2023
6 августа 2023 г., 02:40
***
— Мне иногда кажется, что очередь скоро дойдёт и до меня, — тихо произносит Рита, не отрывая взгляда от лестницы. Только что шеф повёл в свой «кабинет» очередной «ужин». Молодая девушка, ничего не подозревая, добровольно согласилась на это приглашение. Она была уверена, что сработала чисто и никто не сможет доказать её вину. Её предшественница не была столь беспечна и отказалась — тогда шеф просто воспользовался своими силами. Ни ту, ни другую, ни всех предыдущих и последующих больше никто не видел. Вампир Феликс, который поначалу честно сдерживался, теперь кусал своих жертв прямо в агентстве, на глазах у онемевших сотрудников. Ульяна опустила глаза. Она, единственный человек, к которому, казалось бы, прислушивался владелец «Пятой стражи», чувствовала сейчас лишь глухое бессилие. Никита незаметно сжал кулаки и как можно нейтральнее уточнил: — А есть за что? Лучше бы он молчал. Девушка мгновенно уловила в его голосе едва различимые нервные нотки. С обыденностью Никита явно переборщил — звук его голоса прозвучал фальшиво, словно во время игры на арфе лопнула струна. Никита и Виктор не любили об этом вспоминать, но всё агентство было отлично осведомлено, как именно здесь появился Невидимка. И Рита не была исключением. Она даже видела уродливый шрам на всё тело — вечное напоминание о вскрытии в холодном морге. Наверное, нужно было сразу догадаться, что существо, которое так просто вернуло жизнь, может так же просто её отнять. У Феликса нет ни совести, ни сочувствия: если он решит убить, то сделает это не раздумывая. Обычно бесстрашный Никита теперь откровенно боялся шефа. Была ли это интуиция или в памяти ещё была слишком свежа недавняя сцена, когда вампир обнажил клыки, демонстрируя провинившимся сотрудникам возможный исход событий? — Этот найдёт... — прошептала Рита. У неё до сих пор перед глазами стояли до тошноты белоснежные зубы вампира. Теперь, заметив реакцию напарника, ей стало ещё страшнее. — Феликс прав, — Никита сказал это скорее себе, чем ей. Чтобы убеждать в чём-то других, сначала нужно было самому в это поверить. — Ну конечно прав, — отозвалась Ульяна. Она нервно улыбнулась, всё ещё не поднимая глаз. Пятьсот лет тренировок по сдерживанию эмоций летели в Тартар. Нет, ей не было страшно. Она просто боролась с желанием вскрыть себе вены. Мысленное напоминание о собственном бессмертии служило слабым аргументом. Что делать, если происходящее кажется категорически неправильным, а ты не можешь пошевелить и пальцем? Это не сказка, где добро всегда побеждает зло. И даже не повесть о благородном рыцаре. Ульяне пятьсот лет. Чума не сделала её законченным циником, возраст сделал мудрее, но не заставил разочароваться в людях окончательно. Просто все лица за века стали одинаковыми, менялись только декорации. Невозможно победить то, что запрятано в само понятие «человек», то, что является неотъемлемой частью людской природы. Рита думала долго. Несколько недель её не покидали тяжёлые, противоречивые чувства. Они мучили, не давали есть и спать, отвлекали от дел. Всё началось пять месяцев назад. Любимый мужчина попал в аварию, врачи не давали никаких гарантий. Вадим медленно умирал, и Рита была в отчаянии. Скептик до мозга костей, она пошла на приём к колдунье и буквально отдала душу за чужое спасение. Парень действительно очнулся, но почти сразу ушёл к другой. Мрачной девчонке просто повезло, что колдунья Сирена перешла дорогу вампиру Феликсу, и тот её поверг — конечно, не без помощи своей странной команды. Звучит как фантастика, в которую не поверишь, пока не переживёшь на собственной шкуре. А Знаменская пережила. И поверила. Новый знакомый любезно предложил работу в мистическом детективном агентстве, которое функционирует по ночам и держит в штате необычных сотрудников. Вампир не поскупился и наделил свою команду силами. Благодаря шефу у Риты теперь действительно была и шкура, и шерсть, и даже перья. Она получила способность вселяться в животных: видеть их глазами, слышать их ушами и, конечно же, знать все грязные секреты их хозяев. Достойное