Тайные желания Риндо

Младший Хайтани сидел на кухне, время от времени постукивая ногтями по деревянной поверхности стола и скучающе залипая в ленту соцсетей. Сегодня он проснулся позже обычного, хотя обычно всё происходило ровно наоборот и каждый день он с недовольным ворчанием поднимался из-за притворно-милого воркования старшего брата над ухом, который обещал любезно ударить его телескопкой, если тот не поднимет свою жопу и не соберётся в школу. Риндо усмехнулся своим мыслям и поднялся с места, наливая воду в чайник, чтобы наконец-то заварить себе чай. Сегодня ему не нужно никуда идти по причине простуды, которая затянулось уже на четыре дня, поэтому он просто бесцельно убивал время, то смотря аниме, то листая тикток. Рана уже и след простыл, хотя прямо перед уходом он оставил у младшего на тумбочке таблетки и шуточно взъерошил светлые волосы на его макушке со словами: "Выздоравливай, пиздюк". Воспоминания об этом заставило грудную клетку Риндо залиться приятным теплом, но грустные мысли тут же заняли собой все место в его голове, стоило ему наткнуться на пост, где один из его мью написал пост, в котором рассказывает что-то о своей второй половинке. Нет, вы не подумайте, что он как-то негативно относится к чужим отношениям, но до чего же горько становится на душе когда понимаешь, что самому вот так просто написать о своих чувствах к кому-то попросту нет возможности. Хотя бы потому что всегда найдётся тот кто попросту осудит его за его нестандартную влюбленность. Самому младшему Хайтани было по большому счёту поебать на мнение других, за исключением мнения брата – он не сможет выдержать, если тот станет относиться к нему хуже после признания в чувствах. Видеть осуждение, или того хуже презрение в глазах родного человека – это последняя вещь, которую он бы хотел испытать. Но под рукой всегда есть закрытка, которую читает всего несколько человек, поэтому он без страха заливает новый пост. Болеть так одиноко. Единственное чего бы я сейчас хотел это посидеть на руках своего братика и поцеловать его. Он некоторое время просто бездумно отвечал что-то своим интернет-друзьям, которые пытались его приободрить в столь непростой ситуации и желали ему скорейшего выздоровления, но потом его внезапно накрыло осознание того, что аккаунты то он перепутал. Его будто облило холодным потом и он судорожно удалил свою запись. С третьей попытки правда, потому что от волнения пальцы постоянно промахивались, не попадая по экрану. Риндо постарался успокоить сбитое дыхание и, надеясь на то, что брат попросту был слишком занят учебой, чтобы вообще заметить его твит, решил выйти покурить. Так он стоял на балконе минут десять, но внезапно его заставили вздрогнуть звуки копошения за дверью. Следом за ними послышался приглушенная ругань Рана, который судя по всему споткнулся и сейчас, не стесняясь в выражениях, материл несчастную полку для обуви. — Чего это ты приперся так рано? – стараясь скрыть панику в голосе, проворчал младший, когда из-за угла кухонной двери наконец-то показался силуэт брата. — Как грубо, – протянул тот с напускной обидой, – а я между прочим купил твои любимые суши, чтобы ты скорее приходил в норму.. Но вижу ты уже пришёл в себя раз дерзишь, поэтому я съем их сам, – хихикнул тот. Риндо прищурился и мысленно поблагодарил всех святых, не заметив никаких изменений в поведении брата. — Пф, я тебя стулом ёбну если не отдашь их мне. У братьев началась шуточная перепалка в ходе которой пакет с едой был небрежно брошен на пол, а сам Ран уже второй раз за день споткнувшись, утащил за собой и Риндо, который в итоге завалился прямо на него. — Рин-Рин, сидеть у меня на коленках так же замечательно как ты себе и представлял? Вопрос