«Иной»

— Ху Тао, с кем ты говоришь? — услышала староста голос подруги и вздрогнула. — Ёма… ты давно тут? — растеряно спросила девушка. — Я шла за тобой. Ты разговариваешь сама с собой? — встревожено спросила Ёимия. — Это не то, о чем ты подумала… Я… тут была девочка, и я… Я даже не знаю, как объяснить, — Тао закрыла лицо руками, стараясь собраться с мыслями. — Послушай, может тебе к доктору обратиться? — Что? — Ты разговаривала сама с собой. Этот хвостик ещё… Ты носишь с собой грязный кусок мягкой игрушки, уходишь посреди дня, втыкаешь в пустоту, игнорируешь слова куратора, да ещё и сама с собой разговариваешь. Я переживаю за тебя, понимаешь? — она взяла девушку за руку, — Давай обратимся к врачу? — Я не сумасшедшая! — выпалила Тао, одёргивая руку, — Ты ничего не знаешь и не понимаешь! — Тао, успокойся, — мягко сказала Ёимия, но староста продолжала заводится. — Зачем ты вообще за мной шла?! Кто тебя просил?! Вечно лезешь не в своё дело! Я не сумасшедшая! — выпалила она и на глазах подруги проступили слёзы. Ёимия опустила голову, её плечи слегка вздрогнули из-за подступающего плача. Она развернулась и побежала прочь. — Ёма, прости! — бросила ей вслед Тао, к которой только сейчас пришло осознание, что она вызверилась на подругу. Хотелось побежать вслед за Ёимией, но ноги совсем не слушались. Ху Тао стояла неподвижно, словно приклеенная к асфальту. Лишь спустя несколько минут она наконец смогла сдвинуться с места. Сил совсем не было. Ей казалось, словно из неё вырвали кусок души. — Почему ты не уходишь? — услышала она голос Кли, — Ты же должна догнать свою подругу. — Ты… — Друзья так не поступают, сестрёнка, — говорил милый голосок маленькой девочки. — Кли… — в голове девушки словно образовался вакуум, она совсем не могла подобрать слов. — Ты бросишь её? Как бросила нас с братиком? Ты снова плохая? Кли не хочет, чтоб ты снова была злой… — девочка всхлипнула, — Если ты теперь плохая, отдай мне хвостик назад… — Нет, я не плохая, — резко выпалила девушка. — Отдай его братику, — проговорила Кли, безотрывно смотря на грязный хвост мягкой игрушки. Девочка буквально растворилась в воздухе, оставляя старосту наедине с собой. Внутри словно что-то щёлкнуло. Появилась чёткая установка, что нужно сейчас же вернуть этот хвостик Альбедо. Вокруг больше нет ничего и никого. Пока она этого не сделает, то будет чувствовать себя, словно её кто-то сковывает тяжёлыми цепями. ***

Вы 09:00

Альбедо, ты как?

Альбедо 09:00 Уже лучше. но немного глюкозы не помешало бы.

Вы 09:01

К Вам сегодня приехать? Кадзуха говорил, нужно поговорить.

Альбедо 09:01 Казу поехал за продуктами. Могу попросить вас забрать. Поговорим сегодня. Мне на смену вечером выходить.

Вы 09:02

На работу? Ты себя видел вчера?

Альбедо 09:02 Это было вчера.

Вы 09:03

Хорошо, пусть Кадзуха только позвонит скажет, куда нам подойти.

