под руку, одни пытаясь помочь, другие всё снимая. Мужчина пробирается через толпу, оглядываясь. К машине несут Ибо на носилках, который уже без шлема. «Какой идиот снял с него шлем!? А если бы он шею повредил!», — подбегая он поверхностно осматривает его. Кровь у лба пугает. Толпа напирает, тыча камерами в лицо. — РАЗОШЛИСЬ! — рявкает Хайкуань, пугая ближайших идиотов. Это помогает, и толпа расступается. Пользуясь моментом, брата заносят в машину и перекладывают на койку. Всю поездку до больницы Лю Хайкуань пытается разговаривать с Ибо и параллельно держать себя в руках. Он видит, что брат в сознании совсем немного приоткрывает глаза, моргая. В отделение реанимации его не пустили. «Какого чёрта вообще! Я же его старший брат всё-таки. И почему его вообще увезли в реанимацию, неужели всё так плохо!?», — уже начал себя накручивать мужчина, сидя на скамейке в коридоре, около мутной двери отделения. Но не успел он углубиться в самобичевание, как в кармане его брюк зазвонил телефон. Мама. «Чёрт! Неужели она смотрела трансляцию. Ну почему именно сейчас?», — измученно вздохнув, Лю Хайкуань весь подобрался, отвечая на звонок. — Алло! Алло сынок! — всхлипнули в трубке. «Всё же смотрела», — понял мужчина. Ван Лиу тем временем не унималась: — Что случилось!? Что с Ибо!? Мой А-Бо, он в порядке!? Скажи, что в порядке! Где вы сейчас!? Я приеду… Угх…Мкх… Сейчас соберусь и приеду! В какой вы больнице!? — изо всех сил сдерживая рыдания, женщина зачастила, начиная копошиться. — Тише. Не плачь. Успокойся, присядь, — как можно более спокойным голосом сказал Хайкуань. Он сам ещё не знал как обстоят дела и был в примерно таком же нервном состоянии, как и его мать. Но ему нужно её успокоить, а то так и до истерики недалеко. — Всё будет хорошо. Ты же знаешь, что его гоночный костюм защищает все жизненно важные точки. Он сам тебе рассказывал. Я не думаю, что это что-то серьёзное, — откровенно врал мужчина. Он сам понятия не имел насколько сильно пострадал Ибо. — К тому же мы в Пекине, а ты в Лояне, — помолчав он добавил полушёпотом, — Как только что-нибудь узнаю – позвоню, не переживай. — А-Куань, позаботься о нём, пожалуйста! — чуть успокоившись и начав мыслить трезво, попросила Ван Лиу. — Я приеду к вам, мальчики, через несколько дней. Улажу дела на работе, возьму отпуск и сразу же приеду. — Хорошо. Будем ждать, — тепло отозвался её старший сын и, не в силах больше сдерживать дрожь в голосе, повесил трубку.

***

Шумно. Ван Ибо открывает глаза, оглядывается. Вокруг шныряют люди, спешащие на приём, врачи, отошедшие на перекур, дети, не желающие идти в больницу и всеми силами упирающиеся, чтобы злая маман не затащила сдавать кровь. — Что за чёрт? — он стоит напротив главного входа в больницу Цишань Вэнь. — Как я тут…что я тут делаю? — спросил Ван Ибо у воздуха – тот не ответил. Голова отдавала болью, которая вроде и не боль. Странно. Когда он наконец понял, что стоит посреди дороги, как баран, парень решил ретироваться к скамейкам. Присев на одну из них, пришлось опять напрячь свои мозги и почувствовать эти странные ощущения в голове. Он попытался вспомнить, как пришёл к больнице – бесполезно. Тогда попытался вспомнить последние события – вспомнил, как готовился к гонке с утра. Хоть что-то. «Ну вот, всего двадцать два, а уже старческий склероз», — взгрустнул молодой парень, развалившись на спинке скамьи. Тут в окне показался Лю Хайкуань. Завидев его, Ибо поднялся и направился к мужчине. «Может мы как раз вместе сюда пришли и разминулись», — подходя к брату, который ждал кофе из автомата, Ван Ибо собрался окликнуть его, но тот, взяв стаканчик с этой недокофейной гадостью, развернулся и как ни в чём не было прошёл сквозь Ибо. — Какого…! — встрепенулся парень. Резко развернулся и во все глаза уставился на спокойно уходящего брата, как будто ничего сверхъестественного не произошло. Немного потупив, Ван Ибо расплылся в недоверчивой улыбке: — Ха… Ха-ха. Вот это сон реалистичный, — он выставил руки вперёд, рассматривая себя. Вовремя опомнившись, Ибо догнал впереди идущего Хайкуаня, попытался дотронуться, но рука прошла насквозь. Мужчина сел на скамейку около мутной двери отделения реанимации. Только сейчас Ван Ибо заметил ужасно усталый и изнеможённый вид своего дорогого брата. Мужчина сидел чуть сгорбившись, клюя носом, под глазами были тёмные синяки, будто он не спал больше суток. Ибо ещё ни разу не видел брата таким. Это заставляло его нервничать, и он, пытаясь понять, что могло случиться, сел напротив брата, покусывая губу. Спустя десять минут к ним вышла невысокая молодая девушка-врач и сообщила, что Лю Хайкуань может войти. Брат вскочил как ошпаренный и быстрым шагом проследовал за девушкой. Ибо пошёл за ними. Надо же узнать, из-за чего Хайкуань место себе не находит. Чего он точно не ожидал увидеть, так это себя! Своё тело, лежащее под капельницами, со сломанной левой ногой (судя по гипсу) и повязкой на груди и голове.