подспорье в борьбе со злом. «Последствия даже самого мелкого проступка могут быть фатальными». Как же так? Вампир сам это сказал, а теперь играет в судью? Кто дал ему право платить злом за зло? Почему обычным людям нельзя убивать, грабить и обманывать, а вампиру можно кусать? Разве у «зла» нет человеческого обличия, разве его не ждёт дома семья? Да и что вообще подразумевает это слово? Красивый, броский термин с размытыми рамками. Вампиры — тоже зло. Почему одно зло наказывает другое? Как определяется степень правоты? Все размышления сводились к воспоминаниям о белоснежных клыках, которые так некрасиво и подло омывала вязкая красная жидкость. Рите повезло, что она не видела эту картину вблизи. Иначе это стало бы настоящей пыткой, способной свести с ума. А что, если завтра придёт очередь Риты Знаменской платить за грехи? Мало ли шеф узнает, что его работница списывала домашку на переменах или в годы бурной молодости украла шоколадку на спор? Каждая мелочь имеет последствия, так ведь? Дошло до того, что Рита панически боялась ходить на работу. При виде шефа её охватывал жуткий, почти животный ужас. Она не могла сосредоточиться, из-за чего постоянно ловила на себе холодный, недовольный взгляд начальника. Будь её воля, она бы уволилась в ту же секунду. Хотелось просто спокойной жизни: устроиться секретаршей, курьером, уборщицей — кем угодно, лишь бы подальше от стен «Пятой стражи».***
Утром пятницы Знаменская проснулась с чётким осознанием: так больше продолжаться не может. — Рита, ты идёшь? — Никита встал у двери, ожидая напарницу. — Мне надо поговорить с шефом, — девушка попыталась улыбнуться, но вышло натянуто. — Мне остаться? — парень не мог не заметить её состояние. Он волновался. Рита всегда казалась ему боевой и бесстрашной, что же могло настолько выбить её из колеи? Странный парадокс: Никита и Рита вроде бы встречаются, но спросить напрямую было нельзя. Они ещё не стали настолько близкими людьми. — Не надо, я хочу поговорить наедине. — Ладно, удачи, — окинув комнату недоверчивым взглядом, Пяткин скрылся за дверью. — О чём ты хотела со мной поговорить? — тихо отозвался Феликс. Он сидел в своём любимом кресле и время от времени делал глотки из бокала. Та самая вязкая алая жидкость, которая с недавних пор стала сниться Рите в ночных кошмарах. Она невольно проследила за тем, как напиток плавно плещется в стекле, ударяясь о стенки стакана. Хозяин цинично растягивал удовольствие, словно пил вино высшего сорта. На деле же это была третья отрицательная, его любимая. А что, если из агентства нельзя уйти просто так? Те, кто слишком много знают, обычно подлежат уничтожению. В конце концов, она всё ещё жива только благодаря Феликсу. Что мешает ему забрать свой подарок назад? — Я хочу уйти. — Ладно, — вампир легко пожал плечами, даже не взглянув на неё. — Передашь силы своей преемнице и можешь быть свободна. Вампиры его возраста не спрашивают, почему сотрудник решил уйти. Они повидали столько человеческих судеб, что все чужие драмы банально не помещаются в голове. Вот если бы Рита нашла новый редкий вид крови, тогда бы он удостоил её внимания. Она взрослая девочка, и если решила уйти — значит, на то есть причины. Какой смысл тратить время на уговоры? — Так просто? — А ты хочешь, чтобы было сложно? — Нет, не хочу. Доброго утра! — девушка резко развернулась и направилась к выходу. С той стороны двери её ждал Никита. Оставалось только надеяться, что он не подслушивал.***
То утро было выходным, и ещё несколько дней назад Никита планировал провести его в постели до обеда. Планы изменились. Он встал в шесть утра и теперь пристально всматривался в своё отражение. Вдоль живота красовался огромный шрам. Несомненно, патологоанатом, знай она, что с этим следом после вскрытия придётся жить, зашила бы аккуратнее. Её просто не предупредили. Отличное напоминание о том, что второй шанс он получил бонусом. Огромным и нелепым, таким же, как его собственная смерть. Виктор Старков когда-то захотел пристрелить своего будущего шефа, но пули почему-то полетели в Никиту. Тот успел лишь удивлённо