Спор, который спас многие жизни

После задания в "бесконечном поезде" Кёджуро доставили в Поместье Бабочки. Его открытые раны Шинобу обработала сразу после того, как Ренгоку доставили к ней. Благодаря её стараниям он выжил. Хотя не приходил в сознание уже неделю. Через ещё один день навестить Кёджуро пришёл Аказа. Тихо пробравшись в палату, демон увидел состояние хашира и ужаснулся. Состояние столпа оставляло желать лучшего: всё тело  покрыто бинтами, которые в некоторых местах были в крови, а левый глаз был перевязан белой повязкой. Аказе почему-то хотелось потрепать его наверняка мягкие волосы, но несмотря на соблазн розововолосый просто продолжал сидеть на подоконнике открытого окна. Спустя пару часов нахождения в палате он досконально её осмотрел. В этой маленькой комнатке была тумбочка слева от кровати, на которой стояли разные колбочки с лекарствами, кровать, где сейчас лежал Ренгоку, небольшое окно с подоконником рядом, с которым сейчас стоял демон. Катана истребителя одиноко лежала в углу комнаты. «Через час наступит рассвет и я могу не успеть спрятаться. Лучше уйти сейчас.» подумал демон, выглянув в окно. На прощание Аказа всё же погладил столпа по волосам. Как он и предполагал волосы оказались мягкими и приятными на ощупь. Демон ушёл, но только чтобы скрыться от палящего солнца. На следующую ночь Кёджуро всё ещё был без сознания. Аказа даже почувствовал... грусть? Да грусть. Грусть из-за того что он не мог услышать бодрый и уверенный голос столпа. Грусть ведь он не мог сейчас посмотреть в яркие глаза Ренгоку, а тем более что глаз теперь у него был только один – правый. Как странно... Аказа впервые за последние несколько десятков лет начал чувствовать. Чувствовать не только превосходство над другими, но и чувства восхищения и грусти. На следующий день Аказа не приходит проверить очнулся ли Кёджуро. Он занят выполнением миссией, которую назначил ему Музан. Не смотря на задание голова демона была забита мыслями: «Интересно, а Кёджуро очнулся? Сможет ли он что-то делать после пробуждения? А когда он поправится?». От такого количества мыслей уже голова начинала болеть. Надо прекращать думать в таких количествах. Миссия выполнена. На это ушла всего лишь вся ночь. «Через часа два наступит рассвет. Надо быстрее добраться до того поместья. Как там оно называлось? А точно! Поместье Бабочки.» Быстро добравшись до леса около поместья, Аказа спрятался в тени деревьев. К его счастью и небольшому удивлению Кёджуро уже очнулся. Хотелось подойти и услышать голос, увидеть его, хотелось... извиниться? Да. Извиниться и надеяться на прощение. Аказа сам себе удивлялся. Он – демон, а рядом со столпом пламени он чувствовал себя человеком. Это было странно и необычно, но сопротивляться почему-то не хотелось. И вот наступила долгожданная (для Аказы) ночь. Он весь день пробыл в том лесу и на его счастье он не был замечен. Стало совсем темно. В поместье все уже спали и вокруг была тишина. Подобравшись совсем близко Аказа снова запрыгнул на подоконник открытого окна. Ренгоку уже спал, но демону было известно: если издать какой-либо громкий звук, то хашира сразу же проснётся. Он не хотел будить солнце. Своё солнце. Кёджуро излучал уверенность и позитив. Казалось что ничего не может затушить этот свет в нём, а Аказа почти затушил. Хотя демон был уверен, что даже убив столпа, он не погасит свет его души. На кровати рядом с окном было какое-то движение. Понятное дело что это был хашира. В этой комнате было всего два существа: Аказа и Ренгоку. Движение закончилось и демон понял, что раненный уже не спит. – Я знаю что ты не спишь, Кёджуро. – протянул Аказа, глядя на золотистые волосы с красно-оранжевыми кончиками. – Что ты здесь забыл, а, демон? – и правда. А что он тут делает? Зачем раньше приходил? Вопросов много – ответов пока почти нет. – Просто соскучился. – врать было бесполезно, а