брата заставил младшего напрячься и испуганно замереть всем телом. По какой-то причине во взоре сиреневых очей напротив не было ни осуждения, ни отвращения, зато там плясали чёртики.. — Чт.. С чего ты вообще взял что я об этом думал? - тут же пришёл в себя юноша, стараясь подняться, но чужие руки, которые обвили его талию не дали этого сделать. — Глупый отото, я слежу за каждым твоим твитом, – прошептал Ран, опаляя горячим дыханием покрасневшие уши брата, – или может ты думал, что я никак на это не среагирую? — Я случайно это написал, ты не должен был увидеть, – пробубнил тот, стараясь избегать зрительного контакта со старшим, но его недовольную речь тут же прервало касание чужих губ к собственным, выбивая весь воздух из лёгких. Мысли Рина метались как раненые звери, хоть он и пытался сохранять внешнюю невозмутимость. Пересадив брата поудобнее, Ран стал целовать его уже напористее, почти сминая его владный рот своим, но не пуская в ход язык. Риндо задыхался, но прерывать поцелуй не хотел, поэтому не сопротивляясь, обмяк в объятиях братика. Это было настолько великолепно, что в голове младшего взрывались фейерверки, окрашивая все вокруг в яркие цвета. Риндо начал ёрзать на коленях старшего Хайтани и когда воздуха стало не хватать, нехотя отстранился с немым вопросом глядя на него. — П-почему ты это сделал? — Ты порой бываешь так слеп, – слегка отодвигаясь, произнёс Ран, с нежностью проводя пальцами по линии подбородка брата. — Да что ты говоришь, – Риндо скептически приподнял бровь и поправил очки на переносице, якобы намекая на свои проблемы со зрением. — Ахах, я имею ввиду слепость в плане чувств. Если честно я удивлен, что ты не замечал моих взглядов.. Нашу близость уже давно нельзя оправдать просто крепкими братскими отношениями.. Но знаешь, я даже рад что, похоже, не одному мне приходилось корить себя за свои чувства, – с каждой фразой, вылетающей из чужих уст, Риндо всё больше и больше уходил в осадок. — Стоп.. подожди, неужели ты тоже? — Да, Рини, мы с тобой в одной лодке, – старший Хайтани подмигнул ему и без какого либо смущения забрался рукой под футболку брата, вовсю вырисовывая узоры на смуглой коже Риндо, увлеченно пересчитывая пальцами слегка выпирающие рёбра, вызывая мурашки по теле, – Ты же не против, если мы зайдём дальше? — Блять, даже не спрашивай, я слишком долго этого хотел, – его слова утонули в страстном поцелуе, в который его завлек Ран. Старший взял брата на руки, заставляя того обвить свою талию бедрами и, не разрывая поцелуя, понёс его в сторону спальни. Наконец-то их тела встретились с мягкой поверхностью кровати. Футболка и штаны тут же полетели вниз, показывая тело младшего Хайтани во всей красе. Рану конечно и раньше доводилось видеть его обнаженным, но явно не в таких условиях. И явно не настолько детально – россыпь родинок, напоминающих какое-то вычурное созвездие, над тазовой косточкой справа; несколько едва заметных светлых шрамов на боку, которые видимо были получены в драке; румяные худощавые бедра, на которых хотелось оставить цепочку из засосов. Влажный язык Рана на пробу коснулся темного соска юноши, заставляя Риндо вздрогнуть и еле слышно простонать. — Ран, почему ты сам все ещё в одежде? – недовольно пропыхтел младший, отвлекая того от вылизывания сосков. — Потому что ты не помог мне от неё избавиться? – лукаво произнес он, приподнимаясь и позволяя брату проделать с ним те же махинации что делал и он несколько мгновений назад. Риндо чертыхнулся, проклиная их школьную форму – хочется просто разорвать этот пиджак к хуям, а не возиться с такими бесячими сейчас пуговицами. Когда с ними было покончено, младший, не церемонясь, избавил Рана уже и от рубашки с