моргнуть, прежде чем упасть замертво. В морге Пяткину сделали вскрытие, а Старкова объявили в розыск. Именно так закончилась эта история для реалистов. Дальше началась магия. Чудесное воскрешение, победа над Сиреной и открытие агентства. Вампиру Феликсу приказали охранять город от тьмы. В помощь себе он набрал невольных свидетелей той истории и наделил их способностями. Никита стал Невидимкой — эта сила очень пригодилась бы ему во времена карточных долгов. Воскрешение Пяткин воспринял как второе рождение. Теперь он старательно выполнял обязанности, хотя ещё недавно считал, что работать в этой жизни не будет. Казино он теперь обходил за километр. Хватит с него азарта. Лучше отказаться от игр, чем снова умереть в пыльной, пропахшей перегаром комнате, где тело бы даже не нашли, не стань милиционер свидетелем. Всю жизнь Никита бросался из крайности в крайность, считая, что в жизни нужно попробовать всё. Вот он и пробовал, правда, начать решил не с бисероплетения. «Шрамы украшают мужчин», — вдруг вспомнилась ему фраза Риты. Свою напарницу Никита поначалу невзлюбил. Брат и сестра Знаменские не распространялись о том, как попали в агентство, да Никите это было и не нужно. По обрывкам фраз и подслушанным разговорам он давно сделал выводы. Рита и Гера как-то стояли на кухне офиса и тихо перешептывались: — Я так счастлив, что ты пришла в себя. Врачи уже предлагали отключить тебя от аппаратов. Фу, даже думать об этом не хочу, — Гера резко передёрнул плечами. — Прости, что напугала, — грустно произнесла девушка. Парень замялся и наконец решился спросить: — Почему ты сказала, что у тебя не было ничего хорошего в жизни? Что произошло? Я звонил Вадиму, но он не взял трубку. — У него другая. Он бросил меня в день выписки. — Что значит «другая»?! — Рита вздрогнула от той злости, с которой это было сказано. Она ещё никогда не видела брата таким. Даже Никите, тестирующему тогда новые способности, стало не по себе. — Я правильно понял: ты отдала за его спасение душу, а он ушёл к другой? — Гера, скрипя зубами, чеканил каждое слово. — Гера, не злись, — попросила сестра, и брат тут же заставил себя успокоиться. Обычно он сдерживал эмоции, но если они вырывались, случалась беда. Никита тогда лишь недоуменно пожал плечами. Отдать душу за парня? Она что, из тех дур, которые верят в любовь до гроба? Ладно бы ради брата, но ради какого-то чужака? Разве этот Вадим предал бы, если бы действительно любил? Никита усмехнулся своему отражению. Прошло пять месяцев, и он, кажется, понял, почему влюблённая дура пожертвовала собой. Ради Риты теперь он сам был готов свернуть горы. Он влюбился как мальчишка и не собирался терять её. Если нужно, он тоже уйдёт. Рита запретила ему даже упоминать «Пятую стражу». Она панически отказывалась видеть всё, что связано с агентством. Как только Геру ещё не выставила из дома? Пришлось признать её правоту. Работа на Феликса не даст спокойствия. Он может хоть каждый вечер вышивать крестиком, но противное жжение под рёбрами не утихнет. Никита не мог отделаться от мысли, что он — заложник. Мальчишка, которого оживили для своих целей. Кукла, которая осмысленно кивает, в то время как хозяину нужно лишь, чтобы она вовремя открывала рот. Взгляд снова упал на шрам. Может ли зомби уйти от хозяина? Видимо, может. Феликс отпустил их обоих. Но после разговора остался неприятный осадок. Словно хозяин выпустил собаку погулять, но поводок так и не снял — просто сделал его невидимым. Никита резко тряхнул головой, отгоняя мысли, и надел чистую рубашку. Нужно поспешить. Впереди ждал самый серьёзный разговор в его жизни.***
