Я и есть тот самый хорёк / I am the ferret

Полное безумие. В лучшем случае — идиотизм. И всё же Драко не мог себя остановить. Идея слишком глубоко засела в его голове, чтобы сейчас от неё отказываться. — Ты собираешься рассказать мне, почему прилетел сюда, или предпочтешь сначала протоптать дыру в моих коврах? Драко вдруг замер и взглянул на Тео. На языке Малфоя крутилось так много колкостей. Воспоминания о том, как подвыпивший друг устраивал соревнование, кто точнее прочертит многовековой узор на ковре с помощью "Инсендио" с неострым взглядом. Или ретроспективный кадр, в котором запечатлены голый, свернувшийся калачиком на ковре Тео да Дафна Гринграсс (к слову, такая же голая) на следующее утро после своего двадцатишестилетия? Искушение было сильным, но Драко решил сдержаться. Не стоило раздражать волшебника, способного ему помочь. Отвисшие яйца Салазара, Драко собирался пожалеть об этом. — Мне нужно выпить. Через мгновение появился Ниппет с бутылкой виски. Драко выпил свой стакан еще до того, как Тео закончил наливать свой. — Всё настолько дерьмово, да? Настолько дерьмово? Драко рассмеялся бы, если бы не зациклился на том, как виски оседает в его узловатом желудке. Большую часть года он уверял себя, что никакой проблемы нет. Она была всего лишь одной из многочисленных клиентов, часто покупающих что-то в его магазине. Целителю требовались зелья. Для зелий нужен был мастер. Поэтому целителю требовался мастер зелий — цепочка была проста. Вот и всё. Деловой обмен меж двух профессионалов. Тогда почему, чёрт возьми, она почувствовала вдруг себя обязанной ворваться и всё испортить? Три недели спустя он всё ещё не знал, что из этого выйдет. И, Боже, Мерлин, каждый раз, когда звенел колокольчик двери магазина, и в проёме стояла она, его желудок скручивало всё сильнее. Покопавшись в кармане, Драко достал уменьшённую пластинку, подаренную ею. Даже не на день рождения, Рождество или какой-то маггловский праздник, о котором он не знал. — Я подумала, что тебе это будет по вкусу. И эта фраза застряла в его голове похуже заезженных чёртовых песен, разносящихся после её прихода эхом по его квартире этажом выше магазина. Она думала о нём. Она, чёрт возьми, думала о нём. Развернув пластинку в полный размер, Драко протянул её Тео, и тот всего лишь на неё взглянул. В защиту Тео могу сказать, что и сам Малфой также провёл немало времени, разглядывая странную обложку. — Волшебный Таинственный Тур Дурак На Холме Полёт Синева... — А сокращённо "Волшебный Таинственный Тур". — И это... — Костюмы животных. — Я не догоняю. Драко тоже не догонял. Не то чтобы она не пыталась объяснить. Что-то про сопровождающий фильм и теорию заговора, согласно которой один из членов группы на самом деле мёртв. До его ушей долетело меньше половины её слов. Гермиона Грейнджер подарила ему подарок. Маггловский подарок. И его значение зависело от одного из их первых неантагонистических разговоров. Все эти месяцы спустя она не забыла об этом. — Уверяю тебя, Грейнджер. Мои жуки — самые лучшие во всей Британии. — Я могу назвать парочку человек, готовых не согласиться с твоим утверждением. — Если ты считаешь, что ингредиенты для зелий в моём магазине некачественные, то смело можешь поискать другое местечко. — Не надо огрызаться, Малфой. Я всего лишь пошутила. — Не вижу юмора. — Ну, знаешь, "Битлз"? — А что с жуками? — Битлз. — Поттер и Уизли, быть может, глухие, но я и с первого раза понял. Причём тут жуки? Искренний заливистый смех. — Я позволю тебе разобраться в этом самостоятельно. Драко потратил два часа на поиски в маггловском интернет-кафе, чтобы понять смысл её "шутки". Чего, во имя Мерлина, она ожидала от него, намекая на какую-то старую маггловскую группу, которая даже название своё не смогла правильно