Прости меня, моя любовь.

      Гарри потерял всё: работу, друзей, счастье. Но самая ужасной потерей была любовь. Смысл его жизни испарился. Исчез, будто по щелчку пальцев. Словно его окунули в ледяную воду, заставляя протрезветь и выйти из мутного, никакущего состояния, и столкнуться лицом к лицу с тем, что есть на самом деле.

***

      Его чувства к любимому, самому желанному и чудесному мальчику — исчезли. Он ничего не испытывал, обнимая того. Не чувствовал приятного чувства в животе, когда дарил жаркие, но по особенному нежные поцелуи на бледном, родном лице. Поттер чувствовал лишь пустоту и страх. Гарри не хотел этого принимать. Он даже давал себе определённое время. Вдруг он просто выгорел и ему требовалось время отдохнуть, а потом уже как-то само всё образуется?       Но нет. Этого не произошло.

***

      В этот вечер, когда Гарри осознал это — он безостановочно рыдал, кое-как вдыхая воздух, чтобы не задохнуться. Он не имел понятия, как сказать об этом Драко, он боялся его реакции, не хотел причинить боли. Твою мать! Гарри клялся лично ему, смотря в глаза, что его любовь — вечна и крепка. И что теперь? Почему всё, блять, так? Поттеру было тошно. Тошно от себя самого. Совсем скоро его маленький Дракончик напишет ему, может, позвонит, а Гарри… Что Гарри? Просто скажет, что не в состоянии говорить? Или просто не ответит, утром кое-как отмазавшись? Это будет ещё хуже.       Об этом нужно поговорить. Это нужно сообщить, иначе это станет настоящей пыткой для двоих: Один будет верить во все слова, будет отдавать всего себя, дарить свою любовь тому, кто нагло врёт. Врёт уже две недели, осознавая это только сейчас, тому, кто выдавливает из себя улыбки и попытки проявить заботу. Слёзы медленно бежали по лицу, руки сжимались в кулаки. Ему никогда не было так больно. В голове всплывали разные воспоминания с Драко. Всплывали те моменты, когда Поттер шептал тому о своих чувствах, сочиняя целые стихотворения, посвящённые Драко Малфою, только ему. Никому другому. Всплывали те воспоминания, когда они лежали на мягкой кровати в каком-то отеле во Франции, и Гарри выводил пальцем узоры по оголённой спине Малфоя, а после покрывал её горячими поцелуями, даря тому всю свою любовь.       Поттер закусил губу, выкидывая все мысли из своей головы. Сердце ныло, пустота всё больше захватывала его. Одно представление того, как Малфой будет плакать, одно представление того, что его сердце разобьётся к чертям на миллионы осколков — добивало сильнее, заставляло возненавидеть самого себя. Раньше Гарри утверждал, что не может быть конца у любви. Он придерживался мнению, что если человек разлюбил — значит, не любил и вовсе. Сейчас он понимает, как ошибался.       О, Драко был его самой настоящей любовью. Первой, как он мечтал, чтобы была и последней, но… Жизнь сыграла злую, слишком жестокую и совсем не смешную шутку.       Его кинуло в дрожь, когда он услышал уведомление, что пришло ему только что. Поттер взял в руки свой телефон, с большим страхом разблокировав. Заглядывая через шторку уведомлений, кто ему написал, сердце замерло. Драко. Это был Драко. Тот спрашивал про его день, писал, как сильно соскучился, писал, что при встрече зацелует. Писал, что, блять, любит. Любит сильно.       Гарри кое-как держался, чтобы не кинуть телефон в стену, хотя он уж точно здесь ни причём. Поттер зашёл в диалог, кое-как ответив на сообщение Драко, искренне надеясь, что вышло не так сухо, потому что раньше времени ему не хотелось разрушать того. Гарри набравшись смелости сказал, чтобы завтра Малфой приходил в парк у дома Поттера, объясняя это тем, что им нужно срочно поговорить, обсудить кое-что. А после красиво смылся, желая тому сладких снов, оправдывая тем, что безумно сильно устал за день.

