Под землю и до звёзд

Глава VI. Неудовлетворённый сир. В комнату спешно вбежала старая седая женщина. Клетчатый жирный фартук был крепко завязан на поясе. Изъеденное морщинами немолодое лицо выражало панику. Это могло значить только одно. "Пэн Фьюлон! - начала та тараторить, - обед готов!" Как обычно эта старуха любую даже приятную новость изрежет скальпелем сумасбродства своего! Впрочем, Кертер привык уж к этому. Он не спеша отвлёкся от компьютера, на котором была открыта какая-то заумная для старухи программа, вот та и не лезла - целое спасение. "Спасибо, Шгорьé!" - как обычно слащавым тоном хрюкнул человек. Он вышел из своей комнаты, прошёл по коридору мимо лестницы и вышел в столовую. Уселся за стол. Старуха зашла следом и позвонила Кыта. Повар вынес поднос с тарелкой ароматного рагу и бокал воды. "Вашему вниманию рагу из заприси (зверёк с юго запада острова Дуправи (самый северный из островов) напоминающий собой оленя больше только кошки с маленькими рожками). Вино - ****." Господина поспешно покинули, оставили трапезничать в гордом справедливо полагающемся одиночестве. Думал сир много, как и полагается статному человеку. Изволил он читать давеча книгу одну, автор какой-то немец. Фамилия на брань английскую похожа. Старался разгадать для себя сокрытые посылы, которые там обязаны были присутствовать. Глаза бегали. Так напрягся, что на бульоне всплески как при дожде на озёрной глади. А вилкой меж тем всё доставлял сочное мясо в рот, да бокалом заливал вино. По завершении, вытерши губы да ладони нежной салфеткой, господин позвал Шгорье. Та мигом собрала посуду и принялась чистить комнату после хозяина дома. После завтрака полагается чтение. С этой целью мужчина оделся по-прохладней и вышел под светлой соломенной шляпой на растерзание солнцу. Медленный шаг сменял прошлый. Трость шлёпала дорогой асфальт. Прищуром глаз оценивал обстановку. Никого. "А что же вы, Господа, изволите предоставить мне в прочтение?" - вопрошал вслух Кертер. Он то и дело протирал тканью лоб. Из-за ограждающей от остальной деревни стены доносилась тяжёлая безвкусица (безвкусица - музыка, не относящаяся к классике). От этого сир лишь хмурился. Музыку свою: пение птиц, шелест ветра, романтичные вздохи возвышенных дам, он не слышал. Идёт он - высокий, красивый, двадцатитрёхлетний, раздражённый суетой. Внезапно. Вдалеке, за стеной. Хлоп! Хлоп! Что-то хлопало и шлёпало возмутительно громко. Так хлопает только лишь выстрел... "Это как же, вашу мать, я извиняюсь, понимать?!" - воскликнул про себя Кертер. Выпучил глаза. Показал себе часы. Набор номера. 4-6-0-7... -Слушаю. -Доброе утро, господин ... э-э-э... -Грон. -Господин Грон, сэр, беспокоит Вас Кертер Фьюлон. Я, вот, по какому вопросу: как Вы изволите приказать понимать хлопки выстрелов за моим забором? -Гражданин Фьюлон, не паникуйте, вернитесь в дом. В данный момент проводится мирный разгон кучки невооружённых протестующих. Не стоит волноваться. Хлопки - это лишь петарды и ничего более. Вам просто показалось. -Но выстрелы? -Гражданин Фьюлон, всё под контролем. Не беспокойтесь! -Хорошо, благодарю Вас за хранение порядка, господин Грон. Всего наилучшего! Кертер лишь удовлетворённо пожал плечами и побрёл домой, неудовлетворённый нечтением.