написать? Ему не следовало поддаваться любопытству. Эта мысль вернула Драко в реальность, к вопросу о том, почему он стоит перед Теодором Ноттом, нуждающийся в срочной помощи. — Тебе что-нибудь известно о дантистах? Тео наморщил лоб, не находя, что ответить, это словечко показалось ему столь же чужим, сколь показалось и Драко. Он перевернул кассету с "Волшебным Таинственным Туром" и прочитал список песен в поиске ответов, но всё же не нашёл их. — Тот, кто делает вмятины на чем-то? Да помогут им создатели, план пошёл куда хуже, нежели Драко опасался. — Нет, это маггловская профессия, — ответил Драко, забирая пластинку обратно в руки. — И какое отношение это имеет к тому, что ты потягиваешь пятидесятилетний виски, словно какой-то язычник, и к этой оскорбительно яркой обложке пластинки? Узел в животе Драко затянулся. — Это от клиента. От... магглорождённого клиента. Тео не понадобилось и двух секунд, чтобы всё понять. На третьей секунде он наполнил стакан Драко. — Твоё здоровье, приятель, — сказал Тео, поднимая свой бокал. Янтарная жидкость исчезла в прощелине его губ, оставив оба стакана пустыми к тому времени, как они с Тео вернули их на стол. — Я так понимаю, мне гадать не нужно, что за магглорождённый? При таком темпе разговора Тео вполне мог наложить на стакан Драко с виски Автоматические восполняющие чары. — Нет, не нужно. — И я так понимаю, это наконец-то значит, что ты избавился от заблуждения, будто у тебя нет чувств к Грейнджер? О да, Драко уже наверняка жалел об этом. — У меня не было чувств к Грейнджер. — Но теперь-то есть. И это был не вопрос. Драко даже не пытался отрицать. Каждый её визит в течение последних нескольких месяцев подводил Драко шаг за шагом к крутому, спиральному склону, и он был слишком уж окутан обидами прошлого, чтобы заметить его приближение, а позже шёл на любые отчаянные меры, лишь бы не соскользнуть с этого склона вниз. Какое-то время он оставался надёжно закреплённым на краю обрыва. Мимолетный комментарий о получении Мастерства в зельеварении сразу после освобождения из двухлетнего заключения в Азкабане. Случайный вопрос о том, как она смогла исцелить кого-то, используя три ложки лунных семян. Она покровительствовала его магазину; он предоставлял свои знания. Но всё чаще их разговоры переходили в другое русло. Что это за группа "Битлз", и, раз они были столь популярны, почему Драко о них не слышал? Почему вместо спокойного существования (денежного хранилища его семьи хватило бы на пять экстравагантных жизней) Малфой съехал и стал работать? Что они делали, когда тяжёлые воспоминания о войне грезили вырвать их из мирной жизни, которую они оба теперь так отчаянно стремились поддерживать? Их беседы никогда не длились дольше пятнадцати минут, но по мере того, как проходили месяцы, он стал наслаждаться ими, будто они длились несколько часов подряд. С каждым обменом мнениями они медленно откалывали лед, покрывавший их чувства друг к другу на протяжении более десяти лет, пока его не осталось совсем. Драко никогда не позволял себе думать о чём-то большем. Что-либо большее мимолётного дружеского знакомства казалось невозможным. А потом она принесла ему проклятый подарок. Оттолкнувшись от края обрыва, Драко упал в свободное падение, хватаясь за пустой воздух в поисках дальнейших действий. Будь проклята эта чёртова песня, подавшая ему идею. Это была вина Грейнджер. Во всём. Гу-гу-гуджуб, всё как из задницы. Драко опустился в шезлонг напротив того места, где сидел Тео. — Её родители — дантисты. — Толку от твоих слов ноль. — Согласен, только это мне и известно на данный момент, — произнёс Драко с лёгким стоном. — Она упомянула вскользь об этом сегодняшним утром. Первое упоминание о своих родителях. Первое. После бесчисленных разговоров. И то, как она