Глупости

Старскрим сглатывает и тяжело дышит, пытаясь справиться со всеми эмоциями, оковывающими процессор. Он обхватывает колени и немного поворачивается, что приводит к жутко неудобному положению крыльев. Но наплевать. Совершенно наплевать. Хочется лишь пробить кабину, чтобы жёлтые осколки трещали и хрустели под пальцами, больно в них впиваясь. Хотелось удариться об стену головой минимум тысячу раз, чтобы всё стихло. Чтобы было спокойно, чтобы эмоции выплеснулись, чтобы после этого можно было даже не проснуться. Старскрим коротко вздыхает, после чего ком обиды и горечи обхватывает горло, и на миг он перестаёт вентилировать. Почему всё так? Почему? Старскрим сжимает руки, пытаясь впиться в металл. Ничего не выходит, руки словно безжизненные, стараются за что-то ухватиться, но получается лишь мягкая хватка и не более. Злоба вскипает в искре сикера, как вода в сильно нагретом котле. Ему очень хочется что-нибудь задеть, как-нибудь физически чему-то навредить. Как Мегатрон с ним это сделал. От воспоминания джет издаёт звук очень похожий на всхлип и падает с койки прямо на холодный пол. Вот так лучше. Металл словно охлаждает системы, но приносит и прямые ассоциации с недавним инцидентом. Старскрим с рычанием ударяет кулаком об пол. Я просто хотел внимания.Удар. Обычного, незаурядного, вот у того же Шоквейва или Саундвейва оно всегда было. Удар. Почему я не достоин обычной похвалы? Удары слабеют и слабеют, пока пыл угасает, а мысли притупляются на грани сознания. Инцидент, тем не менее, висит прямо перед глазами. Удар прямо в лицо, взгляд полный кипящей ненависти, угрозы и чужая нога на его кабине. Что ж, карьерный рост не удался. Старскрим хмыкает, но если бы трансформеры умели плакать, то сейчас он был бы в состоянии неконтролируемой истерики. Оставалось только лежать, ожидая, когда всё само пройдёт. А какое потрясающее у него было начало настоящей карьеры. Первая и серьёзная похвала от начальства, которая пробудила кучу приятных ощущений на искре, она была чем-то, что Старскрим всё время хранил у себя в памяти одним из лучших моментов своего существования. Потом начали рушиться надежды одна за другой, все стали значительно грубее к нему относиться, хотя эффективность даже удалось повышать раз за разом. Теперь Старскрим стремился всеми силами достучаться до Мегатрона, привлечь его внимание, заинтересовать. Всё пусто. Максимум, что лидер сделает - это удовлетворительно кивнёт, если вообще никак не среагирует. Он стал более холодным. И командиру сикеров это совершенно не нравилось, это каждый раз резало по больному. Терпение в один момент лопнуло. Амбиции взяли вверх над глупым чувством привязанности и пришлось лидеру выкатить всю скопившуюся злобу, хоть и в изменённой форме, он же не дурак совсем. Мегатрон выстрелил, униженный Старскрим упал далеко вниз, затем вспылил, а после захотел убить лидера и всех жалких десептиконов с не менее жалкими автоботами. Почти сработало. Только вот все выжили. И Мегатрон не помедлил с немедленным наказанием для своей правой руки. И Старскрим ощутил... обиду. Самую настоящую. Расцветающую внутри как колючий сорняк, пробирающуюся через мозговой модуль и искру. Захотелось прояснить всё лидеру. Сказать обо всём обо всём. До мельчайших подробностей. Объясниться, доказать, что изначально ничего такого не хотел. Показать всю свою скрытую натуру, очистить себя от позорного клейма, которое Мегатрон теперь повесил на него навечно. Он не такой, он вовсе не такой. Он изначально просто хотел его внимания, чтобы он как и раньше его похвалил, чтобы оценил его вклад в работу, чтобы он его заметил, чтобы он его банально ценил. Но всё это глупости. Он никогда не сможет сказать такого Мегатрону, по крайней мере сейчас бы точно не стал. Но таков был первый порыв. Лишь занятость лидера останавила Старскрима от того, чтобы подскочить к нему и залпом оправдаться. Он бы стерпел и побои и угрозы и всё что угодно. Лишь бы его выслушали. А сейчас он лежит нескладной горой металла на полу и лихорадочно обнимает только что снятый с руки нуль-луч. Он закрывает глаза и постепенно успокаивается, медленно вдыхая и выдыхая. Объятие оружия также даёт свой положительный эффект. Что ж. Если доверие Мегатрона окончательно потеряно, а жить-то как обычно нужно, то придётся привлечь своё привычное мастерство актёра. Старскрим встаёт, недовольно кряхтя, и изображает самодовольную улыбку. Получается даже лучше, чем он ожидал. — Что ж, старина, это не конец света, ты можешь так блеснуть, что кто-нибудь другой тебя будет хвалить, так? На свой мини-монолог Старскрим уже знает ответ. И он так сверлит искру до боли, что сикер решает сухо промолчать и поставить нуль-луч обратно. Придётся побить парочку автоботов, они отлично стресс снимают. С такими мыслями джет уже по-настоящему приходит в свой обычный настрой и садится на койку, ожидая, когда уже можно будет выходить на поле боя.