— Что ты сейчас чувствуешь? — тихо спросил Гера. Уже неделю его сестра находилась в полной апатии. Она целыми днями лежала на кровати, никуда не выходила и не хотела никого видеть. — Вакуум. Как будто вокруг меня большой пузырь, и у меня не получается его лопнуть. Знаешь, перед Новым годом всё так закрутилось, что я даже не успела пережить расставание с Вадимом. Наверное, нужно было поплакать, разбить пару тарелок. — Я думал, ты о нём больше не вспоминаешь. — Это как пробка в ухе: если вовремя не вытащить, разрастается до нешуточных размеров. Накатило. — Ты такая уже неделю, — он легко, почти невесомо погладил сестру по голове. — Мне нужно ещё время, — она аккуратно перехватила его ладонь и отвела в сторону. — Я понимаю. Скоро всё пройдёт, нужно немного потерпеть, — Знаменский тяжело вздохнул и продолжил: — Мне нужно ненадолго отойти. Пообещай, что поешь. — А ты куда? — Я?.. — Гера на секунду задумался. — В ботанический сад привезли редкое растение, выставка всего один день. Хочешь со мной? — В следующий раз, — Рита перевернулась на другой бок, всем видом показывая, что разговор окончен. Гера тихо закрыл за собой дверь и отчаянно выдохнул: «Как хорошо, что Рите не по нраву выставки растений. Я совсем не умею врать и не хочу учиться. Просто сейчас такая ситуация». На самом деле Гера шёл на похороны. Стасика Психа забыли предупредить, что, вселяя страх в других, ты неизбежно чувствуешь его сам. Сердце немолодого мужчины не выдержало таких нагрузок. Рите об этом лучше не знать. «Она сама объявила, что не хочет ничего слышать о „Пятой страже“», — продолжал уговаривать себя парень. К сожалению, угрызения совести никуда не делись. Кинув взгляд на закрытую дверь комнаты сестры и вздохнув напоследок, Гера ушёл. Насладиться одиночеством у Риты не получилось. В дверь настойчиво позвонили. Чертыхаясь на брата, в очередной раз что-то забывшего, она открыла дверь. На пороге стоял Вадим. — Привет, — он неловко улыбнулся. Воцарилась тяжёлая тишина. — Я так рад тебя видеть. Ответной любезности не последовало. Рита только широко раскрыла глаза на абсолютно безучастном лице. Парень сам прикрыл входную дверь. — Слушай, я знаю, что мы не очень хорошо расстались, но давай поговорим. Хотя бы в память о том, что между нами было. «Не очень хорошо» — это уйти к другой сразу после выхода из комы? К жизни, которой не случилось бы, не пожертвуй Рита собственной душой? Да, некрасиво получилось. И он на полном серьёзе пришёл «поговорить» спустя пять месяцев? Рита лихорадочно соображала, что ей делать. Первый месяц Знаменская была готова умолять его вернуться. Второй и половину третьего — злилась и представляла, как врежет в его смазливую морду при первой же встрече. — Ты не вовремя, — голос прозвучал слишком хрипло. То ли простыла, то ли просто выгорела изнутри — сил не осталось даже на гнев. «Ты поздно». Он правда появился как-то нелепо. Звоночек из прошлой жизни, которая, кажется, происходила и не с ней вовсе. — Да, вид у тебя... Болеешь? — с ложным сочувствием уточнил парень. Ему показалось, что он наконец нашёл зацепку для диалога. Знаменская чуть не прыснула со смеху. Да что он вообще о ней знает? Уже давно нет той Риты, с которой он встречался. И души её нет. Есть только мрачная сказка про добро и зло и бесконечная усталость от неё. На фоне Сирены, агентства, суперсил и Никиты Вадим казался ничтожно маленьким. «Интересно, ты бы остался, зная, кому обязан жизнью?» — мелькнула горькая мысль. Рите не хотелось этого знать. Она просто подумала, что жизнь могла сложиться иначе. Если бы Вадим не попал в аварию, не было бы никакого агентства. Возможно, без неё не получилось бы победить Сирену. Или Феликс нашёл бы кого-то другого? А если бы копатели не разбудили вампира, то все сотрудники продолжили бы свою обычную жизнь. Света продолжала бы лечиться, Никиту убили бы за долги... Кажется, только ей новая работа не принесла ничего, кроме боли. Во всяком случае, агентство «Пятая стража» существует и вполне успешно раскрывает преступления с налётом магии. Рита там работала. А сейчас она просто таращится на бывшего. Что ему надо? — Болею, — кивнула девушка. В этот момент входная дверь снова открылась, и произошло ровно то, чего как раз не хватало для полноты абсурда. — Я помню, что ты просила не приходить, но я... — Никита замер, встретившись взглядом с Вадимом. — Ты ещё кто? — Я Вадим, а ты? — Тот самый? — получив от Риты утвердительный кивок, Никита миролюбиво продолжил: — Давно хотел подровнять тебе нос. Вадим на всякий случай отшатнулся и понимающе уточнил: — Это