сказала — столь искусно перескакивая с темы на тему, сканируя карими глазками каждую чёрточку его лица, — не могло не вызвать у Драко ощущения, будто то являлось второй частью индивидуального экзамена. Неужели Драко Малфой всё ещё питает ненависть к магглам? Давайте проверим его с помощью самого странного, самого бессмысленного альбома, который я только смогу найти, а потом посмотрим, как он отреагирует, когда я расскажу о так называемой "скучной" работе моих родителей-магглов, которая на самом деле вдохновила меня заняться магическим целительством. Что ж, если это был тест, Драко был намерен его пройти. Прошу любить и жаловать: Теодор Нотт и самый худший план, когда-либо придуманный Драко Малфоем. — И чего ты ожидаешь? Словно сможешь очаровать Гермиону Грейнджер своими глубокими познаниями о вмятинах, или что там вообще делают дантисты? — Не совсем. Тео приподнял бровь. Чёртов придурок, именуемый лучшим другом. Драко издал долгий, покорный вздох, откинув голову назад и уставившись в потолок. — Я... Это о чём-то да говорит. — Говорит, что ты можешь стать таким же невыносимым заучкой? — Что я не тот предвзятый чистокровный фанатик, которого она знала раньше. Месяцами он наблюдал за тем, как светлело её лицо при рассказах о чём-то маггловском, как когда-то у доселе раздражающей маленькой, а нынче миленькой, зубрилке, коей и была. Теперь ему предстояло выяснить, какой будет её реакции, когда он поразит её своими обширными знаниями о магглах. И может быть, это докажет, что он достоин больше короткой беседы в магазинчике. Шанс увидеть, способно ли это волнение в груди перерасти во что-то действительно большее, или же им суждено навсегда остаться с Грейнджер двумя бывшими противниками, которым удалось найти общий язык, не более того. Но сначала ему предстояло выяснить значение слова "дантист". Не ограничиваясь лишь одним посещением маггловского интернет-кафе. Он должен быть тщательно осведомлён. Когда Драко сел прямо, Тео глядел ему в глаза. — Дай угадаю. Ты припёрся сюда не только затем, чтобы задавать мне вопросы о маггловских штуках, о которых, как ты знаешь, я не имею ни малейшего представления. Мерлин, неужели Драко стал настолько предсказуем? По крайней мере, его догадки облегчили бы вторую часть речи. — Тео Нотту назначен приём у дантиста в стоматологии "Грейнджер и Грейнджер" на полдень завтрашнего дня. — У Тео Нотта что? — Тео придвинулся к краю дивана. — Не раньше, чем он узнает, чем занимаются вмятели! — Они чистят зубы. — Маггловскими инструментами?! — Ну, они точно не используют магию. — Не-а. Ни за что. — Я прошу об одном одолжении. — Которое похоже на скулёж! — Тебе всего лишь нужно почистить там зубы. — Да ну? Тогда иди и почисти сам! — Нет. — Да. — Нет. — Назови мне хоть одну причину, по которой пойти должен я, а не ты! Губы Драко разошлись на полпути, прежде чем он сомкнул их. Почему он не мог остаться другом Гойла? Этот тупой олух не усомнился бы ни в одном аспекте плана, не говоря уже о том, чтобы спорить с Драко на тему основополагающей точки зрения. И, возможно, самое главное, он не был бы достаточно умён, чтобы ответить на этот невысказанный вопрос самому себе. По губам Тео медленно расползлась ухмылка, и Драко всерьёз задумался о том, чтобы схватить с камина горсть Летучего пороха и скрыться оттуда восвояси. Но было уже слишком поздно. Урон уже был нанесён. — Только не говори мне, что ты уже планируешь возможность однажды встретиться с её родителями и не хочешь рисковать тем, что они тебя узнают. Вот и всё. Драко официально нуждался в новом лучшем друге. Услышав в ответ лишь тишину, Тео улыбнулся ещё шире своей чёртовской ухмылочкой. — Чем же займёшься тогда ты, пока мне будут чистить зубы? Тео рухнул со смеху, когда Драко рассказал ему об этом.

