UhGood

Дождь тихо барабанил по железной крыше, спускаясь быстрыми струйками по каменным стенам. На улице было пусто, в такой час в небольшой спальном районе на окраине Сеула мало кого можно встретить. Закрыв огромный желтый зонт, молодой человек встряхнул чуть мокрыми волосами, пригладил вставший воротник рубашки и вошел в небольшое освещенное помещение. Звуки колокольчиков эхом раздались в тишине. Магазин как обычно пустовал. За небольшой кассой дремал аджосси, изредка кидая косые взгляды на свой товар, и за вторым столиком сидел постоялец этого заведения, поедая лапшу быстрого приготовления. Парень огляделся и не спеша прошел внутрь к такой знакомой витрине. Достав из кармана небольшой целлофановый пакет — разрезая им только устаканившуюся тишину — он стал медленно накладывать разных ярких конфет, прикидывая в уме, сколько ему нужно, и сколько он может себе позволить. — Как обычно? — тишину разрезает сипловатый голос продавца. Юноша чуть кривится, но кивает, протягивая руку за кошельком. Пакет кладется на весы, и пока его товар считают, молодой человек решает слегка прогуляться по магазинчику. Дождь за стеклянными витринами усиливался с каждой минутой. Гремел сильный гром, вспышками металась яркая молния, тягучий ветер играл с пушистыми кронами деревьев. Очередной лязг колокольчиков приковал к себе внимание всех посетителей. В помещение зашел высокий мужчина в строгом черном костюме, с уставшими серыми глазами и опущенными уголками губ. Продавец засуетился за своим прилавком, растерявшись, но всё-таки решил выйти из-за кассы. Они были давними знакомыми. — Вечер добрый! Давненько тебя не видно было. — Работал. — Мужчина проходит мимо аджосси и заворачивает к стенду с выпивкой. Берет несколько бутылок обычного виски и идёт на кассу. — Три пачки сигарет и упаковку презервативов хх размера. Оплата картой. Совершив покупку, они ещё о чем-то поговорили, прежде чем мужчине тыкнули чем-то в спину. — Дай мне пробить его продукты, и мы продолжим. — Нет надобности. Занимайся своими делами. Ещё увидимся. — Он взял в руку пакет, загремев бутылками, и пошел к выходу. Пробив остальные покупки, магазинчик вновь остался пустовать в тишине, разбавляемой лишь чавканьем посетителя у столика. Блаженство. Ветер с силой хлестал рядом стоящие деревья, намереваясь сломать; такого сильного урагана давно не было, но даже все прогнозы синоптиков не остановили юношу. Убрав конфеты в небольшой рюкзак, он достал огромный яркий желтый зонт и вышел на улицу, раскрывая его. На улице была сущая тьма, из-за стены воды практически ничего не видно, поэтому свет фонаря глухо отдавался легкими отбликами. На пороге стоял тот самый мужчина. Ни машины, ни зонта у него не было, и что самое главное, на нем был лишь костюм. — Простите, — мужчина обернулся, — я так понимаю, что ваше авто припарковано не далеко, — в ответ молчание, — да даже если и нет, тут недалеко есть остановка, могу вас проводить, иначе вы совсем промокнете. Мужчина безразлично облизал взглядом рядом стоящего юношу с ног до головы, хмыкнул и открыл большим пальцем новую, ещё не начатую пачку сигарет. Достает одну штучку зубами и закуривает, не торопясь давать ответ. Ему спешить некуда. — Ты сам-то на чем поедешь, м? — делает глубокую затяжку и выпускает едкий дым из пухлых, чуть раскрытых губ. Такой медленный, уставший. От мужчины сильно пахло усталостью и чем-то непонятно кислым. — Я живу здесь рядом. — Обстановка немного пугала. Юноша никогда особо не общался с чужими людьми, пускай и предлагая свою помощь. — Впрочем… возьмите, — рука медленно протянула зонтик и держала до тех пор, пока чужие пальцы не сомкнулись на рукоятке. — Надеюсь, я еще увижу свой счастливый зонтик. Его голос почти скрылся за шумом дождя. Молодой человек грустно вздохнул и выскочил прочь, считая большими шагами грязный, мокрый тротуаре, пока темная фигура не скрылась за поворотом, оставляя после себя яркий аромат лесной свежести, так не присущий этому пейзажу.