твой парень? Рита неловко моргнула и посмотрела на Пяткина. «Это мой парень?» Они целовались, и это действительно можно считать за начало отношений. Просто он мёртвый игроман, а она — интеллигентная любительница животных. Когда им с братом хотелось поиграть, они по очереди вспоминали пьесы Чайковского. А у Никиты в это время уже были приводы по малолетке. Они хорошие друзья, и намерения у него вроде серьёзные. Но что мешает Никите просто развлекаться от скуки? Их союз выглядел почти комично. — Парень, — подтвердил Пяткин. — Что ты здесь забыл? — Я пришёл поговорить с Ритой. — Ну так говори. — Наедине. — Никита, подожди меня на кухне. Вадим, говори, что хотел, и уходи уже наконец, — бывший напарник послушно скрылся за поворотом, а бывший парень поспешно начал: — Моя жена беременна. Это та самая девушка, к которой я ушёл. Гормоны, стресс... В общем, она панически боится, что ты проклянёшь её с малышом. На кухне раздался грохот. Похоже, Никита подумал так же, как и Рита. — Что за бред? Она отправила тебя к бывшей брать «соглашение о ненападении»? — она не верила своим ушам. — Ты же никогда не верил в магию. Неужели ты не можешь её образумить? — Рита, ей нельзя нервничать. Она сейчас сидит в машине под подъездом и считает, сколько времени я с тобой говорю. У меня лимит десять минут, иначе будет скандал. — Я смотрю, ты доволен своим выбором. Наверное, ей должно было быть приятно видеть его в таком положении, но было... всё равно. — Рита... — Мне нет до вас никакого дела. Живите как хотите. Я не буду ничего делать, — услышав это, Вадим облегчённо выдохнул и даже по-дружески прошептал: — Слушай, а этот Никита правда твой парень? Никогда бы не подумал, что тебе такие нравятся. — Твоей жене и это надо знать? Вали отсюда. Рита терпеливо дождалась, пока Вадим выйдет, и закрыла за ним дверь на все замки. «Что я в нём нашла?» Искать ответ не было никакого желания. Было и было, сейчас бы с настоящим разобраться. Девушка вошла на кухню и села напротив Пяткина. — Я тут похозяйничал и сделал нам чай. Тебе розовую или зелёную? — Никита указал на чашки. — Зелёную. «Какой из него „плохой мальчик“? Чай из розовой чашки пьёт. Я ещё Геру за неё „принцессой“ дразнила». — Так и чего ты пришёл? Тоже боишься проклятия? — Выходи за меня?***
Ульяна смахнула слезу. Вот уже пятьсот лет она становилась свидетелем извилистых и беспощадных дорог судьбы. Но она до сих пор не смирилась со смертью, которая, словно издеваясь, следовала по пятам. Не смирилась с необходимостью изрядно помучиться, прежде чем обрести вечный покой. С таким вообще возможно смириться? Сегодня из агентства ушла Светлана. Она потеряла сестру. Клиент в порыве злости сорвал зеркало и принялся усердно топтать осколки. Забирать фантом было неоткуда. Теперь остаток своих дней Света проведёт, мучаясь от невыносимой головной боли. Неделю назад хоронили Стаса. Ему было сорок пять. За свою жизнь Стасик Псих не успел обзавестись семьёй, только врагами. Не попади он в «Пятую стражу», Ульяне не пришлось бы вызывать его призрак. За несколько дней до Стаса ушёл Никита. За неделю до этого — Рита. Медиуму очень хотелось верить, что хотя бы их жизнь не была испорчена безвозвратно. С приходом нового состава Ульяне стало одиноко. Ребята были хорошие, но всё стало другим. Перед глазами стояли лица тех, с кого всё начиналось. Что, если новенькие закончат так же? Ульяна бы и сама уволилась, но Феликс в последнее время всё чаще обращался к своей истинной сущности. Она не боялась за себя, но было тошно бояться за других. Бояться и умирать от безысходности.***