***

      Утром Гарри проснулся разбитым. Он проспал от силы часа два. Всю чёртову ночь он прорыдал. Валерьянка не помогла ему успокоиться и привести свои чувства в порядок. Вплоть до самого обеда Поттер лежал в постели, чувствуя слабость во всём своём теле, но встать ему пришлось, как минимум потому, что время на месте не стоит и уже скоро предстоит встреча с Драко. Предстоит тяжёлый разговор и ожидают ужасные, мрачные будни, от которых будет лишь одно единственное желание: вскрыться. Лишь бы не видеть влюблённых пар, лишь бы больше никогда не влюбляться и никому, ни одному человеку больше не давать таких громких обещаний, когда не знаешь, как на самом деле сложится жизнь.       Добравшись до ванной, Гарри привёл себя в порядок, после чего ушёл собираться. Собираться на встречу со своей бывшей любовью, на встречу к тому, кто однажды вдохнул в него новую жизнь, кто помог встать с колен на ноги и понять, кто он есть в этой жизни, понять свои желания и мечты, тот, кто помог реализовать большинство глупых и бессмысленных, но таких классных желаний — в реальность.

***

      Гарри был уже в парке. Сегодня ужасно холодно. Он постоянно поправлял на себе шарф. То ли от нервов, то ли от того, что ледяной, беспощадный ветер всё равно проникал сквозь ткань, оставляя неприятное жжение на коже. Поправляя очки, Поттер повернул голову направо, после чего увидел знакомую до боли фигуру, что приближалась к нему.        Терпеливо дождавшись, когда Драко подойдёт, Гарри совсем неуверенным голосом, опуская взгляд своих изумрудных глаз куда-то вниз, прошептал слишком тихое, но и при этом достаточно громкое, чтобы Малфой мог услышать: «привет».       Конечно, поведение Гарри у Драко вызвали вопросы. Волнение накрывало волной, как и страх. Малфой не был глупым парнем и, кажется, в голове начинал складываться постепенно пазл.       Гарри поднял взгляд на Малфоя, смотря на того сквозь пелену слёз. Он понимал, что, вероятнее всего — это последний раз, когда он видит его так близко с собой, понимал, что это конец их истории. Гарри покачал головой, подавляя слёзы и истерику, после нервно улыбнулся. Поттер видел, что Драко тоже нервничал, не находя себе места. Видел, как тот кусал губы. Видел, что тот отвёл взгляд, тоже, как и он, сдерживая слёзы. Кажется, тот понял всё сам. Без лишних слов и траты времени. — Это конец. Прости, солнышко, я не смог сдержать своего обещания, — голос Гарри дрожал, но он старался сохранять спокойный вид, что удавалось достаточно провально, но и не так плохо. Те, кто мало знают Поттера — поверили бы его актёрской игре. — Я не хочу мучить ни тебя, ни себя. Будь счастлив, малыш. Я уверен, что спустя время найдётся тот, кто действительно сможет прожить с тобой всю свою жизнь. Кто сможет дать тебе в разы больше, чем я. Ты чудесен, Драко, но пришёл конец нашей истории. В этом нет твоей вины. Береги себя, не забывай отдыхать и, твою мать, одеваться теплее, — Гарри обнял Драко перед тем, как уйти. Уйти навсегда. Он почувствовал, как его обнимают тоже. Слёзы сами полились из глаз. Он не мог контролировать это.       Настало время отстраняться. Он осмотрел Драко внимательным взглядом, вытирая ладонью слёзы со своего лица. — Спасибо, Гарри. Ты сделал многое для меня в этой жизни. У тебя всё получится. Я верю в то, что ты обязательно добьёшься всех высот в этой жизни. Рви её, как можешь. И… Напомню в последний раз: Не пей так много кофе, выкинь свои чёртовы сигареты и ложись спать раньше, несчастный ты придурок. В могилу раньше времени себя загнать хочешь, - голос Драко звучал настолько заботливо, что Поттеру становилось ещё хуже. Даже в эту минуту он предпринимает попытки отругать его.       У Гарри вырвался тихий смешок. Он кивнул Драко в знак благодарности, а после развернулся. Развернулся, уходя. Он поставил точку в этой истории. Он поставил её, оставляя четыре года жизни за своей спиной.       Вернувшись домой, Гарри прошёл на кухню, усаживаясь на стул. Достав телефон из своего кармана, он заметил последнее сообщение, что отправил ему Драко. Как раз тогда, когда тот уходил: — Забыл сказать тебе. Береги себя тоже.