Твои любимые тёмно-синие гиацинты

      — Кха-кха... — тёмноволосый юноша, пересиливая боль в горле, откашливался от вновь выросших цветов. Протерев рот рукавом, он с отвращением посмотрел на смятые на земле лепестки гиацинта.       Говорят, что на языке цветов гиацинт означает любовь, счастье и верность. Казалось бы, сплошные причины для радости, если бы не одно "но". Наравне с ними гиацинт также символизирует скорбь.       — Хоть клумбу ими засаживай, ей богу, — недовольно процеживает, облокотившись на ближайшую стену.       Похлопав себя по карманам, нащупывает смятую сигарету и зажигалку. То что нужно.       Дым бледно-серым пятном расплывается перед глазами, замутняя взор на небольшой, безлюдный дворик за школой и высокие, покрытые зеленью деревья. Лучше бы он ничего этого и вовсе не видел. Тяжело вздыхает и снова делает затяжку. В чём смысл такой жизни? Чёрт его знает.

***

      — Ты... Правда хочешь быть со мной?       — Конечно. Мы же соулмейты!       В мыслях всплывает неясный образ юноши. Сколько они были далеки друг от друга? Несколько месяцев? Год? Или всю жизнь?       Они разные. Они никогда не были близки. Так что же его подтолкнуло на этот шаг? Лишь некая связь? Бред.       — Ха... Ну конечно... Сам откис, а другим доставил хлопот. Вылитый он.       А он и правда поверил в его искренность. Было ли это любовью? Если нет, то чем? Эдгар до сих пор не находился в ответе.       — Какой твой любимый цветок?       — Без понятия.       — А сказать, какой мой?       ...       ...       ...       — Гиацинт.

***

      — Тебе совсем не интересно, что означает твой цветок? Я вот узнал, что мой означает любовь и счастье. Разве это не то, о чём мечтает каждый возлюбленный?       И снова эта улыбка. Яркая и живая. Такая, которую хочется видеть. Которую хочется.. Ощущать на себе...       — Ха... Кажется, я просто схожу с ума, — Эдгар устало прислонился головой к стене.       Школьный дворик. Обычно здесь никого нет, лишь изредка можно встретить школьных учителей или дворников. Летом, во время физкультурных занятий на улице, сюда посылали учеников за мячами и прочим инвентарём. Сейчас многое изменилось.       Очень многое...       Бросает выкуренную сигарету на землю, не забыв притоптать.

***

      — Что? По-твоему, в этом виноват я?       ...       — Тебе стоит подумать получше, за кем действительно стоит вина.       — Чего он только добивался? Больной.. Кх-кх! — недокуренная сигарета внезапно выпадает из рук. Снова...       Тёмно-синие гиацинты, смешавшиеся в кучке, маленьким, жалким пятном смотрели на него с ладони.       "Ненавижу синий".       Крошечные цветочки, ещё не успевшие разрастись. Лишь пустили слабые корни.       "А тебя — ещё больше".

***

      — Кто она? Да так, знакомая. А что?       "Я всё видел. Почему же ты врёшь? Чего ты этим добиваешься?"       — Ответь честно. Она тебе нравится?       ...       ...       ...       — Что будет, если я отвечу да?       Эдгар резко соскочил с кровати. Опять этот сон. И опять он просыпается прежде, чем Фэнг озвучит свой окончательный ответ. Смешно. Ведь он и так знает его.       Плюхается обратно на кровать и пялит в потолок. Эта улыбка... Она уже не та. Совершенно. Уже не та, добрая и.. Искренняя? А была ли она такой вообще?

***

      — Слышали?       Обычная бессмысленная болтовня о ненужных вещах. Бесит.       — Что? Серьёзно?!       Просто...       — Тот мальчик из десятого класса?       Бессмысленная...       — Ох... Это тот, которого, вроде, Фэнг звали, да? Бедняжка...       Стоп. Что?

***

      — Если меня вдруг не станет, ты будешь сожалеть?       — О чём?       — Какой ты недогадливый.       ...       — Конечно же о том...       ...       — Что...       ...       — Это будет твоя вина.       — Не говори так.       — Почему?       — Потому, что... Ты... М...       "Ты просто псих!"

***

      — Ты же знаешь, что завтра уже год, как не стало твоего одноклассника? Как его.. Фэнг, да? — женщина безынтересно разглядывала журнал, — завтра твой класс собирается наве...       — Пошёл он к чёрту. Придурок.       Взгляд женщины на мгновение остановился на месте, а затем резко поднялся.       Пощёчина.       — Имей уважение к умершему! Разве так я тебя воспитывала?

***

      Потёртая в грязной рамке фотография. На ней ты получился особенно милый. На твоём лице не было той слащавой улыбки.       Это для тебя. В знак моих чувств, которые тебе к чёрту не сдались.       Теперь среди остальных цветов здесь лежат и они. Твои любимые тёмно-синие гиацинты.       "Ненавижу гиацинты".       ...       ...       ...       "Но тебя больше всего".