Заслуженный «Happy End»

— А как мы найдём наших ребят? — один единственный вопрос Антоновой заставляет генерала-майора ФСБ растерянно замолчать. Костенко сконфуженно хмурит лоб и мельком облизывает пересохшие губы. Он и понятие не имеет, как сообщить ей о настоящей цели визита. Ведь единственной причиной, по которой Аня сейчас находится в этом вертолёте было то, что её слишком чувственная и сострадающая натура не позволила бы ей спокойно сидеть на месте, зная, что её друзья в опасности. Как сказать настолько восприимчивой девушке, как Аня, что они и не собирались вызволять её друзей? Потому что шансы на то, что эти несчастные ребята ещё живы — минимальны. Вдобавок у них на счету каждый час, и повышенный уровень радиации — это самая мелкая проблема из всех, что они имеют. Ужасы о зоне отчуждения, о которых рассказал ему Павел; территория сопредельного государства, куда они сейчас несогласованно проникли, прихватив с собой оружие, а между прочим дипломатические отношения с Украиной с каждым днём становится всё более напряжёнными. Плюс ко всему по Припяти шастают шестёрки Киняева, которые уж больно сильно смахивают на головорезов из 90-х. Исходя из всего этого, остаётся только надеяться, что они вернутся отсюда живыми (не говоря уже о «невредимыми»). Ему просто нужно поймать эту тварь, а уж потом он заставит ответить его за всё содеянное по полной программе, в особенности за страдания любимой девушки… Сергей молча смотрит ей в глаза, пытаясь взглядом передать искренние сожаления. До Ани постепенно доходит понимание всей ситуации, она нервно закусывает губу, а мужчина подмечает, что её голубые глаза начинают застилать слёзы. От этой картины сердце Костенко сжимается и он пристыжено опускает голову, направляя свой взгляд в пол. Вершинин внимательно следит за генералом-майором. После нескольких секунд наблюдения губы парня скривились в усмешке, а сам он всем корпусом повернулся к Антоновой: — Аня, — Павел вновь обратил свой взгляд к Сергею, но теперь в его серо-зелёных глазах читался упрёк. — Боюсь, он не для того туда летит. Костенко разом выдыхает весь воздух из лёгких и отворачивается к иллюминатору. Вместо живописного ночного пейзажа елового леса перед глазами стоит Антонова, которая сдерживает себя из последних сил, только чтобы не расплакаться у всех на виду. Паша пододвигается ещё ближе к девушке, аккуратно обнимая её за плечи. — Не бойся, Киняев их не тронул. Я почему-то в этом уверен, — Вершинин говорит это прямо на ушко Ане, пытаясь приободрить её словами поддержки. Сергей молча закрывает глаза и сосредотачивается на том, чтобы подавить в себе бурлящее чувство ревности. «Ты не имеешь никаких прав на неё. Угомонись.» — шепчет ему внутренний голос. Костенко пытается совладать со своими эмоциями, но даже с сомкнутыми веками он чётко видит силуэт мужской руки, которая поглаживает хрупкие плечи возлюбленной. Он выдёргивает себя из вереницы чувств, только когда костяшки в крепко сжатых кулаках издают звонкий хруст.