~*~*~

То был отличный план. Блестящий план. Он должен был сработать на "ура". То была самая идиотская идея Драко со времён всех неудачных покушений на убийство, которые он, будучи шестнадцатилетним мальчиком, совершал настолько самонадеянно и отчаянно, что даже сам верил в их успех. По крайней мере, теперь он был достаточно мудр, чтобы понимать, когда его планы являются имбецильными, нелогичными и безумными. — Кто приводит своего хорька к дантисту? — пробормотал Тео с усмешкой, пока они шли от точки Аппарирования до стоматологии Грейнджеров. — У тебя там всё в порядке, маленькое поражённое создание? Тео повезло, что Драко уже был заперт в клетке, иначе он бы его укусил. Если Джон Леннон был моржом, то Драко Малфой был хорьком — независимо от того, насколько сильно он презирал дёргания всего тела в результате трансфигурации. Куранты зазвенели над головой, когда Тео толкнул дверь и вошёл в вестибюль. Драко не мог многого видеть со своей точки обзора рядом с бедром Тео, но он услышал, как администратор поприветствовал парня из-за стойки регистрации. — Чем могу помочь? — Я пришел на приём. — А, вы, должно быть, новый пациент. Добро пожаловать! Позвольте мне найти вашу медкарту в картотеке. Одну минуту, пожалуйста, — щёлк. Щёлк. Щёлк. Стук. Щёлк. — Вы... Те Нотт? — Тео Нотт. — Прошу прощения. В моих записях указано "Те". Вы, должно быть, неверно заполнили бланк при регистрации на сайте. Тео бросил взгляд на Драко через крышку клетки. — Верно, потому что я часто забываю о букве "о" в своём имени. Драко зашипел. Хотел бы он посмотреть, как Тео будет пытаться найти все буквы на этом приспособлении для набора алфавита! — Похоже, вы уже заполнили все первичные документы, так что я могу принять вас прямо сейчас. Эти слова подстегнули адреналин Драко и заставили его маленькое сердечко бешено забиться. Готовый к действию, его пушистый белый хвост колыхался позади него, пока он кружил по клетке, прежде чем встать лицом вперёд. Вот оно, Драко. Будь внимателен. Грейнджер ценит детали. Покажи ей, как сильно ты изменился. Как многому ты ещё пытаешься научиться. Я всё контролирую. Тео едва успел сделать три шага мимо стойки регистрации, как администратор остановил их. — О... Вам придётся оставить своего питомца здесь. Мы не можем пускать животных в кабинеты по санитарным соображениям. Должно быть, мир сыграл над ним жестокую шутку. Магглы не пускают своих питомцев в медицинские учреждения?! В Волшебном мире это не было правилом, но и не было запретом. И что теперь, во имя Мерлина, прикажете Драко делать? План. План. План. Ему срочно нужно было придумать другой план. Тео и Драко обменялись короткими взглядами, и Драко не мог сказать, был ли Тео больше позабавлен тем, что план Драко рухнул и сгорел, или тем, что ему не пришлось идти на чистку зубов. Ответ: и тем, и другим. Клетка дребезжала в руках Тео, когда он закрывал за ними дверь в кабинет. — Ну, мы шли по твоему плану, и теперь я объявляю официальный провал данной миссии! Рычание скривило хорьковые губы Драко. Тео не собирался так просто сдаваться. — Я тебе сказал уже, что один туда не попрусь, — произнёс он, хоть рычание Малфоя и не стихло. — Замысел всей экскурсии был в том, чтобы затащить внутрь тебя, не меня. Я проживу совершенно счастливую и здоровую жизнь, не подвергая себя никаким маггловским пыткам. Но, как глупый и верный друг, я готов был вытерпеть и каких-то там вмятилей лишь ради того, чтобы перестать слушать твоё нытье о Грейнджер вместо совершения тобой каких-либо поступков, а если тебя не будет со мной в кабинете, услуга-то всё равно будет засчитана! Ещё один рык. — Даже не говори со мной в таком тоне, — ответил Тео. — Если тебе так интересно, чем занимаются вмятили, то ты можешь пойти в любую другую клинику, их в Англии пруд пруди. Да, но в них не будет родителей Грейнджер. Драко уставился на Тео своими мелкими, усатыми чертами лица, пытаясь дать понять свою убеждённость, но друг не сдвинулся с места. Ладно. Если он не поможет, то Драко закончит всё сам. Поднявшись на задние лапы, Малфой потянулся к задвижке. — О, ради Мерлина. Ты, должно быть, прикалываешься. Драко не обращал внимания на ворчание Тео, продолжая работать над защёлкой. Постепенно