…

— Добрый вечер, господин. Как прошел ваш день? — милая старушка горничная вошла в кабинет с подносом в руках и улыбнулась. — Я принесла вам кофе. — Скажи, Марджи, — начал Ким, покручивая длинными пальцами черную гелевую ручку. Смотрит в экран своего рабочего ноутбука и продолжает. — Человек может сделать другому человеку добро, не зная, что он чертов посланник ада на земле? В комнате повисла минутная тишина, настолько густая и плотная, что хотелось закрыть уши, лишь бы не слышать ее. — Он же не знает правды, а это значит, что может. У вас что-то произошло? — она двинулась к столу и поставила чашечку с напитком рядом с рукой своего хозяина, после прижала поднос к пышной груди и посмотрела на чужой взъерошенный затылок. Намджуну тридцать шесть лет. Он глава местной мафии. Невероятно строгий и важный человек, который впервые встретился с человеческой добротой за просто так. — После встречи с главой пятого района я решил заехать за сигаретами в ближайший магазинчик. Шел сильный дождь, и один из посетителей дал мне свой зонт. — Он кивнул в темный угол комнаты, где ярко-желтым бельмом в глазу горел тот самый зонтик, который, к слову, альфе никак не пригодился. — Он сказал, что намерен получить его обратно. — Он позаботился о вашем здоровье, господин. Это хороший поступок, но что именно вас так смутило? — Он соврал мне, что живёт недалеко от этого магазина. Я хорошо знаю местность, по близости нет жилых домов, а это значит, что он подверг опасности свой организм, отдав зонт мне. — Взяв чашку в руки, альфа сделал один большой глоток. Ким не любит светиться среди местных, но эта ситуация… странная. Женщина широко улыбнулась, положила свою теплую ладонь на крепкое плечо и прижала Кима к своей груди, как маленького ребенка. — Если у вас получится встретиться ещё раз, обязательно поблагодарите этого юношу и верните ему его зонтик, господин Ким. — Хорошо, Марджи. Я так и сделаю.