Венти наконец проснулся. Он привык вставать рано, но вот уже который раз он просыпает. — Доброе утро? — неуверенно сказал он. — Доброе, — ответил Сяо, — Едем к Альбедо и Кадзухе. Каэдэхара позвонит или напишет адрес и заберёт нас оттуда. Хочу больше узнать о ситуации с Беннетом. — Сяо, как думаешь, что будет послезавтра? — тихо сказал Венти, словно боясь услышать ответ. — Ты тоже думаешь, что они собираются убрать Альбедо и потом спихнуть это на проклятие? — Да, но не только его… — И тебя? — Мне так кажется, — неуверенно сказал юноша. — Расскажешь почему? — Когда твой дядя разговаривал со мной наедине, он пытался узнать у меня что-то о каких-то детях. И о Венди. Только я не знаю ничего, но он уверен, что я лгу… — голос юноши слегка дрогнул, — Мои родители они… Эм… занимаются нелегальными и противозаконными вещами… Они очень любили брата… он был послушным, покладистым и хорошим. Мне кажется, он был таким только ради меня… Ой, я отхожу от темы. С того дня, как он умер, моя жизнь превратилась в ад… Хотя… не так, этот ад всегда был, просто я его не видел. Извини, пока я это говорил, я забыл… Эм… — Ты говорил что-то про дядю и детей, — напомнил ему Сяо. — Эм… Я забыл, — он вопросительно посмотрел на Алатуса, — Никак не могу вспомнить, что хотел сказать. — Ладно, Кадзуха скинул локацию, пошли, по дороге вспомнишь, — сказал парень, машинально взял Венти за руку, чтоб увести его за собой, но юноша рефлекторно одёрнул руку, — Извини… Я случайно, — Сяо явно растерялся, — Не хотел напугать. — Само как-то получилось, — проговорил Венти, не желая принимать сигналы, которые ему подавало тело, — Пойдём, — он сам опустил руку на запястье Сяо и повёл парня на выход. Непривычно ясный и морозный день. Сильный ветер намекает на снег. Замёрзшие лужи под ногами заставляют идти медленно и аккуратно. — Алатус, — обратился к нему Венти, в очередной раз чуть не упавший на льду, — Можно я возьму тебя под руку… — Конечно, — пожал плечами парень, не доставая рук из карманов. Тело Венти буквально кричало ему, чтобы он этого не делал. Сердце бешено колотилось, к лицу подступал жар, свободный шарф ужасно давил, заставляя чувствовать лёгкую нехватку воздуха. Но юноша упорно отвергал все знаки и сигналы. Он аккуратно взял Сяо под руку и пошёл рядом. «Что это за странное чувство?», подумал вдруг Алатус, чувствуя прикосновение Венти. Такое слабое и тихое. Такое осторожное. Еле заметное. В груди всё сжалось, а сердце пропустило удар. — Привет, — отозвал парней Кадзуха, сигналя и паркуясь на обочине, — Запрыгивайте. Сяо сел наперёд, в надежде снова воспользоваться ситуацией и узнать от Кадзухи какую-то информацию. — Казу, что произошло? Почему Альбедо вдруг стало плохо? — аккуратно спросил он. — Ну… — Кадзуха заметно занервничал, — Он говорит, что это нехватка витаминов… и кислорода… и гемоглобина… и ещё чего-то. — Я не об этом, а о том почему у него эта нехватка случилась? — А… ну… э… я не знаю. — Вы же живете вместе, любите друг друга, почему не знаешь? — Сяо начинал давить, сам того не замечая. — Мм… — Кадзуха явно нервничал, он постукивал пальцем по рулю и бегал глазами, словно стараясь что-то придумать, — Блин… Извини, я плохо вру, поэтому можно я просто буду молчать? Спасибо. — А почему нельзя правду сказать? — спросил Сяо. — Мне нельзя никому говорить. Люди меня не поймут, — проговорил Кадзуха. — Что-то я не понимаю, — вмешался Венти, — Тебе нельзя никому говорить о том, что происходит с Альбедо, потому что люди тебя не поймут? Звучит странно. — Если и ты не понимаешь… то люди точно не поймут, — вздохнул Каэдэхара. — Что значит «и ты»? — не понял Венти. — Мы ведь с тобой одинаковые… Ты не знал? — Я не понимаю, о чем ты… — Ааа, — протянул Кадзуха, — Я понял. Это потому что у тебя нет хозяина. — Эээ… — кажется, Венти окончательно перестал понимать этого парня. — Кадзуха, что за хрень ты несёшь? — напрямую спросил Сяо. Каэдэхара не ответил. Он лишь сильней нажал на газ, чтоб быстрее доехать домой. — О… Вы приехали… — Альбедо открыл входную