это вроде бы правда. Но что это за бред? Демон чуть не убивший тебя, приходит и говорит что скучал – бред. В ответ тихий смешок и столп поворачивается лицом к ночному гостю. – И что же тебе здесь нужно? – Кёджуро сощурил глаз – подозревает. – Просто проведать пришёл. Не более. – он сложил руки на груди, скрестив их. Аказа ещё раз посмотрел на Ренгоку. Всё тело и левый глаз в белых бинтах. «Ну хоть крови больше нет.» промелькнуло в голове демона. Опять ничего не понятно. Он – демон. И радуется тому что на его жертве нет крови. – Добить меня пришёл? – столп усмехнулся и закрыл свой глаз. На лице вновь уверенная улыбка, но на этот раз с ноткой грусти. «Он грустит? Так своя жизнь дорога? Но почему тогда он отказывался от предложения стать демоном?» Аказе была не понятна эта грусть. – Нет. А что это ты такой грустный? Может станешь демоном, Кёджуро? – Никогда. – ответ последовал незамедлительно. Ренгоку отвечал с полной уверенностью. – И всё же почему ты такой грустный, а, Кёджуро? Ты не ответил. – Я сейчас не могу сражаться. И если ты убьёшь меня, то спокойно сможешь убить остальных. – с грусть и немного ненавистью проговорил столп. Всё ещё закрытый глаз немного приоткрылся. Он смотрел в золотые глаза с иероглифом три. – Можешь расслабиться. Я пришёл не сражаться. – протянул Аказа, закрыв глаза. Хотелось избежать изучающего взгляда, который перешёл на волосы демона. «Это немного смущает.» – Ты не тронешь остальных? – никакого возмущения. Только удивление и радость за подчинённых и друзей, которые останутся живы. – Сейчас мне это незачем. – Аказа открыл глаза и увидел как Ренгоку пытается принять сидячее положение, но от резкого движения он почувствовал сильную боль. Несмотря на это Кёджуро всё таки сел на кровати. Когда он снова посмотрел на демона, который уже спрыгнул с подоконника и стоял чуть ближе к столпу. Аказа смотрел с волнением и лёгким испугом. – Тебе сейчас лучше так не делать, Кёджуро. – сказал демон, выдохнув. – Ты за меня переживаешь? – в бодром голосе было удивление, а во взгляде недоверие. – Да. – выдохнув тихо сказал Аказа, закрывая глаза. Он сам не понимал нахлынувшие на него чувства. Так странно, но демону совершенно не хотелось видеть боль хашира. Аказа открыл глаза и увидел, что его осматривает взгляд медового глаза. Кёджуро ещё не доверял демону полностью, а его реакция была не понятна. – Почему ты переживаешь? – если бы Аказа знал ответ, он бы с радостью ответил, но ответа не было даже идей. – Не знаю. Мне просто не хочется смотреть как ты терпишь или испытываешь боль. – демон вновь вздохнул и начал медленно и неуверено подходить ближе к столпу. Ренгоку от такого действия чуть-чуть напрягся, но почувствовал сильную и резкую боль. Из-за неё хашира тихо зашипел и чуть нагнулся вперёд, обхватывая свой пояс руками. Аказа быстро подскочил к столпу и помог ему лечь обратно в кровать. Аккуратно чтобы не напугать и не разорвать то маленькое доверие, которое появилось между ними. – Я не понимаю тебя, демон. – Аказа. – Что? – Давай ты тоже будешь обращаться ко мне по имени? – Хорошо. Но я всё равно не понимаю тебя, Аказа. – сказал Ренгоку, возвращаясь к своей мысли. – Если честно, то я тоже сейчас себя не очень понимаю. – выдохнул демон. Розоволосый сел на край кровати и стал рассматривать лицо столпа. – Что ты там так детально рассматриваешь? – Твоё лицо. А ещё у тебя волосы красивые и мягкие. – когда понял что сказал лишнего, то смог сказать лишь едва слышное "ой". – Спасибо. Наверное. – Ренгоку закрыл глаз, засыпая, но хотелось подольше поговорить с ночным гостем. Хоть это и странно. – Я пойду, а то ты уже засыпаешь, Кёджуро. – Аказа уже подошёл к окну. – До завтра. – Ты ещё и завтра придёшь? –с наигранным сожалением спросил столп. – Тебе так просто от меня не избавится. – усмехнулся демон. Аказа быстро покинул палату чтобы не мешать сну хашира.