она начала сдвигаться с места, когда внезапное фырканье нарушило концентрацию Малфоя. — К чёрту. Посмотрим, что из этого выйдет. Тео отодвинул защелку, и металлическая дверца распахнулась. Освободившись из своего заточения, Драко выскочил из клетки и заскрипел когтями по тротуару, окружающему здание. Другой путь внутрь. Он должен был найти другой путь внутрь. Решение нашлось почти сразу в виде распахнутого окна прямо над кустом идеального размера. Острые листья да зазубренные ветки кололись о шерсть Малфоя, пока он пробирался сквозь кустарник. Если Драко и понадобятся поводы, чтобы больше никогда не превращаться в хорька, то это воспоминание станет самым главным. В одно мгновение он поставил лапу на, казалось бы, безопасную ветку, а в следующее — листик влепил ему пощёчину. Я и это вытерплю. Неужели Драко всерьёз был готов терпеть унижения лишь ради того, чтобы заиметь хоть малейшее представление о жизни магглов? Если это важно для Грейнджер, то да, да, он пойдёт на всё. И это было ещё одним доказательством его идиотизма. Добравшись наконец до верхушки куста, Малфой забрался на карниз, и, убедившись, что никого нет рядом, просунулся телом в отверстие. Он приземлился на кафель с мягким стуком и возблагодарил Мерлина за приоткрытую дверь уборной. Подтолкнув её головой, проём приоткрылся ещё на пару миллиметров, позволяя Драко проскользнуть в заднюю часть клиники. Впервые в жизни белоснежный окрас его волос — или, в данном случае, белоснежного меха — помогли Малфою слиться с толпой, нежели выделиться на её фоне. Клинические белые кафельные стены на заднем плане помогли слизеринцу остаться совершенно незамеченным. Магглы-лекари впопыхах сновали туда-сюда или стояли, уткнувшись носом в лежащие на их ладонях папки — у них руки не доходили обратить внимание на зверька. Драко не собирался испытывать удачу быть застигнутым врасплох. Десять минут. Он мог позволить себе лишь десять минут. Быстро двигаясь, Малфой проскользнул через раму в комнату, где в большом откинутом кресле под ярким светом сидел пациент. — А что вы изучаете в школе? — спросила женщина, слишком молодая, чтобы быть матерью Грейнджер. Пациенту было бы легче ответить, если бы женщина не тыкала в его рот каким-то серебряным инструментом. Драко вздрогнул, когда она вынула его, обнажив острый крючок. Это что ещё за варварское приспособление для пыток? — Сплюнь, а потом я тебе зубы почищу. Когда женщина взяла в руки какой-то громко жужжащий инструмент, прикреплённый к длинному шнуру, Малфой вздрогнул. Не кровь ли часом выплюнул человек? В подобные моменты Драко был бесконечно благодарен за то, что он волшебник. Магглы могли чистить зубы, как им вздумается, и слизеринец мог не принимать в этом никакого участия. Конечно, её родители не стали бы пользоваться столь пыточными медицинскими инструментами? Вернувшись в зал, Малфой направился к другому кабинету, где, как ему показалось, он слышал мужской голос. Может быть, отец Грейнджер? Драко едва успел взглянуть на более короткие, но всё ещё узнаваемые кудри, когда его остановил звук открывающейся входной двери и слишком знакомый голос. — Добрый день! Мои родители всё ещё с пациентами? Мышцы в теле Малфоя напряглись. Из всех чёртовых дней, чтобы навестить своих родителей в клинике, она выбрала именно сегодняшний? Снова двинувшись, Драко начал разбегаться. Он бросился прочь из кабинета отца Грейнджер и побежал так быстро, как только могли его маленькие лапки, к уборной. Но ему несказанно повезло: дверь была закрыта, а из щели под ней лился бледно-жёлтый свет. — Пациент твоего отца, записанный на полдень, ещё не вышел, так что он должен быть в своём кабинете. — Спасибо, Сандра. Дерьмо. Чёрт. Полный пиздец. Малфой оглянулся по сторонам. Ему нужно было где-то спрятаться, да вариантов немного: искусственный фикус в горшке где-то около угла; шкаф в паре метров от него; напольная лампа. Если б только он мог встать рядом с этим чёртовым фикусом да сжаться в стену, чтобы она не заметила, если б только... Грейнджер повернула направо по коридору, и её взгляд упёрся в хорька. Всё потеряно. — Это... Малфой? Идиот, блять. Драко проскочил мимо неё в холл к парадной двери, пока план не успел ещё окончательно рухнуть.

