Когда ты станешь большим

      Тихий летний вечер опустился на Долину Мира. Лёгкий сизый туман окутал вершины гор, погрузив их в сладостную дрёму. Из долины за серой дымкой не было видно величественного Нефритового дворца, и казалось, что длиннющая каменная лестница, ведущая к нему, уходит прямо в небеса. В этот дивный вечер на порог зала воинов вышел довольно молодой воин. Шифу оглядел долину, что почти полностью скрывалась за туманом, вдохнул свежий теплый воздух и направился к персиковому дереву, что было в самом цвету.       Малая панда уселся под деревом в позу лотоса и приступил к медитации. Сегодня выдался тяжёлый день: мастер Угвей устроил своему ученику очередной спарринг, а после - несколькочасовое занятие в библиотеке по одному из философских уроков кунг-фу. В конце тренировки учитель настоятельно рекомендовал Шифу обдумать полученные знания в медитации, и молодой мастер решил последовать этому совету. - Покой и умиротворение, - бормотал Шифу, закрыв глаза и расслабив плечи, полностью выпрямив осанку.       И все бы шло хорошо, если бы чуткое ухо мастера не дернулось в сторону внезапно донесшегося до него звука, окончательно сбив его сосредоточенность на медитации. Шифу открыл глаза и повернулся на непонятный шум. Он повторился, и мастер понял, что это детский плач. Вместо досады за сорванную медитацию малая панда почувствовал заинтересованность, ведь маленьких детей в Нефритовом дворце не бывало, а в такой поздний час и подавно. Шифу поднялся на ноги и двинулся по направлению к воротам дворца, откуда и доносился звук.       Он за пару минут добрался до ворот и открыл их, переступив порог. Его взору предстал источник того самого звука: неподалеку от ворот, почти что на верхней ступеньке лестницы лежал завёрнутый в пеленки детёныш снежного барса. "Кто мог оставить его здесь?" - пронеслось в голове мастера, когда он медленно подошёл к ребенку, осмотрел его и бережно поднял на руки, слегка укачивая. Видно почувствовав тепло и мягкость чьих-то рук, малыш замолчал и почти сразу уснул. Шифу огляделся, ища глазами кого-то, кто потенциально мог бы оставить ребенка на пороге Нефритового дворца, но не увидя никого в кромешной тьме, взглянул в спокойное личико спящего детёныша. Выражение мордочки барсенка было настолько тихим и невинным, что в сердце молодого воина зародилось нечто, похожее на сентиментальное чувство к этому юному созданию. Шифу понял, что не сможет оставить малыша, поэтому, долго не раздумывая, он вернулся во дворец с ребенком на руках.       Малая панда незамедлительно направился к залу воинов, чтобы сообщить обо всем Угвею. Привратники-гуси, завидев ученика настоятеля, безропотно открыли перед ним дверь, и он вошёл в священное помещение. Дойдя до озерца с драконом над ним, Шифу остановился и слегка склонился перед медитирующим на посохе учителем. - Мастер Угвей, простите за беспокойство в столь поздний час, но у меня для вас очень важная новость, - начал он.       Большая старая черепаха медленно повернулась к нему лицом и так же медленно слезла с посоха. - Я понял это, как ты только вошёл, мой друг, - немного скрежетя, произнес Угвей, подходя к Шифу, - по твоим увесистым шагам я понял, что ты несёшь что-то тяжёлое, а теперь я вижу, что мои догадки правдивы, - мастер взглянул на запелененного детёныша, который до сих пор мирно посапывал на руках у малой панды. - Эм, да, так и есть, - немного промямлил Шифу, указывая глазами на свою ношу. - Я нашел это бедное дитя на пороге дворца, видимо, кто-то специально подбросил его. - И что ты намерен предпринять? - поинтересовался Угвей.       Шифу лишь пожал плечами, потупив взгляд. - А что вы мне посоветуете, мастер? - спросил он. - Вот что я тебе скажу, Шифу, - промолвил Угвей, отвернувшись от своего ученика и направившись к кольцу из огромного количества зажженных свечей, - я тебе ведь приказал обдумать сегодняшний урок в медитации, так? Вспомни его и поступай так, как велит тебе сердце. И пообещай мне, что ты примешь решение, достойное воина кунг-фу, - с этими словами старый мастер стал задувать свечки по одной, показывая этим, что разговор окончен и Шифу может идти. - Я понял вас, мастер Угвей, - отозвался Шифу откуда-то из-за спины Угвея. - Спокойной ночи. - Спокойной ночи, Шифу, - ответил Угвей, продолжая задувать свечи.       Шифу немного наклонил голову и направился к выходу. По пути в свою комнату он вспомнил слова Угвея о его крайнем уроке. - И помни, Шифу, - настоятельно говорила ему старая черепаха, - что сила воина не только в натренированных мышцах и ловкости: его сила в его духе. А духовная мощь проявляется в милосердии. Всегда будь сострадателен к тем, кого любишь, и с уважением относись к поражению своих врагов.       И сейчас этот малыш, спящий у него на руках, как никогда нуждался в заботе и любви. Шифу резко остановился, пораженный внезапной мыслью, как будто его сердце вместе с кровью послало в мозг мощный электрический разряд, осенив его разум. "Я могу поклясться вам только в одном, мастер, - подумал Шифу. - Я воспитаю из этого барсенка великого воина кунг-фу, которого ещё свет не видывал. Я сделаю из него Воина Дракона."       С этими воодушевляющими мыслями молодой мастер вошёл в свои покои и уложил младенца на бамбуковую циновку, служившую ему кроватью. Шифу мягко сел рядом с малышом и слегка погладил его по голове. Мастер ощутил умиление и теплое чувство нежности, идущее от сердца, что отразилось на его лице: уши из позиции "на макушке" приняли раскосое расслабленное положение, а глаза при свете нескольких свечей стали похожи на две подтаявшие льдинки. - Тай Лунг, - прошептал Шифу, - мой сын.