…

Прошло около недели. Зонт по прежнему лежал в углу комнаты и периодически напоминал мужчине о том, что стоило бы его вернуть своему законному хозяину. Джун с этим тянул, но не по своей воле; было много дел. К концу недели у него появилось свободное время. Альфа, не долго думая, взял зонт в руки и направился к своей машине. — Добрый вечер, тебе как обычно? — хозяин магазинчика снова засуетился с широкой улыбкой на лице. Как всегда в своем репертуаре, но Ким был непреклонен. — Мне нужно вернуть зонт. — Он сжал рукоятку цветного зонтика сильнее и прошел к одинокому столику, занимая место. Ким решил просто сидеть и ждать. Время примерно тоже самое, что было при их прошлой встречи, впрочем, если не повезет, оставит зонт здесь. Совершенно незачем мозолить глаза одним только своим ярким цветом в темной крепости монстра. Время шло медленно, текло, как струйки воды по большому грязному окну прямо за стендом с пищей быстрого приготовления. Часы давно пробили десятый час ночи. Все вокруг замерло. Тишина сковала улицу. — Добрый вечер, — звон колокольчиков неприятно резанул слух всех находящихся внутри. Встряхнув мокрой головой, юноша снял капюшон и прошел внутрь к стенду с конфетами. Сегодня их гораздо меньше, но любимые леденцы лежат абсолютно нетронутыми. — Простите, а молочные карамельки на складе остались? — выглянув из-за угла, молодой человек прочесал взглядом прилавок и кивнул аджосси. Спустя пару минут к остальным конфетам привалилась большая коробка нужных конфет. — Спасибо. Руки сгребали все на своем пути. На этот раз пакет вышел приличный, но и позволить себе все это купить парень тоже мог — наконец-то выдали зарплату. — И снова как… ах нет, сегодня побольше, — мужчина чуть улыбнулся и быстро пробил товар. Намджун сидел за столом тихо, наблюдая за пареньком из тени. Снова набрал целый пакет конфет. Они ему так нравятся? Впрочем, эта информация не волновала, он приехал сюда исключительно с другой целью. Мужчина поднялся из-за стола и подошел к юноше, прочищая горло, тем самым привлекая к себе внимание. — Твой зонтик. Возьми. — Альфа протягивает вещь в целости и сохранности. Кажется, сейчас он пригодится намного сильнее, ведь на улице снова льет, как из ведра. — Он мне не понадобился, однако, спасибо. Вот и все. Цель выполнена, теперь Марджи похвалит своего хозяина и угостит вкусным печеньем, когда он вернётся домой. У них странные отношения, что-то вроде семьи, но они не связаны между собой кровью. Однако, Кима это не останавливает, поскольку он сильно нуждается в теплой руке, которая может в нужный момент и приласкать, и полезный совет дать. Марджи чудесная женщина. — Ой… — парень не ожидал такого поворота событий, а уж возвращения такой незначительной вещи уж точно. Точнее, для мужчины она незначительна, а для парня была… есть достаточно важна. И почему-то тогда он совершенно не думал о своей выгоде, просто хотелось ему помочь. — Спасибо. Поклонившись за вещь, молодой человек быстро расплатился за сладости и сунул их в небольшой голубой рюкзачок. — Вы… кажется снова без зонта, а там дождь. Вы на машине? Давайте я провожу вас до нее, а потом пойду домой. Не очень бы хотелось, чтобы вы заболели. — Ты совсем идиот? — без капли смущения Намджун задад риторический вопрос. В его лексиконе подобные обзывательства считаются нормой, а бывали даже и похуже. — Я же сказал, мне не нужен твой зонт, я передвигаюсь на машине. А вот что насчёт тебя. Ты обманул меня, ведь поблизости нет жилых домов, а это значит, что домой ты пошел пешком под дождем. Зачем ты это сделал? Парень сделал несколько шагов назад, резко раскрыл зонт и вышел под дождь, скрывая обиду под раздражением. — Я просто помог, просто, знаете, что такое просто? Ах да, таким, как вы, это просто не знакомо. Простите, что затронул ваше эго, и вмешался туда, пытаясь сделать приятно. Простите. — Парень чуть ногой не топнул от возмущения. Зачесав волосы назад, он резко развернулся, уходя большими шагами прочь. Как можно дальше от этого магазина, от этой улицы, от этого ужасного мужлана, не ценящего простой поступок. Намджун так и остался стоять под дождем, засунув руки в карманы темных брюк и искренне не понимая, что он только что сделал не так, что это сопляк так возмутился и убежал, поджав хвост. Он действительно не понимает, хотя, это не так важно, потому что Ким не тот человек, которого можно считать добрым. У него свои тараканы в голове. — Истеричка. — Бросил он вдогонку, после чего развернулся на пятках и ушел к машине. Зря только приезжал.

…

— В последнее время на улице стало так опасно… — Тэхён тяжело вздыхает и тянет руку к раскрытому пакетика с конфетами, на что получает шлепок по ладони. — Ну Хён, не будет жадиной… Тэхён — помощник Юнги в детском саду. Когда у деток настает тихий час, старшие любят устраивать час сплетен и горячего чая с конфетами. Омега дует дубы и берет в руки свою чашку с недопитым чаем. — Вчера по новостям передавали, что в нашем районе стали пропадать люди. Мне так страшно, Юнги. Живём в опасное время. — Ну не знаю. Хотя… — омега глубоко вздохнул и быстро развернул молочную ириску, закидывая в рот, — пытаешься сделать людям приятно, а они на тебя еще и голос повыашают, предъявы кидают. Давно я говорил, что пора нам уезжать отсюда. Ну вот что тут ловить? Все детки давно спали в своих кроватках. Игрушки были убраны, аквариум почищен; оставалось еще так много времени до пробуждения, что самому хотелось ненадолго подремать. Медленно зевнув, Мин закинул ногу на ногу и удобнее устроился на мягком, большом красном плюшевом диване, прижимая кружку горячего чая к груди. — Как у тебя дела с Сыну? Что-то ты редко стал рассказывать про него. Поругались? — Тэхён укладывается чуть удобнее и резво хватает вкусную молочную карамель, закидывая в рот, чтобы потом медленно рассасывать, чувствуя приятную долгую сладость во рту. — А я и не ругался с ним. Мне кажется, мы пришли в тупик наших отношений, думаю, остаться просто друзьями, — Юнги сделал не большой глоток, — как-то не тянет. Возможно, я просто сейчас не хочу отношений. На этом разговор был закончен, а горячий чай подлит к новой дозе «успокоительного» часа в детском саду.