~*~*~

У него не было плана. Ни хорошего, ни даже плохого. Ну и как, чёрт возьми, Малфой собирался объяснять причину своего присутствия в стоматологической клинике её родителей в своём преображённом виде, не показавшись при этом чокнутым? Ах да, ну, видишь ли, мне вспомнились старые былые времена, когда меня обращали хорьком, как вдруг у меня взял да разболелся самый маленький в мире зуб. И он мог поклясться, что его довод был ничем не лучше правды. Флакончики с Зельем от Икоты, заказанные Грейнджер ещё несколько дней назад, так и продолжали стоять на расстоянии вытянутой руки в ожидании своей хозяйки. Забредёт ли она в магазинчик ещё? Или его мохнатые выходки поставили под угрозу весь достигнутый ими в общении прогресс? Забудьте о надежде на что-то большее, чем их случайные, почти ежедневные разговоры. У Драко были все шансы проморгать и это. И в то же время слизеринец не мог отделаться от одной мысли: почему она сразу предположила, будто это он? Малфой был далеко не единственным хорьком во всей Англии. Кто мог утверждать, что он был тем самым хорьком? Неужели она и правда какой-то частью своей души надеялась увидеть в нём Драко? Та мысль была самой ничтожной ниточкой, за которую только можно было ухватиться, но слизеринец схватился за неё изо всех сил. А может быть, он и вправду был настоящим идиотом. Уронив голову на руки, Драко проклинал себя за очевидную неспособность как следует продумать возможные последствия своих плохо продуманных планов. Да будут прокляты самые благие намерения. Но искра надежды вновь зажглась в нем, когда он услышал, как открылась дверь магазина. Его желудок мгновенно сжался в комок. Грейнджер. Боже, она ведь даже не сделала ничего особенного, а Малфой не мог оторвать от неё глаз. Как только он позволил себе уверовать, будто она ему не привлекательна? Она медленно прошлась мимо витрины с готовыми зельями и стеклянными бутылочками, полными ингредиентов для них, направляясь прямо к Драко за прилавком. Чёрт бы побрал те кудри, так и скрывающие её теплые карие глаза и заманчивую улыбку, ведь теперь ему было куда тяжелее выкинуть их из своей головы. Погодите. Она всё ещё улыбалась ему. Хорошо-хорошо. — С добрым утром, Малфой. — С добрым. Их обычное приветствие. Обыкновенное. — Зелья от Икоты готовы? — Они вот здесь. Драко достал четыре пузырька, собираясь с мыслями. Она вела себя так, будто ничего не случилось. Будто сегодняшний день был тем же, что и вчера, и позавчера. Возможно, Грейнджер осознала, насколько безумным будет вопрос, не был ли Драко случаем в стоматологической клинике её родителей в качестве хорька. Быть может, она даже и думать забыла о своём предположении. Или они, во всяком случае, собирались одновременно сделать вид, будто ничего не случилось, и оставить всё как есть. Драко мог смириться с этим. Пока что мог. — С тебя тридцать два сикля. Она протянула ему монеты. — Спасибо, Малфой. — Всегда пожалуйста, Грейнджер. Когда она взяла флаконы и положила их в сумку, Драко позволил себе отдышаться. Вот видишь, Драко, тебе не о чем было беспокоиться. В конце концов, всё прошло как по маслу. У него было меньше десяти секунд спокойствия, прежде чем всё рухнуло. — Знаешь, я вчера хотела забежать к тебе, чтобы узнать, не приготовились ли зелья раньше, но случилось что-то невообразимое. Твой магазин был закрыт во время моего обеда. Всё пропало. А ведь он почти выбрался. — Я был занят другим делом. — Ох? — на её губах появились первые следы улыбки. — Твоё дело не имеет никакого отношения к причине дёргания твоего глаза, да же ведь? Конечно, она знала. Как Драко вообще мог обманывать себя, думая, что Гермиона Грейнджер просто пропустит что-то подобное мимо глаз? Он был бы раздосадован, если бы не был так чертовски влюблён в неё. И большой "пошёл-ты-нахер-дружище" Теодору Нотту за то, что заставил Драко признаться себе в этом. Правда. Драко должен был сказать ей правду. — Ты говорила, что твои родители