Рита медленно покачивала коляску. Ребёнок спал, а мама дышала морозным воздухом, кутаясь в пуховик. — Рита? — девушка вздрогнула. Сзади стоял парень и широко улыбался. — Мы знакомы? — тихо, чтобы не разбудить сына, уточнила Пяткина. — Что? Я Вадим, ты меня не узнала? — искренне удивился он. Его пугал безучастный взгляд бывшей невесты. — Не припоминаю. — Слушай, если ты в прошлый раз обиделась, то прости. Мы с ней в разводе. Зря я вообще тебя тогда бросил... Рита сжала ручку коляски. Какой-то ненормальный несёт бред. Вдруг он навредит ребёнку? — Я вас не знаю. Если вы сейчас не отойдёте, я закричу. Вадим попятился. Вовремя с работы вернулся Никита. Он подбежал к жене и перехватил собеседника за локоть. — Ритка, ты что, не узнала? Это же Денис! Помнишь, я тебе рассказывал про придурка, который разыграл меня первого апреля? — сжав предплечье Вадима сильнее, Никита добавил: — Юморист хренов. Считает, что вывезти в лес и угрожать стволом — это смешно. — Что ты несёшь? — выдохнул Вадим. — А, ты, наверное, пришёл показать фотки со встречи выпускников? Дорогая, мы отойдём? Рита недоверчиво пожала плечами. — Делайте что хотите. — Мы быстро, — Никита мило улыбнулся и оттащил Вадима в сторону. — Телефон доставай. Вадим с неохотой достал смартфон. — Что это за цирк? — Настоятельно рекомендую обходить этот двор. Ого, какая Дашка стала! Ну не помнит тебя Рита, чего докапываться? — Ты можешь нормально объяснить? Почему у неё такой затуманенный взгляд? — Я её загипнотизировал. — Что? Зачем? Никита опустил глаза. Он и сам знал, что поступил жестоко. — Это была вынужденная мера. Наш ребёнок родился семимесячным. У Риты началась послеродовая депрессия. Она... — он кинул взгляд на жену. — Гера не успел увидеть племянника. Он разбился. — Как разбился? У него же даже машины не было... По коже прошёл мороз. Вадим помнил Геру — милого, застенчивого ботаника. Страшно представить, что пережила Рита. — Но это бесчеловечно. Ты лишил её возможности оплакивать брата. «А из-за тебя она чуть не умерла». — У меня не было времени на сентименты, нужно было семью спасать. Ты тоже отец, должен понять. — Я как отец и говорю — это жестоко. Я развёлся, и мне запрещают видеться с дочкой. Ты подумал, что будет, когда она узнает правду? Вечно рассказывать байки про Дениса не получится. — Ты не знаешь и половины, чтобы меня судить. Вот когда узнает, тогда и буду разбираться. — Почему она не помнит меня? Я не имею отношения к смерти Геры. — Если бы ты её не бросил, она бы не устроилась в то агентство. Гера бы не пошёл туда за ней. Сейчас он мог быть жив. Этого достаточно, чтобы стереть из памяти предателя? — Я не предатель! — вспыхнул Вадим. — И что за бред про детективное агентство?! — Я говорю, что Мишка, у которого ты увёл девчонку, теперь работает в детективном агентстве! — нарочито громко пояснил Никита. Рита могла утратить магию, но острый слух остался. — Слушай, вали по-хорошему, а то у меня всё ещё есть желание разукрасить тебе физиономию... за ту шутку! Вадим вырвался и спрятал телефон. — Да пошли вы оба! Никита вернулся к жене. — А ты уверен, что хочешь разорвать абсолютно все связи из прошлого? — осторожно уточнила девушка. — Уверен. Не буду общаться с Дениской, пока он не купит новый сборник анекдотов. Замёрзли? — парень обнял её и заглянул в коляску. Сын мирно посапывал. — Нет, сегодня теплее. — Ну так конец февраля, а там и до мая недалеко. — Никак не могу вспомнить, когда мы познакомились. Вся жизнь как в тумане. — Я уже рассказывал. Вы с братом сидели на наркотиках. Гера умер от передозировки, ты решила завязать. Мы пересеклись в клубе, ты мне сразу понравилась. Я решил помочь. Ритуль, это не самая светлая страница, зачем её вспоминать? — Да, Никит, ты прав. — Смотри лучше, какой богатырь растёт, — он наигранно улыбнулся. Идеальным вариантом было бы уехать в другой город. Чтобы не было больше никаких Вадимов и призраков прошлого. Но у Никиты работа. Собаке не сняли поводок: как только начальнику понадобилось, он сразу дёрнул за верёвочку. Никита вернулся в агентство через десять минут после падения Геры. Именно ему пришлось думать, как «обрадовать» беременную жену. Раньше Пяткин скучал по адреналину и картам, но теперь былое счастье стало недостижимой мечтой. Каждый день он ходил на ненавистную работу, а возвращаясь, боялся увидеть свои вещи у двери. Гипноз держится, пока Никита служит в «Пятой страже». Как только он уволится — Рита всё вспомнит. Жизнь парню дали в кредит, и во второй раз шеф не отпустит. Выхода он не видел. Оставалось только наслаждаться этим хрупким, мнимым спокойствием.