дверь и окинул взглядом всех троих, — Казу, что-то случилось? — обратился он сразу к Каэдэхаре, но тот отрицательно покачал головой. Блондин выглядел довольно бледным и уставшим. Его руки слегка вздрагивали, а на запястьях снова виднелись яркие отпечатки чужих рук. В этот раз он был одет в футболку, от чего было видно и ссадины на локтях. — Чай, кофе? — предложил он, смотря на Сяо и Венти. — Давай я, — мягко сказал Кадзуха, уходя на кухню с пакетами и жестом показывая, чтоб остальные проходили в комнату. *** Шоколад, виноград, мёд, сладкий чай… Сяо осматривает стоящие на столе тарелки. Кажется, кому-то очень не хватает глюкозы. Даже не так, катастрофически не хватает глюкозы и углеводов. — Хотите спросить про Беннета, да? — сам начал разговор Альбедо. — Да, — ответил Сяо, — Бенни сказал, что ему приснилась молния, но вы говорили, что спасли его от молнии. Либо он вас спас. — Да, так и было, — пожал плечами Альбедо. — Почему он думает, что ему приснилось? — Уснул в машине, вот и смешалась каша в голове. — Почему он сказал, что его чуть не сбил автомобиль? — Потому что мы чуть на него не наехали. — Почему на машине нет следов аварии, — продолжал давить Сяо, пользуясь плохим самочувствием Альбедо. — Потому что мы успели остановиться. — Ты сказал, что вы свернули, почему вас не занесло? — Мы ехали медленно. — Беннет сказал, что Вы ехали быстро, — соврал Сяо. — Ему показалось, — всё так же спокойно отвечал Альбедо. Этот блондин так чётко и легко отбивал любые нападки Сяо, что начинал выводить из себя. Алатус знал, что парень лжёт, но никак не мог подловить его на этом. Словно чувствуя его раздражение, в «игру» вступил Венти. — Кадзуха снова сделал тебе больно? — спросил он напрямую, смотря на фиолетовую ссадину на руке. Альбедо опешил. Он совсем не ожидал услышать подобный вопрос. Кажется, это выбило его из равновесия. Заметив замешательство, Сяо продолжил давить. — Вы с Кадзухой что-то скрываете, и мне было бы всё равно что, но это касается и нас. Почему ты не говоришь правду? Что такого произошло там, на улице, между тобой, Кадзухой и Беннетом? — Если Каэдэхара тебя избивает, не нужно об этом молчать, — продолжал Венти. Они вдвоём говорили и говорили. Сяо — про Беннета и молнию, Венти — про ссадины и насилие. Этот бесконечный поток буквально начинал сводить блондина с ума. Он закрыл уши руками, стараясь не слышать этих слов, но в голове они продолжали звучать. Бесконечно. — Хватит! — Кадзуха ударил рукой по столу, — Зачем вы это делаете? — его голос снова звучал мягко и нежно, он аккуратно положил руки на плечи Альбедо, тот вздрогнул и перевел взгляд, — Успокойся, — тихо сказал ему Кадзуха, — Если хочешь, они уйдут. Альбедо растеряно смотрел по сторонам. Он пытался собраться с мыслями, но ничего не получалось. Звонок в дверь. Парень вопросительно посмотрел на Кадзуху, тот пожал плечами. Они оба направились на выход. Альбедо положил руку на ручку двери и, затаив дыхание, открыл. На пороге стоит староста. Девушка выглядит очень бледной и растерянной. Пустой взгляд пронизывает голубые глаза насквозь. — Это тебе, — говорит она и протягивает ему хвостик от игрушки. Дрожащими руками парень берет часть игрушки и буквально опускается на пол на колени. К глазам подступают слёзы, но он старается держаться. Дыхание становится прерывистым. Сяо и Венти подошли к нему, но не смели ничего говорить. Звон телефона заставил всех вздрогнуть от неожиданности. — Слушаю, — ответил Кадзуха на телефон блондина. Молчание. Он сбрасывает вызов и опускает руку. — Кот… — тихо говорит Кадзуха, — Твоя мама… Из глаз блондина градом хлынули слёзы. Лицо выдало гримасу боли и отчаяния. С уст слетел немой крик. Кадзуха сразу опустился к нему и прижал того к себе. Несдержанные всхлипы, громкий плач и прерывистые выдохи наполнили комнату. — Почему, Казу… почему… — продолжал рыдать Альбедо, — Я не спас ее… я не смог… почему… — Тише… — Кадзуха нежно гладил светлые волосы, стараясь успокоить парня. — Я не смог… даже с тобой… не смог… ненавижу…