галстуком. Ремень со звяком упал на пол, впрочем как и сами черные брюки. Он завороженно провел ладонью по его с Раном парной татуировке и прильнул губами к чужим ключицам. В нос ударил ненавязчивый запах шампуня, исходящий от мягких волос, которые выбивались из косы и ниспадали на на лицо младшего Риндо, вызывая легкую щекотку. Это всё до сих пор казалось ему каким-то сказочным сном, хотя он даже не может вспомнит, может ли хоть один из его снов сравниться с тем что происходит с ним сегодня. Но ощущение рук, гладящих спину, ощущение горячего языка, проникающего в его рот, давали понять что всё происходящее правда. Внизу живота будто расправилась пружина и к своему стыду Риндо почувствовал, как мягкая ткань трусов липнет к члену, из которого уже сочилась смазка. Он невольно потерся своей возбужденной плотью о чужое бедро и недовольно простонал, когда Ран слегка оттолкнул его. Долго пребывать в замешательстве ему не пришлось – внезапно их с братом позиции поменялись и сейчас старший нависал над ним. На дне лиловых глазах напротив будто бы отражалась вся любовь и желание, которые копились на протяжении долгих лет, но только сейчас Ран мог позволить дать этис чувствам свободу. Без слов старший скользнул своей рукой вниз, нарочито задев чувствительные соски младшего и, зацепив пальцем резинку белых трусов, осторожно стянул их. Светловолосый тут же зарделся и попытался свести ноги, но ему не позволили этого сделать. — Не стейсняйся, Рини. Будто бы на твоём теле есть места которые я ещё не видел, – проговорил старший, весело улыбаясь тому, как его брат нахмуренно сводит брови на переносице и заливается краской ещё сильнее. — Подглядываешь за мной в ванной? Ран хихикнул, но ничего на это не ответил, решив обрать внимание на вещи более существенные в данный момент. Когда узловатые пальцы старшего щекотно коснулись его достоинства, Риндо коротко вздрогнул и сжал зубы. Ощущение было таким новым и... приятным. Это отличалось от тех ощущений, которые он испытывал, трогая себя самостоятельно. Но пальцами его удовольствие не ограничилось и он поперхнулся воздухом, когда Ран спустился к его возбуждённому органу и, даже не раздумывая, взял его в рот. Риндо слегка приподнялся на локтях, чтобы было удобнее наблюдать за своим братиком. Тот с явным удовольствием и горящим желанием заглатывал орган почти полностью, работая горлом и языком, из-за чего из горла младшего вырывались низкие стоны. Но дойти до пика ему не позволили – Ран внезапно прекратил свои махинации и заглянул в глаза младшего: их застилала пелена похоти и животное желание быть оттраханным. — Рин, у нас есть смазка? — У меня есть крем для рук в рюкзаке, пойдёт? – всё ещё пытаясь перевести дыхание после испытанного наслаждения, прохрипел он. — Вполне, – Ран нехотя оторвался от трепещущего от желания тела и к счастью для обоих, довольно быстро обнаружил рюкзак со всем необходимым. Один скользкий холодный палец, щедро смазанный кремом, коснулся сжатого колечка мышц, слегка надавливая и почти не причиняя боли, лишь легкий дискомфорт. Но Риндо и этого уже было достаточно для того, чтобы он зашипев, дернулся наверх, зажмурившись так сильно, что перед глазами поплыли круги. — Ран, – жалостливо проскулил младший Хайтани, обрываясь на полуслове и чувствуя как теплая ладонь поглаживает его бедро. Заметив перемену в настроении брата, Ран тут же запечатлел ободряющий поцелуй чуть выше пупка. — Я буду аккуратен, котёнок, – пообещал Ран, как маленькому ребенку, и приподнявшись, успокаивающе поцеловал того в лоб. Рин честно попытался взять себя в руки и не паниковать, но когда все те же знакомые пальцы уже более уверенно принялись массировать покрасневший анус, парень захотел