работают дантистами, и мне захотелось узнать побольше. Свет в её глазах мгновенно стал ярче, хоть она и скрыла это смехом. — И ты решил, будто пробраться в их кабинет в виде хорька — лучший способ узнать о них побольше? — Подобный способ не был первоначальным вариантом, — с досадой произнёс Драко. — Хотя я должен спросить, почему ты была так уверена, что это я. Не то чтобы у меня была привычка превращаться в хорька. Нежный розовый оттенок окрасил её щёки. — Твои глаза, — ответила она спустя несколько секунд тишины. — У хорьков-альбиносов глазки красные, а у степных — чёрненькие. Но у хорьков Драко Малфоя такие же серебристо-серые глаза, как и у его человеческих собратьев, — она лишь на мгновение опустила взгляд в пол, прежде чем фыркнуть. — Вдобавок, всё стало совершенно очевидным, стоило мне пройти мимо Тео Нотта с пустой клеткой в руках. Так вот почему этот засранец не отвечал на каминные звонки! Но Драко не мог долго зацикливаться на этом. Грейнджер только что призналась, что узнала его по одному лишь цвету глаз. Мерлинова борода, был ли шанс, что его чувства к Грейнджер не были безответными? Её румянец исчез, когда она подняла взгляд на Малфоя. — И у меня ещё один вопрос, так, из любопытства. Как тебе удалось попасть в кабинет моих родителей без Тео? Драко застонал при воспоминании об этом. — Я залез через окно в уборной. По магазину пронёсся взрыв смеха. — Есть шанс, что тебя защитила серебряная ложка? Он наморщил лоб. — А чего серебряная ложка-то в уборной забыла? Её улыбка стала лучезарной. — Ещё одна шутка, Малфой. Но теперь я знаю, какую пластинку "Битлз" принесу тебе следующей. Следующей. У Грейнджер был план по поводу следующего подарка для него. Узлы в животе Драко развязались. Я точно не против. — Если только ты пообещаешь, что на обложке этой пластинки не будет каких-то людей в странных костюмах. Грейнджер хмыкнула. — Обещаю. Но в ней также будет немножко намекаться на заговор о том, что Пол Маккартни мёртв. — В таком случае, с нетерпением буду ждать, чтобы узнать о заговоре поскорее. Они пожелали друг другу хорошего дня, и Драко не стал притворяться, что не смотрит ей вслед, когда она шла к выходу. Он не смог бы придумать что-то лучшее, нежели это, даже попытайся бы. — Эй, Малфой? Последний оклик его имени из открытой двери заставил сердце слизеринца снова забиться в быстром ритме. Розовый цвет вернулся на её щёки. — Очень мило было с твоей стороны попытаться узнать о моих родителях и их работе, но, быть может, в следующий раз ты просто спросишь? Каким бы милым хорьком ты ни был, в таком виде ты нравишься мне в разы больше. Едва дверь успела закрыться, как Драко молнией выскочил из-за стойки и побежал за ней. Хватит планировать. Пришло время действовать. — Что ты делаешь после работы? Он был так сосредоточен на ответе на свой вопрос, что Малфой не заметил, как инстинктивно потянулся к её руке, чтобы убедиться, что она не уйдёт. Салазар врезал ему. Он не хотел отпускать её. Взгляд Грейнджер упал на их руки, застывшие в прикосновении, и лучезарная улыбка вновь засияла на её губах. — На данный момент ничего. Его сердце подпрыгнуло. — В последнее время я частенько зависаю в маггловских интернет-кафе, но может быть, ты познакомишь меня с обычным маггловским кафе? Я слышал, их чёрный кофе в разы вкуснее той гадости, что подают в "Дырявом Котле". Она фыркнула — то был один из многих случаев её смеха, как он надеялся, на сегодняшний день. — Вообще-то, я больше предпочитаю масала-чай. — Ты можешь заказать всё, что только захочешь, с одним условием: выпечку мою утаскивать не надо. — Обещать не могу. В предвкушении ночи, полной разговоров с Грейнджер, Драко вернулся в свой магазин с вновь обретённым чувством уверенности. Несмотря на то, что его план потерпел катастрофу, в конце концов, всё оказалось более чем хорошо. Однако это не помешало Малфою поклясться в последний раз: Он больше никогда не будет превращаться в хорька.