…

Сезон дождей в с Корее немного затянулся. По сравнению с прошлым годом, шел уже приличный отрыв на время, мощь и силы дождя. Ливень стоял стеной, омывая грязные разводы вновь помытых окон. На стене появилась новая, совсем небольшая неоновая вывеска с каким-то пожеланием добра, свет от которой мягко лился на зеленоватые от листьев лужи. В магазине стояла тишина, только в этот раз мигала одна лампочка из четырех, создавая неприятные шумы и потрескивания в идиллии царства тишины. Колокольчик оповестил о новом посетителе. Аджосси лениво окинул взглядом входящего, и сразу же встрепенулся, кланяясь. — Добрый вечер, господин, какими судьбами снова к нам? Мужчина даже не удостоил внимания пожилого владельца и прошел внутрь к холодильнику с выпивкой, вытаскивая самое дешевое пиво, которое только есть, ибо хотелось выпить этой дряни. Дверь распахнулась, и в помещение зашел еще один посетитель, резво отряхивая зонт от суровых майских капель. Он поклонился старшему и прошел к дальним полкам, шурша, разъедающим пространство звуком, обычный пакет. Сегодня выбор пал на карамельки, и леденцы в виде рыбок и долек цитрусовых. Спустя несколько минут копошения, юноша прошел к кассе и поставил пакет на весы, ожидая вердикта. Намджун наблюдал за всей этой картиной исподлобья, изредка бросая взгляд на яркое пятно в виде зонта, того самого желтого зонта. Аджосси набирает на цифрах, как резко все потухает, и новая, абсолютно новая неоновая вывеска заискрилась брызгами, пугая омегу. — Вот черт, опять свет вырубили, — мужчина что-то пробурчал еще не связаное под нос и вышел в зал. Юнги осмотрелся вокруг, взглянул на экран телефона и решил немного подождать; вдруг свет появится. Аджосси вернулся минуты через три и слишком резво воскликнул: — света не ждите, там авария, и выйти отсюда не сможем. Вот и доверяй потом дешевым предложениям по телевизору, тьфу! Как оказалось позже, господин Пак, такова была фамилия владельца данного заведения, решил немного сэкономить средств, и установил достаточно дешевую сигнализацию, которая блокировала двери. Только он не учель очень важного факта — двери могли заедать в любой момент, будь то отключение света или простой сдвиг системы. И когда все вернется на круги своя не знал даже отправитель злосчастной сигнализации. — И как долго? — Юнги не знал, что в магазине есть кто-то еще помимо него, и подпрыгнул от монотонного голоса неизвестной фигуры в самой тени магазина. Мужчина выглядел достаточно устрашающе, источая странную ауру опасности и усталости, словно сама смерть решила немного отдохнуть в спальном районе на окраине. — Как Бог даст, — пожал плечами Пак и присел на стульчик, расправляя потрепанную газету. Свет от рядом стоящих фонарей был достаточно яркий. Юнги медленно прошел к импровизированным столам и сел на стул, укладывая подбородок на согнутую руку. Вокруг отражались невидимые струйки пьяно катящегося дождя, словно разлитые невидимые краски на холсте неизвестного художника. Тишина разбавлялась шелестом ветра, угрюмым сапом самого старшего, каплями дождя и тихим пшиком пенного напитка. Намджун был словно тень: не видим, огромен и очень тих. — Пиво? — тихо спрашивает мужчина и подходит почти вплотную к парню в серой толстовке. Вроде бы ему нужно извиниться за тот раз, по хорошему и за зонтик, но даже капли эмоции он не чувствует. Зачерствело. — Не пью, — голос, до этого звучавший слишком ярко, теперь казался тихим хрипом в надрывной песне спокойствия. Больше не произнеслось ни слова. К моменту, когда дали свет, а дверь со скрипом отворилась, дождь немного стих, и капли не так сильно барабанили по крыше, оглушая все вокруг. Юнги аккуратно встал со стула, расплатился за покупки, и уже собирался выйти на встречу ночной прохладе, как достал самую редкую конфетку и медленно повернулся на пятках, подходя к ничего не понимающему мужчине. Намджун ждал, впервые чувствуя совсем прозрачный интерес. — Немного счастья вам не помешает, — и положил конфету в большую теплую ладонь, улыбнувшись напоследок самой сахарной улыбкой. Намджун же так и не поймет, откуда сладость появилась во рту, ведь он терпеть не может сладкое, особенно конфеты.