откровенно сбежать. Но он тут же помотал головой, пытаясь отогнать эти мысли, всё же он слишком давно ожидал этих ласк. Некоторое время парень изо всех сил старался расслабиться и не обращать внимания на жжение внутри, но тут, словно по-волшебству, два пальца, которые старший слегка согнул внутри задели чувствительную точку. Риндо, громко простонав и изогнувшись дугой, замер с открытым ртом, шумно пытаясь поймать воздух. — Братик… хорош издеваться, вставь уже, – проскулил младший, толкаясь навстречу пальцам. — Как скажешь, дорогой. Ран уже не в силах сдерживаться, берет брата за локотки и делает решительный толчок тазом, с хлюпаньем загоняя член до середины. – Братик, – рвано выдыхает младший, сморщив носик, – А-ах.. Поубавь темп. Тело старшего напряжено как тетива, но он старается прислушаться к просьбе Риндо, а потому замедляется и оставляет поцелуй в уголке губ. Когда он замечает как напряженная складка между бровей Рина разглаживается и он сам начинает двигать бедрами на встречу, Ран уже увереннее берет его. Толчок за толчком, глубже и сильнее. Младший стонет, сжимая и расслабляя смуглые бедра, его ногти невольно царапают спину Рана, оставляя алые дорожки. Твёрдая плоть старшего погружается всё глубже, почти пропадая в его пышущем жаром отверстии. Нутро юноши было таким узким, что казалось, вот-вот лопнет от натуги. Стоны и поскуливания Риндо заглушали шелест листвы и стрекот цикад за окном. Дыхание с хрипом вырывается из груди Риндо, сердце громко стучит о ребра, а на глазах выступают блестящие капельки слёз. Дальше. Глубже. Сильнее. Оба парня задыхались от переполняющих их ощущений. Первобытная радость кипит в крови, ни о чем не хочется думать, ничего не хочется видеть, лишь бы ощущать, тонуть в этом моменте. — Какая же ты тесный. И горячий.. Блять, Риндо, я сейчас, – Ран, почувствовав приближение оргазма, обхватил ладонью член младшего, чтобы помочь ему достичь финала одновременно с ним. Плоть внутри Риндо начала пульсировать, а его стоны становятся все тише из-за сорвавшегося голоса. Еще пара движений, и с уст Рана срывается то ли стон, то ли рычание, а от последнего мощного толчка Риндо легонько подпрыгивает над постелью. Он кусает губы и исступленно выдыхает, с силой сжав бедра на члене. Внутри него бьет фонтан спермы старшего, тем временем как его собственное семя пачкает живот. – Блять, ты лучший, – протянул старший, рухнув поверх разгоряченного изящного тела брата. Риндо переводит дыхание, не находя сил даже пошевелиться и его ладошка так и продолжает покоиться на спине старшего. Проходит целая вечность, прежде чем Рин решает открыть глаза и присмотреться к умиротворенному лицу Рана. Тот безмятежно глядит в потолок, поглаживая затялок младшего. — Ран, ты ведь не считаешь то что произошло между нами неправильным? – наконец-то нарушил тишину младший. — Рин, ты тупица? Я люблю тебя. Не просто как брата. Как парня. Как нечто большее. Я никогда не буду об этом жалеть, – твердая уверенность, звучащая в голосе Рана заставила парня успокоиться. — Я тебя тоже люблю, аники. Риндо крепко обнял брата, уткнувшись носом в район его шеи, чувствуя как пульсирует жилка под тонкой кожей. Хотелось верить в то, что так будет всегда. Даже если общество против их отношений, ему будет плевать. До тех пор пока небо, отражающееся в сиреневой глади чужих глаз, является для Риндо дороже любой ценности в мире, его не волнуют чужие слова. — Думаю нам стоит принять душ, – опомнился младший, хотя весь его вид говорил о том что он бы просто хотел ещё немного полежать с братом. — Разве что с условием, что мы продолжим наше развлечения, – ухмыльнулся Ран. Риндо фыркнул, показательно закатив глаза, но от его условия не отказался.