История о путешествии

– Помню, как сейчас: едем, сирена гулко воет, и скорая мчится по ночной улице... Пациенты дома инвалидов обступили (или, если быть точнее, объехали) Джонни со всех сторон, слушая историю о его приключениях в городе. Шутка ли, большую часть жизни провести в изоляции, прикованным к инвалидной коляске, всего на пару дней выбраться наружу – и тут же попасть в перестрелку, да ещё и шальную пулю получить! Большинство людей, как минимум, огорчилось бы от того, что придётся провести уйму времени в больнице, но для Джонни, привыкшего к такому образу жизни, всё это было настоящим приключением, и он рассказывал о произошедшем с широченной улыбкой и во всю размахивал рукой, растопырив свои неповоротливые пальцы. Джонни гордился ранением так, словно получил его, героически защищая товарищей на войне, хотя на самом деле заслонил Блейка совершенно случайно. Он по несколько раз на дню вспоминал эту историю, а другие пациенты слушали её снова и снова, ведь ничего интереснее вокруг не происходило и вряд ли произошло бы в ближайшее время. Джонни рассказывал о случившемся всякий раз как в первый и всякий раз отводил взгляд, смущённо поджимая губы. Те из пациентов, кого жизнь обделила здоровьем, но не мозгами, понимали, что какую-то деталь Джонни не договаривал, но с каждым новым рассказом становился всё ближе к тому, чтобы проболтаться. Так оно и вышло. – Была одна девушка... Кто-то в ответ разухмылялся, кто-то – победно рассмеялся, точно девушка была у него самого, а кто-то и вовсе изо всех сил принялся стучать по подлокотнику коляски. Все ждали подробностей, но Джонни больше не произнёс ни слова, лишь отвернулся ото всех с задумчивым видом, продолжая хранить остатки своей тайны. Но все истории, какими бы захватывающими они ни были, пропитываются обыденностью жизни. Некоторые из них обрастают новыми подробностями, становясь местными легендами, дерзкими и совершенно неправдоподобными. Другие же теряют самые интересные части по дороге, и историю начинают считать не более чем хвастовством или враньём. Блейк был слишком обеспокоен тем, как убийство Кейси отразится на его сроке, и лелеемые Джонни рассказы о поездке, лишившись поддержки, потеряли всё своё очарование. Очень скоро местное общество сошлось на том, что ранение у Джонни действительно было, но вряд ли скорая стала бы включать сирену ради нисколечко не умирающего пациента, а упоминание девушки и вовсе было фантазией, несбыточной мечтой. – Джонни, ты надел свежую рубашку? Ждёшь ту девушку? Две недели прошло, а её всё нет. С каждым днём вопросов лишь прибавлялось, как прибавлялось и насмешливых или, наоборот, сочувственных взглядов. Джонни лишь отворачивался, нахмурив брови. – Она придёт. Завтра или послезавтра… Но ни завтра, ни послезавтра, ни на днях загадочная девушка из рассказов так и не появилась. – А она вообще существует? – Она придёт! – провыл Джонни, с силой упираясь руками в подлокотники коляски, так, словно ещё немного усилий, и он встал бы и подошёл к сомневавшемуся. – Она придёт! Она обещала прийти! Джонни больше не вспоминал про город и предпочитал хмуро отмалчиваться. Прошло три недели с возвращения, и надежда стала покидать его, но признавать это перед другими он не собирался. Блейк в ответ на расспросы говорил, что у Лони наверняка добавилось работы после смерти Джинджер, а до интерната полдня езды, но по его взгляду было ясно, что он не думает, будто она вообще когда-либо приедет. Однако Блейк ошибался, и не постеснялся объявить об этом во всеуслышание. – Ромео, Джульетта объявилась! Кисть, которую держал Джонни, упала на пол, забытая и совершенно ненужная. Картина и так выходила страшной, не жалко. Надежда, казалось, уже утерянная, вновь проснулась в нём, и робкая, слишком робкая для Джонни улыбка появилась на его лице. – Лони? – А у тебя ещё кто-то есть, ловелас? – ухмыльнулся Блейк. – Ну что, поехали? Или тебе нужно время красоту навести? Джонни помотал головой. Всё ещё широко улыбаясь, он обвёл злорадным взглядом комнату и исподтишка смотревших на него людей и, понизив голос, попросил: – Согни мне все пальцы, кроме среднего. – Что сделать? – Не знаешь, как выглядит фак? – издевательски фыркнул Джонни, и Блейк, закатив глаза, сделал так, как он просил. Джонни заулыбался шире и, размашистым движением вытянув руку в сторону, прокричал: – Выкусите, сучки! Я говорил, что она придёт! Вот теперь поехали.